Главная страница
qrcode

книга_по_манипуляции_женщиной_2006_+. А. В. Вознюк манипуляция женщиной в современном мире и как с этим бороться


НазваниеА. В. Вознюк манипуляция женщиной в современном мире и как с этим бороться
Дата23.03.2020
Размер6.24 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлакнига_по_манипуляции_женщиной_2006_+.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#158757
страница14 из 38
Каталог
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   38
нейро-лингвистическом программировании (НЛП) используется
“якорь” – стимул, который позвояет перенести прошлый опыт человека в действительный момент и воссоздать прошлое переживание, или закрепить уже имеющееся эмоциональное состояние с помощью условного рефлекса. В НЛП разработанная модель, которая позволяет сформировать стимул
(выработать инпринтинг) жестом, прикосновеньем или звуком с целью закрепления данного состояния, которое может быть воссоздано. Здесь внешний стимул объединяется с внутренним состоянием и формирует павловскую нервная временная связь. Якорь может работать в любой сенсорной системе восприятия
[Трансформация личности].
Именно поэтому рекламодатели, политики, торговцы стремятся связать в сознании людей себя или свою продукцию с каким-нибудь положительным моментом. Другие индивиды (например, спортивные болельщики
) также стремятся ассоциировать себя в глазах людей с событиями, которые имеют положительную окраску, и дистанцироваться от неприятных событий.
Особенно важным есть применения некоторых приемов манипуляции в предвыборной кампании
[Кара-Мурза, с. 77, 133; Гордовский, Семенов, с. 160].
Следует сказать, что существует хорошо разработанная технология “создания” политиков с опорой на стереотипы
. Здесь можно вспомнить жаргонное слово “раскручивание”, что обозначает определенную систему методов продвижения на высшие политические уровни людей, независимо от личных качеств или уже имеющейся популярности. Одним из сложных стереотипов есть имидж – специально построенный в ходе целой программы действий стереотипный образ политика или общественного деятеля, который должен отвечать ожиданиям людей, активным стереотипам массового сознания.
Разработчик речей Р. Никсона в его избирательной кампании 1968 года Р. Прайс писал, что при создании будущего политика следует изменять не столько самого человека-кандидата, сколько впечатление от него, которое чаще всего зависит более от средств массовой информации, чем от самого кандидата. В качестве примера можно привести факт широкой популярности, которую получили кампании по “созданию
” Рейгана и Тэтчер из “материала”, который, казалось бы, никак не позволял надеяться на успех. В определенном смысле эти предвыборные операции правящих кругов (“неолиберальная волна”) стали переломным моментом в истории, поскольку они с полной очевидностью показали, что любые демократические иллюзии себя исчерпали. В “демократическом” западном обществе политики создаются и действуют независимо от интересов и настроений основной массы избирателей.
Классической операцией, которая завершала разработку технологии “раскручивания”, была избирательная кампания в сенат США “самодельного миллионера” М. Шаппа в 1966 году, которого продвигал известный специалист по политической рекламе, президент американской ассоциации политических консультантов и владелец большой рекламной фирмы Дж. Нейполитен [см.: Кара-Мурза, 2000].
Следует сказать, что М. Шапп был энергичным дельцом, который с 500 долларами в 1948 году начал производство телевизионные антенн. Последние в 60-те года дали ему более 12 млн. долларов прибыли.
За продвижение в сенат он предложил 35 тыс. долларов.
Изучив объективные данные, манипулятор составил неутешительный портрет: 1. Шапп не является известный избирателям. 2. Шапп является евреем (это не послужит поводом для поражения, но и не поможет в выборах). 3. Он разведен и состоит в браке второй раз. 4 Он не имеет привлекательной внешности
: маленького роста, сгорбленный, когда улыбается, морщит нос, как кролик. 4. У него нет опоры в какой
-либо организации.
Дж
. Нейполитен взялся за дело не столько ради денег, сколько для отработки определенной манипуляционной технологии. Изучив обстановку, он выбрал главный лозунг избирательной кампании – “Человек против Машины”. Была разработана легенда о противоборстве Шаппа с “аппаратом” – боссами демократической партии, от которой шел Шапп. Был отснят получасовой игровой телефильм, который имитировал документальность. За мишень для манипуляции было взято “общечеловеческое” чувство недоверия и недоброжелательности к номенклатуре и бюрократии. Фактически о Шаппе речь вообще не шла, ролик просто эффективно разжигал антиноменклатурный психоз, а Шапп лишь репрезентировал Человека
, бросившего вызов Машине. В Пенсильвании где он избирался, за несколько дней перед выборами фильм был показан по телевидению 35 раз. Шапп победил на первичных выборах, хотя никто из экспериментаторов не допускал такой возможности. Хотя Шапп проиграл второй тур, полученные в ходе этого эксперимента данные, особенно в отношении телевидения, расширили возможности манипуляции.
Интересно
, что для Ельцина тоже был избран имидж “борца с номенклатурой”. Для этого не существовало никакого “реального” материала – ни в биографии, ни в личных взглядах Ельцина: он был типичным продуктом “номенклатурной культуры”. Тем не менее за очень короткий срок и с небольшим набором примитивных приемов (поездка в метро, визит в районную поликлинику, “Москвич” в качестве персонального автомобиля) определенный имидж был создан и достаточно крепко вошел в массовое сознание. Даже после 1992 года, когда Ельцин в быту и в поведении открыто продемонстрировал крайнее выражение номенклатурного барства, в массовом сознании не исчезло ощущение несовместимости двух его образов.
В
последние роды соотношения уровня интеллекта и шансов человека на власть привлекло внимание западных социологов. В результате многочисленных исследований и опросов общественного мнения американские ученые пришли к интересному выводу: чем более высоким есть место, которое за-

58
нимает
индивид на интеллектуальной шкале, тем меньше у него шансов на то, что общество при-
мет
его как своего лидера. Если уровень его интеллекта выше, чем у среднего гражданина на 30 пунктов
, то он не сможет успешно осуществлять функции власти. Когда разрыв оказывается большим, то, как считают американские исследователи, человек становится объектом отрицательных эмоций со стороны большинства
, поскольку последнее отдает предпочтение людям у власти с тем же умственным уровнем, как и массовый человек. Поэтому, чем более банальными и простыми есть выражения политического лидера
, тем более это импонирует большинству, и тем большая поддержка ему обеспечена. Этот вывод отвечает практике главных политических деятелей Запада. Выступая перед избирателями, многие из них прилагают усилия, чтобы не казаться “слишком умными”.
Вот почему в ходе предвыборной кампании будущий британский премьер-министр Гарольд Вильсон прежде чем появиться на экранах телевизоров, пять раз выступал перед экспериментальной аудиторией, и
каждый раз в новой роли: в одном случае это был “убежденный социалист”, в другом – “человек, который нравится женщинам”, в третьем – “простой малый, такой же, как все мы”. И только после того, как была определена та манера держаться, которая должна была вызвать наибольшую симпатию слушателей
, Вильсон появился на экранах телевизоров и начал свое выступление, которое для миллионов телезрителей прозвучало как блестящий, непринужденный экспромт, хотя последний во всех его деталях был отрепетирован десятки раз.
Подобная же практика существует и в США. Политическим деятелям, которые выступают перед массовой аудиторией, рекомендуется не упоминать о своем университетском образовании или ученом звании
Как пишет С. Г. Кара-Мурза, начиная с 70-х лет западная пропаганда стала широко использовать имидж доверчивости и чистосердечности, при котором политик обращался к гражданам на личностном уровне
, как такой "добрый малый”, с теми же простительными дефектами и недостатками, с личностной историей
, похожей на биографии миллионов слушателей или телезрителей. Возник особый жанр “автобиографий
” в который встраивался подобный имидж. Например, в 90-те года показывали фильм Э. Рязанова о том, как Наина Иосифовна Горбачева жарит котлеты на кухне, ожидая прихода с работы ее человека
-президента.
Здесь имеет место технология “присоединение” зрителя, которая была основана в ходе большой серии социально-психологических экспериментов. Так, в Англии во время избирательной кампании трем группам избирателей показывали три разные телевизионные программы. В одной из них логически и умно
, с помощью графиков и диаграмм излагалась программа кандидата и те блага, которые ее реализация может принести населению. В другого давались интервью с прохожими, которые поддерживали данного кандидата и его программу. В третий был показан телефильм, в котором кандидат появлялся в семейном круге
, в домашних тапочках, помогая жене готовить пищу, а внучке – готовиться к урокам. Изучение эффективности влияния каждой телепрограммы показало, что наибольшее доверие к политику возникает в результате просмотра третьей программы.
Присоединение через создание имиджа доверчивости и с установлением квази-личностных отношений может опираться на архетипы, которые, казалось бы, неуместно пробуждать в конкретной политической ситуации. В 70-те года в США была разработана технология под названием “прямая почта”. Суть ее заключалась в собирании и компьютерной обработке данных о нужной аудитории, а потом в рассылке политиком личных писем каждому адресату. Для адресатов с высоким социальным статусом использовались специальные сорта бумаги, типографский набор, даже тип чернила на подписи (обязательно синие, но разных оттенков), для массового адресата – ширпотреб. Все это заставляло благосклонно относиться к
автору этих писем.
Как не удивительно, здесь приманкой возникает просьба помочь деньгами. При разработке этой технологии было много находок. Например, психологи обнаружили, что сумма присланного в ответ взноса возрастает
, если политик просит в письме конкретную сумму, причем, идет от большей суммы к меньшей, а
не наоборот. Письмо из двух страниц оказывает большее влияние, чем из одной. Рассылать письма надо сразу же после выдвижения кандидатуры, потом эффект утрачивается. В 1984 году в тот же день, когда
Рейган объявил о выдвижении своей кандидатуры в президенты, его штаб разослал 600 тыс. компьютерных писем, в ответ на которые пришло взносов на 3 млн. долл. Оказалось, что в среднем расходы на прямую почту в 200 тыс. долл. приносят взносов на 2 млн. долл. Но главным были не деньги, а огромный пропагандистский успех: пожертвование размягчает сердце американского избирателя, активизируя комплекс заступничества и действие механизма положительного психологического резонанса. Письма с личной подписью политика, хотя много кто подозревает здесь имитацию, эффективно присоединяют аудиторию к нему.
Отметим и известный прием “черной пропаганды” для борьбы с конкурентами во время предвыборного марафона. Вот один типичный пример “черной пропаганды”, использованной во время предвыборной кампании
1999 года в России: враги одного из кандидатов в депутаты Госдумы от Екатеринбурга, владельца большого универмага, в людных местах города раздали большое количество приглашений от лица хозяина посетить его магазин и купить товары со скидкой в 20 % (подарок для избирателей от богатого кандидата
!) Такого подарка он сделать не мог, и тяжелые объяснения с разгоряченными покупателями, да и вся эта история подорвали его политический имидж.
Поскольку
эмоциональная сфера человеческой жизнедеятельности есть наиболее древней и суггестивной
, то общая принципиальная установка в манипуляции массовым сознанием заключается в пред-

59 варительном
“раскачивании” эмоциональной сферы. Главным средством для этого служит создание или использование кризисных явлений, аномальных ситуаций (технологическая катастрофа, кровавое насилие
, акция террористов, маньяка, религиозный или национальный конфликт, резкое обнищание больших слоев населения, значительный политический скандал и т.п.), что оказывает мощное влияние на чувство людей
Один из основателей современной социологии, К. Манхейм отмечал, что в моменты глубоких кризисов происходит блокировка здравого смысла – способности человека разумно судить о положении дел и действовать
, исходя из этого суждения. Необходимость осмысливать и понимать происходящие события превращается в настоящее время в непосильную нагрузку, и человек старается освободиться от этой необходимости
, спрятаться в сфере иррационального. Она начинает выявлять повышенный интерес к оккультизму
, изучать гороскопы, верить астрологам, а его психологическая защита против манипуляции резко падает.
Много исследования посвящены аномально высокой внушаемости больших масс населения Герма-
нии
после поражения в Первой мировой войне. Массовое обнищание и деморализация привели к патологическим изменениям общественного сознания, к непривычному легковерию, которые сделали немецкий народ беззащитным против грубой манипуляции со стороны фашистов. Даже на благополучном Западе с целью повышения эффективности манипуляции поведением масс обращаются к обнищанию части населения
. Этот тезис можно проиллюстрировать событиями 1968 года в Европе. Как отреагировала правящая элита на студенческие волнения 1968 года, которые поставили под угрозу гегемонию буржуазной идеологии
? Духовные запросы молодежи переросли возможности западной “индустрии развлечений”.
Перед элитой было два пути: или пойти навстречу выросшим запросам населения, сделать общество более справедливым, или снизить, “подавить” эти запросы, искусственно создав социальные осложнения, т
.е. повернуть “вправо” и превратить часть общества в программированную толпу. Как свидетельствуют дальнейшие события, правящие круги пошли по второму пути. Исследование массового сознания во
Франции
70-х лет показали, что приблизительно треть французов в своих ценностных ориентациях сдвинулась к циничному прагматизму, нацеленному на “выживание”. Исследователи назвали этот новый стиль жизни
, который овладел молодыми горожанами и распространился на все социальные прослойки, “голым реализмом
”, основанным на страхе перед экономическими неурядицами и кризисом, на отказе от творческих целей.
Аналогично
, в начале 70-х годов в США удалось внедрить в сознание масс принцип: “не ожидать слишком много от жизни и удовлетворяться тем, что есть”. Для того, чтобы снизить претензии и бунтарский дух определенной прослойки населения, правящая элита подготовила такой ход социальноэкономических событий (“рейгономика”), который привел к осложнению жизни средних граждан. Один из студенческих лидеров США заявил, что в 60-те года было нетрудно быть идеалистическим и выступать за социальные изменения; в отличие от этого настоящие студенты до смерти напуганы своим будущим: размер почасовой заработной платы, достигший высочайшей точки в 1972 году, потом начал уменьшаться и к 1987 году сократился на 60 %.
С
целью манипуляции массовым сознанием используются и техники, которые эксплуатируют бурные чувства
, которые в сфере традиционной морали осуждаются (ревность, страх, зависть, ненависть, самодовольство
) и которые легко активизировать, так как освободившись от табу собственного сознания и социальных норм, они очень трудно подлежат внутреннему самоконтролю. Менее бурно, но более стойко проявляются благородные чувства, которые опираются на традиционные положительные ценности. В манипуляции эффективно используется естественное чувство жалости и сочувствие к слабому, беззащитному
, потребность в заступничестве. В общем, можно сказать, что для манипуляции полезными бывают любые чувства, если они помогают отключать здравый смысл людей.
Особенно ценным в этом отношении есть древнейшее из чувств – страх, который может стать фактором манипуляции, когда, например, размер опасности, могущество “врага” многократно преувеличиваются
. Здесь следует отметить “ядерный ужас”, который много лет использовался с манипуляционной целью как в США и в СССР. Так в начале 50-х годов эксперты США считали, что главную опасность для США составляли уже не сами атомные и водородные бомбы СССР, а та паника, которая возникла бы в случае войны
Можно говорить о разных конфигурациях страха у разных народов, знание которых облегчает манипуляцию
. Так страхи японца и жителя Запада во многом различны. Японцам не свойственно бояться божьего наказания, поскольку у них практически отсутствует понятие смертного греха как основного иррационального источника страха в “культуре вины” Западного мира, на месте которой существует японская
“культура стыда”: японцы ощущают сильный страх, растерянность перед “чужими людьми”, особенно если это может привести к потере их достоинства. В результате в Японии очень часто случаются самоубийства молодых людей из-за неудач на вступительных экзаменах в университеты.
Психологи
, изучившие феномен страхов во время Второй мировой войны, пришли к выводу, что в то время американцы испытывали большую потребность в вещах, которые могли служить символом стабильности и безопасности, предсказуемости будущего, которые бы активизировали комплекс “желания возвратиться в детство”, символом чего была мать, надежно оберегающая свое дитя от голода. При этом противодействие страху служил холодильник – гарантия того, что дома всегда будет пища, а потому покой и безопасность. Отсюда и феномен массового спроса на холодильники в США, который не подкрепляется ни экономическими расчетами, ни здравым смыслом.

60
Итак
, принципы манипуляции массовым сознанием связаны с работой воображения, внимания, па-
мяти. В
этой связи К. Юнг писал, что если кто-то вообразит, что у него есть смертельный враг и убьет этого мысленного врага, то последний станет жертвой простого воображения, которое здесь материализовалось в реальную вещь, которая иногда страшнее, чем эпидемии и землетрясения.
Важно
, что через воображение манипулятор может влиять как на мышление, так и на чувства. А максимально эффективным фактором манипуляции есть слияние двух гибких аспектов психической деятельности
– воображения и чувства. На таком слиянии базируется одно из наиболее мощных средств влияния на общественное сознание – терроризм, значительно усиленный ресурсами телевидения, когда образ изуродованной взрывом жертвы может доставляться телевидением буквально в каждую семью, особенно когда этот образ ставит на место жертвы самого телезрителя или его близких. Это порождает бурю чувств
, которые могут умело канализироваться в определенное русло. Вообще, именно на фоне фрустрации
, страха, неудовлетворенности можно легко направить внимание человека в нужное русло, например
, на поиск “врагов”. Итак, воображение, усиленное средствами массовой информации, формирует сферу виртуальной, театральной реальности, формируя “общество спектакля”.
Так
С.Г. Кара-Мурза пишет, что все люди современного мира стали словно бы зрителями, затаивши дыхание наблюдающими за сложными перипетиями захватывающего спектакля, а сцена – это весь мир, который приоткрывается, когда невидимый режиссер вовлекает зрителей в массовку, а артисты спускаются со сцены в зал, в результате чего люди теряют ощущение реальности. Можно привести пример
“бархатной революции” в Праге в 1989 году. Тогда ни демонстранты, ни полиция не желали выражать агрессивность
. Единственный улов мирового ТВ: полицейский замахивается дубинкой на мальчика, но не бьет
! И вдруг убивают студента, что значительно ускоряет революционные события, и “кровавый диктаторский режим” Чехословакии обнаруживает себя: “демократия заплатила молодой жизнью за победу”.
“Безжизненное тело” “забитого диктатурой студента”, которое под стрекот десятков телекамер запихивали в
машину “скорой помощи”, сыграл лейтенант чешского КГБ. Все в университете, где учился “убитый студент
” переполошились: там оказалось два студента по имени и фамилии жертвы. Кого же из них убили?
Понять было невозможно. Позднее выяснилось, что ни одного не было на месте: один находился в США, другой
, – где-то в провинции. Спектакль был подготовлен квалифицированно, но это уже никого не волновало
[Кара-Мурза, 2000, с. 106].
Можно говорить и о механизме манипуляции вниманием, где главная задача состоит, с одной стороны
, в привлечении (и удержании) внимания людей к сообщению манипулятора, из другого, – в отвлечении внимания от некоторых сторон реальности или некоторых частей сообщения, так как часто оказывается лучшим не врать, а стремиться к тому, чтобы человек не обратил внимания на “ненужную” прав-
ду
. Этот тезис находит подтверждение в исследованиях манипуляции вниманием, которые проводились в
60-е года в США и показали, что информационное сообщение, направленное против какой-то мысли или
идеологической
установки, оказывается более эффективным, если в момент его трансляции отвлечь
внимание
получателя информации от содержания сообщения. Одновременно, в этом случае усложня-
ется
осмысление информации получателем и противодействие ей благодаря логическим контрдово-
дам
.
В
целом, выяснилось, что убеждающие сообщения наиболее эффективны при умеренных уровнях отвлечения внимания, а психологическое сопротивление внушению оказывается сильным при отсутствии отвлечения
(так как при этом получатель информации обнаруживает высокую степень подозрительности относительно целей оратора), но психологическое сопротивление повышается и при слишком сильном отвлечении внимания (чувство подозрения снова возрастает).
Исследование в области применения телевидения обнаружили повышение внимания телезрителей тогда
, когда камера отдаляется от центра события (от артиста, музыканта, оратора) и начинает медленно скользить по публике, выхватывая крупным планом то одно, то другое лицо (с помощью этого приема внимание удерживается на главном объекте).
Здесь
, как мы считаем, реализуется принцип асимметрии полушарий главного мозга человека. В. Л.
Деглин
, изучая особенности отображения мира полушариями головного мозга человека, и, в частности, их пространственные характеристики, пришел к выводу, что оба полушария преломляют пространство ошибочным образом, однако ошибки при этом имеют противоположный характер, когда левому полушарию присуще расширение пространства, а правому – приближение отдельных элементов к наблюдателю. Т.е. левое полушарие стремится дистанцировать человека от элементов окружающего мира, а правое, напротив
, – интегрировать человека у него. Однако функциональная согласованность полушарий, компромисс между которыми, как пишет В. Л. Деглин, приводит к “выравниванию пространственной деформации”, предполагает адекватность восприятия объемного пространства на сетчатке глаз [Деглин, 1996], когда объемное и плоскостное, которые являются геометрическими антагонистами (что демонстрируется дихотомией геометрий Евклида и М.И.Лобачевского) гармонизируются и приводятся к общему сенсорному
“знаменателю”. Вот почему выдергивание крупным планом того или иного объекта активизирует работу правого полушария, которое, как считают некоторые исследователи, активно во время гипнотического транса
В
целом эксперименты 60-х годов повысили эффективность манипуляции в печати и на телевидении: газеты начали примять “калейдоскопическое” расположения материала, растворение важных сообщений сплетнями
, противоречивыми слухами, сенсациями, цветистыми фотографиями и рекламой, а телевидение стало по-новому компоновать видеоряд, точно подбирая отвлекающее внимание образов.

61
Следует отметить, что сильным отвлекающим действием обладают уникальные события – беспреце-
дентные, неповторимые, скандальные
(убийства, катастрофы, скандалы), которые значительно активизируют эмоциональную сферу человека, связанную с активностью правого (гипногенного) полушария головного мозга человека. С помощью этих событий у людей удается активизировать внимание к желательному объекту, когда именно под прикрытием сенсаций политики стремятся “провернуть” свои дела.
Проиллюстрировать принцип манипуляции вниманием можно с помощью такого примера: фирма утроила свои прибыли благодаря новой рекламе ее рубашек: вместо обычного красивого улыбающегося мужчины в
рубашку этой фирмы на рекламе был одет мрачный мужчина, кривой на один глаз.
Один из механизмов манипуляции реализует процесс отключения человеческой памяти, которая содержит информацию, связанную с ее здравым жизненным опытом. Человек, который не помнит ничего из истории своего народа, страны, семьи, как бы выпадает из этих общностей и становится целиком беззащитным против манипуляции: если люди лишились реальности как связанной непрерывной сущности, то теперь уже любую проблему можно воспринимать порочно, вне реального контекста.
С
другой стороны, человеку всегда кажется убедительным то, что он запомнил, даже если запоминание состоялось в ходе чисто механического повторения назойливой песенки. На этом принципе базируется пропагандистская деятельность и обработка общественной мысли печатью. Геббельс писал, что постоянное повторение является основным принципом всей пропаганды. Сейчас это красноречиво проявляется в современной рекламе.
Изучая особенности функционирования сферы внимания, исследователи обнаружили наличие критического временного размера (“временной объем памяти”): целостное сообщение должно заключаться в промежуток от 4 до 10 секунд, а отдельные доли сообщения – в промежутки от 0,1 до 0,5 секунды, поскольку для того, чтобы воспринять информацию, которая не укладывается в 8-10 секундах, человек прикладывает особое психологическое усилие, и сообщение в этом случае может быть отклонено памятью.
Вот почему манипуляционные телепередачи делаются таким образом, чтобы довести соответствующий текст к примитиву, выбрасывая из него любую логику и связанное содержание, заменяя его ассоциациями
, игрой слов, простейшими метафорами. С другой стороны, информация, которая подается в короткие промежутки времени и не воспринимается нашим сознанием (не осознается нами), имеет тенденцию влиять на наше подсознание. С этой целью подаваемое сообщение может дробиться и квантоваться по времени
(при этом используются данные электроритмики нашего мозга). Здесь используется и эффект непроизвольного запоминания, которое активно в этот момент: непроизвольное запоминание, “отлежавшись
”, превращается сначала в неясное, неопределенное представление, а потом приходит в согласие с сознанием
. Для того, чтобы прекратить этот процесс, необходимо время от времени напоминать человеку начальное содержание утверждения и причины, по которыми его отрицали.
Манипуляция вниманием базируется и на технике создания политических мифов, так как мифическая картина мира связана с работой наиболее древней, суггестивной сферы психики (правого полушария
, которое воспринимает и ваяет именно мифоэпическую картину мира [Пучинская, 1996]). Нужно отметить
, что миф как таковой практически неуязвим и разрушается только другим мифом, так как миф нечувствителен к рациональным аргументам (которые перерабатываются левым, абстрактно-логическим, рациональным полушарием мозга), ему нельзя возразить с помощью силлогизмов. Здесь для сопротивле-
ния
мифам особое значение имеет философское мышление.
Особо нужно подчеркнуть значение так называемых светлых мифов, таких, например, как европо-
центризм
, – мощной идеологией Запада, так как в его рамках развиваются конфликтующие между собой идеологии
(например, либерализм и марксизм), которые выходят из одинаковой картины мира и тех же самых постулатов относительно исторического пути Запада (евроцентризм). В свое время народы России и
Украины оказались особенно предрасположенными этому мифу, когда в сознание масс насаждалась мысль о том, что нам следует интегрироваться в “мировую цивилизацию как лучшую из всех известных”.
С
этим мифом связан так называемый технологический миф, который утверждает, что именно западная цивилизация создала современную культуру (философию, право, науку, технологию), доминирующую в мире и определяющую жизнь всего человечества. С помощью этого аргумента призывают к тому, что земная цивилизация должна пойти путем развития западных научных технологий и западного мировоззрения
, которые – это нужно понимать – отчуждают человека от своей внутренней природы в целом. В этой смысловой плоскости находится и миф о гуманизме и правовом сознании Запада.
Манипуляция сознанием базируется и на “чувстве толпы”. Х. Ортега-и-Гассет в книге “Восстание
масс
” пишет о том, что индивид, склонен стать человеком массы и влиться в толпу. Это человек, выращенный в школе определенного типа, который характеризуется определенным направлением мышления и
живет в атомизированном современном обществе массовой культуры. Это человек, который легко отказывается от чувства ответственности. В этом ему помогают политики, которые используют "столпотворение " как поведенческую технологию.
Фашисты пришли к власти, сумев на определенное время превратить рассудительный немецкий народ в толпу, посеяв в нем средневековую эпидемию истерии. И он окунулся в кровавую войну, забыв о совести
, не считаясь со здравым смыслом, не учитывая последствия. У молодежи фашизм сознательно разрушал традиционные общественные отношения. Имело место искоренение естественных для подростков культурных норм, запретов, подчинение и уважения к старшим. Наставники юнцов-фашистов возлагали надежды на уличное насилие, ноже и кастеты. Сам фюрер заявлял: “Да, мы варвары, и хотим ими быть
. Это почетное звание. Мы омолаживаем мир”.

62
Можно говорить и об особом виде толпы – виртуальной толпы: население развитых стран Запада, впечатлительное к постоянному влиянию масс-культуры и телевидения, превращается в огромную виртуальную толпу, которая, находясь у телевизоров и мониторов компьютеров, следит за лидерами и пророками
, не вступая с ними в диалог.
Для того, чтобы проиллюстрировать суть атомизованного существование современного человека, приведем слова К. Ясперса, который писал, что “Вследствие уподобления всей жизненной деятельности работе машины общество превращается в одну большую машину, организующую всю жизнь людей. Все, что задумано для осуществления какой-либо деятельности, должно быть построено по образцу машины, т
.е. должно обладать точностью, предначертанностью действий, быть предписанным внешними правилами
... Все, связанное с душевными переживаниями и верой, допускается лишь при условии, что оно полезно для цели, поставленной перед машиной. Человек сам становится одним из видов сырья, подлежащего целенаправленной обработке. Поэтому тот, кто раньше был субстанцией целого и его смыслом - человек
, - теперь становится средством. Видимость человечности допускается и даже требуется, на словах она даже объявляется главным, но, как только цель того требует, на нее самым решительным образом посягают. Поэтому традиция в той мере, в какой в ней коренятся абсолютные требования, уничтожается
, а люди в своей массе уподобляются песчинкам и, будучи лишены корней, могут быть именно поэтому использованы наилучшим образом” [см.: Кара-Мурза, с. 143].
Манипуляция оказывается наиболее эффективной, когда удается изолировать человека от того или иного нежелательного влияния, тотально влияя на него определенной информацией. Здесь может создаваться
иллюзия плюрализма каналов информации, когда имеет место видимость многообразия средств массовой информации, когда может организовываться даже радикальная оппозиция источников информации
, которая, тем не менее, ограничивает свою борьбу с режимом вопросами, прямо не затрагивающими суть главных программ манипуляции. Здесь можно говорить о практике отбора и просеивание
информации
: в западных средствах массовой информации, например, практически отсутствующая серьезная информация об Азии. Оттуда поступают сообщения преимущественно экзотического (месячный
Новый год, каратэ, китайская кухня), или отвратительного характера (туризм-секс-туризм, проказа, малярия
, терроризм, религиозное насилие, публичная смертная казнь торговцев наркотиков).
Остановимся на идеологической войне как особом типе идеологической манипуляции. Г. Лассуэлл в
Энциклопедии социальных наук” (1934) отметил важную черту этой войны: она действует в направлении разрыва уз традиционного социального порядка. В наставлении армии США “Ведение психологической
войны
” приводятся определения таких операций, как: 1. “Белая” пропаганда – пропаганда, которая распространяется и признается информационным источником или его официальными представителями. 2.
“Серая” пропаганда – она специально не идентифицирует свой источник. 3 “Черная” пропаганда – выдается за ту, что исходит из иного источника, нежели настоящая.
Можно отметить и семантическую манипуляцию, когда имеет место влияние слов, семантика которых подвергается направленному изменению и извращению. Так, во время войны США в Вьетнаме были разработаны методы построения сложных политических эвфемизмов, которые являются языковыми конструкциями с точно измеренными эффектами влияния на сознание. Из языка были изъятые все слова, которые вызывают отрицательные ассоциации: война, потасовка, оружие массового уничтожения. Вместо них были введены нейтральные слова: конфликт, операция, устройство. С 1965 года военные действия в Вьетнаме назывались в печати “программой умиротворения”.
Итак
, большое значение для манипуляции имеет телевидение как средство влияния на практически каждого человека, так как оно входит в каждый дом. Телевидение имеет свойство изымать из событий правду и как угодно их изменять и режиссировать. Объектив телекамеры, которая может транслировать событие с максимальным правдоподобием, превращает его в “квази-событие", в спектакль: объектив камеры действует так, чтобы изменить акценты и “вес” событий и стирать границы между истиной и вымыслом
. Исследования, проводимые в США, показали, что все большее количество людей (особенно детей и подростков
), оказывается неспособным различить такой спектакль и реальную жизнь.
В
газете “Шпигель” в свое время появилось сообщение о заказанном Би-Би-Си психологическом исследовании
. Суть его заключалась в том, что известный английский политический комментатор Робин
Рей подготовил два варианта выступления на одну и ту же тему. Один вариант был ошибочным, другой – верным
. Оба варианты передавались тремя видами сообщений: были напечатаны в газете, переданы по радио
, показаны в телепрограмме. Читателей, радиослушателей и телезрителей попросили ответить, какой вариант они считают правдой (ответили 31,5 тыс. человек). Различили правду и неправду 73,3 % радиослушателей
, 63,2 % читателей и только 51,8 % телезрителей. Вывод: за самой своей природой ТВ есть таким, что правда и неправда в его сообщениях практически неразличимы: в эксперименте около половины телезрителей приняли неправду за правду, но это значит, что такое же число людей приняло правду за правду не потому, что разобрались в сообщении, а случайно – как орел или решка. Т.е. правду сознательно не различил здесь практически никто.
Компьютерные фирмы “Еппл”, “Інтел” и “Хютелл Паккард” финансировали исследование психологических состояний пользователей Интернет. В конце 1998 года его результаты были опубликованы в газете
The American Psychologist” и в газете “Нью-Йорк Таймс”. Выводы таковы: каждый час использование
Интернет в неделю в среднем сокращает прямые личные контакты пользователя на 2,7 % и увеличивает на
1% его “депрессивный потенциал”. Виртуальные человеческие отношения, которые устанавливаются

63 через
Интернет, не дают пользователю той теплоты и поддержки, которые возникают при прямых личных контактах
. Таким образом использование Интернета усиливает депрессию и изоляцию человека.
Известен и эксперимент, проведенный одним из рекламных агентств США, который заключался в опросе
, в ходе которого просили высказать мысль об одном законопроекте, который рассматривал возможность изменения некоего закона. Одну половину спрашивали: “считаете ли вы, что действующий закон следует изменить следующим образом...?” 60 % высказались против изменения закона. Другую половину спросили
: “Вы отдали бы преимущество тому, чтобы...?” – и далее подавалась суть законопроекта. 70 % его поддержали. Разница между двумя анкетами была только в том, что во второй было применено выражение
“изменить существующий закон”. Первая реакция рассудительного человека на такое предложение
– отвергнуть.
Существенно
, що сама социальная система является мощным фактором влияния. Р. Чалдини в книге "Психология влияния" [Чалдини, 1998, с. 87] пишет о следующем:
"В Южной Африке живет племя тонго, которое требует от каждого мальчика прохождения сложной процедуры инициации. Мальчика в возрасте от 10 до 16 лет родители посылают в “школу обрезания”, которая проводится каждые 4 или 5 лет. Здесь в компании своих сверстников он терпит жестокое подшучивание взрослых членов общества. Инициация начинается так - мальчик бежит между двумя рядами мужчин
, которые бьют его дубинками. По окончании этого испытания с него снимают одежду и стригут ему волосы
. Затем мальчика встречает человек, покрытый львиной шкурой, он садится на камень напротив этого человека-льва. Кто-то ударяет мальчика сзади, и, когда он поворачивает голову, чтобы посмотреть, кто его ударил, челове-лев хватает крайнюю плоть мальчика и быстро отрезает ее. Затем три месяца мальчика держат во “дворе таинств”, где его могут видеть только иницированные. Во время инициации мальчик подвергается шести главным испытаниям. Он выдерживает избиения, холод, жажду, плохое питание
, наказания и угрозу смерти. По самому пустяковому поводу мальчик может быть избит людьми из только что прошедших инициацию новоиспеченных мужчин, которые выполняют поручения старейшин, мальчик спит без какого-либо покрова и жестоко страдает от зимнего холода. Ему не дают ни капли воды в
течение трех месяцев. Пищу специально делают отвратительной, добавляя в нее непереваренную траву их желудка антилопы. Если мальчика ловят на нарушении какого-то правила, его сурово наказывают.
Например
, между пальцами вставляют палки, затем сильный человек накрывает своей рукой руку новичка
, практически раздавливая его пальцы. Проходящего инициацию запугивают с целью добиться от него покорности
. Ему говорят, что в прежние времена мальчиков, которые пытались бежать или раскрыли секреты женщинам или неинициированным, вешали, а их тела сжигали до тла.
Такие же церемонии инициации встречаются практически во всех общественных ячейках, таких как армия
, учебные заведения и др. Чем более болезненнее оказывается инициация в то или иное общество, тем активнее члены его впоследствии убеждали себя в том, что пребывание в этом обществе является приятным
, полезным, ценным и т.д".
Исследования
54 племенных культур показало, что племена, проводящие самые жестокие церемонии инициации
, отличаются наибольшей групповой солидарностью [Young, 1965].
Включение человека в общность уменьшает степень его личной ответственности за те или иные поступки и увеличивает уровень суггестии. Данный вывод можно проиллюстрировать эпизодом из книги
Р
.Чалдини [Чалдини, 1998, с. 125-130]:
"В течение более получаса 38 респектабельных, законопослушных граждан в Квинсе наблюдали, как убийца преследовал женщину на Кью Гарден и три раза атаковал ее, нанося ей удары ножом. Дважды звуки голосов и внезапное появление света в окнах спален вынуждали убийцу на время затаиться. Но каждый раз он возвращался, находил свою жертву и наносил ей очередной удар ножом. Ни один человек не позвонил в полицию во время этого нападения. Только один свидетель позвонил в полицию после того
, как женщина была убита. Трагедия произошла потому, что присутствовало 38 свидетелей. В случае присутствия нескольких потенциальных помощников на месте происшествия личная ответственность каждого индивида снижается. Каждый думал, что в полицию позвонил кто-то другой".
Рассмотрим некоторые эффективные методы манипуляции массовым сознанием.
Принцип замалчивания цели, признанными мастерами которого были якобинцы во время Большой
Французской революции: из всей совокупности их речей и текстов, которые возбуждали ненависть к старому режиму, абсолютно невозможно было вычислить тот проект будущего жизнеустройства, поскольку якобинцы старались сознательно замалчивали свои намерения.
Принцип уничижения проблемы, когда наблюдается подмена фундаментального, жизненно важного вопроса его второстепенной, отдельной стороной.
Принцип рассеяния энергии, а также отвлечение внимания, который заключается в создании целого ряда конфликтов и споров по вопросам, которые на фоне главной проблемы яйца выеденного не стоят
, что выступает признаком кампания манипуляции сознанием.
Принцип когнитивного диссонанса. Еще одно важное условие успешной манипуляции – замалчивание
сроков “переходного периода”. В манипуляции широко используется хорошо изученное в психологии свойство человеческого характера – продолжать начатое дело, не останавливаясь на полпути, даже если раскрылись неизвестные прежде препятствия, которые могут даже увеличивать решительность людей двигаться в ошибочном направлении.

64
Рассмотрим основные симптомы скрытой манипуляции и
правила поведения реципиентов, которые должны снизить нашу впечатлительность влиянию манипуляторов[см. Кара-Мурза, 2000, с. 434–
442]
Язык. Как только политик или диктор начинает говорить “птичьим” языком, используя малопонятные словца
(например, “ваучер”, “секвестр”, “конверсия”), значит можно сказать с большой степенью достоверности
, что имеет место определенная манипуляция: используя непонятное слово, имеют целью подавить слушателя фальшивым авторитетом “эксперта”, или используют роль шаманского заклинания, которое имеет гипнотизирующий эффект.
Эмоции. Если политик или диктор начинает “давить” на чувство, то это “пахнет” предательством.
Сенсационность и срочность. Это
– технология общего действия, обеспечивающая “шум” и необходимый уровень нервозности, которая подрывает психологическую защиту. Иногда создание искусственного фона сенсационности служит какой-то конкретной цели, чаще всего для отвлечения внимания.
Повторение. Это
– главное средство определенной идеологической пропаганды. Если вдруг начинают каждый день мусолить одну и ту же тему, или употреблять те же словесные комбинации, то можно прийти к выводу, что здесь что-то “нечисто”.
Дробление и изъятие из контекста. Если политик или помогающие ему СМИ действительно желают объяснить гражданам какую-то проблему и получить их сознательную поддержку в каком-то вопросе, то они всегда излагают эту проблему в целостной форме, хотя и сжато. Проблему можно уподобить организму
– у нее есть предыстория (“родители”), она возникает и развивается, находит “семью и потомков”
(связанные с ней или рожденные нею проблемы). Политик, который манипулирует нашим сознанием, подает нам вместо целостной проблемы ее маленький кусочек, да и его распыляет на части, чтобы мы не смогли осмыслить целое и сделать выбор. Изымая проблему из реального контекста, манипулятор загоняет нашу мысль и наше толкование проблемы в нужный ему “узкий коридор”.
Тоталитаризм (монополия) источника сообщений. Верным признаком манипуляционного характера сообщения есть устранение нежелательных источников информации, что сигнализирует об отсутствии реального диалога. Зная это, манипуляторы стараются купить или вырастить в собственном коллективе
“подсадных уток”, которые якобы “спорят” с манипулятором.
Тоталитаризм решения. Здесь речь идет о самой формуле решения определенной проблемы, которая внушается аудитории (“Другого не дано! Лошадей на переправе не меняют!”). Сама суть реального жизненного процесса в том, что мы идем извилистым путем, и на каждом шаге встречаем перекресток, разветвление пути, где нам следует делать сознательные выборы.
Смешение информации и мысли. Это есть настолько грубым приемом манипуляции, что в европейских законах против него введены даже ограничительные нормы. Человеку, который приготовился слушать сообщение о фактах, тяжело защититься от мыслей, которые диктуются параллельно сообщениям об этих фактах. Например, вам говорят, что в метро Токио кто-то разбрызгал ядовитое вещество зарин – и
сразу высказывается мысль, что это сделали сектанты. А назавтра уже говорят: "сектанты, которые разбрызгали ядовитое вещество...".
Прикрытие авторитетом. Когда в качестве доказательства сугубо идеологического или политического решения используется мысль лица, авторитет и уважение которого завоеваны в другой, не связанной с этим утверждением сфере.
Активизация стереотипов. Всегда
, услышав в фразе явную или скрытую апелляцию к каким-то укоренившимся у нас чувствам, психологическим или мировоззренческим установкам, следует быстро “прокрутить
” в уме ипостаси своего “Я” (т.е. свои социальные роли) и осознать, которую из них использует идеолог
Некогерентность высказываний, их несогласование. Данный признак довольно легко обнаруживается на интуитивном уровне, когда человеку следует прислушаться к своему здравому смыслу и почувствовать
: “что-то здесь не так”.
Насаждение чувства вины, а также поиск врагов
Рассмотрим
правила поведения, которые могут снизить нашу ранимость влиянию идеологиче-
ской манипуляции
[см. Кара-Мурза, 2000, с. 434–442].
Осознание реальной ситуации: заключается в том, что нам следует ощутить и осознать, что мы живем в мире “культурных джунглей”, где за нашим сознанием идет охота.
Сокращение контактов: следует стараться бывать вне контакта с потенциальным манипулятором
(“не ходить на сборы нечестивцев”).
Отход от увлечения. Важный этап манипуляции – увлечение аудитории, ее “присоединение”, поскольку успех манипуляции невозможен без создания союзника в душевном мире адресата. Здесь эффективным есть такой простой прием противодействия, как прерывание контакта, отход от него на некоторое время. Даже ловкого манипулятора сбивает с толку человек, который выглядит бестолковым и все переспрашивает
Изменение темпа. В
программе манипуляции очень важным есть темп. Манипулятор достигает успеха
, когда он опережает процесс мобилизации психологических защит организма, когда человеку не удается на сознательному равные “охватить” смысл сообщения. Поэтому такое большое значение в процессе манипуляции имеют сенсационность и срочность. Здесь следует сбить этот ритм, прервать контакт, дать сырым мыслям, чувством и впечатлением “отлежаться”, чтобы потом начать их обработку “на свежую голову
”.

65
Отсеивание шума. Манипуляция успешна при условиях “демократии шума”, когда человека “бомбардируют
” потоком никчемных сообщений. Отсюда вывод: получив сообщение, в котором может быть скрытая идеологическая “контрабанда”, надо отфильтровать шумы, которые служат препятствиями в процессе обдумывания этого сообщения. Лучше на некоторое время вообще вырваться из потока сообщений, чтобы проанализировать одно из них.
Непредсказуемость. Эффективнее всего манипулировать сознанием человека, мышление которого отвечает четкому и суровому алгоритму. Если же оно петляет, обнаруживает непривычную логику и приводит к парадоксальным выводам, подобрать к нему ключ довольно тяжело. Манипуляторы Запада всегда очень тяжело находили подход к дикарям, китайцам, африканцам. Негры уже два века живут в
США
, но до сих пор они “одомашнены” в малой степени. В общем, эффективным средством отхода от увлечения и влияния манипулятора есть создание искусственной непредсказуемости твоей реакции (источника информации, средства ее переработки, логики умозаключений, темпа взаимодействия, типа высказываний и т.д.). Как писал К. Кастанеда, когда человек непредсказуем, он неуязвим. Например, можно постараться сознательно задерживать или вообще блокировать свои автоматические реакции, т.е. не разрешать
“играть” на своих психологических стереотипах.
Отключение эмоций. Большинство стереотипов, которые используют манипуляторы, сильно окрашены эмоционально. Научиться выключать эмоции и их контролировать – значит освободиться от большого груза манипуляций современного мира.
Диалогичность мышления. Манипуляторы стараются превратить нас в тупых потребителей идей.
Противодействовать этому поможет внутренний диалог, разговор с самим собой, что активизирует аналитический аспект психической деятельности человека.
Создание контекстов
– научиться мыслить и воспринимать информацию в разнообразных контекстах
, противопоставляя эту способность одному из приемов манипуляции (который заключается в том, что проблему стремятся втиснуть в искусственно построенный контекст), – значит развить в себе один из механизмов противодействия манипуляции.
Создание альтернатив. Манипулятор обыкновенно стремится прервать диалог и высказать удобное ему решение как таковое, которое не имеет альтернативы. Такому типу взаимодействия следует сразу оказывать сопротивление.
Включение здравого смысла, переход на другую позицию, намеренное изменение социальной
роли. Здесь можно встать на позицию мудрого (здорового) человека и спросить себя: а как бы в такой ситуации действовал он?
Поиски корня проблемы заключается в том, что человеку, который является жертвой манипуляции, следует перейти на более глубокий уровень трактовки проблемы, которая при этих условиях может явиться совсем в другом свете.
Включение памяти, проекция в будущее (выход из ситуации “здесь и теперь”). Память и предвидение
(рефлексия будущего) – это основа психологической защиты против манипуляции. Вот почему память и способность к предвидению есть одним из главных объектов для разрушительных действий манипуляторов
, которые применяют целый ряд технологий, чтобы вытравить в нас чувство исторического времени и поместить нас в “вечное действительное”, навязывая нам особое, замкнутое зрелищное вре-
мя
спектакля.
Изменение языка состоит вотказе от языка (которым потенциальный манипулятор излагает проблему
), в непринятии терминологии, понятий манипулятора. Перевести то же самое, но другими словами, избегая любых идеологических категорий, перевести грубо и коряво, но в абсолютно понятных понятиях, перевести на земной, зримый язык – “хлеб”, “тело”, “родные”, “смерть” и т.п., – есть довольно эффективным противодействием манипуляции.

66
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   38

перейти в каталог файлов


связь с админом