Главная страница
qrcode

Свободное крестьянство феодальной норвегии. (Гу... Библиотека группы Асатру


НазваниеБиблиотека группы Асатру
АнкорСвободное крестьянство феодальной норвегии. (Гу.
Дата01.02.2017
Формат файлаpdf
Имя файлаSvobodnoe_krestyanstvo_feodalnoy_norvegii__Gu.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#26631
страница3 из 20
Каталогgorobecd

С этим файлом связано 19 файл(ов). Среди них: Taktika_iskusstvo_boya.pdf, SV_42_1978.djvu, Svobodnoe_krestyanstvo_feodalnoy_norvegii__Gu.pdf, Nefedkin_A_K_Voennoe_delo_sarmatov_i_alanov_H.djvu, Artamonov_M_I_Istoria_khazar_1962.pdf и ещё 9 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20
1 Если дать самую общую характеристику отношений между землевладельцами и лейлендингами, то по областным законам они выглядят следующим образом. Земля в
Вестланде сдавалась на один год, ив апреле срок соглашения истекал. Время прекращения сделки называлось fardagr, день, когда лейлендинг мог съехать со двора. В Трёндалаге обычным сроком, на который сдавали землю, были три года, причем fardagr приходился на крещение. Плату заземлю следовало вносить в определенный день по договоренности. Сделка заключалась при свидетелях, и во всех спорных случаях и судебных тяжбах из-за земли или платежей стороны должны были приглашать своих свидетелей, так как документов, которые оформляли бы поземельные отношения, в тот период не составлялось. Размеры платежей заземлю устанавливались по соглашению заинтересованных лиц, состав этих платежей в судебниках не уточняется. Никаких повинностей в пользу земельного собственника лейлендинг, согласно судебникам, не нес. Человек, бравший землю у другого, пользовался усадьбой в качестве самостоятельного хозяина, так как разбросанные сельские дворы в Норвегии не включались в состав поместий и господская запашка отсутствовала. При заключении сделки предусматривалось, что по истечении срока аренды хозяйство, в том числе строения и посевы, будет возвращено владельцу в полном порядке. Нарушение условий сделки одной из сторон каралось уплатой возмещения. Первое знакомство с этими постановлениями оставляет впечатление, что перед нами – краткосрочная аренда, предполагающая юридическое равенство сторон. Более углубленное изучение заставит нас изменить и усложнить только что нарисованную картину. Прежде всего возникают серьезные сомнения относительно краткосрочности отношений между сдавшими взявшим землю. Ряд постановлений судебников, касающихся лейлендингов, предполагает, что последние осваивали новые участки
Библиотека группы Асатру
26 земли, присоединяя их к усадьбе. Водном из титулов "Законов Гулатинга" сказано, что если лейлендинг возделает заново и засеет землю в пределах усадьбы, то, покидая ее, он имеет право получить стоимость семян а лейлендингу, обработавшему и огородившему землю за пределами усадьбы, если он ее после этого покинет, должна достаться половина урожая. Нужно иметь ввиду, что расчистка новой земли под пашню в природных условиях Норвегии – крайне трудное дело. Можно ли себе представить, чтобы лейлендинг имел малейшую заинтересованность в расширении пахотного пространства в снятой им усадьбе, если он знал, что через год должен будет оставить участок В этой связи можно указать на постановление, изданное в 1260 г. и рекомендовавшее земельным собственникам в целях поощрения подъема нови отдавать земли лейлендингам на срок от трех до шести лет без уплаты ренты правительство со своей стороны на тот же срок освобождало лейлендингов от исполнения лейданга – воинской повинности во флоте, заменявшейся в этот период уплатой одноименного налога. В более ранний период, до XIII в, норвежские короли, по-видимому, еще не проводили подобной политики поощрения подъема нови, но условия, на которых передавались лейлендингам необработанные земли, представляют интерес. Человек, бравшийся за расчистку каменистой почвы под пашню, часто был не в состоянии в течение одного года закончить работу, отнимающую у него столько времени и сил, что он уже не мог в это время платить заземлю и нести службу по охране побережья. Иначе говоря, расчистка новых земель и краткосрочное пользование землей взаимно друг друга исключали. Далее, лейлендинги, судя по "Законам Гулатинга", возводили в снимаемых ими усадьбах новые строения. В некоторых случаях это предусматривалось условиями сделки, но подчас постройки сооружались лейлендингами по собственному усмотрению и для личных нужд. Эти строения принадлежали лейлендингу, который был вправе забрать их с собой, покидая участок. Вряд ли речь шла о простых хижинах они строились не в усадьбах, а нагорных пастбищах. Но весьма сомнительно, имело ли смысл для крестьянина сооружать какие-то прочные строения, если через короткий срок он должен был покинуть усадьбу. Весь характер хозяйственной деятельности лейлендинга свидетельствует о том, что он устраивался в снятой им усадьбе на длительное время. Крестьянин был обязан унавоживать поле, соблюдать севооборот, поддерживать в порядке изгороди вокруг участков пашни и луга, ремонтировать строения. В судебниках упоминаются огороды, которые разводили лейлендинги, причем запрещалось отводить под огородные растения участки пашни или луга очевидно, и для этой цели нужно было расчищать новые клочки земли
19
В "Законах Фростатинга" можно обнаружить и более прямые указания относительно длительности отношений между лейлендингами и собственниками земли. В них упоминается "договор на годы, который сохранял силу даже в том случае, если собственник продавал землю. Еще больший интерес представляет постановление, разрешавшее уплату ренты вперед. "Если кто-нибудь уплатит свою ренту вперед, – гласит титул й главы XIII судебника для Трёндалага, – он должен сохранить землю согласно показаниям свидетелей, и если он умрет, то и его наследник может пользоваться ею на таких же условиях. Таким образом, по "Законам Фростатинга", допускалось длительное пользование землей лейлендингом, даже на срок его жизни и с передачей наследнику. Водном из титулов судебника сказано, что лейлендинг должен получать подтверждение своих прав занимать землю от каждого из сменяющихся священников – собственников земли, которую он держит
Библиотека группы Асатру
27 Длительность держания несомненна. Противоречит ли это другим постановлениям областных законов, предусматривавшим краткий срок, на который заключалась сделка Нам думается, здесь нет противоречия. Краткосрочным было не отношение между лейлендингом и собственником, а соглашение об условиях пользования землей, по истечении года (в Вестланде) или трех лет (в Трёндалаге) собственник был вправе изменить условия. Если же, как в приведенном сейчас случае, платежи вносились вперед, для землевладельца не представляло интереса пересматривать условия соглашения, и вопрос о его перезаключении не возникал. Недаром в этом же постановлении далее говорится, что, если лейлендинг не возвратит землю собственнику до святок, он может сохранить ее за прежнюю ренту, – разумеется, при согласии собственника либо же последний предложит ему снять землю, очевидно, на новых условиях, и лейлендинг волен не принять их и отказаться от земли. Следовательно, краткосрочность пользования землей лейлендингом не была правилом, отношения расторгались в том случае, когда одну из сторон не удовлетворяли условия держания. Рассматривая вопрос о прочности владения лейлендингом землей, нужно учесть еще одно очень существенное обстоятельство. В судебниках сдача земли лейлендингу изображается, естественно, как передача двора собственником пришельцу со стороны. Между тем в действительности очень многие лейлендинги были крестьянами, которые прежде владели своими усадьбами, а затем утратили право собственности на них, но продолжали вести свое хозяйство, уплачивая ренту новому собственнику. Нередко частью своей усадьбы крестьянин владел как собственник, тогда как другую снимал, уплачивая ренту
23а
. Понятно, что согнать такого крестьянина сего двора, лишить его не только права владения, но и фактического пользования ею было трудно, не говоря уже о нецелесообразности такой экспроприации, особенно в условиях господства хуторской системы. Однако нуждается в объяснении тот факт, что соглашение о сдаче земли заключалось на короткий срок. Можно ли это объяснить стремлением землевладельцев использовать все возможности для повышения ренты Следует иметь ввиду, что "Законами Гулатинга", отражающими более раннюю стадию развития держательских отношений, устанавливается годичный срок пользования землей, а "Законами
Фростатинга", вносящими в эти отношения много нового, – трехлетний срок. Трехлетний срок держания в XIII встал общим для всей Норвегии, о чем свидетельствует "Ландслов"
24
. Очевидно, существовала какая-то другая причина, побуждавшая земельных собственников Вестланда ограничивать срок сделки одним годом. Но для того, чтобы объяснить этот факт, необходимо задаться более общим вопросом о социальном и имущественном положении лиц, вступающих между собой в поземельные отношения. На этот счет прямых указаний источников нет, и приходится ограничиваться догадками, основывающимися на косвенных данных судебников. Тем не менее в ряде случаев можно определенно сказать, что среди владельцев, сдававших землю под обработку другим лицам в Вестланде, а отчасти ив Трёндалаге, было немало мелких собственников, которых следует отнести к числу крестьян. В титуле "Законов
Гулатинга", озаглавленном "Если кто-либо передаст одну и туже землю двоим, указывается, что человек, незаконно заключивший сделку на свое владение сразу с двумя лицами, должен уступить его тому, кто снял или купил его раньше и может доказать это с помощью свидетелей. Собственник же обязан обеспечить второго из
Библиотека группы Асатру
28 снявших у него это владение другой землею, "если он имеет такую, и уплатить 6 эйриров за нарушение соглашения. Но если он не владеет землей, кроме той, которую сам занимает, пусть ею пользуется другой человека неон сам. Имея ввиду, что сдавали землю обычно отдельными крестьянскими дворами, можно предположить, что в данном случаев судебнике подразумевается владелец двух усадеб, который вел свое хозяйство водной из них, а вторую сдавал. В другом постановлении, определяющем условия опеки над малолетним наследником после смерти домохозяина, указывается, что для его содержания требовалось наличие земли стоимостью в полмарки. Это означало, что владение приносило соответствующий ежегодный доход в виде земельной ренты (halfrar mercr iarðar leigu)
26
. Между тем из "Законов
Гулатинга"
27
явствует, что марка была равноценна примерно трем коровам. Следовательно, приведенное постановление исходило из предположения, что на ренту, уплачивавшуюся с земли малолетнего наследника, нельзя было приобрести и двух коров, – в скотоводческой стране это весьма скромное богатство, если учесть, что владение с шестью коровами считалось в Вестланде минимальным показателем благосостояния бонда
28
. Из этого же судебника явствует, что для содержания одного человека в путина тин г в течение месяца было необходимо, помимо мяса, масла и меры солода, также от ½ до 2 эйриров
29
. В год это составляло от ¾ марки до 3 марок не считая продуктов. Земельное владение, которым обладал малолетний наследник, согласно вышеприведенному постановлению судебника, было относительно небольших размеров, но оно тем не менее сдавалось другим лицам за ежегодную ренту, – быть может, лишь в то время, пока этот наследник был не в состоянии вести хозяйство самостоятельно. Законы Гулатинга" категорически запрещали лицам, снимавшим чужую землю, передавать ее за уплату ренты другим, если это не было обусловлено при заключении сделки. Нарушение запрета каралось не только отнятием земли у нарушителя, но и уплатой ими тем, кому он пытался пересдать землю, возмещения за нарушение права собственности (landnám)
30
. Вероятно, это запрещение продиктовано опасениями мелких землевладельцев, сдававших землю, что она может таким путем оказаться в руках у крупных собственников, от которых ее будет трудно получить обратно. Угроза нарушителям взыскать с них landnám свидетельствует о том, что в подобных деяниях усматривали именно посягательство направо собственности. Указания на наличие мелких владельцев среди сдававших землю можно обнаружить иногда ив "Законах Фростатинга". Здесь предусматривается случай, когда землевладелец лишился усадьбы, в которой вел собственное хозяйство, и был вынужден переселиться во двор, сдаваемый до того другому "он должен выкупить свою землю за годичную ренту и оповестить его [лейлендинга] до святок, что он не имеет места жительства, и пусть он подкрепит свое утверждение клятвой. Такие собственники были, вне сомнения, крестьянами. Сдача части своей земли подчас не могла обеспечить их жизненными средствами получаемая ими рента не составляла основы их бюджета. Нужно, однако, подчеркнуть, что подобных указаний в "Законах Фростатинга" (как ив "Ландслове") встречается немного и для этого судебника они нехарактерны. Достаточно сравнить приведенное выше постановление "Законов Гулатинга" о сдаче одной и той же усадьбы двум лицам с аналогичным титулом "Законов
Фростатинга"
33
. Ив томи в другом судебнике предписывается, что землевладелец обязан передать землю тому, кто вступил с ним в сделку первыми дать второму лейлендингу другой двор, нов "Законах Фростатинга" отсутствует имеющаяся в "Законах Гулатинга" оговорка о том, что землевладелец, если он не имеет более земли
Библиотека группы Асатру
29 для сдачи другим, обязан уступить усадьбу, в которой он ведет собственное хозяйство. В основном данные о мелких собственниках, сдававших землю другим, мы находим в "Законах Гулатинга". Для понимания характера сдачи земли мелкими владельцами известный интерес представляет приравнивание в судебнике для Вестланда сдачи земли за ренту к закладу ее. Такое сопоставление можно понимать в том смысле, что в обоих случаях собственник передавал землю в чужие руки в силу своей материальной необеспеченности или вследствие трудности обработать ее самостоятельно. Далее будет показано, что среди землевладельцев, передававших свою землю лейлендингам, преобладал слой крупных собственников. Но сейчас для нас важно подчеркнуть, что часть земли, сдававшейся за ренту, особенно в Вестланде, принадлежала мелким владельцам, крестьянам. Как мы знаем, наиболее коротким – годичным – срок, на который заключалась сделка о сдаче земли, был именно в Вестланде. По нашему мнению, оба эти явления краткосрочность соглашений о сдаче земли и наличие среди лиц, сдававших землю, мелких владельцев – были связаны между собой. Именно потому, что землю зачастую сдавали мелкие бонды, материальное положение которых было неустойчивым, они предпочитали передавать ее в другие руки на минимальный срок. Возможно, что они не всякий год могли сдавать часть своего владения изменения в их хозяйственном положении могли вынудить их расторгнуть договор о найме земли, как это имело место в упомянутых выше случаях. Краткосрочность сделки в известной мере гарантировала их от возможных неприятностей, а подчас и от прямого разорения. Причинами сдачи мелким бондом части своего владения могли быть затруднительность ведения собственного хозяйства при разбросанности дворов, нехватка рабочей силы в земледелии, жалобы на которую неоднократно повторялись в средневековой Норвегии, участие многих бондов в заморских походах, что характерно именно для западных областей страны. К сдаче земли за ренту прибегали, разумеется, и зажиточные бонды, владевшие несколькими усадьбами. В их владениях труд держателей играл иную роль, нежели в хозяйствах мелких бондов. Посмотрим теперь, кто снимал землю. Вряд ли можно сомневаться в том, что в своем большинстве лейлендинги были людьми бедными, лишенными собственной земли либо принужденными отказаться от прав на нее в пользу тех владельцев, держателями которых они делались. Таким рисуется облик лейлендинга по "Законам Фростатинга". Например, одно из постановлений этого судебника предполагает, что лейлендинг мог быть бездомным человеком (búslitsmaðr), которому, если ему не удавалось получить землю за уплату ренты, некуда было податься. Многие лейлендинги в X-XII вв. были вольноотпущенниками или их потомками. Впоследствии мы еще вернемся к этому вопросу. Но изучение "Законов Гулатинга" приводит к выводу, что среди снимавших землю, как и среди сдававших ее, были люди разного положения и достатка. Выше уже отмечалось, что этими законами предусматривался случай, когда снявший чужую землю незаконно пытался пересдать ее другому лицу. Помимо уплаты возмещения собственнику земли, он должен был предоставить компенсацию тому, кому хотел передать землю, или же дать ему, если он имел, "другую землю такого же качества"
37
Следовательно, снимавший землю у другого мог иметь и собственную усадьбу. Это предположение подтверждается другим указанием судебника. Здесь говорится о владельце, сдававшем за ренту землю, на которую распространялось право одаля – наследственного семейного владения. Этим правом обладала обычно целая группа родственников, хотя бы владение и было уже разделено между ними. Если один из них
Библиотека группы Асатру
30 был вынужден сдать свою землю, другие одальманы имели преимущественное право на ее получение за такую же ренту, какую мог предложить посторонний человек, желавший ее снять, даже "если эта земля расположена вплотную к его усадьбе" (allt þat er samtynis liggr). Напротив, одальман мог рассчитывать на получение земли своего родича ив том случае, когда его двор был расположен поодаль, но при условии, что "он уже возделал всю землю, которой он владел до того (sina iorð alla fyrr er hann аи что оба двора находятся водном округе (samheraðs) и не разделены фьордом, горами или непреодолимыми потоками"
38
Значит, землю, о сдаче которой говорится в этом титуле, в первую очередь мог получить родственник ее владельца, имевший Собственный двор и стремившийся расширить свое хозяйство или предотвратить переход одаля в руки посторонних лиц. Если же одальманы не выражали намерения снять эту землю, она могла достаться любому другому человеку, и судебник предусматривает возможность сдачи ее опять- таки землевладельцу. У лейлендингов могли быть свои работники – из числа как свободных, таки рабов
39
На основании приведенных данных можно утверждать, что среди снимавших землю, как и среди сдававших ее собственников, имелось немало мелких землевладельцев "крестьянского типа. Нехватка земли при значительном составе крестьянской семьи, зачастую сохранявшей форму домашней общины трудности, связанные с освоением нови, наличие относительно большого движимого имущества, позволявшего расширить хозяйство за счет эксплуатации рабов (в раннее Средневековье) и свободных работников, – таковы были некоторые из причин, побуждавших бондов прибегать к аренде земли у других крестьян. Говоря об аренде, мы имеем ввиду именно такие межкрестьянские поземельные отношения. Сдача усадьбы за уплату ежегодной ренты была лишь одной из форм отношений, в которые вступали между собой бонды. Для того, чтобы лучше уяснить эту мысль, рассмотрим раздел "Законов Гулатинга", озаглавленный "Глава о сдаче земли" (Landzleigu bolkr, титулы 72-102). Он идет вслед за группой титулов, посвященных всякого рода денежным сделкам, долговым обязательствами т. пи предшествует четко отграниченному от него разделу о порядке наследования имущества (erfða bolkr, титулы 103-130). В ряде титулов, входящих в главу о сдаче земли, разбираются всевозможные казусы, определяются сроки, когда следует заключать сделки, платить ренту, покидать снятую усадьбу, предписываются правила поведения лейлендинга в снятом владении, устанавливаются наказания, угрожающие за нарушение этих правили порядок тяжбы в случаях злоупотребления собственником правом сдавать землю и т. д. (титулы 72-80). В титуле 81 составители судебника переходят к рассмотрению отношений между соседями, снявшими у собственника одну усадьбу. Земля этой усадьбы эксплуатируется владельцем как одно целое, считается, сего точки зрения, неподеленной (iorð uskipt), а раздел, который арендаторы могут между собой произвести, должен сохраняться в силе до тех пор, пока они оба сидят на этой земле
(þá scal þat skipti hallda er þeir skipta sin a milli meðan þeir bua a iorðu); если же один из них покинет усадьбу, а другой останется в ней, последний должен будет произвести новый раздел с вновь вселившимся лейлендингом. Далее в титуле 81 говорится о том, как лейлендинги должны пользоваться пастбищем для скота, и при этом составитель переходит к более общему вопросу – об отношениях между крестьянами, занимающими одну усадьбу, независимо оттого, являются ли они ее владельцами или лейлендингами (титулы 82 и сл.). А. Тарангер утверждает, что эти и следующие за
Библиотека группы Асатру
31 ними титулы разбирают исключительно одни лишь отношения между лейлендингами и не затрагивают крестьян-собственников, но единственным приводимым им аргументом в пользу такого суженного толкования этих титулов является соображение о том, что они включены в "главу об аренде. По нашему мнению, такое понимание нельзя признать убедительным, ибо оно исходит из представления о смысловой стройности и цельности разделов областных законов, которые в действительности этими качествами не обладают. Обсуждение отношений между хозяевами, живущими водной усадьбе, приводит автора главы (возможно, лагмана, докладывавшего на тинге о существующих обычаях) к вопросу о пользовании крестьянами разными видами общинных угодий приусадебными выгонами игорными пастбищами, лесами и водами) и о разделах угодий на доли (титулы 84-86), а это в свою очередь позволяет перейти к разбору правил раздела одаля (титул 87). О сдаче земли за ренту авторы судебника вспоминают вновь лишь в титуле 88, посвященном сдаче одаля сородичам, а затем возвращаются к обсуждению общинных распорядков и наказаний за нарушение неприкосновенности усадьбы. Об аренде до конца главы речи более не заходит. Несмотря на кажущуюся пестроту, эта глава представляется нам в определенном смысле не лишенной Целостности от начала и до конца в ней разбираются разные формы межкрестьянских отношений, связанных с пользованием землей, в том числе и сдача земли за уплату ежегодной ренты. Нечто подобное наблюдается ив соответствующей главе "Законов Фростатинга" глава XIII)
42
. Здесь наряду с постановлениями о сдаче земли встречается целый ряд титулов, посвященных другим вопросам пользование лесами, водами, лугами и другими общинными угодьями (титулы 5 и сл., 9-11,13-14); охрана владельческих прав представителей разных социальных категорий (титул 15); совместное владение землей несколькими хозяевами (титулы 16-23), причем в этих титулах постановления, касающиеся лейлендингов, совместно снимавших землю водной усадьбе (титул 17), переплетаются с постановлениями, регулирующими отношения между совладельцами и соседями наконец, упоминаются судебные тяжбы из-за земли (титулы 24-26). Таким образом, ив "Законах Гулатинга", ив "Законах Фростатинга" постановления, касающиеся сдачи земли за ренту, по существу не составляют вполне самостоятельных разделов, а включены в главы, более широко охватывающие межкрестьянские поземельные отношения вообще, одной из форм которых первоначально являлось и держание земли. А это означает, видимо, что на той стадии развития, которая отражается в "Законах Гулатинга" ив отдельных частях "Законов
Фростатинга", отношения между земельными собственниками и людьми, снимавшими у них землю, еще не носили ясно выраженного антагонистического характера

43
Этот вывод подтверждается наблюдениями над терминологией "Законов Гулатинга". При всем обилии постановлений, трактующих с разных сторон сдачу земли, в судебнике ни разу не употребляется обозначение арендатора как лейлендинга. И владелец, сдающий землю, и человек, снимавший ее и плативший за нее ренту, – оба называются просто maðr
44
. Никакого специального обозначения для держателя "Законы Гулатинга" не знают. Очевидно, арендаторы еще не составляли в период записи судебника особого слоя населения. Лишь в двух титулах встречается обозначение собственника земли – landzdróttinn
45
. Этот термин употребляется в случаях, когда было необходимо подчеркнуть титул на землю. Сравнение терминологии "Законов Гулатинга" с терминологией "Законов
Фростатинга" обнаруживает разительный контраст. В судебнике для Трендалага
Библиотека группы Асатру
32 сдающий землю, как правило, именуется landzdróttinn, снимающий ее – уже не неопределенно maðr, но – landbúi (поселенец, держатель) или leiglendingr (Эта терминология делается устойчивой и общераспространенной в ХШ во чем свидетельствует "Ландслов": здесь неизменно применяются термины landzdróttinn, iarðeigandi и leiglendingr, О том, что сдача-наем земли первоначально была разновидностью межкрестьянских отношений, свидетельствует близость этих сделок к иным формам распоряжения землей, получившим распространение в Норвегии в раннее Средневековье. Выше уже указывалось на проводимое в "Законах Гулатинга" сравнение сдачи земли с ее закладом. Автор постановления, о котором идет речь, как бы видит две возможности для бонда, не ведущего в своем владении (или его части) собственного хозяйства, получать все же с него некоторый доход либо сдавать землю за ежегодные платежи, либо заложить ее за сумму, которая будет выплачена ему сразу, но которую по истечении определенного срока он обязан был возвратить. Подобно тому, как желающий сдать одаль за ренту должен был сперва предложить его своим сородичам, он был обязан поступить точно также и при продаже, и при закладе земли
51
Однако между сдачей земли в аренду, с одной стороны, и продажей или закладом ее, с другой, существовало важное различие в первом случае владелец мог безвозмездно вернуть себе свою землю, за которую ему ежегодно платили, пока он ее сдавал, в двух других он мог возвратить ее в свое безраздельное владение, только выплатив сумму, полученную при закладе или при продаже одаля. Общее же между этими видами земельных операций заключалось в том, что в принципе все они представляли собой временное отчуждение земли владельцем, который по какой-либо причине не мог более обрабатывать ее своими силами мы говорим "временное отчуждение" даже применительно к продаже земли, ибо право одаля практически исключало окончательное отчуждение земли, оставляя не только за прежним владельцем, но и за его родичами-одальманами право ее выкупав течение длительного времени
52
Естественно, что многие бонды, оказываясь в стесненном материальном положении, предпочитали сдавать свою землю за ежегодные платежи, а не закладывать и не продавать ее, ибо в этих случаях вернуть себе право пользования ею было бы трудней для этого требовалась выплата всей суммы, полученной при заключении сделки, а владельцу, лишенному возможности вернуть деньги, угрожала окончательная утрата земли. Сдача земли под обработку другому на условии уплаты ежегодных платежей не была чревата такой опасностью, а краткосрочность соглашения гарантировала владельцу быстрое возвращение его усадьбы в случае необходимости. Охарактеризованные межкрестьянские поземельные отношения получили значительное распространение в Норвегии в очень давнее время и не представляли собой новшества в период составления первых редакций областных законов. "Законы
Гулатинга" частично сохранили редакции конца XI или начала XII в, те. того времени, когда лейлендинги и землевладельцы, сдававшие им землю, принадлежали зачастую к одному слою общества. Краткосрочная аренда, заклад земли, временное ее отчуждение, как и кабала, должничество и другие формы имущественных и личных отношений, обусловленных различиями в хозяйственном положении бондов, необязательно представляли собой ростки классовых антагонизмов в варварском обществе и до поры были вполне совместимы сего традиционной структурой. Нов тех же "Законах Гулатинга", а особенно в сохранившемся более позднем тексте
Библиотека группы Асатру
33 Законов Фростатинга" мы находим ясные свидетельства той эволюции, которую претерпели эти отношения в XII и первой половине XIII в.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

перейти в каталог файлов


связь с админом