Главная страница
qrcode

Свободное крестьянство феодальной норвегии. (Гу... Библиотека группы Асатру


НазваниеБиблиотека группы Асатру
АнкорСвободное крестьянство феодальной норвегии. (Гу.
Дата01.02.2017
Формат файлаpdf
Имя файлаSvobodnoe_krestyanstvo_feodalnoy_norvegii__Gu.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#26631
страница20 из 20
Каталогgorobecd

С этим файлом связано 19 файл(ов). Среди них: Taktika_iskusstvo_boya.pdf, SV_42_1978.djvu, Svobodnoe_krestyanstvo_feodalnoy_norvegii__Gu.pdf, Nefedkin_A_K_Voennoe_delo_sarmatov_i_alanov_H.djvu, Artamonov_M_I_Istoria_khazar_1962.pdf и ещё 9 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20
Statsforfatningen i Norge og Danmark. Christiania, 1866; H. J. Darre. Kong Sverre og Norge paa hans Tid. (s. 1.), 1869; J. E. Sars. Udsigt over Den norske Historie, I-II. Christiania,
1873. Несколько иная точка зрения у Э. Херцберга (E. Hertzberg. En framstilling af det norske aristokrat is historie indtil Kong Sverres tid. Christiania, 1869). См. о норвежской исторической школе О. Dahl, Norsk historieforskning i 19. og 20 år-hundre. Oslo, 1959.
5. Norges historie framstillet for det norske folk, II, 2. Kristiania, 1916 (A Bugge); O. A.
Johnsen. Norges bønder. Oslo, 1919. (2. utg., 1936); idem. Norwegische
Wirtschaftsgeschichte. Jena, 1939.
6. F. Paasche. Kong Sverre. Kristiania, 1920 (2. opplag – 1923, 3. opplag – 1948); G. M.
Библиотека группы Асатру
142
Gathorne-Hardy. A Royal Impostor. King Sverre of Norway. Oslo, 1956; K. Helle.
Tendenser i nyere norsk høymiddelalder forskning. – H. T., № 2. Oslo, 1961; Vårt folks historie, Bd. II-III. Oslo, 1962 (Ch. Joys). Взгляды Поске разделяет также АО. Ёнсен. АО, 4.
Bd. Oslo, 1920; Det norske folks liv og historie gjennem tidene, Bd. II. Oslo, 1931; H. Koht.
Kampen om magten i Norge i sagatiden. – H. T. 5. R., 4. Bd. Oslo, 1920; idem. Sagaenes opfatning av vår gamle historie ("Innhogg og utsyn i norsk historie". Kristiania, 1921); idem.
Kong Sverre (Kriseår i norsk historie). Oslo, 1952; J. Schreiner. Kongemakt og lendmenn i
Norge i det 12. århundre. – "Scandia", Bd. IX, 1936; idem. Gammelt og nytt syn på norsk middelalderhistorie. – H. T., 10. R., 5. Bd. København, 1940; A. Holmsen. Norges historie, I.
Bd. Oslo, 1939 (2. utg. – 1949); J. A. Seip. Problemer og metode i norsk middelalderforskning. – H. T., 32. bd. Oslo, 1940-1942.
8. Det norske folks liv og historie... II, s. 216.
9. В отличие от тех историков, для которых движение биркебейнеров и крестьянские восстания представляли нечто единое, мы придерживаемся противоположной точки зрения (см. ниже.
9a. "Сага о Сверрире" была начата аббатом бенедиктинского монастыря Тингэйрар в Исландии Карлом Йоунссоном вовремя его пребывания в Норвегии зимой 1185-1186 гг. Находясь в Трандхейме, Карл Йоунссон записал рассказ короля Сверрира о его молодости и начальном этапе борьбы против короля Магнуса Эрлингссона. Остальная часть саги, по-видимому, была записана со слов участников событий, сподвижников
Сверрира. Вся сага целиком была скомпонована несколько позднее. Саги о периоде гражданских войн, следующем после смерти Сверрира (1202-1217), известны под названием "Саго баглерах" (Böglungasögur). Авторы их неизвестны, но полагают, что частично саги составлены сторонниками Сверрира и биркебейнеров, частью же их противниками (баглерами). См. Kongesoger. Sverre-soga, Baglarsoger. Oslo, 1962, s. 7-8,
203-204.
10. Свидетельства иностранцев – современников описываемых событий (английские хронисты, датчанин Саксон Грамматик) в этом отношении представляют мало интереса. Как правило, они отражают точку зрения католических кругов и настроены резко враждебно по отношению к Сверриру и его сторонникам.
11. Hkr: Magnúss s. Erlingssonar, kap. 10: Í þann tíma stóð Nóregsveldi með blóma miklum.
Var bóndafólk auðigt ok ríkt ok óvant ófrelsi eða ófriði flokkanna...
12. Напомним, что Снорри писал "Круг Земной" в е годы, и первой половине х годов XIII столетия.
13. Det norske folks liv og historie... II, s. 268; A. Holmsen. Norges historie, I, s. 274 ff.
14. Hkr: Magnúss s. Erlingssonar, kap. 36. Cp. Fargskinna, kap. 107-208. X. Кут (H. Koht.
Kong Sverre, s. 24) предполагает, что в отряде Эйстейна были также самостоятельные бонды, не желавшие превращаться в держателей крупных собственников и платить десятины церкви.
15. Fargskinna, kap. 108.
Библиотека группы Асатру
143 16. Hkr: Magnúss s. Erlingssonar, kap. 37.
17. Fagrskinna, kap. 112: ...oc er þat sannazt at allir hinir beztu bonda synir komo þa til þæira um oll Þrœndalog...
18. Sverris saga, kap. 3: "в Трёндалаге у конунга Магнуса были противники как среди могущественных (rika), таки бедных (orika) людей.
19. Fagrskinna, kap.: 115.
20. Hkr: Magnúss s. Erlingssonar, kap. 43. Cp. Sverris s., kap. 8, 11.
21. Сверрир был священником, выходцем с Фарерских островов. Как он утверждал впоследствии, мать открыла ему, что его отец – покойный король Сигурд Слембир; тогда Сверрир стал добиваться своих прав на престол.
22. Какие именно разделы "Саги о Сверрире" написаны при участии Сверрира, остается невыясненным. См L. Holm-Olsen. Studier i Sverres-saga. – "Avhandlinger utgitt av Det Norske Videnskaps-Akademi i Oslo, II. Hist.-Filos. Klasse", 1952, № 3. Oslo,
1953; E. N. Brekke. Sverre-sagaens opphav. – "Skrifter utgitt av Det Norske Videnskaps-
Akademi i Oslo. II. Hist.-Filos. Klasse", 1958, M1. Oslo, 1958. Об этой книге см. полемику между ее автором, X. Кутом, Ю. Скрейнером и X. Ли Н. Т, № 3. Oslo, 1959;
№ 2,1960.
23. Sverris s., kap. 8-9, 11.
24. Сверрир якобы решительно возражал против того, чтобы спешить с провозглашением его конунгом, говоря, что хочет сначала доказать законность своих притязаний, но биркебейнеры закричали, что и слушать не желают о какой-либо оттяжке и не будут ему служить, "пока он не станет выше тех, кто за ним следует. Он был вынужден принять у них присягу верности (Gengo menn þa til handa honum oc tocu við sverði hans). Sverris s., kap. 11.
25. Sverris s., kap. 11. Впервой части саги отношения между Сверриром и биркебейнерами рисуются довольно противоречиво. Здесь проводится мысль, что из-за неразумия биркебейнеров Сверрир не мог рассчитывать на их советы и должен был самостоятельно принимать все решения, ив тоже время неоднократно сообщается о совещаниях между ними его воинами. Например, нападение на Нидарос, закончившееся поражением биркебейнеров, было, по словам Сверрира, предпринято вопреки его советам. Здесь, вероятно, проявляется стремление задним числом обелить
Сверрира как военачальника, но возможно, что сага отражает какие-то противоречия между ними "старыми биркебейнерами" – выходцами из низов, противоречия, возникшие позднее и ретроспективно приписываемые начальному этапу движения. Во всяком случаев саге заметна тенденция Сверрира отмежеваться от "старых биркебейнеров".
26. Sverris s., kap. 11: ос het hann þeim noccorum rettar-botum. ef þeir sneriz til hans...
27. Sverris s., kap. 14: ...þar varo margir lendir men Magnus konungs. oc gengo allir til sættar.
28. Sverris s., kap. 25.
29. Взгляды Сверрира хорошо выражены в его речи, произнесенной в Бергене Маленькие люди, – говорил он между прочим, – должны быть благодарны и служить
Библиотека группы Асатру
144 каждый своему господину с охотой и наилучшим образом" (En hinir er minni ero sculo vera þacclatir oc þiona hverr sinum yfir-manni með goðum vilia oc eptir sinum efnum)
(Sverris s., kap. 104).
30. См. Sverris s., kap. 15. О лендрманах Сверрира см. Sverris s., kap. 35, 54,134 и др. В саге не сообщается, когда они были назначены и где находились их владения. В ответ на слова короля Магнуса о том, что биркебейнеры повинны в гибели многих его лендрманов, Сверрир сослался на то, что и хеклунги (партия Магнуса) убили немало лендрманов – его сторонников (ibid., kap. 60).
31. Sverris s., kap. 58. Cp. ibid., kap. 89. Магнус говорил "У нас нет недостатка в войске, ибо куда бы в стране мы ни пришли, к нам стекается народ.
32. См. Sverris s., kap. 18, 19 (нападение на биркебейнеров бондов Согна); 21 выступление против Сверрира населения Хейдмёрка под предводительством 12 бондов, каждый из которых привел с собой по 120 человек 24 (выступление против
Сверрира бондов Вика под руководством могущественного предводителя Симуна из
Скриксвика); 39 (поддержка короля Магнуса горожанами Бергена и жителями Вика во главе с могущественными людьми 49 (паника биркебейнеров в Бергене при появлении кораблей с бондами Хёрдаланда, которых они приняли за флот короля
Магнуса; разгром крестьянского ополчения, крестьян избивали "как скот "никогда не совершало более неудачной экспедиции такое большое войско 51 (враждебное отношение жителей Вестланда к биркебейнерам и радость населения Вика по поводу прибытия туда войска Магнуса Эрлингссона); 83, 84 (торжественная встреча короля
Магнуса горожанами Конунгахеллы и Тунсберга; все изъявляли готовность ему "служить и идти за ними скорее умереть вместе с ним, своим законным государем, чем служить священнику те. Сверриру], который не имеет прирожденных прав короля 98 (поддержка короля Магнусанаселением Вика 101 (в 1185 г. в Вике объявился новый претендент на престол – Йоун, сын конунга Инги Харальдссона; к нему стеклось много народа, все сыновья лучших людей Вика – allir hinir beztu mana synir i Vikinni); 119 (поддержка жителями Вика мятежников с Оркнейских островов
139 (выступление против Сверрира жителей восточной части Вика) и т. д. Водном случае Сверрир отмечал, что толпа крестьян (buanda-mugrin), шедших против него, была насильно согнана лендрманами, но это касалось бондов Трандхейма, которые сочувствовали Сверриру и враждовали с королем Магнусом и ярлом Эрлингом (ibid., kap. 47). Приведенный материал, свидетельствующий о враждебном отношении бондов к Сверриру и биркебейнерам (и другие данные, которые можно было бы дополнительно привести, относится как ко времени, когда Сверриру приходилось воевать против Магнуса, таки к более позднему периоду, когда Сверрир уже был единовластным королем в Норвегии.
33. Ср.: Edv. Bull. Borgerkrigene i Norge og Haakon Haakonssons kongstanke, s. 188-189.
34. Иностранные хронисты не отрицают того, что Сверрир пользовался поддержкой части населения. Саксон Грамматик, изображающий Сверрира в виде узурпатора, отмечает преданность ему якобы обманутых им воинов и "доверчивого народа"
(turburlento militum errore credulaque uulgi suffragacione protectum). Saxonis Grammatici.
Gesta Danorum. Hsg. von A. Holder. Strassburg, 1886, S. 613 (über XIV). Английский хронист Уильям Ньюбороский, также враждебный по отношению к Сверриру, писал, что этот король "с великим умением собрал вокруг себя большую банду отчаянных и преступных людей, привлеченных надеждою на грабеж. Цит. по G. M. Gathorne-
Hardy. A Royal Impostor, p. 289.
Библиотека группы Асатру
145 35. Sverris s., kap, 16.
36. Очевидно, речь идет о тех бондах, которые не вступили в его дружину, но были готовы оказать ему поддержку.
37. Sverris s., kap. 43. Ср. kap. 61, 60, 63, 65, 152, 155. О военной поддержке, которую бонды Трандхейма оказывали Сверриру, особенно полно рассказывается в гл. 154.
38. Как показал X. Кут, среди руководителей биркебейнеров на этом этапе движения преобладали тренды (H. Koht. Kong Sverre, s. 36-37).
39. См. А. Я. Гуревич. Норвежские бонды в XI-XII вв. – "Средние века, 24, 1963; 26,
1964.
40. Sverris s., кар. 47.
41. Sverris s., kap. 53.
42. Заявление Сверрира о том, что "у него в кошельке хранится мужество всех лендрманов короля Магнуса", кроме одного, означавшее, что все они прислали ему письма с предложением мира и всяческой дружбы (Sverris s., kap. 50), по-видимому, не было лишено некоторого основания. Известно, в частности, что в обоих борющихся лагерях было немало сородичей, в том числе и среди хёвдингов. См. Sverris s., kap. 60,
93, 159; Fornmanna sögur, 9 Bd., S. 133.
43. Во всех критических случаях Сверрир ссылался на свои якобы вещие сны. См Н.
Koht. Kong Sverre, s. 12-13.
44. Sverris s., kap. 35.
45. Cp, Sverris s., kap. 143. Сверрир с сожалением вспоминает прежних биркебейнеров, неодетых пышно, как новые, но имевших мужественные сердца.
46. Sverris s., kap. 40.
47. Ibid., kap. 94.
48. Sverris s., kap. 100: Sverrir konungr gaf þa monnum sinum nafn-bøtr sumum syslur. sumum veizior morgum fecc hann oc gofug kvanfong hann gerþi þa marga hofðingia er honum fylgðu til landz oc marga gerþi hann þa at rikismonnum er menn segia at engar ættir attu til... oc hof marga til rikis oc varo þa gorvir giaflendingar. Gjaflendingar – ленники, люди получившие земельные пожалования.
49. Когда Сверрир готовился к битве при Нидаросе, он потребовал помощи от бондов
Оркадаля (в Трандхейме). Бонды послали своих работников (vercmenn), не решаясь пойти сами из страха наказания со стороны ярла Эрлинга. Сага описывает одного из участников этого ополчения "Был он высоки могучего телосложения, на плече держал большой цеп никакого другого оружия у него не было. Священник Эцур спросил его "Чего же ты, хочешь, если пришел с одним цепом Где твое оружие Сражаться с ярлом Эрлингом – это тебе не зерно молотить, а лишь для этого годится твой цеп. Тот отвечал "Оружие, которым я собираюсь сражаться, получу в городе. Пока оно еще находится у людей ярла". Один из воинов Сверрира, одобрив его слова, отдал ему свое копье и боевой топор" (Sverris s., kap. 37).
50. Начальник дружины (gestir) Сверрира Ульв из Лаувнеса был сыном мелкого
Библиотека группы Асатру
146 крестьянина (þorpara-son) (Sverris s., kap. 90).
51. Таковы были, например, Бард Гутхормссон из Рейн в Трандхеймс-фьорде, и Ульв из Лаувнеса (Северный Трендалаг).
52. Sverris s., kap. 60. По мнению Ю. Скрейнера, выражение lendbornir hirðmenn означало, что все дружинники Магнуса принадлежали к родам лендрманов (J.
Schreiner. Hærmakt og riksstyre. – H. T., 36. bd., 2. h. Oslo, 1952, s. 100, п. 1).
53. Sverris s., kap. 93.
54. Ср.: H. Koht. Kong Sverre, s. 37, 67-68. Кут, на наш взгляд, неправомерно почти полностью отрицает возможность перехода части старых лендрманов на службу к
Сверриру. По мнению Г. Сторма, Сверрир старался привлекать к себе старых лендрманов, когда это было возможно. Другие старые лендрманы вновь вступили на службу после смерти Сверрира (G. Storm. Om Lendermandsklassens Talrighed i 12. og
13. Aarhundrede. – H. T., 2 R., 4 Bd. Cristiania, 1884, S. 157-158, 184-186).
55. Свое прозвище "лапотников" сторонники Сверрира сохранили ив то время, когда, оно нив коей мере уже не соответствовало их действительному положению, и, как мы видели, даже кичились им, тогда как своих противников, приверженцев партии короля
Магнуса и высшего католического клира, они называли gullhálsar (золотые шеи, потому что те носили драгоценные украшения, баглерами (Baglar, от bagall, лат. baculus – епископский посох, Heklungar, Kuflungar (от hekla – плащ с колпаком, и kufl
– монашеский капюшон) и т. п.
56. В "Саге о Сверрире" (гл. 100) подчеркивается, что выходцы, из простонародья, поднятые Сверриром на верхи общества и ставшие могущественными людьми, неизменно оставались верными королю – в противоположность родовитым лендрманам Магнуса Эрлингссона, которые сплошь и рядом ему изменяли.
57. Сверрир был безусловным сторонником верховенства королевской власти над духовенством. При погребении ярла Эрлинга он заявил "Вы можете убедиться, что наступила удивительная перемена буквально "смена времен, когда один человек заступил место трех конунга, ярла и архиепископа этот человек – я" (Alldascipti er mikit orðit sem þer megut sia. oc er undariiga orðit. er ein maðr er nu, fyrir. III. Ein fyrir konung. oc einn fyrir Jarl. einn fyrir erkibyscup. oc em ec sa) (Sverris s., kap. 38).
58. Grágás представлял собой раннюю редакцию "Законов Фростатинга".
59. Эйстейн, архиепископ нидароский, предшественник Эйрика, активно поддерживал партию короля Магнуса и ярла Эрлинга и примирился со Сверриром только после их гибели, незадолго до собственной смерти. Gullfiöðr лег в основу церковного права "Законов Фростатинга".
60. В редакциях областных законов XII и XIII вв. говорится лишь об обязанности бондов снабжать архиепископа при поездке по стране всем необходимым, но число членов его свиты не лимитируется (G., 33; F., II, 44). Правда, согласно "Законам
Гулатинга", бонды в фюльке были обязаны предоставлять архиепископу не более 30 верховых лошадей, но он мог иметь сверх того и собственных. Ср. R. Meißner.
Norwegisches Recht. Das Rechtsbuch des Frostothings. Germanenrechte, Bd. 4. Weimar,
1939. Vorbemerkungen, S. XX-XXI.
61. Вовремя войны против ярла Эрлинга и короля Магнуса Сверриру пришлось
Библиотека группы Асатру
147 сражаться против дружины архиепископа Эйстейна.
62. Sverris s., kap. 117. Это столкновение между Сверриром и архиепископом Эйриком изображено последним в его послании папе Клементу III (1190) в виде посягательства со стороны короля на неотъемлемые права церкви. См. Latinska document til norsk historie fram til år 1204, utg. ved E. Vandvik. Oslo, 1959 № 28, s. 92-96.
63. Сохранился полемический документ – принадлежащая Сверриру "Речь против епископов, в которой он оспаривает законность его отлучения от церкви. См. А.
Hollsmark. En tale mot biskopene. – "Skrifter utgitt av Det Norske Videnskaps-Akademi i
Oslo, II. Hist.-Filos. Klasse", 1930, № 9. Oslo, 1931. Cp. R. Keyser. Den norslte Kirkes
Historie under Katholicismen, I. Bd. Christiania, 1856, S. 255 ff.
64. Ср. рассказ о том, как Сверрир обрушился на папского легата, отказавшегося помазать его на царство и короновать он обвинил легата в том, что он, как и все другие представители Рима, явился в Норвегию для вымогательства у населения богатств с помощью обмана, и заставил его покинуть страну (Sverris s., kap. 122).
65. Сюсла (sysla) – буквально "дело, "работа, но также и "должность, "служба. Стечением времени сюслами стали называться административные районы, округа управления, во главе которых стояли сюсломаны. В источниках термин "сюсла" в этом смысле встречается сначала в. См. Saga Hákonar Sverrissonar, kap. 7; Fornmanna sögur, 9 Bd., s. 115 (Borgarsýsla): Saga Hákonar Hákonarsonar, kap. 53 (Elfar-sýsla), 35, 47,
58 (Osloarsýsla). В "Законах Фростатинга" сюсломаны упоминаются лишь в редакции
XIII в. (F. Indl., 12, III, 24), в "Законах Гулатинга" (XII вони вообще не упомянуты.
66. X. Кут указывает на то, что среди сюсломанов были выходцы и из зажиточных бондов, нона эти должности не назначались лендрманы (H. Koht. Kong Sverre, s. 72).
67. Сюсломаны получали иногда ленные пожалования от короля в более позднее время их стали именовать ленсманами (lensmenn).
68. H. Koht. Kong Sverre, s. 71, f.; idem. Frå norsk midalder. Bergen, 1959, s. 13-14.
69. J. Schreiner. Kongemakt og lendmenn i Norge i det 12. århundre, s. 174, 181, 185. См. его рецензию на книгу Кута о Сверрире: Н. Т, 36. bd., 4. h. Oslo, 1953, s. 444.
70. Сага упоминает сюсломанов Магнуса в Вике и Вестланде (Sverris s., kap. 50, 68, 69,
73). Как уже отмечалось, сюсломаны не упоминаются в основном тексте "Законов
Гулатинга"; об этих королевских слугах, однако, уже говорят постановления, внесенные в текст судебника при Магнусе Эрлингссоне (G., 32, 37). Ср.: АО. Ibid., kap. 40.
73. Ibid., kap. 43.
74. Ibid., kap. 61: ...oc seiti menn sina i syslur allt um Vikina.
75. Ibid., kap. 68.
76. Ibid., kap. 69.
77. Ibid., kap. 74. Сюсломан Торгильс служил в самом северном округе Халогаланда (i
Библиотека группы Асатру
148 nærzto þing-há) и контролировал путь к финнам (finferþ), с которых он собирал дани
(scatt).
78. Ibid., kap. 125.
79. Помимо всех прочих поборов, взыскиваемых с населения, сюсломан возлагал на него заботу о содержании своей вооруженной свиты (J. Schreiner. Hærmakt og riksstyre, s. 106).
80. F. Indl., 12. Cp. L., VIII, 10, 2; IX, 3, 3. Если в "Законах Фростатинга" сюсломаны упоминаются еще очень редко, тов "Ландслове" мы сталкиваемся сними постоянно. Полномочия сюсломана, как они рисуются в "Ландслове", были исключительно широки собственно, трудно назвать сферу общественной жизни, в которую не вмешивались бы эта должностные лица короля. См. L., I, 1, 2, 5, 7, 8; III, 9, 4; 12, 4; 14,
1; IV, 16, 19; VIII, 10, 29; IX и др.
81. Sverris s., kap. 79: ...Sygnir colluðuz hafa drepit þiofa oc illmenni oc tolþu þa obotamenn.
82. Ibid., kap. 81.
83. Ibid., kap. 82. X. Кут пишет, что подобной карательной экспедиции еще не предпринимал ни один норвежский король со времени начала гражданских войн и что проявленная Сверриром при расправе над бондами жестокость вообще не была ему свойственна (H. Koht Kong Sverre, s. 56).
84. Sverris s., kap. 87, 88, 89.
85. Ibid., 92.
86. В тот момент, когда исход битвы, казалось, должен был стать плачевным для
Сверрира, неожиданно затонул корабль, на котором находились король Магнус со многими его дружинниками, после чего положение хеклунгов стало безнадежным. См G. M. Gathorne-Hardy. A Royal Impostor, p. 207-209.
87. Sverris s., kap. 95, 96.
88. Ibid., kap. 100: ...scipaði hann nu allt land sinum syslo-monnum.
89. Ibid., kap. 101.
90. Ibid., kap. 133: Два сюсломана в Хейдмёрке были убиты вместе со своей дружиной, а двум другим сюсломанам удалось бежать.
91. Ibid., kap. 132: ...logðu þeir þa undir sic Vikina alla oc Upland ос settu menn i allar syslor.
92. Ibid., kap. 142: Baglar tocu nu bęði leiðangr oc lid. settu syslu-menn i herad... Обычно сюсломаны упоминаются в саге в связи с сообщениями о сборе налогов и о созыве населения для исполнения военной службы.
93. Ibid., kap. 144.
94. О сюсломанах баглеров в Вике вначале в. см. Saga Hákonar Sverrissonar, kap.
6-7 (здесь названы 13 сюсломанов, выставивших от своих округов 22 боевых корабля для войны против биркебейнеров), 8,18; Fornmanna sögur, 9. Bd., s. 103, 113, 115, 117;
Библиотека группы Асатру
149
Saga Hákonar Hákonarsonar, kap. 28, 32.
95. См. K. Helle. Omkring Boglungasögur. – "Universitetet i Bergen. Årbok 1958. Historisk- antikvarisk rekke", № 7. Bergen, 1959.
96. Sverris s., kap. 17 (в Упплёнде), 26 (в Ямталанде), 30, 51, 119, 160, 167, 169, 170, 171,
172 (в Вике, 50 (в Хердаланде), 61 (в Вестланде), 69, 72, 137, 142, 154 (в Трандхейме),
71 (во всей Норвегии, кроме Трандхейма), 108 (в Бергене, 112 (во всей Норвегии, 125 на Оркнейских и Гебридских островах. Неоднократно, случалось так, что в течение одного года налог с населения взыскивали и Сверрир, и его противники.
97. Ibid., kap. 69.
98. Ibid., kap. 112: ...þvi at alldri hefir aukiz aura-lag i konungs retti.
99. Ibid., kap. 148. Население Южного Хёрдаланда и Хардангра искало у баглеров защиты от биркебейнеров. Однако горожане Бергена, по-видимому, баглеров не поддерживали, чем объясняется план последних сжечь Берген. Ibid., kap. 150. После смерти Сверрира баглеры утратили контроль над Вестландом. О "государстве баглеров" в Восточной Норвегии см. F. N. Stagg. East Norway and its frontier. London,
1956, p. 57.
100. Сохранилась руническая надпись Сигурда Эрлингссона, в которой он возвещает о своем нежелании примириться со Сверриром – убийцей его отца и братьев. См H.
Koht. Sigurd Jarlsson og Hallvard Grenske. – H. T., 37. bd. Oslo, 1954, s. 71, f. Руководители баглеров пользовались поддержкой Дании.
101. Помимо того, что Сверрир находился под церковным отлучением (DN, XI, № 5, 6,
7), в 1198 г. Иннокентий III наложил на Норвегию интердикт, запретив ее жителям повиноваться этому государю. "Сага о Сверрире" умалчивает об этом акте.
102. Sverris s., kap. 154. Многие из этих богатых бондов жестоко поплатились за измену королю после того как поход баглеров на Трандхейм, в котором они принимали участие, закончился провалом, Сверрир послал карательный отряд в
Халогаланд, и многие мятежники были схвачены, а их усадьбы разграблены (ibid., kap.
159).
103 Термин Marka menn употреблялся в то время в двух смыслах как обозначение жителей Markir, лесной области, расположенной между Южной Норвегией и Швецией, и как кличка разбойников и людей, поставленных вне закона, укрывавшихся в лесах
(ср. исл. skógarmaðr – "лесной человек, "изгнанник, "опальный.
104. Várbelger – шкуры, снятые весной, имевшие худшее качество и ценившиеся дешевле, чем зимние шкуры (Ch. Joys. Vårt folks historie. III, s. 38).
105. Торстейн Кугад, один из руководителей биркебейнеров, изменил Сверриру и перешел на сторону баглеров, а затем возвратился к Сверриру. О баглерах, в которых он разочаровался, Торстейн говорил "все они бандиты и злодеи, а не предводители"
(þeir ero ransmen ос illgerþamenn. en engir hofðingiar). Сверрир даровал Торстейну прощение и обязал его рассказывать на тингах и сходках воинов об "обычаях баглеров" (fra siðum Bagla), очевидно считая это важным в интересах воспитания в войске ненависти к врагу. См. Sverris s., kap. 153.
106. Ibid., kap. 159 (1199 г.
Библиотека группы Асатру
150 107. Ibid., kap. 154.
108. Ibid., kap. 161.
109. Ibid., kap. 45.
110. Ibid., kap. 63.
111. См А. Я. Гуревич. Норвежские бонды в XI-XII вв. (II). – "Средние века, 26,
1964, с. 15-16.
112. Епископ Николас Арнасон, один из предводителей баглеров, предложил сжечь Берген, жители которого оказали поддержку биркебейнерам, и основать новый город в другой местности в Хердаланде. Узнав об этом плане, горожане поспешили укрыться, захватив с собой движимое имущество. Пожар в Бергене причинил многим жителям огромный ущерб, так что некоторые, бывшие до того богатыми людьми, превратились в нищих (ibid., kap. 150).
113. В отдельных случаях Сверрир делал попытки положить конец грабежами насилиям, чинимым его войсками. См. его обращение к ополчению из северных областей страны с требованием прекратить разграбление хозяйств крестьян в Южной Норвегии (Sverris s., kap. 133). Однако недовольство его вызывалось не самим фактом разорения населения, а тем, что участники его войска, грабили бондов в собственных интересах Сам Сверрир вначале своей карьеры неоднократно совершал нападения на жителей с целью добыть необходимые для него средства. См. ibid., kap. 26,21 и др. Он признавался, что население было настроено против биркебейнеров, потому что знало о грабежах, которым они нередко предавались (ibid., kap. 27).
114. Когда войско биркебейнеров незадолго до Рождества пришло в Эйстридалир, бонды, опасавшиеся, что Сверрир хочет встретить праздник за их счет, заявили, что никто не приготовил к пиру ни напитков, ни продуктов. Сверрир объявил им, что уходит в другую местность, а затем неожиданно возвратился в разгар пира и заставил бондов кормить себя и свое войско в течение всего Рождества (ibid., kap. 22). Ведение военных действий в разных районах страны и значительная мобильность войск в немалой мере определялись тем, что длительное пребывание водной и той же местности создавало большие трудности в их снабжении продовольствием. Так, обращаясь на тинге к биркебейнерам и жителям Трёндалага, Сверрир говорил "Неудивительно, что мы испытали огромные трудности и сильный голод, мои люди и горожане, а также бонды в сельской местности, ибо столь многочисленное войско вынуждено было кормиться водном фьорде на протяжении двух зим, и предложил выступить в поход (ibid., kap. 73). Подобно этому "брат" Сверрира Эйрик, у которого под началом находился большой отряд, но вейцла была невелика, испытывая нехватку средств (hellt sveit micla ос með þvi at hann hellt sveitina en hann hafði ecki miclar veizlor
þa varð honom fe-fatt), отправился в грабительскую экспедицию в Эстонию (ibid., kap.
113). Ср. kap. 119 (о мятежниках с Оркнейских островов En með þviat þeir hofðu lið mikit en hofðu en litit af landi. þa varþ þeim fe-fatt. См. еще kap. 132, 153.
115. Сага упоминает о трех таких мятежах. Первый мятеж в 1189-1190 гг. возглавил
Сигурд Поджигатель, исландец, выдававший себя за сына короля Инги (Sverris s., kap.
110). В 1190 г. вспыхнуло новое движение в пользу малолетнего кандидата на престол
– сына Магнуса Эрлингссона. Повстанцев, прозванных Várbelgir, возглавили представители знати (ibid., kap. 114). Разгром их бондами из Тунсберга не привел, однако, к прекращению мятежа тем же летом из пограничных со Швецией лесов
Библиотека группы Асатру
151 начались нападения отряда, руководимого монахом Торлейвом Широкая Борода
(Breiðscegr), заявлявшим, что он сын короля Эйстейна Харальдссона. Эти бедняки в
1191 г. почти все были истреблены выступившими против них бондами, погиб и претендент, объявленный в народе святым (ibid., kap. 116),
116. Ibid., kap. 162: Sverrir konungr lagði a bøndr um vetrin leiðangr. at or hveriom liða scylldi gera man oc umfram pund oc naut. Liði здесь – округ. Население распределялось по округам для исполнения службы в ополчении и для уплаты податей.
117. Ibidem: gerðiz af þesom leiðangri mikinn kur i Vikinni...
118. К королевским чиновникам-лагманам в этот период начала переходить судебная власть. Через их посредство государство контролировало крестьянские тинги. Первоначально лагманами называли людей, знавших законы и игравших поэтому ведущую роль на крестьянских тингах. В качестве государственных служащих лагманы впервые упоминаются во введении к "Законам Фростатинга" (F. Indl., 1, 16), относящемся кг. См. N. g. L., V Bd., 2. НО лагманах см. также выше, гл. III.
119. Sverris s., kap. 163: ...oc var þar comin þa allr megin-herrinn saman oc var furðuliga mikill. sva at ufært myndi þickia imot at ganga þeim er eigi væri fullkomnir hreysti-menn.
120. Автор саги замечает "Как и обычно, бондов удалось обратить в бегство" (ok vallt enn til vanda ok sva lauk at bændr flydu upp) (Ibid., kap. 164). Несомненно, однако что стойкость и наступательный дух, проявленные восставшими в битве, были совершенно необычны, ибо, как мы увидим далее, и эта их неудача не означала еще торжества биркебейнеров.
121. Sverris s., kap. 165: enn ef ver forum heim vid suo buit ok Ham Birkibeinum valid a oss. þa stríukum ver alldri sidan frialst hofuð.
122. Важно отметить, что в большинстве предыдущих сражений как на суше, таки на кораблях Сверрир, вопреки принятому у скандинавских военных предводителей обычаю, как правило, не стоял в первых рядах войска, а держался несколько поодаль, что давало ему возможность руководить битвой и менять свою позицию. Гаторн-
Харди не без основания полагает, что в некоторых сражениях Сверрир, опасаясь за свою жизнь, даже оставлял свой пост (G. M. Gathorne-Hardy. A Royal Impostor, p. 205-
206). Нов сражении при Осло Сверрир неизменно стоял во главе отряда. Очевидно, положение было настолько отчаянное, что личный пример короля бесстрашно сражавшегося верхом на коне, играл большую роль в поднятии боевого духа биркебейнеров, обескураженных небывалым упорством бондов. Это подтверждается тем, что когда в конце сражения был убит один из лендрманов, которого бонды приняли за Сверрира, среди биркебейнеров начала было распространяться паника, и лишь появление Сверрира под королевским штандартом внесло успокоение (Sverris s., kap. 165).
123. Sverris s., kap. 165: Bøndr kendo fullgerla konungin oc mælti hverr til annars, drepi hann hogi hann. legi hann. drepi hestin undir honum. þetta var mælt en eigi gert.
124. P. A. Munch. Det norske Folks Historie, III, S. 370. ПА. Мунк – единственный автор, который уделил большое внимание разбору сообщений о восстании в Вике. Он считает эту битву самой ожесточенной из всех, какие пришлось выдержать Сверриру и биркебейнерам, и объясняет необычайное упорство бондов тем, что в их среде действовали агенты епископа Николаса. Это предположение, однако, ничем не
Библиотека группы Асатру
152 обосновано. Баглеров в то время в Вике не было.
125. Sverris s., kap. 165.
126. Ibid., kap. 267: En bøndr hofðu allt samnað firir. var þar comin þegn oc þræll.
127. Ibid., kap. 169.
128. Ibid., kap. 170.
129. Ibid., kap. 171. Различия в поведении бондов Вика в этот период дают основание предположить, что состав участников восстания был неоднороден.
130. Sverris s., kap. 174.
131. Saga Hákonar Sverrissonar, kap. 1.
132. Fornmanna sögur, 9 Bd., s. 65, 67, 69.
133. См. Saga Hákonar Hákonarsonar, kap. 6, 10, 12, 14, 15, 22. Ср.: H. Koht. Opphavet til
Sverre-saga. – H. T., 1959, № 3, s. 230.
134. Saga Hákonar Sverrissonar, Guttorms Sigurðarsonar ok Inga Bárdarsonar, kap. 5.
135. Ibid., kap. 16.
136. Ibid., kap. 17. Cp. Fornmanna sögur, 9. Bd., s. 101, 169, 171.
137. Fornmanna sögur, 9. Bd., s. 123: ...vér höfum nu hváratveggju í móti oss, Birkibeina ok bændr.
138. Fornmanna sögur, 9. Bd., s. 149: Sa þá Baglar, at eingi voru efhi til at standa í móti
Birkibeinum, nema bændr réði.
139. Saga Hákonar Sverrissonar, kap. 18; Fornmanna sögur, 9. Bd. s. 177-185; Saga Hákonar
Hákonarsonar, kap. 28.
140. Saga Hákonar Sverrissonar, kap. 18.
141. Fornmanna sögur, 9. Bd., s. 187: Hvárirtveggju, Birkibeinar ok Baglar, gerðu kurr mikinn of þat, er margir ágætir menn höfðu mist allra eigna sinna ok pennínga i ófriði þeim er verit hafði.
142. После примирения многие баглеры и биркебейнеры вышли из своих группировок и отправились по домам или в торговые поездки (Fornmanna sögur, 9 Bd., s. 189).
143. Ibid., s. 193, 195.
144. Ibid., s. 203, 205.
145. Ibid., s. 209: ...ok kúgaði bændr til at greiða þann leiðangr ok konúngstekjur, er þeir höfðu um nokkur ár haldit fyrir honum; setti hann þar menn sína í fylki, ok gerði bændum ekki meira íllt. Cp. Saga Hákonar Hákonarsonar, kap. 10.
146. Противоречия между бондами Трёндалага и "новыми биркебейнерами" стали заметными вскоре после смерти Сверрира. Они проявились уже при избрании королем
Гутторма Сигурдарсона и затем – Инги Бардарсона. Предводители бондов добились
Библиотека группы Асатру
153 провозглашения Инги, несмотря на сопротивление части руководителей партии биркебейнеров: они в особенности подчеркивали принадлежность Инги к лучшему роду в Трёндалаге с отцовской стороны (kynjaðr at faðerni af enum beztum ættum í
Þrændalögum). (Fornmanna sögur, 9. Bd., s. 99; cp. Saga Hákonar Hákonarsonar, kap. 2). По этой же причине тренды выступили в 1217 г. в поддержку кандидатуры внука
Сверрира Хакона Хаконарсона, которую выдвинули "старые биркбейнеры" в противовес духовенству и лендрманам – сторонникам отстранения рода Сверрира
(Saga Hákonar Hákonarsonar, kap. 12-17). Таким образом, вначале в. верхушка трандхеймских бондов сохраняла активность в политической жизни и стремилась использовать выгоды положения Трандхейма в гражданских войнах как главной опоры норвежских королей. Противоречия между "могучими бондами" Трёндалага и королевской властью, очевидно, нашли свое отражение в "Законах Фростатинга" (в их редакции XIII в. В этом судебнике нетрудно обнаружить стремление влиятельной части населения Северо-Западной Норвегии сохранить хотя бы частичную автономию своей области по отношению к государству. Постановления, запрещавшие лендрманам короля являться в лагретту на тинге или угрожавшие представителям государственной власти (и даже самому королю) расправой за нарушение мира и посягательства на права бондов, видимо, явились результатом компромисса между правящей верхушкой
Трёндалага и королем – компромисса, достигнутого после прекращения гражданских войн. Но было бы совершенно необоснованно рассматривать эти постановления как защиту органов "военной демократии" от государства, ибо Фростатинг и другие тинги
Трандхейма кв. в значительной мере уже переродились в органы политического господства "могучих бондов" и хольдов над массой крестьянства и от народоправства в них осталась преимущественно форма – содержание же самоуправления Трёндалага в той мере, вкакой еще можно о нем говорить) было весьма далеким от былой "военной демократии. Как мы видели выше (см. гл. III), областные тинги в то время уже находились под контролем государства.
147. Saga Hákonar Hákonarsonar, kap. 27.
148. Ibid., kap. 26.
149. Ibid., kap. 28: ...Baglar skyldu hafa þann vetr allar bær sýslur halfar, er Filippus hafði
áðr... Þeir Hákon konúngr ok Skúli jarl skipuðu pær sýslur, sem til þeirra heyrðu...
150. Ibid., kap. 31.
151. Saga Hákonar Hákonarsonar, kap. 32.
152. Ibid., kap. 33: Þat fólk, er Bena fylgði, var fátækt mjök, þeir voru bæði lítt klæddir ok illa vápnaðir, þeir voru kallaðir Slittúngar, þeir ljópu um markir ok úbygðir, en sjaldan um héruð, voru þeir óspakir í ránum ok launstuldum...
153. Saga Hákonar Hákonarsonar, kap. 34, 46.
154 Ibid., kap. 36.
155. Ibid., kap. 48.
156. Ibid., kap. 49.
157 Ibid., kap. 53.
158. См A. Holmsen. Norges historie. I, s. 316-328; P. A. Munch. Det norske Folks
Historie, 3. Deel, S. 621, ff.; Edv. Bull. Det norske folks liv og historie, II, s. 263, ff.; Ch.
Библиотека группы Асатру
154
Joys. Vårt folks historie, III, s. 27, ff., 33.
159. Из числа проблем, которые мы оставили без рассмотрения, все же следует хотя бы упомянуть проблему участия горожан в гражданских войнах. Жители таких городов, как Берген, Тунсберг, Осло, Нидарос, играли (все по-разному) активную роль в событиях XII и начала XIII в. Однако, прежде чем конкретно изучать этот вопрос, необходимо рассмотреть более обитую проблему истории норвежского города до начала XIII в, ибо все еще остается неясным, в какой мере правомерно говорить о бюргерстве в Норвегии этого периода. Все эти вопросы не могут быть предметом данного исследования.
160. См Edv. Bull. Borgerkrigene i Norge og Haakon Haakonssons kongstanke, s. 179 ff.;
H. Koht. Kampen om magten i Norge i sagatiden, s. 306-309; J. Schreiner. Kongemakt og lendmenn i Norge i det 12. århundre, s. 202.
161. См К. Маркс, Ф. Энгельс. Сочинения, т. 3, с. 52.
162. В "Королевском зерцале, анонимном трактате, рисующем, в частности, придворную жизнь в Норвегии и написанном при Хаконе Хаконарсоне, непосредственно после окончания гражданских войн, рассказывается о выходцах из небогатых семей, возвысившихся на королевской службе (Speculum regale, hrsg. von О.
Brenner, S. 67-68, kap. 26). Здесь же упоминаются служилые люди короля, получившие от него вейцлы (huscarlar konongs er hafa fe af konongi í wæizlur); "некоторые из них – сыновья лендрманов, а другие, – столь могущественные бонды, что пользуются уважением наравне с лендрманами" (en sumer ero swa rikir bœnndr at þeir byckia wæra lænndra manna igillde). Они занимают при короле высокое положение, и соответственно, в случае нанесения кем-либо им ущерба, король получает за них увеличенные возмещения (Ibid., S. 70, kap. 27. См. выше, гл. II, § 2). С нескрываемым осуждением вспоминает автор "Королевского зерцала" только что закончившиеся гражданские войны и продолжавшиеся еще в то время крестьянские выступления он убежден, что от неповиновения бондов властями самовольных сборищ их на тингах проистекает один лишь вред для государства. Он говорит об отношении бондов к королевской власти "Неразумной толпе кажется, что король враждебен ей, и глупец воображает, что заслужит большую честь и возвысится в глазах несведущих людей, если он некоторое время будет вести себя подобным образом и не обращать внимания на власть короля и законоположения" (Speculum regale, S. 88-89, kap. 36). Залог порядка и процветания в государстве автор диалога видит в единой и сильной королевской власти, управляющей в союзе с духовенством.
163. НО политике королевской власти в отношении хольдов см А. Я. Гуревич. Норвежские бонды в XI-XII веках. "Средние века, 24, с. 50-51. Заключение Норвежский крестьянин оставался свободным отличной зависимости на протяжении всего Средневековья. Он не был знаком с какой-либо формой серважа. Богатый или бедный, он считался субъектом права, и общество должно было уважать его правоспособность. У норвежских крестьян в большей мере, чему западноевропейских вилланов или сервов, было развито сознание своей социальной полноценности,
Библиотека группы Асатру
155 человеческого достоинства. Бонды ценили свою свободу и упорно отстаивали ее от всяческих посягательств, от кого бы они ни исходили – со стороны магнатов, государства, чужеземных дворян. Обособленность крестьянского хозяйства в условиях преобладания хуторских поселений делала невозможным включение его в экономическую структуру крупного поместья с принудительными распорядками. Бонды привыкли полагаться исключительно на свои собственные силы. Им чуждо стремление найти себе могущественного покровителя и укрыться от невзгод средневековой жизни ценою утраты самостоятельности. Борьба с суровой и скупой на дары природой закаляла дух норвежского крестьянина, скотовода, рыбака, моряка не меньше, чем необходимость постоянно защищать свою независимость и старинные вольности от господ и захватчиков. Месть обидчику была императивом поведения средневекового скандинава – сносить личное унижение и ущемление прирожденных прав ему не позволяли традиционная мораль, представления о чести свободного человека, унаследованные от этики рода
1
Эти особенности положения норвежских бондов очень существенны, ими окрашивались все социальные процессы, происходившие в средневековой Норвегии. Но эти процессы по своей природе и направленности были враждебны свободе и независимости крестьянства. В изученный нами период норвежское крестьянство переживало экономический, социальный и политический упадок. Бонды были оттеснены в общественной жизни на второй план. Нив военном деле, нив управлении они не сохраняли в XII и XIII вв. того значения, которое им принадлежало в эпоху викингов. Решающее общественное влияние перешло к служилому классу дружинников и чиновников короля, высшему католическому духовенству и примыкавшим к ним хольдам – верхушке бондов. Все большее число крестьян превращалось в лейлендингов – арендаторов, держателей земли от крупных собственников. Главной силой в военном деле стало рыцарство, с которым не могло соревноваться по своей боеспособности крестьянское ополчение. На бондов возлагались теперь заботы о снаряжении и содержании флота и о поставках провианта профессиональным воинам. В системе общественных отношений крестьянство постепенно занимает место тяглого сословия, объекта вотчинной и государственной эксплуатации. С христианизацией страны отправление культа сосредоточилось введении духовенства, постепенно замыкавшегося в привилегированное сословие
2
Характерное для феодализма общественное разделение труда между oratores, bellatores и laboratores восторжествовало ив Норвегии, – правда, по сравнению с другими странами Европы неполно и с запозданием. В течение двух столетий после прекращения экспансии викингов Норвегия приобщилась к западноевропейской цивилизации, утратив свою культурную и идеологическую изолированность. Дух викингов, смелых мореплавателей и участников заморских экспедиций, был ослаблен мирной жизнью и христианской проповедью. Изображения голов драконов и чудовищ со штевней боевых кораблей перекочевали на коньки деревянных приходских церквей. Очаг самобытной народной культуры, верной традициям эпохи викингов, переместился в Исландию, однако и эддическая и скальдическая поэзия, и саги по- прежнему были популярны в Норвегии. Духовные устои, на которые опиралось сознание свободы и независимости бондов, были расшатаны, ноне уничтожены
3
Формирование феодальных институтов в стране с таким историческим прошлым, как Норвегия, не могло не получить глубокого своеобразия. Даже превращаясь в
Библиотека группы Асатру
156 лейлендингов, крестьяне не теряли личной свободы. Элементы сословной их неполноправности скорее существовали фактически, нежели оформлялись юридически. Внеэкономическое принуждение не достигло в Норвегии такого развития, как во многих странах тогдашней Европы, да и не было в нем особой нужды крестьяне платили относительно стабильную ренту продуктами, барщинных повинностей на них землевладельцы не возлагали. Пытаясь определить особенности феодальных отношений в скандинавских странах, невольно даешь их отрицательную характеристику говоришь о том, каких признаков феодализма, распространенных в Европе, здесь не существовало. Ноне в отсутствии серважа и вотчинной юрисдикции, барщины и господской запашки выражается своеобразие социального строя Норвегии, также как невозможно его правильно понять в одних лишь категориях "недоразвитости, "незрелости" или "неклассичности". Специфика социального строя Норвегии XI-XIII вв. прежде всего в том, что основой его развития были противоречивые отношения между борщами и государством. Отчасти опираясь на поддержку бондов, используя их военные силы, привлекая их в органы местного управления, королевская власть вместе стем эксплуатировала экономические и людские ресурсы крестьянских хозяйств и возлагала на них бремя содержания своих органов и сплотившегося вокруг нее господствующего класса. Кормления и налоги, публичные повинности и всякого рода службы крестьян составляли материальную основу норвежского средневекового государства. Эта основная черта общественных порядков Норвегии опять-таки связана с сохранением крестьянами личной свободы. Обладая правами свободных людей, бонды оставались в непосредственных отношениях с королем и не могли быть исключены из официальной общественной жизни крупные землевладельцы небыли в состоянии подчинить свободных крестьян своему полному контролю. Поэтому господствующий класс неизбежно группируется в королевскую дружину. Не наследственные феоды, а кормления и доходы от государственных должностей были главным обеспечением их службы. В этом отличие норвежского лена или вейцлы от западного фьефа, и отличие немаловажное вейцламан или сюсломан не может превратиться в независимого феодала, он подчинен королю и поддерживает его. На этом основании западные историки, как правило, отрицают существование феодализма в Норвегии до ее вступления в Кальмарскую унию – сих точки зрения, наиболее существенное в феодализме заключается в наличии феодов "французского образца. Носами норвежцы XIII в. понимали свои общественные порядки иначе введение титулов "барон, "рыцарь, "герцог" вряд ли было лишь следованием чужеземной моде, – скорее оно порождалось потребностью выразить в этих западноевропейских социально-правовых категориях реально существующие отношения, просившиеся именно в такого рода определения и формы
4
Дело, конечно, не в титулатуре, а в существе общественных отношений. Политическое господство класса профессиональных воинов-рыцарей и духовного сословия, живших за счет эксплуатации крестьянства, дает основание утверждать при всей самобытности своих исторических судеб Норвегия не отличалась в принципе от феодальных стран средневековой Европы. Важно, на наш взгляд, именно общественное разделение труда, подчиняющее крестьян государству и господам, – степень зависимости крестьян и характер их эксплуатации, формы пожалований
Библиотека группы Асатру
157 рыцарям могли быть самыми различными. Изученные нами социальные процессы выражают ведущую тенденцию развития норвежского общества в направлении к феодализму. Эта тенденция, наметившаяся уже в XI в. и чрезвычайно усилившаяся в период гражданских войн, стала определяющей на протяжении XIII в. При Хаконе Хаконарсоне и Магнусе
Хаконарсоне закрепились те черты социального строя Норвегии, которые оставались характерными для нее на протяжении последующего периода. Если социальная система, сложившаяся в XIII в. в Норвегии, может быть названа феодальной, то, несомненно, этот феодализм весьма своеобразен. Впрочем, в какой стране феодальные порядки не отличались своеобразием Даже если ограничиваться одной Европой, то ив ней феодальный строй обнаруживает исключительное богатство индивидуальных проявлений и местных вариантов. Современная медиевистика задумывается над задачей построения типологии феодализма. Говоря об особенностях социальных отношений в средневековой Норвегии, приходится иметь ввиду меру этого своеобразия – здесь она очень велика, Особенное" явно доминирует над "общим. Характерная черта общественной структуры средневековой Норвегии заключалась, как мы видели, в ее государственной окрашенности. Консолидация служилого класса в королевской дружине – хирде, монопольное право короля в военном деле и суде, являвшихся важнейшими атрибутами крупного землевладения в других феодальных странах, специфика норвежских ленов и вейцл – все это говорит о публичноправовой природе норвежского феодализма. Центральная роль королевской власти в эксплуатации крестьянства станет особенно ясной, если учесть, что часть бондов не держала землю от крупных вотчинников, подчиняясь лишь фискальному и судебно- административному аппарату государства. Нов средневековой Норвегии крестьянство не превратилось в простой объект эксплуатации феодалов и короля. Его влияние на общественные дела, хотя и сократилось серьезнейшим образом, тем не менее оставалось заметным. Неполное феодальное общественное разделение труда выражалось ив том, что бонды небыли совершенно устранены от участия в судебных и военных делах, ив том, что земляне превратилась в монопольную собственность класса феодалов. В Норвегии сохранялся слой одальманов – бондов, обладавших землею, причем земля этане сделалась объектом свободного распоряжения, ив праве владения одалем сохранялись некоторые ограничения, восходившие к "дофеодальной" эпохе. В этих условиях королевская власть могла не только угнетать бондов и использовать их в собственных целях, но и опираться на них, преимущественно на их верхушку, выдвигая "могучих" или "сильных, "лучших" бондов и хольдов в качестве противовеса знати. В зажиточных бондах короли находили опору ив борьбе с голытьбой, разоренными бесхозяйным людом. С помощью "крепких" хозяев был подавлен не один бунт "оборванцев" и "разбойников" (как именуют источники этих обездоленных людей. Законодательная деятельность королевской власти, выразившаяся в дополнениях и изменениях старого областного права ив новом уложении 1274 г, в свою очередь до известной степени ориентировалась на "могучих" бондов
6
. Политика норвежских королей первой половины XIII в. в отношении хольдов и одальманов имела целью расширение социальной базы королевской власти за их счет этим объясняется наделение хольдов привилегиями и приравнивание их к рыцарям, а также сокращение срока, необходимого для приобретения права одаля на наследственное владение, с 4
Библиотека группы Асатру
158 или 6 поколений до 60 лет, проведенное для того, чтобы пополнить слой одальманов людьми, поднявшимися на королевской службе
7
Относительное могущество королевской власти в XIII в, в период "величия" норвежского государства, нельзя объяснить одной только консолидацией господствующего класса вокруг короля – немаловажную роль сыграло и то обстоятельство, что, подавив выступления низших слоев крестьянства, короли смогли привлечь на свою сторону состоятельные его элементы и всех тех бондов, которые, собственно, небыли крестьянами, образуя промежуточный слой между крестьянами и "господами. Подобный промежуточный слой существовал в раннефеодальном обществе повсеместно. Нов других странах он исчезал, либо утрачивал свое значение с торжеством феодального строя. Одной из особенностей социальной структуры средневековой Норвегии было то, что этот слой собственников, которых нельзя отнести к классу крестьян (ни по их отношению к земле, ни по их роли в производстве) или к феодальным землевладельцам, налагал заметный отпечаток на общество ив феодальный период. Наряду с лейлендингом, сидевшим на чужой земле, и свободным крестьянином-собственником мы наблюдаем в Норвегии самостоятельного бонда, который использовал в своем хозяйстве труд работников и сдавал часть земли арендаторам, но тем не менее продолжал принимать непосредственное участие в производстве. Эти фигуры олицетворяют различные общественные уклады. Многоукладность социального строя средневековой Норвегии – еще одна неотъемлемая его черта и особенность. Многоукладность и пестрота общественных отношений в немалой мере объясняются спецификой экономической жизни страны. В связи стем что удельный вес неземледельческих занятий, таких как скотоводство и пастбищное хозяйство, рыболовство, морские промыслы и судоходство, а также и охота, был очень велик, немалая доля населения не втягивалась в систему феодальной эксплуатации или втягивалась в нее лишь отчасти. Кроме того, крупное землевладение распределялось по различным областями районам Норвегии крайне неравномерно. Будучи преобладающим в наиболее плодородных и равнинных районах и близ городов и торговых центров, феодальная собственность получила гораздо более скромное развитие в глухих игорных округах внутренней части страны. Таким образом, многоукладность социального строя средневековой Норвегии дополнялась неравномерностью развития отдельных ее районов. Отличительной чертой Норвегии была хозяйственная бедность, крайняя медленность экономического развития. На протяжении столетий хозяйство норвежского бонда не могло приобрести необходимой устойчивости, и производительность труда в нем оставалась очень низкой. Рост земледелия выражался лишь в расширении пахотной площади за счет расчисток пустующих земель и создания новых дворов, но и этот рост вскоре приостановился, сменившись в конце XIII или вначале в. сокращением размеров пашни. Условия же труда и жизни крестьянства оставались в основном неизменными. Отделение ремесла от земледелия происходило необычайно медленными темпами, вследствие чего норвежские города начали превращаться в подлинные центры ремесла и торговли в тот период, когда в других странах Европы город давно уже стал средоточием экономического прогресса. В результате своего отставания норвежские города оказались в зависимости от иностранного купечества прежде всего – от ганзейцев), что еще более затормозило их самостоятельное
Библиотека группы Асатру
159 развитие. Эти черты экономической жизни, ее застойность, во многом определяли особенности общественного строя Норвегии. Социальные отношения в свою очередь налагали неизгладимый отпечаток на экономику. Тяжелая государственная эксплуатация крестьянства серьезно препятствовала его труду и усугубляла неустойчивость крестьянского хозяйства. Длительное, почти безраздельное господство натурально- хозяйственных форм жизни влекло за собою застой производства. С конца XIII в. в Норвегии начинается экономический кризис, сопровождавшийся уходом части населения из сельского хозяйства, что при отсутствии развитого городского ремесла неизбежно вело к росту пауперизма и бродяжничества. Когда в XIV в. на страну обрушились эпидемии Черной смерти, причинившие огромный ущерб населению и хозяйству, последнее пришло в упадок, из которого не могло выйти до конца XV в. Нет сомнения, что экономическая слабость Норвегии облегчила ее политическое подчинение Дании и Швеции в период Кальмарской унии. Мы полагаем, что упадок Норвегии в конце XIII ив. может быть понят только при учете особенностей ее социально-экономического развития в предшествующий период. Однако, говоря об отставании Норвегии от многих других стран средневековой Европы, уместно вспомнить о том, какова была судьба феодального строя в Норвегии. В Англии ломка феодализма произошла в XVII в, но при этом вместе со старым порядком оказалось обреченным на гибель и самостоятельное крестьянское хозяйство "очистка страны от феодализма" сопровождалась торжеством буржуазного лендлордизма и очисткой поместий от мелких держателей. Во Франции сеньориальное землевладение палов результате великой революции в конце XVIII в, в Германии, России и других странах – того позже, в XIX в. Между тем в Норвегии крупное дворянское землевладение изжило себя уже в XVII в, к концу которого значительная часть земель перешла в собственность крестьян. В XVIII в. бонды уже были основным классом земельных собственников. Здесь не место рассматривать процесс уничтожения феодальной собственности в Норвегии, нужно лишь подчеркнуть, что она оказалась в этой стране гораздо менее устойчивой, чем во многих других странах Европы, из-за чего и сделалось возможным столь раннее ее исчезновение, притом без буржуазной революции или подобного ей социально- политического конфликта силою экономической необходимости ив результате политики абсолютизма датско-норвежское дворянство было принуждено ликвидировать свои владения в Норвегии. Феодализм в Норвегии был быстро изжит не вследствие интенсивного развития капиталистических отношений (оно пошло здесь много позднее, а потому, что крестьянское хозяйство оказалось в этой стране более устойчивыми жизнеспособным, чем дворянское. Но социально-экономический переворот XVII и XVIII вв. лишь обнаружил те силы, которые с давних пор таились в Норвегии под покровом феодальной собственности. Самостоятельное крестьянское хозяйство в Норвегии на протяжении всего Средневековья оставалось основной производственной ячейкой и было связано с господским хозяйством лишь чисто рентным отношением. Может быть, нигде так ясно, как в Норвегии невидна мелкокрестьянская основа феодального строя. В силу феодального общественного разделения труда крестьянское хозяйство в период раннего Средневековья подпало под власть господ, – с изживанием социальных функций последних (прежде всего военной) оно высвободилось из-под их контроля. Класс рыцарства, утратив ведущую роль в военном деле (как мы видели, в Норвегии она не стала монопольной) и не обладая широкими сеньориальными правами, не
Библиотека группы Асатру
160 сумел сохранить своего политического и общественного господства, ив в. Норвегия стала по преимуществу страной свободного крестьянства. Судьбы дворянского землевладения в Норвегии в XVII-XVIII вв. были предопределены историческим развитием предшествующего периода и расстановкой общественных сил при переходе от Средневековья к Новому времени. Нов известной мере они объясняются и своеобразием генезиса феодализма в этой стране, характером тех отношений, которые устанавливались между господствующим классом и крестьянством в XI-XIII вв.
X-XIII века были эпохой глубокой ломки доклассовой социальной системы и перехода к классовому обществу в Норвегии. По своей значимости этот период занимает совершенно исключительное место в истории норвежского народа. Изменились основные структурные элементы общественной системы, возникло принципиально новое их соотношение. Круто переломилась и духовная жизнь сместились коренные моральные ценности и установки. Страна, обладавшая богатейшим культурным наследием язычества, включилась в орбиту христиански ориентированной европейской средневековой цивилизации и утратила свою культурную самостоятельность. "Период величия" норвежского государства вместе стем был периодом, когда из мощного фактора европейской жизни, каким Норвегия являлась в "эпоху викингов, она превратилась в малую страну на окраине Европы – объект чужеземных влияний и эксплуатации
12
Наш интерес к истории генезиса классового общества в Норвегии диктовался двумя обстоятельствами стремлением понять историю этой страны и потребностью выяснить некоторые особенности феодального развития в нероманизованных областях Европы. Мы видели, что пути этого развития действительно были весьма своеобразны. Перед нами – специфический вариант перехода от варварского общества к феодальному строю, иной тип социальной системы, нежели тот, который наблюдается в крупных странах Западной Европы. Вместе стем мы нашли немало общего между социальным развитием Норвегии и ходом общественной эволюции некоторых других стран Европы (Англии до нормандского завоевания, древней Руси, Северной Германии. Поэтому мы полагаем, что сделанные нами наблюдения могли бы быть включены в более широкую картину и послужить теоретическому осмыслению проблемы многотипности феодального развития народов Европы. ПРИМЕЧАНИЯ
1. Кровная месть была распространена в Норвегии до конца XII в. См АО. Этот процесс шел в Норвегии медленно, долгое время богатые бонды сохраняли право владеть собственными церквами и оказывали влияние на низшее духовенство. Реформирование церкви происходит в Норвегии позднее, чем на европейском континенте.
3. На западноевропейский манер быстрее перестраивались господа. В XIII в. в среде господствующего класса распространяется увлечение французской рыцарской литературой, делается немало переводов романов и баллад. Педантичные правила хорошего поведения, окрашенные чужеземными тонами, излагаются в "Королевском зерцале. От представителей социальной элиты требуется теперь поведение которое определяется понятием kurteisi – куртуазность. Историки отмечают происшедшее в
XIII в. некоторое смягчение нравов, – и здесь, видимо, не обошлось без западного
Библиотека группы Асатру
161 влияния. Связи королевского двора Норвегии с монархами других стран – постоянные и интенсивные. Могучим проводником новых идей была церковь. См НЕ. В предшествующий период западные влияния были более поверхностными. См. описание новых порядков и мод по западному образцу в конце
XI в, при Олаве Тихом, сыне Харальда Сигурдарсона: Hkr: Óláfs saga kyrra, kap. 1-4,
6.
4. Титул "барон" Магнус Хаконарсон официально ввел в е годы XIII в, но еще вначале в. Снорри Стурлусон утверждал, что скандинавские термины "hersar" и "lendir menn" являются синонимами германского термина "greifar" и английского термина "barúnar" (Snorri Sturluson. Edda, udg. af Finnur Jónsson. København, 1900, s.
124), В папской булле 1246 г. мы читаем о норвежских comites и barones (DN, I, № 31).
5. Признание этой тенденции современной норвежской историографией встречает сопротивление отдельных ученых. К. Хелле вообще ставит под сомнение тот факт, что ведущей линией в развитии норвежского общества в раннее Средневековье было формирование класса лейлендингов и крупного землевладения. По его мнению, слой поселенцев на чужой земле был широко распространен в Норвегии уже в эпоху викингов и якобы невозможно доказать увеличение его численности в последующие столетия. Становление и распространение церковного землевладения – несомненно, но, по Хелле, оно возникло не за счет поглощения усадеб бондов, а путем частичного перераспределения земель между светскими и церковными магнатами в пользу последних (см K. Helle. Tendenser i nyere norsk høymiddelalderforskning. – H. T., № 2,
1961, s. 349 ff.; idem. Norge blir en stat 1130-1319. Oslo, 1964, s. 16, 113-115. Идеи
Хелле близки к взглядам тех западных историков, которые отрицают качественные сдвиги в социальных отношениях раннего Средневековья.
6. Мысль Е. А. Сейпа о "функциональной зависимости" между королевской властью и бондами не лишена определенных оснований (J. A. Seip. Problemer og metode i norsk middelalderforskning. – H. T., 32, bd., s. 114 ff.). Отношения между королем и бондами действительно были двойственными. Но, во-первых, Сейп не уточняет, какая сторона в этом отношении превалировала. Между тем несомненно, что из двух аспектов отношения "король – бонды" XIII в. решающими сделались антагонизм и эксплуатация, а не сотрудничество. Во-вторых, Сейп не дифференцирует должным образом широкого слоя бондов. Но совершенно неправильно было бы видеть в них какую-то однородную массу. На самом деле, бонды не составляли единого класса среди них были лейлендинги, и мелкие собственники, и более крупные, и весьма зажиточные элементы, нередко отличавшиеся от знати не столько размерами владений, сколько своим происхождением.
7. См А. Я. Гуревич. Норвежские бонды в XI-XII веках. – "Средние века, 24, с. 50-
51.
8. См АИ. Неусыхин. Судьбы свободного крестьянства в Германии в VIII-XII вв. Мс сл.
9. Н. Bjørkvik og A. Holmsen. Hvem eide jorda i den gamle leilendingstida? – "Heimen",
Bd. IX, 1952-1954.
10. Уже в XIII в. королевская власть видела в принявшем широкие размеры уходе населения из сельского хозяйства и росте бродяжничества серьезную угрозу для земледелия и пыталась приостановить распространение этих явлений. См. G., 70; F.
Indl., 20; X, 39.
Библиотека группы Асатру
162 11. См А. Я. Гуревич. Основные этапы социально-экономической истории норвежского крестьянства в XIII-XVII вв. – "Средние века, 16, 1959, с. 70-72.
12. Уже в XIII в. усиливается проникновение в экономику Норвегии ганзейского купечества, приступившего к систематической эксплуатации ресурсов Норвегии. В
XIV в. к нему присоединится датское и шведское дворянство, которое, смешавшись с высшей частью норвежских господ, добьется в конце концов падения национальной независимости Норвегии. Цитированные источники и список сокращений Цитированные источники
Adam von Bremen. Hamburgische Kirchengeschichte. Hrsg. von B. Schmeidler. Hannover und Leipzig, 1917.
Ágrip af Nóregs konunga sögum, hrsg. von Finnur Jónsson. Halle (Saale), 1929.
Den norsk-isländska skaldediktningen reviderad av Ernst A. Kock. I bd., Lund, 1946.
Das norwegische Gefolgschaftsrecht (Hirðskrá), übers, von R. Meißner. Weimar, 1938
(Germanenrechte, Bd. 5).
Der Königspiegel. Konungsskuggsjá. Hrsg. von R. Meißner. Weimar, 1944.
Diplomatarium Norvegicum. Udg. af Chr. C. A. Lange og C. R. Unger. I-XV. Christiania,
1847.
Den nyere Lands-Lov. – N. g. L., II. Bd., Christiania, 1848.
Egils saga Skallagrímssonar, hrsg. von Finnur Jónsson. "Altnordische Saga-Bibliothek", 3.
Halle, 1924.
Fagrskinna, udg. Finnur Jónsson. København, 1902-1903.
Finnur Jónsson. Den norsk-islandske Skjaldedigtning. I-II, А. København, 1908-1915.
Fornmanna sögur, 4, 9. Bd., Kaupmannahøfn, 1829, 1835.
Germanenrechte. Bd. 4. Norwegisches Recht. Das Rechtsbuch des Frostothings. Hrsg. von
R. Meißner. Weimar, 1939.
Germanenrechte. Bd. 6. Norwegisches Recht. Das Rechtsbuch des Gulathings. Hrsg. von
R. Meißner. Weimar, 1935.
Germanenrechte. Neue Folge. Abteilung Nordgermanisches Recht. Landrecht des Königs
Magnus Hakonarson. Bearb. von R. Meißner. Weimar, 1941.
Landnámabók Íslands. Einar Arnórsson gaf út. Reykjavík, 1948.
Библиотека группы Асатру
163
L. M. Larson. The Earliest Norwegian Laws. New York, 1935.
Latinske dokument til norsk historie mun til år 1204, utg. ved E. Vandvik. Oslo, 1959.
Monumenta Historica Norvegiae. Latinske kildeskrifter til Norges historie i middelalderen, udg. ved G. Storm. Kristiania, 1880.
Morkinskinna, udg. C. R. Unger. Christiania, 1867.
Norges gamle Love indtil 1387. Bd. I, II, IV, V. Christiania, 1846, 1848, 1885, 1895.
Óláfs saga helga, utg. ved O. A. Johnsen. Kristiania, 1922.
Óláfs saga Tryggvasonar af Oddr Snorrason munk, udg. af Finnur Jónsson. København,
1932.
Saxonis Grammatici Gesta Danorum. Hrsg. von A. Holder. Strassburg, 1886.
Sigurd Ranessöns process, utg. af G. Storm. Kristiania, 1877.
Snorri Sturluson. Heimskringla. Bd. I-III. Bjarni Aðalbjarnarson gaf út. – "Íslenzk fornrit".
Bd. XXVI-XXVIII. Reykjavík, 1941, 1945, 1951:
Bd. I. Ynglinga saga; Hálfdanar saga svarta; Haralds saga ins hárfagra; Hákonar saga góða;
Haralds saga gráfeldar; Olafs saga Tryggvasonar.
Bd. II. Óláfs saga ins helga.
Bd. III. Magnúss saga ins góða; Haralds saga Sigurðarsonar; Óláfs saga kyrra; Magnúss saga berfætts; Magnússona saga; Magnúss saga blinda ok Haralds gilla; Haraldssona saga;
Hákonar saga herðibreiðs; Magnúss saga Erlingssonar.
Snorri Sturluson. Edda. Utg. af Finnur Jónsson. København, 1900.
Speculum regale. Ein altnorwegischer Dialog, hrsg. von O. Brenner. München, 1881.
Sverris saga, udg. ved G. Indrebø. Kristiania, 1920. Исландские саги. Под ред. МИ. Стеблин-Каменского. М, 1956. Старшая Эдда. Древнеисландские песни о богах и героях. Под ред. МИ. Стеблин-
Каменского. МЛ, 1963.
Списоксокращений
AHR – American Historical Review
DN – Diplomatarium Norwegicum
F. – Frostapingslov
F., Indl. – Frostapingslov, Indledning
G. – Gulabingslov
Hkr – Heimskringla
H. T. – Historisk Tidsskrift
Библиотека группы Асатру
164
KHL – Kulturhistorisk leksikon for nordisk middelalder
L. – Landslov
Lnb. Ísl. – Landnámabók Íslands
N. g. L. – Norges gamle Love
Sc. E. H. R. – The Scandinavian Economic History Review
VSWG – Vierteljahrschrift für Sozial- und Wirtschaftsgeschichte
ZSSR, GA – Zeitschrift der Savigny Stiftung für Rechtsgeschichte, Germanistische
Abteilung Текст скачан из Библиотеки группы Асатру (www.vkontakte.ru/asatru_community), куда был взят с сайта
Ульвдалир (ulfdalir.ru). Вы можете ознакомиться с текстом на этом сайте в режиме on-line, перейдя по указанной в Библиотеке группы Асатру ссылке
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20

перейти в каталог файлов


связь с админом