Главная страница
qrcode

Айсте птакаускайте


НазваниеАйсте птакаускайте
АнкорPERSONAE F.doc
Дата14.12.2016
Размер73.5 Kb.
Формат файлаdoc
Имя файлаPERSONAE_F.doc
ТипДокументы
#12460
Каталогid9360048

С этим файлом связано 27 файл(ов). Среди них: Товстоногов Г.А._Зеркало сцены_Том 2.doc, Славский Р. Искусство пантомимы.doc, Немировский А. Пластическая выразительность акт...doc, 2013_noch_v_teatre.doc, Professia_rezhisser.rtf, ChEKhOV_M_O_Stanislavskom.doc, Tsellofanovoe_schastye.pdf и ещё 17 файл(а).
Показать все связанные файлы

АЙСТЕ ПТАКАУСКАЙТЕ
PERSONAE F.

комедия

Действующие лица:

  1. САЛОМЭЯ – молодая поэтесса


ПАЛЬМИРА – просто молодая

Мужские голоса: (тот же) голос по телефону и за дверью

голос за окном

На сцене – две комнаты, отделенные перегородкой. В левой комнате живет Саломэя, в правой – Пальмира. Действие происходит в обеих комнатах одновременно.
I сцена
Саломэя и Пальмира стоят в своих комнатах, по обе стороны стены, разделяющей их комнаты. В стене – двери. Саломэя молотком забивает двери досками. Пальмира пробкой от бутылки вина затыкает дыру от дверной ручки, оставшуюся в двери. У ног обеих девушек лежат разные части от дверной ручки. Заткнув дыру, Пальмира берется за отвертку и пытается с ее помощью вбить гвозди в косяк двери. Саломэя задвигает дверь книжным шкафом. Во время переставки шкафа падает и разбивается фарфоровая ваза.

ПАЛЬМИРА: Моя?

САЛОМЭЯ: Я куплю новую.

ПАЛЬМИРА: Это был подарок из Японии.
Саломэя подметает осколки, Пальмира загибает гвозди, вбитые в косяк, потом толкает к двери тумбочку, кладет на нее видео и стерео аппаратуру. Включает проигрыватель компактных дисков. Звучитмелодия: I can be your hero, baby… Саломэя достает из карманов затычки для ушей, запихает их в уши и начинает раскладывать книги по полкам.



II сцена
Комната Саломэи: письменный стол, стул, настольная лампа, книжный шкаф полон книг. На стуле развалившись сидит Саломэя. Она говорит двумя голосами, как-будто имитируя разговор двух людей.

САЛОМЭЯ: You know… Speed!

(низким голосом): Of light!

Смеется. Пристально смотрит напротив себя.

(упрекающе): Are you going?

Кончиками пальцев гладит волосы на своих ногах.

(низким голосом): You have nice hair.

(манящим голосом): Bye, Sam.

(низким голосом): Bye, baby.

Сидит на стуле и мечтает. Берет чистый лист бумаги, авторучку – пишет.

(Вслух):

Как приятно ощущать влагу твоих уст у меня на лбу

Мои босые ноги пленят твою огромную стопу

И взгляд твой преломляется в стеклах моих очков

Опять возвращаясь к тебе

Я сжимаю между пальцами разбухшую гущу от чая

И мое нутро откликается на ее шуршание

Ты обещал мне позвонить

И я потерялась в темно-синей чашке

Я никому не позволю из нее пить

Чтобы только мои губы чувствовали твой вкус
IV сцена
Саломэя сидит за письменным столом с кучей бумаг в руках. Карандашом водит по строчкам и читает вслух, иногда исправляет ошибки.

САЛОМЭЯ:

Ты сидишь предо мной, ты слился с инеем в окне

Молчим по привычке

Мы никогда не говорим друг другу то,

Что хотели бы друг от друга услышать

III сцена
Комната Пальмиры. Посередине – широкая кровать, покрытая плюшевыми игрушками и бижутерией. На кровати, закутавшись в шелковый халат, валяется Пальмира и говорит по телефону.

ПАЛЬМИРА: Мне надо учиться.

(голос по телефону): Выучишь позже.

ПАЛЬМИРА: Надо сегодня. Завтра семинар.

(голос по телефону): Ничего не случится, если не пойдешь.

ПАЛЬМИРА: Ничего не случится, если и с тобой не пойду.

(голос по телефону): Пропустишь хороший матч.

ПАЛЬМИРА: Меня не интересует твой матч.

(голос по телефону): Раньше интересовал.

ПАЛЬМИРА: Раньше и я тебя интересовала.

(голос по телефону): Так мне не придти?

ПАЛЬМИРА: Неа...

(голос по телефону): Как хочешь.

ПАЛЬМИРА: Не хочу.

Бросает трубку. Немного подождав, опять берет трубку и набирает номер.

ПАЛЬМИРА: Привет. Это опять я. Можешь говорить? Угадай, кто звонил. Нет, не Энрике Иглесиас. Кто? Ну конечно! Приглашал на матч. Никому неинтересно. Нет, матч интересный. Он никому не интересен. Еще смеет мне звонить. После двух недель-то молчания. Как нивчем не бывало. «Знаешь, девчонок всех уже обзвонил, все заняты. Может пойдешь на матч, малышка?» Пусть один и идет на этот матч. Но вряд ли он пойдет один... Как он мне противен... Нет слов. На матч...Совсем без фантазии. Мог и что-нибудь получше придумать. Хорошо, что еще не спросил, который час. Шиповник! Брось ты, я вовсе не переживаю. Он меня даже не интересует. Кстати, кто играет? О! Так там и этот «геракл» будет? Может он еще меня помнит… Пойдем? Ну, не будь занудой – давай пойдем. И тебе кого-нибудь подыщем. Фирма делает – фирма гарантирует. Через пятнадцать минут. Ладно?

Раздается истерический женский смех за стеной. Слышны голоса, отрывки предложений: Сколько стоит? Holy shit! Нет. Не может быть... С талией теперь немодно. Что? Меня полнят... Сколько стоит... Саломэя достает из карманов затычки для ушей. Затыкает себе уши. Что-то записывает на листе. Читает дальше. Вслух. Громко.

А за стеной девчонки оживленно обсуждают цены брюк

Наши слова бесформенные бессмысленные безликие безкрылые

Тают вместе с инеем

И текут тонкими струйками прямо

из наших ушей

(может потому они такие стерильные)
Мы сидим по разные стороны стола

Но нас вместе уже нет

Ритмичный стук в двери. Саломэя умолкает, слушает. Опять тот же стук в двери. Саломэя молчит. Еще раз тот же стук. Саломэя встает и подходит к двери. Прислоняестся к ней.


САЛОМЭЯ: Ну?

(голос за дверью): Ты одна?

САЛОМЭЯ: Одна.

(голос за дверью): Я ненадолго.

САЛОМЭЯ: Хорошо.

(голос за дверью): Пойдем на футбол?

САЛОМЭЯ: Я не люблю футбол.

(голос за дверью): Футболисты – самые красивые мужики.

САЛОМЭЯ: Несмешно.

(голос за дверью): Может чаем угостишь?

САЛОМЭЯ: Сейчас не могу.

(голос за дверью): Че делаешь?

САЛОМЭЯ: Сплю.

(голос за дверью): Могу составить компанию?

САЛОМЭЯ: Опять несмешно.

(голос за дверью): Так может вечером?

САЛОМЭЯ: Может...

(голос за дверью): Так я зайду?

САЛОМЭЯ: Заходи.

Слышны шаги.

САЛОМЭЯ: Ха, ха, ха!

Бросается к столу, хватает ручку и лихорадочно что-то чертит на бумаге, потом откидывается на стул и громко, раздражительным голосом читает:

Я таю вместе с тем же

Окаянным инеем

Ты оборвал ту нить

И нет надежды больше ее связать

V сцена
Пальмира лежит на кровати и читает журнал. За окном раздается свист. Пальмира прислушивается, но читает дальше. Свист раздается еще раз. Пальмира кладет журнал в сторону. Опять свист. Пальмира подходит к окну.


ПАЛЬМИРА: Чем могу помочь?

(голос за окном): Маргариты у тебя нет?

ПАЛЬМИРА: Нет. Сегодня и не было.

(голос за окном): Может еще придет?

ПАЛЬМИРА: Не думаю. Не договаривались.

(голос за окном): Если придет, передай, что я ее ищу.

ПАЛЬМИРА: Ладно.

(голос за окном): Я – Мартинас.

ПАЛЬМИРА: Передам.

(голос за окном): А тебя как зовут?

Пальмира падает на кровать и опять открывает журнал. За окном опять раздается свист. Еще и еще раз. Пальмира опять подходит к окну.

(голос за окном): Не расслышал твое имя, красавица.

ПАЛЬМИРА: Уж точно не Маргарита.

(голос за окном): А ты любишь кино, барышня, не Маргарита?

ПАЛЬМИРА: Смотря какое.

(голос за окном): Так может сходишь со мной на хороший фильм?


ПАЛЬМИРА: А как же Маргарита?

(голос за окном): Ее нигде нет.


ПАЛЬМИРА: Она не рассердиться?

(голос за окном): Положись на меня, красавица.

ПАЛЬМИРА: Ну, если красиво попросишь, может и пойду.

Пальмира хватает телефонную трубку, возвращается к окну и набирает номер. Говорит подчеркнуто громко.

ПАЛЬМИРА: Знаешь, кто приходил? Тебя искал какой-то фраер. Ну-и-ну, просто герой нашего времени! Мартинас. Нормально выглядит. Не «cosmo», но ширина плечь впечатляет. Кто такой? Где? На твоем дне рождении? Так это тот, который весь вечер с меня глаз не сводил? Не узнала. Ты его ко мне послала? Так и думала. Ничего такой, конечно, не Энрике

Иглесиас, но симпатичный. А на меня как смотрит! Ну, конечно, попробую. Может, что-нибудь и получится. Знаешь, у меня

Слышишь, говорю – это безнадежно?!
Оставь же его в покое!
Подходит к забитой двери: Ха, ха, ха!
VI сцена
Саломэя лежит на полу. Вокруг нее разбросанные листы бумаги. Саломэя валяется в них и, нежно себя лаская, нашептывает стихи.

САЛОМЭЯ:

Белые орехи в черном шоколаде

треснут в твоих зубах

С каждым орехом ты откусываешь кусок моего сердца

Наши ноги занимаются любовью под столом

Мое сердце истекает теплой кровью

Липкая жидкость медленно меня наполняет

Ты еще раз трескнул зубами

И я впала в морщину под глазом твоим

Я чувствую себя безопасно

Как во чреве своем
Меня покрывают твои ресницы
Сердце все еще истекает тепло-липкой кровью

В коридоре слышны приближающиеся шаги мужчины. Саломэя затихает.

САЛОМЭЯ: Идет.

Встает и подходит к двери, опирается на нее лбом. Ритмичный стук в дверь.

САЛОМЭЯ: Привет.

(голос за дверью): Пришел на чай.

САЛОМЭЯ: Чая нет.

(голос за дверью): Обещала.

САЛОМЭЯ: Мало, кто что обещал.

(голос за дверью): Давно не виделись.

САЛОМЭЯ: Не так уж и давно.

(голос за дверью): Я только теперь собрался. Мне тоже нелегко.

САЛОМЭЯ: Понимаю.

(голос за дверью): Так почему не впускаешь?

САЛОМЭЯ: Не могу на тебя смотреть.

(голос за дверью): Прости меня.

Саломэя молчит.

(голос за дверью): Простила?

САЛОМЭЯ: Мне нужно время.

(голос за дверью): Понимаю. Теперь я должен уехать. Потом могу зайти?


САЛОМЭЯ: А зачем?

(голос за дверью): Мы хорошо ладили.

предчувствие, что получится.

За стеной слышен заглушенный женский голос: Слышишь, говорю – это безнадежно?! Оставь же его в покое! Пальмира бросает трубку и включает радиоприемник. Звучитмелодия: I can be your hero, baby…
VII сцена
Пальмира лежит на кровати в своей комнате и читает журнал. В комнате зажжены все свечи. Лицо Пальмиры размазано кефиром, а на верху наложены куски огурца. На краю кровати лежит аккуратно сложенная одежда, на ней – черные лакированные туфли на высоком каблуке.

ПАЛЬМИРА: На этой недели может завязаться тайный роман с другом, соседом или шефом. Если вы оба свободны, особенно в том случае, если чувство к вам придет во вторник, в среду – не беги от своего счастья. Ну, а если не думаешь о флирте с другим, если, скажем, ты замужем,

Нет, это не мне...

Кстати, именно сейчас в твоем знаке находится Черная Луна, поэтому ты не должна бы надеяться на тебе привычной методике соблазнения – вкусная еда, эротично-романтическая одежда могут и не сработать: самое важное для тебя теперь – уметь создать тайну, быть похожей на недосягаемую женщину в ностальгическом настроении. Если ваши отношения и были несколько блеклыми....

Это мне неинтересно...

В понедельник избегай споров, осторожно води автомобиль и опасайся воров, сплетников и доносчиков. В четверг твои планы насчет его могут провалиться. Возможны и неожиданности со стороны детей.

Ой, ну это уж совсем не в тему!

Бросает журнал в сторону.

ПАЛЬМИРА: Так так...

Собирает одежду, которая лежала на кровати. Бросает ее на пол. Из под кровати достает потертые джинсы, спортивную майку и красовки. Все кладет на край кровати.
IX сцена
Комната Пальмиры. На кровати – куча косметики и флакончики духов.

САЛОМЭЯ: Больше не будем.

(голос за дверью): Так не зайти?

САЛОМЭЯ: Как хочешь.

Тишина. Вдали коридора слышны удаляющиеся шаги. Из соседней комнаты слышна музыка: I can be your hero, baby… Саломэя достает из карманов затычки для ушей и запихает их в уши.
VIII сцена
Темная комната. Горит только настольная лампа. Саломэя сидит за столом и пишет.

САЛОМЭЯ:

Мой сюсюкающий трофей

Очередная моя неудача

Я уже говорила,


Что ты чертовски удобный мужик?

Жаль,

Что мне больше нравятся мои

прыщи

Чем твои светлые кудри

Жаль,

Что мне милее рычаниекрана на кухне

Чем твой флирт

Запиши себе на узком своем лбу

Еще одно золотое правило:

Вертеры мне нужны лишь тогда

Когда рядом нет Дон Жуана

За стеной начинает громко шуметь фен. Саломэя замирает в ожидании. Фен не умолкает.Саломэя подходит к стене и пару раз кулаком стучит в заколоченную дверь. Шум умолкает. Саломэя возвращается к столу. Раздраженно сжимает в комок исписанный лист бумаги и бросает его в угол. Берет другой – чистый. За стеной включается пылесос. Саломэя напряженно пишет.
X сцена
В комнате царят сумерки, горит лишь настольная лампа. Нагнувшись к лампе, Саломэя читает книгу. За стеной слышна шумная музыка, истерический смех, звон бокалов, матерные слова – идет вечеринка. Саломэя руками зажимает уши и начинает громко выкрикивать текст.
Слышны только голоса во дворе.

(голос за окном): Сегодня очень хорошо выглядишь.

ПАЛЬМИРА: Сегодня очень хорошо себя чувствую.

(голос за окном): Хорошо, что мне позвонила.

ПАЛЬМИРА: Хорошо, что в прошлый раз сводил меня в хорошее кино.

(голос за окном): Маргарита сказала, куда ты хотела сходить.


ПАЛЬМИРА: Не сказала, чего бы я еще хотела?

(голос за окном): Ты меня смутила.

ПАЛЬМИРА: Врешь.

(голос за окном): Можем зайти – проверим.

ПАЛЬМИРА: Может в другой раз... Позвони. Пока.

Входит в комнату. Зажигает свет. Хватает телефонную трубку, набирает номер.

ПАЛЬМИРА: Ну, знаешь, очень классный. Попала в самую десятку. И фильм хороший выбрала. Все как по маслу. Кажется, все будет ой-кей. Ах, ведь сама знаешь: красивые руки, длинные ноги, нежные губы. А что еще мне может в нем понравиться? Так он же почти не говорил. Может и хорошо... Нет! Ты что... Конечно, не было. Ах, а кто из них не хочет? Но у меня есть план: специально не буду ему звонить. Пусть сам позвонит. Если позвонит, значит, все серьезно. Надо же проверить. Не переживай: точно позвонит. Я знаю. Я ему нужна. Пусть помучается. Все будет ой-кей.
XI сцена
Пальмира с мокрыми волосами и грязевой маской на лице, окутавшись в полотенце, лежит на кровати и говорит по телефону.

ПАЛЬМИРА: Угадай, кто опять звонил. Нет, не Энрике Иглесиас. Нет, на этот раз не на матч. Хотел все объяснить. Кого теперь это волнует? Объяснить... Никто теперь с ним не будет объясняться. Раньше не додумался, значит, ненадо было. Видела? Когда видела? Одного? Так я и думала... Так ведь он и к ней ходит. Считает, что я – полная идиотка и ничего не понимаю. Нет, между ними ничего нет. Знаю: она его даже не впускает. Мужчины ее не интересуют. Знаешь – ни сама жрет, ни другим дает. Это уже не мое дело. Да ну его, я об этом уже не думаю. Только не могу терпеть, когда он звонит. Чего надо, чего надо... Как тебе кажется, чего

САЛОМЭЯ: Феминизм зародился как вид протеста против самых низких идей евпропейского колониализма и фашизма. Никто другой до этого не говорил так смело о силе в отношениях, о разнице между соблазнением и насилием, о сложности смирения и презрения.

С другой стороны был сформирован очень негативный образ радикального феминизма – это образ лесбианки, которая сразу заставляет нас поднимать вопрос о гомофобии, лесбианки-деструктора, неспособной приобщиться к окружающей ее среде. В обществе постоянно парит деструктивный и негативный образ феминистки. Массмедиа изображает феминистку как кастрирующую всех мужчин лесбианку. И почему же самую наиболее отталкивающую, опасную и непривлекательную женщину должна представлять лесбианка? Лесбианки бывают не только очень красивые и женственные, но их бывают и очень много. Все эти образы являются только политическими играми. Они ясно показывают, как важно для мужчин доминировать. Свои самые постыдные фантазии мужчины проецируют на феминизм. Поэтому страхи перед кастрирующией вагиной и сильной женщиной отражаются во всеобще принятых образах феминизма. На самом деле, эти образы таят в себе страхженственности, который постепенно превращается в абсолютный негативизм. Это – фантастическая мужская стратегия. Будучи феминисткой, ты все время должна с этим жить и деконструировать это, и, конечно, смеяться над этим, потому что если воспримешь это очень серьезно, это разрушит твою жизнь.
XII сцена
В куртке и сапогах, Саломэя сидит за письменным столом. Курит и бурчит себе под носом.

(низкимголосом): I’m going to Rio.


САЛОМЭЯ: When?

(низкимголосом): The day after tomorrow.


САЛОМЭЯ: Alone?

(низким голосом): No…

Молчит.

(низкимголосом): I’m taking Sue with me. Sorry. She is so lonely. But I’m coming back. To you.

САЛОМЭЯ: Of course.

(низкимголосом): I’ve got to go now. I’ll bring you a candy. Bye, baby.

чего ему надо? Ну, конечно, что все кончено, я же не мазохистка какая...
XIII сцена
Пальмира сидит на кровати готовая уйти. У правого уха – телефонная трубка, на коленях – открытый журнал.

ПАЛЬМИРА: Нет, не звонил. И не приезжал. Ну, конечно, так я ему и нужна была. Нет, я не переживаю. Было бы из-за чего переживать... Ну, да, да, жалко. Я ждала. Сидела одна в этом накуренном кабакесреди вонючих мужиков и ждала. Да я говорю тебе, что не договаривались. Но я думала, может... Да ну, неважно. Теперь уже неважно. Нет, только не вздумай ему звонить. Хватит мне этой вашей помощи. Ладно ладно, я не переживаю. Знаю, я знаю, что мне делать?. Я впорядке...

Бросает трубку и продолжает читать журнал.

ПАЛЬМИРА: Чувствуешь себя немногоподавленнойиз-за испытанной несправедливости. Только не теряй самоуверенности и оптимизма – придет время, когда окружающие тебя оценят по достоинству. Не забывай, что для тебя началось тяжелое время – Сатурн вошел в твой знак Зодиака. Ты должна серьезно заняться собой. Никаких ненужных работ, пустых забот – все должно быть подсчитано и целеуправлено. Начни придерживаться более строгого режима: рано ложись спать и рано вставай, чтобы у тебя осталось время не только для утренней медитации и физзарядки, но и для спокойного питательного завтрака. Ну, а выходные пройдут, несомненно, отлично – не будет нехватки ни дружеского внимания, ни удачи. В понедельник не начинай ничего серьезного, во вторник задумывай желания, только не спеши воплощать то, что задумала.

Закрывает журнал.

ПАЛЬМИРА: Хорошо. Все будет хорошо. Может сяду на диету. Все будет хорошо...

Саломэя бросает окурок и начинает медленно раздеваться. Развязывая красовки начинает декламировать.

САЛОМЭЯ:

Bye-bye, baby!

Может еще увидемся

Если будешь хорошо себя вести, привезу тебе конфетку
Ты все время бежишь от меня

Я пытаюсь тебя догнать

Перепрыгивая через малюсенькие свои

Трупы
Секс с препятсвиями
Буду гнаться за тобой

Пока останется от меня лишь ветром гоняемая нитка

Обовьюсь вокруг твоей шеи

И зажму твою артерию сна

Бросает одежду на пол, кладет ноги на стол и открывает книгу.

САЛОМЭЯ: Трагедия нашей эры, трагедия данного исторического момента заключается в огромном индивидуализме. Нынешнему поколению говорится: «Ты можешь это сделать! Ты умна, хороша собой , ты можешь это сделать!» С одной стороны, это – великолепное поощрениечеловека, так как заставляет его думать, что конечный предел его возможностей – одно лишь небо. С другой стороны, это – ложь. Ведь всем хорошо известно, что никто неспособен сделать это один, без чьей-либо помощи. Ни мужчина, ни женщина. И особенно хорошо это знают мужчины, у которых есть мощные и хорошо действующие инфраструктуры. За ними стоит общество, которое отстаивает их интересы. Поэтому женщины, как и мужчины, должны заботиться о своих интересах. Нужно осознать потребность женской инфраструктуры. Женщины должны усиленно помогать друг другу, так как никто другой этого не сделает. А мысль, что «ты можешь это сделать!» только потому, что у тебя красивое лицо, является ничтожной ложью. Женщину будет сопровождать удача только тогда, когда ее поддержит надежная команда других женщин. Женщины, которые будут отвечать вместо нее на телефонные звонки, будут консультировать ее по важным вопросам, рекомендуют ей других квалифицырованных женщин, которые смогут о ней позаботиться надлежащим образом.

За стеной раздается женский смех.

Голоса: Иди ты?... Нереально!... Не может быть... Ну и хорошо сделал... Я бы тоже не пошла... Она страшна как моя жизхнь... Саломэя закрывает книгу и швыряет ее в заколоченную дверь...


XIV сцена
Саломэя на заколоченной двери вешает большой картонный лист. Прибивает его маленькими гвоздями. Берет кусок черного угля, достает из кармана помятую бумажку и начинает переписывать из нее текст.
САЛОМЭЯ: Я заболела тобой. Твоим голосом, запахом, твоим лицом. Твоими руками у меня на грудях. Твоим дыханием мне в шею. Жесткостью твоих ладоней у меня на бедрах. Ношу тебя с собой везде. В своих шумных буднях. В своих бледных праздниках. В своем тихом одиночестве. Заразилась тобой незаметно – наблюдая, слушая, остря. Заразилась словно шутя, а теперь уже не могу избавиться. Разговариваю с тобой, когда ты не слышишь, прикасаюсь к тебе, когда ты не чувствуешь, занимаюсь с тобой любовью, когда ты этого не знаешь. Я больна тобой неизлечимо.
Отходит на пару шагов от картона. Смотрит критическим взглядом. Вздыхает и начинает рукавом стирать только-что написанные слова. Раздается стук с другой стороны забитой двери. Саломэя тихонько трет лист картона. Стук повторяется. Саломэя перестает тереть и молчит.

ПАЛЬМИРА: Все пишешь?

Саломэя молчит.
ПАЛЬМИРА: Я же знаю, что пишешь. «Я больна тобой неизлечимо...» Знакомое чувство.

САЛОМЭЯ: Я ведь не подслушиваю твои личные разговоры.

ПАЛЬМИРА: Я твои тоже не подслушиваю... Но все равно слышу.

САЛОМЭЯ: Постараюсь потише.

ПАЛЬМИРА: Не поможет.


САЛОМЭЯ: Может чаю?

ПАЛЬМИРА: Нет, спасибо. Мне надо идти. Дела.

САЛОМЭЯ: Как всегда. Ну и иди. У меня тоже дел полно.
Пальмира отходит от заколоченной двери и идет к своей кровати. Начинает громко разбрасывать вещи и одежду, рыться в своей бижутерии. Саломэя достает из шкафа кучу книг и несет их к столу. Немного пошумев, Пальмира сует все разбросанные вещи назад под кровать, снимает ботинки и садится на край кровати. Включает магнитофон. Звучитмузыка: I can be your hero, baby… Саломэя достает из карманов затычки для ушей, запихивает их в уши, сидит и смотрит на закрытую книгу.
Finis.



перейти в каталог файлов


связь с админом