Главная страница
qrcode

Свободное крестьянство феодальной норвегии. (Гу... Библиотека группы Асатру


НазваниеБиблиотека группы Асатру
АнкорСвободное крестьянство феодальной норвегии. (Гу.
Дата01.02.2017
Формат файлаpdf
Имя файлаSvobodnoe_krestyanstvo_feodalnoy_norvegii__Gu.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#26631
страница7 из 20
Каталогgorobecd

С этим файлом связано 19 файл(ов). Среди них: Taktika_iskusstvo_boya.pdf, SV_42_1978.djvu, Svobodnoe_krestyanstvo_feodalnoy_norvegii__Gu.pdf, Nefedkin_A_K_Voennoe_delo_sarmatov_i_alanov_H.djvu, Artamonov_M_I_Istoria_khazar_1962.pdf и ещё 9 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   20
205
у земельных собственников не возникало потребности в их постоянном принуждении. Краткосрочность соглашения о держании, напротив, давала землевладельцам очевидные преимущества. Другая важная причина того, что в Норвегии небыли развиты внеэкономическое принуждение и личная зависимость крестьян, заключалась в сравнительной слабости господствующего класса, не столь могущественного и богатого, как в других странах. Между тем сила сопротивления крестьян в условиях замедленного разложения доклассовой социальной структуры и длительной сохранности некоторых остаточных форм строя "военной демократии" была исключительно велика. Но отсутствие личной зависимости и сохранение лейлендингами свободы отнюдь не свидетельствует об их полноправии. Зависимость могла принимать самые различные формы и иметь бесчисленные оттенки, своеобразные формы зависимости, элементы внеэкономического принуждения мы находим и у норвежских лейлендингов. Уточним их социальный состав. Среди них многие в прошлом были обедневшими одальманами, которые не смогли сохранить своей земли, а продавили заложив ее, оказались не в состоянии выкупить. Другие были выходцами из семей бондов, не получившими долив усадьбе своего отца и вынужденными брать землю за ренту. Наконец, многие лейлендинги были крестьянами, расчистившими участки на общинных землях. Однако наряду со свободными людьми лейлендингами в X-XII вв. были и вольноотпущенники. В XI и XII вв. в результате отпуска рабов на свободу вольноотпущенники стали довольно широким слоем общества. Статус вольноотпущенника, претерпевая некоторые изменения, сохранялся на протяжении целого ряда поколений, и, таким образом, эта социальная группа не была кратким, скоропреходящим явлением в истории общественного развития Норвегии. О том, что вольноотпущенник находился на положении лейлендинга, свидетельствуют наши источники. В "Законах
Фростатинга" на этот счет содержится недвусмысленное указание "Если раб (þræll) возьмет землю или построит дом, он должен устроить пирушку в ознаменование своего освобождения (frelsis öl sitt)". Он должен зарезать барана и надеть на его шею кошель с суммой денег, за которую он мог выкупить свою свободу (hálslausn). Затем он приглашал на пир своего господина (scapdróttinn hans), который при свидетелях должен был взять выкуп. После этого вольноотпущенник мог пользоваться своей
Библиотека группы Асатру
49 свободой в той степени, в какой она ему предоставлялась. Здесь прямо устанавливается связь между отпуском раба на волю и заведением им своего хозяйства на земле, которую он брал в держание
209
То, что вольноотпущенник был держателем земли, явствует и из другого титула судебника, где сказано "Вольноотпущенник, который еще не откупился от зависимости, должен вести свои дела следующим образом он может снимать такое количество земли, в каком нуждается, и вдобавок покупать семена для посева на 6 эйриров в ходячей монете. Но все его другие сделки будут иметь силу только с одобрения его законного господина. Следовательно, закон признавал "гражданскую" правоспособность вольноотпущенника лишь в той степени, в какой это было необходимо для превращения его в лейлендинга, ив немалой мере в этом заключалось его отличие от раба, который не имел своего хозяйства. В другом постановлении предписывается, что если вольноотпущенник, заявивший, что он свободный человек, не сумеет этого доказать, господин может отнять у него все движимое имущество. Конфискация земли не предполагается, ибо она не была собственностью вольноотпущенника, – он держал ее на правах лейлендинга
211
В "Саге об Олаве Святом" рассказывается о хозяйстве Эрлинга Скьяльгссона. Помимо многочисленных слуги домочадцев, он всегда имел у себя дома три десятка рабов, которым давал участки для обработки. Эрлинг устанавливал сумму, за которую рабы могли выкупиться на свободу. "Многие могли выкупиться уже через год или два, но всякий, кто прилагал старание, выкупался через три года. На вырученные средства
Эрлинг приобретал новых рабов. Своих вольноотпущенников (лейсингов) он посылал наловлю рыбы и на другие работы они корчевали лес и возделывали землю. Так рабы превращались в вольноотпущенников, державших землю от своего господина. И здесь ясно видна связь между отпуском раба на волю и наделением его землей. Мы можем констатировать, что вольноотпущенники получали землю в держание и вливались в состав лейлендингов. Не останавливаясь здесь подробно на положении вольноотпущенников, нужно подчеркнуть весьма ограниченный характер их "свободы. "Каждый вольноотпущенник должен принадлежать тому, кто предоставил ему свободу, – гласят "Законы Фростатинга"
213
. Эта зависимость длилась до тех пор, пока человек не мог насчитать среди своих предков четырех свободнорожденных людей, происходивших один от другого. Следовательно, "семья вольноотпущенника должна оставаться в зависимости в течение четырех поколений. Лишь те вольноотпущенники, которые полностью выплатили свою цену, освобождались от зависимости и приобретали право наследовать имущество своих ближайших родственников наследство других принадлежало их патрону. Интересно отметить, что даже вольноотпущенник высшего разряда – лейсинг – мог опять оказаться в полной зависимости от господина (undir skapdrótten sinn), если он лишался своего имущества. "Законы Гулатинга" подробно определяют обязанности вольноотпущенника по отношению к семье отпустившего его господина
217
Вольноотпущеннику запрещалось без позволения своего патрона покидать фюльк и приобретать собственность на стороне. Нарушение лейсингом установленных для него правил поведения и верности патрону влекло за собой лишение его свободы. Таким образом, в составе лейлендингов в X-XII вв. значительную роль играли несвободные и неполноправные люди. Пребывание их водном классе со свободнорожденными бондами не могло не сказаться на статусе последних. В конце концов отличие их от вольноотпущенников отступало на второй план перед тем общим, что было между ними и что определяло их место в обществе, – отсутствием у них собственного двора, держанием чужой земли. На статус лейлендингов в целом,
Библиотека группы Асатру
50 несомненно, повлиял статус вольноотпущенников. В этом смысле заслуживает интереса зафиксированное в судебниках правило, согласно которому имущество человека, умершего в то время, когда он жил в чужом владении, при отсутствии его родственников должно было достаться собственнику земли. Это положение встречается уже в "Законах Гулатинга"
220
. В "Законах Фростатинга" говорится, что собственник земли может наследовать сельскохозяйственный инвентарь и скот покойного, весь урожай, траву и валежник из его хозяйства. Если имущество поселенца оценивается дороже шести эйриров, землевладелец имеет право наполовину его (помимо шести эйриров), а вторая половина принадлежит королю. Нам представляется, что право землевладельца наследовать выморочное имущество людей, умерших на его земле (так называемое право landerfð), возникло под влиянием его права наследовать имущество вольноотпущенников. Однако поскольку порядок наследования обычно опирался на родственные связи и строился в зависимости отсчета родства, то ив случае наследования собственником земли имущества арендатора последний назван gestfeðri, человеком, чьи родственные отношения с наследником основываются на том, что он "гостил" на его земле. Как мы могли убедиться выше, лейлендинг не имел никаких прав на снимаемый им участок и по истечении трехлетнего срока должен был его покинуть по требованию собственника. Но и права лейлендинга на хозяйство, которое он вел в чужом дворе, также были очень ограниченны. Уже отмечались его обязанности сохранять в исправности хозяйственные постройки, беречь траву, не заводить новшеств, противоречивших интересам собственника, и т. д. Но этого мало. В XIII в. было принято постановление, согласно которому лейлендинг не имел права свободно распоряжаться даже продуктами своего труда. Зерно, произведенное в хозяйстве лейлендинга и предназначенное для продажи, а также скошенное сено он должен был предложить землевладельцу, и только в том случае, если последний не желал их купить, лейлендинг мог продать их другим лицам
223
Неравноправный характер отношений между землевладельцем и арендатором проявлялся ив том, что в тяжбах из-за ренты суд принимал на веру показания первого относительно условий держания если же лейлендинг хотел опровергнуть заявление собственника, он должен был привести свидетелей. Бремя доказательства возлагалось на арендатора. Указания на неравноправное положение лейлендинга в суде можно обнаружить лишь в "Законах Фростатинга", отражавших, как выяснено выше, новый этап развития поземельных отношений, между тем как в "Законах
Гулатинга" при спорах из-за ренты и от собственника земли требовалось подтверждение его показаний свидетелями
225
Но и на той стадии общественного развития, которая нашла свое отражение в поздней редакции "Законов Фростатинга" ив "Ландслове", лейлендинги все жене составляли особого, юридически оформленного сословия или разряда. Историки, изучавшие положение лейлендингов, утверждают на этом основании, что отличие самостоятельных крестьян-собственников от арендаторов чужой земли было чисто экономическими что представители обеих категорий в одинаковой степени пользовались правоспособностью и личной свободой. Правильна ли эта точка зрения В областных законах неоднократно постулируется, что всякий свободный человек мог пользоваться всеми правами и должен был нести все обязанности, возложенные на свободное население. Эти постановления не разграничивали собственника и
Библиотека группы Асатру
51 лейлендинга, распространяясь в равной мерена всех свободных людей. От всех требовалось и исполнение военной службы во флоте. Степень участия бонда в лейданге определялась составом семьи и наличием зависимых людей, ноне правами его на занимаемую землю. Разумеется, далеко не всеми правами свободное население пользовалось в равной мере. Представители отдельных разрядов в среде свободных, различавшиеся по своему происхождению и положению в обществе, такие, как лендрманы, хольды, бонды, а также обладавшие частичной свободой вольноотпущенники разных категорий, имели права на получение неодинаковых вергельдов и возмещений и вместе стем в неодинаковой степени несли наказания за совершенные ими преступления. Знать, кроме того, пользовалась особыми привилегиями. Но эти социальные градации, отчасти связанные с землевладением (лендрманом был человек, получивший пожалование от короля хольд обладал одалем), не имели отношения к делению общества на землевладельцев и лейлендингов. В среде бондов были как собственники, таки арендаторы. В большинстве титулов судебников, как мы уже убедились, выделить тех и других не представляется возможным. В постановлениях о различных обязанностях бондов разграничение проводится по линии "домохозяин и работник или "домохозяин и бездомный человек. Иногда деление бондов принимает более детальный характер "домохозяин, имеющий в своей усадьбе помощников, "хозяин-одиночка", "бездомный. Вопрос же о томна каком праве домохозяин владеет двором, в качестве собственника или держателя, – зачастую не поднимается. Сточки зрения обеспечения интересов судопроизводства существенным было лишь проживание в усадьбе, ибо вызов на суд истец всегда должен был делать в доме ответчика, а если дело касалось человека, не имевшего дома, то предписывалось предъявить ему вызов на разбирательство там, где он временно находился
233
Лейлендинги отвечали этому требованию в такой же мере, как и землевладельцы. Следовательно, при участии в судебных тяжбах арендатор как будто не встречался с какими-либо формальными препятствиями. Анализ юридического положения лейлендингов, по-видимому, не обнаруживает признаков их неполноправности, что и утверждали историки, изучавшие этот вопрос. Но такой анализ и не может вскрыть неполноправия лейлендингов, ибо, повторяем, они не составляли особой правовой группы или сословия. Тем не менее частичное их неполноправие было вполне реальным фактом. Одной из важнейших и наиболее часто исполнявшихся обязанностей бондов по отношению друг к другу было свидетельство. При отсутствии письменных документов всякая сделка должна была совершаться при свидетелях, которые в случае возбуждения иска в суде давали свои устные показания. Сплошь и рядом эти показания могли потребоваться через длительный промежуток времени. Между тем срок, на который заключался договор об аренде, был краток, и хотя лейлендинг обычно оставался водной и той же усадьбе, его могли заставить покинуть ее в любое время. Поэтому, если бы он выступал в роли свидетеля при заключении сделок, то впоследствии в суде подчас было бы невозможно решить дело из-за его отсутствия. Вряд ли можно сомневаться, что, несмотря на это неудобство, лейлендингов привлекали в качестве свидетелей, особенно в XII и XIII вв., когда в их число попало большинство крестьян. Но несомненно и то, что на лейлендинга смотрели как на свидетеля "второго сорта, которому всегда, когда это было возможно, предпочитали самостоятельного хозяина. Кроме того, последний внушал больше уважения и
Библиотека группы Асатру
52 доверия. По некоторым же категориям дел лейлендинги вообще не могли давать свидетельских показаний. Это были очень распространенные и самые важные дела тяжбы о землевладении. В них свидетелем (óðalvitni) мог выступать только одальман, человек, от рождения пользовавшийся правом одаля
234
Но лейлендинги не обладали правоспособностью не только при разборе дел об одале, но ив ряде других случаев. Одальманы, или хольды, составляли в XI-ХШ вв. верхушку бондов, меньшинство сельского населения. В фюльке их могло не оказаться в нужном для судебной процедуры количестве, и тогда их заменяли "лучшие бонды, которые, по-видимому, немногим отличались от хольдов и, само собою разумеется, были землевладельцами. Согласно "Законам Фростатинга", только хольды или "лучшие бонды" могли выступать в качестве соприсяжников в делах по наиболее тяжким преступлениям. Когда требовалось принести двенадцатикратную присягу (это была самая действенная присяга, требовавшая привлечения 12 человек в помощь присягавшему, который при ее посредстве хотел очиститься от обвинения в преступлении, караемом лишением всех прав и изгнанием, нужно было "назвать 12 хольдов из фюлька или лучших бондов, если хольдов недоставало. Для принесения шестикратной присяги также требовались хольды или, при их нехватке, "лучшие бонды. В спорах о границе между общей собственностью-альменнингом и частновладельческой землей решение принималось путем принесения присяги тяжущимися сторонами, опиравшимися на поддержку соприсяжников из числа 12 хольдов или "лучших бондов"
237
. Наконец, для устройства третейского суда привлекались "12 старейших и наиболее достойных бондов в фюльке"
238
Такое положение существовало не всегда. "Законами Гулатинга" предписывалось в качестве соприсяжников выбирать людей равного статуса с обвиняемым, очищавшимся присягой это правило распространялось и на двенадцати- и на шестикратную присягу, для принесения которой, согласно "Законам Фростатинга", уже требовались хольды или "лучшие бонды. Очевидно, правило, нашедшее свое отражение в судебнике для Вестланда, восходило к периоду, когда владельцы одаля еще составляли основной слой населения, и поэтому вместо того, чтобы сказать, что соприсяжниками должны быть одальманы, можно было говорить о лицах "равнорожденных". Это правило сохранилось ив более позднее время, но теперь одальманы возвысились до положения хольдов и "лучших бондов", составили привилегированное меньшинство, а те бонды, которые становились лейлендингами, частично лишились права выступать в роли соприсяжников.
Лейлендинги были практически отстранены от участия в областных собраниях – тингах. В структуре тингов в XII в. произошло важное изменение, которое, несомненно, было обусловлено социальным упадком крестьянства. В конце XI в. число бондов, составлявших Гулатинг, равнялось примерно 400. Постановлением конунга Магнуса Эрлингссона от 1164 г. это число было снижено до 250. Сокращение представительства бондов коснулось всех фюльков
241
. Если от фюлька на областной тинг являлась небольшая кучка бондов, тонет никаких оснований предполагать, что среди них могли быть лейлендинги. Тингманом мог быть отныне лишь хольд или "лучший бонд", человек, в наибольшей мере заслуживающий доверия. В Трёндалаге в XII и XIII вв. участников Фростатинга и его судебного органа–
лагретты – назначали королевские чиновники – арманы. От каждого из четырех фюльков Внутреннего Трёндалага
242
назначались по 40 человека от каждого из четырех фюльков Внешнего Трёндалага – по 60 человек. "И людьми, которые назначаются в лагретту, должны быть наиболее старые и способные. Другое
Библиотека группы Асатру
53 собрание для всего Трёндалага, Эйратинг, созывавшееся разв год летом, в отличие от
Фростатинга, было всеобщим (alþing)
244
. На него были обязаны являться все бонды, которые имели помощников в своих хозяйствах. Этот тинг, таким образом, могли посещать и лейлендинги, исключая беднейших крестьян. Но как явствует из саг, в XII и XIII вв. роль бондов на этом собрании сводилась преимущественно к одобрению речей и действий своих вожаков из числа наиболее могущественных и богатых людей. В высшую судебную инстанцию в Трёндалаге – Фростатинг лейлендинги вообще не имели доступа. В течение XIII в. процесс "аристократизации" областных тингов, исключения из числа их участников основной массы бондов и превращения этих в прошлом демократических органов в придатки государства, управляемого королем и его приближенными, представителями служилой и землевладельческой знати и духовенства, сделал новые значительные успехи
246
Итак, св. лейлендинги были лишены возможности участвовать в заседаниях областных тингов. В судебных делах, разбиравшихся на тингах в фюльках и их подразделениях, они были оттеснены на второй план крестьянами-собственниками , а по некоторым вопросам, например в тяжбах об одале, вообще не имели права голоса. Так на практике выглядело "полноправие" лейлендингов. Вспомним и о вольноотпущенниках и их потомках, входивших в число лейлендингов и не добившихся равноправия с людьми свободного рода. Мы убеждаемся в том, что главную роль на тингах, которые былине только судебными собраниями, но и центрами политической жизни в Норвегии в раннее Средневековье, играли наиболее зажиточные и влиятельные собственники, люди родовитые. Они определяли отношение местного населения к центральной власти и решали судебные тяжбы. Несомненно, что при этом они заботились о своих собственных интересах, нередко в ущерб остальным крестьянам. Верхушка бондов имела своих лейлендингов. При посредстве органов публичноправового принуждения, в которых они заправляли, одальманы, хольды, "лучшие бонды" крепко держали в руках держателей и арендаторов. Вопрос о неполноправности лейлендингов не может быть решен путем изучения одних лишь областных законов и "Ландслова". Судебники сложились в основной своей части еще в варварском обществе и имели все особенности, присущие варварским Правдам. Законами в полном смысле слова, те. юридическим выражением воли господствующего класса, они не стали даже после дополнений и изменений, которым подверглись в XII и XIII вв. Между тем в этот период в Норвегии уже формировалось классовое общество и отношения между крупными собственниками и держателями неизбежно принимали антагонистический характер. Раньше, вначале в, землевладелец и арендатор – оба были подчас бондами в межкрестьянских поземельных отношениях этот антагонизм ясно еще не проявлялся (хотя, возможно, и зарождался. С XII-XIII вв. лейлендинги и землевладельцы, от которых они держали землю, составляли враждебные друг другу классы. Практика отношений между ними, не находя адекватного отражения в юридических сборниках и "королевских сагах, несомненно, была далека по своему характеру от отношений между равноправными сторонами. Действительное положение лейлендингов определялось не столько правовыми нормами, предписаниями судебников, сколько реальным соотношением классовых сил крупных землевладельцев и крестьян, В XII-XIII вв., в период, насыщенный острыми социальными конфликтами, это соотношение неоднократно менялось. В конечном итоге оно сложилось для крестьянства неблагоприятно, ибо гражданские войны завершились сплочением господствующего класса вокруг королевской власти и подавлением крестьянских восстаний
Библиотека группы Асатру
54 Несомненно, важной особенностью социально-экономической истории Норвегии являлось то, что лейлендинг не впал в личную зависимость нив тот период, который мы изучаем, ни впоследствии. При незавершенности процесса консолидации классов в XII и первой половине XIII вне сложились сословные градации (сословный строй получил дальнейшее развитие в
XIII в, и арендаторы формально сохраняли свои личные права и свободу. В этот период в Норвегии не существовало частной вотчинной юрисдикции, иммунитетов и подобных сеньориальных институтов, столь характерных для ряда других западноевропейских стран, опережавших Скандинавию на пути складывания феодальной системы. Тем не менее лейлендинг находился в зависимости от собственника земли, на которой вел свое хозяйство. Эта зависимость выражалась в уплате ренты, в ограничении прав лейлендинга на участок и продукт своего труда, в правовой необеспеченности держания, с которого лейлендинг мог быть согнан по истечении краткого срока действия договора, в "гражданском" неполноправии и сословной приниженности. Крестьяне подвергались эксплуатации также со стороны церкви и королевской власти, выкачивавших из их хозяйств ту часть прибавочного продукта, которую не могли отобрать крупные собственники. Государственное принуждение играло в Норвегии важную роль в социальных отношениях
250
Подчеркивая личную свободу средневекового норвежского бонда, большинство историков не без основания усматривают в ней черту, выгодно отличавшую его от зависимых крестьян, сколь бы относительной эта свобода в действительности ни стала в процессе классовой перестройки норвежского общества. Однако необходимо разобраться в существе свободы средневекового крестьянина и выяснить ее подлинное значение. Мы видели, что держание лейлендинга было краткосрочным, иными словами – владение крестьянина было юридически необеспеченным он не имел возможности закрепить своих прав на надел, на котором вел хозяйство, даже в той ограниченной мере, в какой этого удавалось достичь крестьянам – наследственным держателям в других странах. В самом деле, в тех странах феодальной Европы, где крестьянин владел землей более или менее прочно, его владение, длительное пользование наделом обусловливались обычно его зависимостью от сеньора власть сеньора над крестьянином находила свое естественное продолжение в собственности господина на надел. Но тем самым личная зависимость крестьянина гарантировала ему пользование землей. В тесной связи его с наделом был заинтересован феодальный собственник. Свободный же держатель при наследственном обладании землей приобрел бы на нее такие же феодальные права, как и крупный землевладелец. Известно, что в некоторых странах в период позднего Средневековья рост мелкой крестьянской собственности под покровом феодальной собственности подрывал последнюю. В Норвегии в XII-XIII вв., при относительной слабости господствующего класса, в условиях, когда крестьянское хозяйство функционировало в значительной мере обособленно и не подвергалось особому контролю землевладельцев, ограничивавшихся преимущественно лишь сбором ренты, закрепление обычаем прав лично свободного и не подвергавшегося систематическому принуждению крестьянина на занимаемый им двор могло бы представить угрозу для собственности феодала.
Этим-то, по-видимому, и следует объяснять краткосрочность держания лейлендинга, которую так упорно отстаивает законодательство, охранявшее в первую очередь интересы землевладельцев. В ограничении срока, на который заключалось соглашение с лейлендингом, крупные землевладельцы усматривали гарантию сохранения своей собственности. Таким образом, частичное обладание лейлендингом правами
Библиотека группы Асатру
55 свободного человека дорого ему обходилось он не приобретал никаких прав на землю, на которой вел свое хозяйство. Мы можем предположить, что за личную свободу норвежский лейлендинг расплачивался юридической необеспеченностью своего держания. Вопрос об объеме прав крестьянина на земельный надел неизбежно приобретал огромное, можно сказать, принципиальное значение везде, где держатель не был "телесно" зависим от сеньора и вел хозяйство самостоятельно. В этом заключается одно из наиболее существенных отличий норвежских лейлендингов от феодально- зависимых крестьян многих стран континента Европы. Но, по-видимому, эту особенность норвежские крестьяне разделяли со шведскими ландбу. С. Пекарчик весьма убедительно продемонстрировал несостоятельность традиционного Понимания шведских ландбу как свободных арендаторов и доказал наличие элементов личной зависимости и внеэкономического принуждения, применявшегося землевладельцами по отношению к крестьянам, сидевшим на их землях. Он пишет, что "свобода ландбу была очень ограниченна и факт держания усадьбы в течение краткого срока мог быть использован и, несомненно, использовался землевладельцами для усиления своих позиций. Нельзя не согласиться с высказываемой им мыслью о том, что шведские феодалы, как и феодалы других европейских стран, были заинтересованы в удержании крестьян на своих землях. В этом, несомненно, были заинтересованы земельные собственники ив Норвегии. Но, по нашему мнению, заинтересованность земельных собственников в том, чтобы сохранить держателей в своих владениях, не находится в противоречии сих нежеланием закрепить за крестьянами права длительного пользования землей.
* * * Мы старались раскрыть сущность института лейлендингов в XI-XIII вв. и основные этапы становления этого класса, насколько это возможно сделать при наличии имеющихся источников. Специфика последних такова, что некоторые вопросы не могли быть решены (например, об уровне ренты, а другие не удалось даже поставить. В частности, мы не можем установить, в какое время зародились отношения аренды крайне мало сведений относительно структуры крупного землевладения. Все же исследование проблемы лейлендингов, как кажется, позволило сделать некоторые выводы и наметить основные тенденции их развития. Основная из этих тенденций заключалась в том, что в XII и, еще более, в XIII в. норвежские лейлендинги превращались в зависимых крестьян, плативших поземельную ренту землевладельцам. При глубоком своеобразии их положения, норвежские бонды все жене составляли противоположности крестьянству других европейских стран в Средние века. Отмечая, с одной стороны, отсутствие в средневековой Норвегии барщинно- крепостнической эксплуатации крестьян, их личной несвободы, частной вотчинной юрисдикции, иммунитета и других развитых форм внеэкономического принуждения в руках землевладельцев, мыс другой стороны, говорим о норвежском феодализме, о том, что изучаемый период был по своему социально-экономическому содержанию раннефеодальным. В этой связи нужно подчеркнуть, что основными обязательным признаком феодализма мы считаем не крепостную зависимость крестьянине барщину, а ведение крестьянами своего хозяйства на землях крупных собственников, взимающих с них земельную ренту в любой форме (в Норвегии – в виде ренты продуктами по преимуществу. Это производственное отношение, в условиях преобладания в экономике натурального хозяйства и господства в политической жизни страны крупных землевладельцев, организованных в служилую военную иерархию,
Библиотека группы Асатру
56 неизбежно вело к зависимости держателя, выражавшейся в Норвегии в его социальной неполноправности ив юридической необеспеченности его держания
253
Тем не менее анализ положения норвежских лейлендингов вряд ли дает достаточные основания для того, чтобы определенно говорить о феодальной природе их зависимости. Этот вопрос не может быть правильно решен в отрыве от более общих проблем социального развития средневековой Норвегии. Положение лейлендингов необходимо рассматривать в контексте общественной системы. Поэтому мы должны поставить центральную проблему истории Норвегии в Средние века – проблему свободного крестьянства в системе феодальных отношений. Подчас в этой категории крестьян, в большинстве европейских стран представлявшей собой лишь одну из прослоек в составе крестьянства, видят своего рода пережиток, рудимент общинно- родового строя, свидетельствующий о незавершенности генезиса феодализма. Для Норвегии эта проблема должна быть поставлена иначе, ибо здесь свободное крестьянство играло роль не второстепенного элемента общества, а составляло значительную массу населения. Но именно поэтому на норвежском материале эта проблема может быть лучше изучена во всяком случае, здесь она встает перед исследователем во весь рост и настоятельно требует своего решения. ПРИМЕЧАНИЯ
1. Слово leiglendingr – составное от слов leiga (наем, "плата) и land (земля.
2. О. Büchner, Die Geschichte der norwegischen Leiländinger bis zur Verfassungsänderung im Jahre 1660. I. Teil. Berlin, 1903; A. Taranger. Udsigt over Den norske rets historie.
Forelaesninger. IV. Kristiania, 1907, s. 143-144, 149-150; J. E. Sars. Samlede Verker, II, s.
284; O. A. Johnsen. Norges bønder. Oslo, 1936.
3. См. H. Bjørkvik. Jord-eige og jord-leige i Ryfylke i eldre tid. Fordelinga av jordeigedomen þá Vestlandet og Agdesida i 1661 og i seinkatolsk tid. Stavanger, 1958.
4. Den aeldre Gulapings-Lov. Den ældre Frostabings-Lov. Norges gamle Love indtil 1387, udg. ved R. Keyser og P. A. Munch. I. Bd. Christiania, 1846. Далее употребляются сокращения "Законы Гулатинга" – G., "Законы Фростатинга" – F.
5. Ученые, писавшие о лейлендингах, обращались к данным областных законов, ноне подвергали их сплошному обследованию и ограничивались рассмотрением, отдельных постановлений судебников. Автор стремится выяснить прежде всего генезис класса лейлендингов.
6. Цит. по изданию Landrecht des Königs Magnus Hakonarson. Bearbeitet von R. Meißner
(Germanenrechte. Neue Folge. Abteilung Nordgermanisches Recht). Weimar, 1941.
7. Общая структура "Ландслова" повторяет структуру судебников; как и они, кодекс
Магнуса VI состоит из глав об обороне страны, о порядке наследования, о торговых сделках, о наказаниях за воровство и другие преступления, о сдаче земли в аренду, о разделе одаля и т. д. Главные нововведения содержатся в начальной главе "Ландслова" о порядке престолонаследия ив приложениях к основному тексту, так называемых "улучшениях права" – réttarbætr королей Хакона Хаконарсона и Магнуса Хаконарсона.
8. G., 72.
9. F., XIII, 1.
Библиотека группы Асатру
57 10. Ibidem.
11. G., 72. См. Е. Hertzberg. Grundtrækkene i den ældste norske proces. Kristiania, 1874, s. 62, 64.
12. G., 73: F., XIII, 1.
13. G., 75.
14. F. Indl., 18: Um auðnir. En um bær auðnir er menn vil ia byggia. Þá scal sa ráða er auðn á at húsa siálfr, oc liá. III. vetr þeim er upp vinnr iörð, elligar at sá hafi. VI. vetr sculldarlaust er húsar oc upp vinnr iörð bæði at acri oc eng. nema þeir semi annat caup sín ámilli. En leiðangr höfum ver af gefit fyrir. II. nef svá lengi sem hann hefir sculldarlaust. Cp. L., VII. 53, 1.
15. При расчистке участка крестьянину зачастую приходилось удалять с него большое количество камней, причем все работы производились вручную.
16. G., 73; L., VII, 3.
17. В тексте употребляется термин hús.
18. F., XIII, I; L., VII, 4.
19. G., 75; F., XIII, 2.
20. F., XIII, 2; En ef maðr tecr mála. þa scal sá haildaz sem vitni fuilnast til framast. þó at landsdrótt inn seli jörð.
21. F., XIII, 3: Ef maðr hefir reitt forleigu fyrir jörð manns, þá scal hann hafa mála sinn sem vitni berr til. oc svá arfi hins dauða ef hann deyr.
22. F., XIV, 3.
23. F., XIII, 3.
23a. H. Bjørkvik. Leiglending. – KHL, X bd. København, 1965, s. 461.
24. L., VII, 1: cp.VI, 17, 3.
25. G., 78: ...aðra skal hann hinum fa. ef hann hever til. æðá giallda handsalsslit. VI. aura. En ef hann a þa eina er hann byr a. þa scal hinn hava. en eigi sialfr hann.
26. G., 115.
27. G., 218 сл. Имеются ввиду серебряные марки.
28. G., 6. Человек, обладавший одной коровой или другим скотом, стоимостью равным одной корове, считался настолько бедным, что церковь ему позволяла ловить рыбу в дни, когда всем другим каноны это строжайше запрещали. См. F., II, 27.
29. G., 3.
30. G., 72.
31. F., XIII, 2: En ef landsdróttinn er búslítsmaðr oc vill fara tu sinnar iarðar. þá scal hann undan leysa iörð sina einni iarðar leigu oc segi honum til fyrir nott leigu. at hann er
Библиотека группы Асатру
58 búslítsmaðr. oc sanni þat med eiði sínum. Cp. L., VII, 1, 4.
32. G., 78.
33. F., XIII, 17. Cp. L., VII., 6.
34. G., 79: "Если кто-нибудь заключит сделку о сдаче земли (Nu selr maðr eina iorð а leigu), но откажется передать ее снявшему, последний должен вызвать его на тинг или на место, где была заключена сделка, – куда он предпочтет. В случаях, касающихся земли, отданной под заклад (mala iorð), поступать также" Толкование Л. Ларсона см. L. M. Larson. The Earliest Norwegian Laws. N.Y., 1935, p. 93). Несколько иначе у P. Майсснера ("Germanenrechte. Bd. 6. Norwegisches Recht. Das Rechtsbuch des
Gulathings". Weimar, 1935, S. 66-67), который слова "oc sva mala iorþ at somu" понимает как указание на передачу земли с правом выкупа ее собственником. Но передача земли в другие руки на таких условиях обычно и означала ее заклад, и термин mali (málajorð или forsölumáli) в "Законах Гулатинга" и "Законах Фростатинга" имел именно это значение. См. G., 283, 286, 288; F., IX, 22; XII, 2, 3.
35. F., XIII, l.Cp. L., VII, 8,1.
36. F., IX, 12; XI, 23. Cp. L. Musset. Les peuples scandinaves au Moyen Age. Paris, 1951, p.
94.
37. G., 72: ...nema hann have iorð aðra iamgoða at fa hanom...
38. G., 88. Cp. L., VII, 16.
39. G., 74. Здесь не совсем ясно, имеется ли ввиду под "работником" (mannzverki) наемный слуга или член семьи лейлендинга. Но F., ХШ, 2, на этот счет не оставляет сомнений и говорит о рабах лейлендинга и свободных людях, работающих на него
(sveinum eða friálsum manni þeim er vinnr með honum). L., VII, 18, 2 (uerkmenn).
40. Ef annar byr, en annar (err a brott... Еще один аргумент (дополнительно к приведенным выше) в пользу мнения, что аренда земли в Вестланде фактически не ограничивалась одним годом.
41. А. Taranger. Udsigt over Den norske rets historie, II, 1. Christiania, 1904, s. 26-27.
42. Первые титулы главы XTV "Законов Фростатинга" также посвящены отношениям между землевладельцами и лейлендингами, но, как мы увидим далее, относятся к более поздней редакции и отражают важные изменения, происшедшие в аграрном строев и XIII вв.
43. Сказанное относится и к главе VII "Ландслова" Магнуса Исправителя Законов
(Landzlejgu bolkr). См. L., VII, 19, сл. Но здесь гетерогенность состава этого раздела объясняется тем, что, как уже указывалось, он построен преимущественно на заимствованиях из областных судебников, подчас сделанных чисто механически, без всяких изменений.
44. G., 72: Nu leigir maðr iorð... at hann skylldi oðrom manne af selia... В следующих титулах оба – и сдающий и получавший от него землю – обозначаются местоимением третьего лица hann. В заголовках титулов встречается опять-таки maðr. G., 76: Nu leigir maðr iorð...; G., 77: Nu ferr maðr a iorð mannz...; G. 78: Nu selr maðr eina iorð...; G. 79.
Библиотека группы Асатру
59 45. "Господин земли, "собственник" (G., 75, 81).
46. F., XI, 15; XII, 8; XIII, 1, 2, 4, 8; XIV, 1, 3.
47. L., VII passim.
48. G., 79.
49. G., 88. См. выше.
50. G., 287; F., XII, 4.
51. G., 288.
52. См. А. Я. Гуревич. Большая семья в Северо-Западной Норвегии в раннее Средневековье (по судебнику Фростатинга). – "Средние века, VIII, 1956: он же. Архаические формы землевладения в Юго-Западной Норвегии в VIII-X вв. – "Ученые записки Калининского гос. пединститута им. Калинина, 26, 1962.
53. См. гл. II, § 2.
54. A. Holmsen. Problemer i norsk jordeiendomshistorie. – H. Т, 34, bd., 3. h. Oslo, 1947, s.
231; H. Bjørkvik. Det norske krongodset i mellomalderen. – H. Т, 1961, № 1, s. 202-231.
55. K. Maurer. Die ármenn des altnorwegischen Rechts. – "Sitzungsberichte der königlich
Bayerischen Akademie der Wissenschaften", Phil.-hist. Klasse. München, 1879.
56. G., 271.
57. H. Bjørhvik og A. Holmsen. Hvem eide jorda i den gamle leidendingstida? – "Heimen",
Bd. IX, 1952-1954, s. 146, 148, 222, 225, 309.
58. См. А. Я. Гуревич. Норвежская община в раннее Средневековье. – "Средние века,
XI, 1958.
59. G., 145: ...En ef bygð gerizt i almenningi. þa a konongr...
60. F., XIV, 7. Cp. L., VII, 61.
61. В Morkinskinna (s. 128-129) рассказывается о посещении конунгом Олавом Тихим в конце XI водного бонда. Конунг спросил его "Кому принадлежит земля, на которой ты живешь" (Hverr a iorþ þa er þy byr а. Бонд ответил "Это твоя земля, государь, и тебе уплачивается с нее рента" (þer eiguð herra ос þer takit leigor af). Желая возместить бонду причиненный ему ущерб, конунг освободил его от уплаты поземельных платежей (...gaf honom upp scylldir iarþar þeirar er hann bio á...).
62. A. Bugge. Om hvorledes Norge var bygget i vikingetid og middelalder. – H. Т, 5., R., 4.
Bd., 1920, S. 426-441.
63. См. ниже, гл. IV.
64. L., IX, 1, 3.
65. L., X, A, 5. Ср. X, В, 6, 10.
66. L., X, B, 11.
Библиотека группы Асатру
60 67. L., V, 7, 11.
68. L., V, 21.
69. F., XII, 4.
70. L., VI, 6.
71. L., III, 2, I; ...Konungs iorð... ef hon er til innan fyikis...
72. Обосновании монастырей при конунге Сигурде Крестоносце (1103-1130 гг.) и наделении их имуществом (или рентами) см, в частности, Morkinskinna, s. 166.
73. Edv. Bull. Folk og kirke i middelalderen. Studier til Norges historie. Kristiania og
København, 1912, s. 60, ff.
74. A. Taranger. Udsigt over Den norske rets historie, IV, s. 125-126.
75. G., 129: ...þvi er giof giallde betri at sina a hverr ulaunaða. engi er launað. nema iammikit kome igegn. sem gevet var. Подробнее о принципе взаимности при обмене дарами у скандинавов и у варваров вообще см. А. Я. Гуревич. Богатство и дарение у скандинавов в раннее Средневековье. – "Средние века, 31 (в печати.
76. G., 107. Ср. F., IX, 3, 4.
77. K. Maurer. Vorlesungen über altnordische Rechtsgeschichte, Bd. II. Leipzig, 1907, S.
287. Десятина делилась на 4 части. Одну из них получал епископ, вторую – приходская церковь, третью – священника последняя часть предназначалась на содержание бедняков и прихода. См. G., 8 (постановление 1164 г) Уступка доли десятины нищим соблюдалась вплоть до Реформации.
78. Hkr: Óláfs s. helga, kap. 58.
79. G., 6, 7, 9-12, 20-22, 24, 27, 28.
80. G., 7, 20-22, 28.
81. G., 24.
82. G., 10-12.
83. G., 12. Cp. F., II, 7.
84. Духовенство было свободно от лейданга (G., 298). а Адам Бременский в конце XI в. отмечал жадность норвежского духовенства, которое принуждало несведущих и упорствующих "варваров" платить десятину и продавало заплату все духовные услуги (Adam von Bremen. Hamburgische
Kirchengeschichte. Hrsg. von B. Schmeidler. Hannoverund Leipzig, 1917, IV, 31).
86. О миссии кардинала Николая Брейкспира (впоследствии папы Адриана IV) см. АО Библиотека группы Асатру
61 87. F., II, 18, 19; G., 8.
88. F., II, 20.
89. F., II, 44; G., 33.
90. В "Саге о Магнусе Эрлингссоне" рассказывается, что архиепископ Эйстейн стал требовать у бондов уплаты штрафов чистым серебром, что означало удвоение их стоимости. Ярл Эрлинг был принужденна это согласиться. Hkr: Magnúss s. Erlings., kap. 16,21. Ср. F., III, 2.
91. F., II, 7, 18, 38, 41, 43; III, 1, 3, 4, 14-16, 21, 23, 24; G., 23, 25, 29.
92. G., 8.
93. F., II, 10.
94. G., 32.
95. F., III, 17: ...at fe þat allt er mænn fa uttan erfðir þa skal gefa fiorðung þess fear ser til salo bota huærium er vil firir uttan eruingia loyfi... Cp. F., IX, 3, 4, 18.
96. F., IX, 4: ...Með trygðum scal gefa ef iarðer ero... oc svá ef maðr gefr fiorðung or fengnu fé ос ero iarðer i. þá scal hallda ef váttar vitu. þó at eigi se sceytt.
97. A. Taranger. The Meaning of the Words Othal und Skeyting in the Old Laws of Norway.
– "Essays in Legal History", ed. by P. Vinogradoff. Oxford, 1913.
98. F., XII, 4.
99. F., XIV, 3: En eigi scal kirkia týna eign sinni fyrir fyrnscu sacar eða af vangaezlu kennimanns eða af ágirnd umboðsmarms. En þat verðr kirkiu at óðali ef hon hefir at. XXX vetra. en þat vitni beri henni kirkiusócnar menn.
100. L., V, 21, 1-2.
101. F., II, 10; ...af giolldum ef nokor værða eða aðrum, fear lutum hins dauða.
102. См. А. Я. Гуревич. Основные этапы социально-экономической истории, с. 51,
52. О закладе бондами своего одаля в более ранний период см. Hkr: Haralds s. ins hárfagra, kap. 31. За убитого сына конунг Харальд Прекрасноволосый потребовал с жителей Оркнейских островов возмещения в 60 марок золотом, внушительной суммы, которой бонды внести не могли. Тогда оркнейский ярл Эйнар сам взялся уплатить виру при условии, что бонды передадут ему за это весь свой одаль. Бонды согласились на это "главным образом потому, что бедняки имели мало земли, а богатые надеялись выкупить свой одаль, когда захотят" (...at mir snauðu áttu litlar jarðir, en mir auðgu hugðusk mundu leysa sín óðöl, þegar er þeir vildu). В Hkr: Óláfs s. helga, kap. 96 эта история изображена иначе оркнейцы якобы "присягнули Харальду своим одалем", ярл сделался вассалом конунга и получил от него землю в лен. Оценку этого сообщения см. ниже, гл. II.
103. Ср. Edv. Bull. Folk og kirke i middelalderen, s. 59-61, 66, 72, 85-86, 138.
104. Интересны документы, касающиеся соглашения между монахами Нидароса и бондом Эйливом об аренде им двора, который его брат Марк завещал монастырю.
Эйлив обязуется за эту землю, ранее являвшуюся владением его семьи, платить ренту.
Библиотека группы Асатру
62 Однако через несколько месяцев по приказу короля было произведено расследование законно ли подарил Марк свою землю DN, II, 1, № 40, 41, 42 (документы от 1297 г,
64 (1301 г. 105. DN, I, № 7; запрещение бондам препятствовать монахам спокойно пользоваться их владениями, пожалованными королем. Ср. DN, II, 1, №5, 31, 35, 36, 47,
53.
106. DN, I, № 7, 8, 60; II, I, № 10, 19, 26, 45; III, № 7.
107. DN, I, № 70; II, 1, № 17, 24, 42, 46.
107a. DN, I, №86; II, 1, M 40.
108. DN, II, 1, № 55.
109. DN, I, № 13; III, № 16.
110. DN, II, 1, № 29; ...til allda oðals...; № 43.
111. DN, I, №83; XV, №2.
112. Hkr: Haralds s. Gráfeld., kap. 11.
113. Он происходил из рода Харальда Прекрасноволосого, Hkn Óláfs s. helga, kap. 219.
114. Hkr: Óláfs s. helga, kap. 104.
115. Óláfs s. Tryggvasonar, kap. 77.
116. Óláfs s. helga, kap. 105.
117. Óláfs s. helga, kap. 158, 169.
118. Magnúss s. góða, kap. 12.
119. Haralds s. gráfeld., kap. 16.
120. Morkinskinna, s. 85.
121. Morkinskinna, s. 66.
122. Подробнее см. гл. II.
123. E. Hertzberg. Lén og veizla i Norges sagatid. – "Germania". Abhandlungen zum LXX.
Geburtstag Konrad von Maurers. Göttingen, 1893.
124. G., 267: ...En engi a undir lendan mann iorð at skiota...
125. L., VIII, 1, 2. Cp. G., 141.
126. Hkr: Óláfs s. helga, kap. 1, 33.
127. F., XIII, 15. См. А. Я. Гуревич. Норвежские бонды в XI-XII веках (I). – "Средние века, 24,1963, с. 35. Ср. L., VII, 20, 1.
128. F., XIII, 3.
129. F., XIV, 3.
Библиотека группы Асатру
63 130. В F., VII, 11 упоминается владелец усадьбы в сельской местности и дома в городе или двух сельских усадеб. В F., II, 19, предполагается возможность, что люди владеют сразу несколькими усадьбами. Ср. L., III, 7, 1.
131. F., XIV, 2, 4, 5, 6 и др. F., XIII, 26, предполагает случай, когда земельный собственник отсутствует в период жатвы и не может прибыть на тинг, называемый fimtarstefna, – тинг, созываемый через пять дней после посылки вызова на него.
132. Имеется ввиду Трендалаг, в состав которого входили 8 фюльков.
133. F., XIV, 1: Hverr maðr innan laga varra er iörð á scal hafa umboðsmann innan fylkis þar sem iörðin liggr. Титул озаглавлен "Должен быть управляющий в каждом владении в фюльке" (Til allra eigna innan fylkis scal umboðsmann hafa).
134. Там же.
135. F., XIV, 4. В титуле "Законов Гулатинга", посвященном разделу одаля, управляющий не упоминается. Интересно, что этот судебник в отличие от "Законов
Фростатинга" вообще не знает такого должностного лица.
136. F., XIV, 5.
137. F., XIV, 1, 2.
138. F., XIV, 3.
139. F., XIV, 1.
140. F., XIV, 2.
141. F., XIV, 3.
142. L., VI, 17, VII, 26 и др.
143. L., VII, 7, 2.
144. L., VII, 7, 4.
145. При сравнительном изучении "Законов Гулатинга" и "Законов Фростатинга" необходимо иметь ввиду противоречивость их содержания, связанную с историей возникновения этих судебников. Социальные отношения в Трёндалаге проявили больший консерватизм, что отразилось, в частности, на постановлениях о порядке наследования. В тоже время "Законы Фростатинга", сохранившиеся в редакции ХШ в, по сравнению с "Законами Гулатинга" свидетельствуют о дальнейшем росте крупного землевладения.
146. F., XII, 2: ...þá scal iörð hans vera svá heimil sem óðal hans. svá micit or iörðunni sem hann fann fé fyrir iördina. oc hann tóc leigu af.
147. F., XII, 8.
148. G., 280: ...Leysir hann iorð aptr eiter fardaga. þa scal hinn hava bæðe aura oc leigu.
149. G., 283.
150. F., IX, 22. Cp. G., 115.
Библиотека группы Асатру
64 151. F., XI, 5: ...nema landaleigur þær er hann tóc síðan. Cp. F., XII, 15.
152. F., IV, 24.
153. F., XI, 7.
154. Ibid: ...En ef þau búa á annars tveggia iörðu. þá scal hvárki þeirra leiga iörð of öðru...
155. F., II, 19.
156. F., Indl., 16 (eignir oc landskylldir).
157. F.,Indl., 18.
158. Характеристику некоторых из трандхеймских "могучих бондов" см. в нашей статье "Норвежские бонды в XI-XII вв. (II)". – "Средние века, 28, 1964, с. 13, сл.
159. Н. Bjørkvik og A. Holmsen. Hvem eide jorda i den gamle leilendingstida? – "Heimen",
Bd. IX, 1952-1954, s. 220, 303, 313, 446, 545.
160. Edv. Bull. Det norske folks liv og historie gjennem tidene, II, s. 120-121; S. Hasund. Or
Noregs bondesoge. I. Oslo, 1942, s. 57.
161. В "Прологе" к "Ландслову", представляющем обращение Магнуса VI ко "всем людям Гулатингслёга" (такие же обращения были направлены ив другие области Норвегии, говорится о том, что в намерения короля при составлении уложения входило "улучшить большую часть судебников в стране" (at bœta nokot vm flestar lagbeekr i landeno) при участии и по совету "лучших людей" (með hinna bezstra manna raðe) (L. Prologus).
162. См. ниже, гл. LV.
163. F., XIII, 15, G., 56, 91 и др.
164. L., VII, 20, 1; VIII, 21, 2.
165. F., IV, 4.
166. L., IV, 3, 1: En sa er arborenn, er komen er til allz rettar.
167. L., VII, 55, 2: ...En a nylendum allum innan stafs beiði bœnðr boðreitzlu, sa er iorð a, a
þingi eða hans vmboðs maðr.
168. L., IV, 2, 2.
169. L., V, 14, 3-4; 22, 1.
170. L., V, 3, 4.
171. L., VI, 16, 1.
172. L.,VII, 46, 4.
173. L., VII, 40, 3; 49, 2.
174. См. ниже, гл. III.
Библиотека группы Асатру
65 175. L., III, 6, 1.
176. См. S. Hasund. Bønder og stat under naturalsystemet. Kristiania, 1924 s. 16, 33.
177. L., VII, 7, 3: Nu byggir maðr dyra, en uande hefir a uerit, akti þui dyra oc frammar til leiðangrs oc landuarnar, sem leiga er meiri a logð. Se annat huart auhit firir baðom eptir þui sem byggizt, eða minki firir baðom.
178. L., VII, 5, 2: ...suare sa leiðangre sem landskylld...
179. L., VII, 53, 1. Здесь платежи и повинности в пользу государства (vttboð, leiðangr) и земельная рента (leiga) поставлены опять-таки в непосредственную связь.
180. L., VII, 53, 4.
181. L., III, 1, 4.
182. S. Hasund. Or Norges bondesoge, I, s. 69-61.
183. F., XIII, 17; G., 77: Ef maðr ferr a iorð uheimila...
184. G., 78: Ef maðr selr tveim monnum eina iorð...
185. F., II, 19: XIII, 2, 16, 18.
186. F., XIII, 1. См. выше.
187. Все эти постановления находим ив "Ландслове" (L., VII).
188. G., 81: Nu bua grannar tveir saman, oc taca af einum manne iorð. þa er su iorð uskipt.
Cp. L..VII, 15; 55,2 и др.
189. См. F., X, 9, 10, 39.
190. Даже у лейлендинга мог быть свой корабль. См. L., VII, 52, 2.
191. В "Законах Гулатинга" вергельд установлен в марках, но при этом сразу же указывается, какое количество коров им соответствует (G., 218, 219. Ср. DN, I, № 82).
192. G., 243.
193. G., 223. По-видимому, уплата денежных возмещений производилась редко, и поэтому авторы "Законов Фростатинга" специально предписывали, чтобы все возмещения за увечья, причиненные свободнорожденным людям, уплачивались серебром, причем исключение делалось для возмещений, которые они получали за своих зависимых людей (F., IV, 45).
194. G., 266, 274. Штрафы конунгу могли уплачиваться движимым имуществом и землей. Вот г) читаем "И если в качестве þegngildi штрафа, взимаемого конунгом с убийцы его подданного отдана земля, родственники имеют право ее выкупить. Ср. рассказ Снорри об уплате возмещения в Швеции некто дал гусенка вместо взрослого гуся и поросенка вместо свиньи (Hkr: Óláfs s. helga, kap. 94. Герой саги прибегает к иносказанию, но оно интересно как свидетельство определенной житейской практики.
195. См. ниже, гл. II. Ср. F., XVI, 2, 3: подати, которыми облагались рыболовы,
Библиотека группы Асатру
66 уплачивались рыбою. Здесь же упоминаются платежи маслом, солодом и пряжей.
196. DN, I, № 68. Однако Рим отказывался принимать церковные десятины, которые духовенство Исландии, Фарерских островов и Гренландии хотело уплачивать в виде шкур, кож, моржовых бивней и других экзотических продуктов Севера папа требовал золота или серебра (DN, I, № 71. Ср. DN, XI, № 39).
197. DN, I, № 67. Король запретил вывозить из Норвегии десятину, чем вызвал целый поток папских посланий с выражением беспокойства и протеста (DN, № 72, 73, 75, 76-
78; DN, II, 1, № 22, 23). В 1233 г. папа Григорий IX в ответ на запрос архиепископа
Нидароского, можно ли при нехватке пшеницы и вина давать евхаристию в виде других сортов хлеба ив вице пива, запретил это делать, ибо в грубом хлебе и пиве "нет благодати" (DN, I, № 16).
198. Тем не менее, крупные светские собственники часто принуждали бондов работать на себя и вносить платежи сверх landskylldir (A. Holmsen. Norges historie. I, s. 362-363).
199. F., III, 19 и др S. Hasund. Bønder og stat under naturalsystemet, s. 102, ff.
200. G., 295-315; F., VII, 1-27; L., III. См. подробнее гл. III.
201. Система штрафов и возмещений, взимавшихся в Норвегии в X-XII вв., сложилась в основных своих чертах еще в варварском обществе, когда эти платежи вносились обычно коллективом сородичей, а не отдельным человеком, что стало правилом в изучаемый период. Поэтому материальные взыскания не учитывали (в отличие от штрафов, налагавшихся развитой феодальной юстицией в других странах) реальной платежеспособности тех, кто им подвергался. Также обстояло дело ив других странах, нов более раннее время. Живучесть архаичной системы судебных наказаний в Норвегии была причиной разорения многих проштрафившихся бондов.
202. Современные норвежские историки полагают, что в Согне (в Юго-Западной Норвегии) и Раумарики (в Юго-Восточной Норвегии) рента в XIII в, как правило, составляла 1/6 дохода крестьян. См. Н. Bjørkvik. Landskyld. KHL, X bd. s. 278.
203. Допуская такое сопоставление норвежских бондов с западноевропейскими крестьянами, мы имеем ввиду, разумеется, лишь хозяйственное их положение. Ср. L.
Musset Op. Cit., p. 273. О бедности населения Норвегии в столетия, предшествовавшие "Черной смерти, см. A. Steinnes. Gamal skatteskipnad i Noreg. I. – "Avhandlinger utgitt av Det Norske Videnshaps-Akademi i Oslo". II. ю. Klasse, 1930, № 1, s. 170. ю Так считает, например, К. Маурер. K. Maurer. Vorlesungen..., Bd. I, S. 121- 124.
205. Крестьянское хозяйство в Норвегии никогда не было чисто земледельческим. Исключительно большую роль в нем играло скотоводство. Бонды были заняты, кроме того, ловлей рыбы, охотой и многими другими подсобными промыслами.
206. Надобность в юридическом оформлении крепостной зависимости крестьян обычно возникала при развитии отработочной ренты. Строго говоря, крепостного права, прикрепления крестьян к земле в Западной Европе в изучаемый период не существовало. Французский серваж, как и английское вилланство, – это формы крестьянской зависимости, при которых крестьянин прикреплен не к земельному владению, а к личности сеньора несвободный по отношению к своему господину, он сохранял в той или иной мере правоспособность в отношениях с посторонними лицами. Зависимость крестьянина представляла собой, таким образом, сочетание
Библиотека группы Асатру
67 элементов свободы и несвободы. Соотношение обоих элементов постоянно и повсеместно менялось.
207. См. K. Maurer. Die Freigelassenen nach altnorwegischen Rechte. – "Sitzungsberichte der philosophisch-philologischen und historischen Gasse der K. B. Akademie der
Wissenschaften zu München", 1878, Heft I.
208. F., IX, 12.
209. G., 91: "Вольноотпущенник имеет право на возмещение за нарушение неприкосновенности владения, если он имеет землю" (Nu a leysingi at landname, ef hann a iorð).
210. F., XI, 33: Um leysingia kaup. Svá sculu leysingia caup fara þeirra er eigi hafa ceypt
þyrmslar af ser. land scal hann leigia svá mildt sem hann þarf oc frio þar til auc. VI. aurum töldum. En öll caup onnur sculu því at eins halldaz ef skapdróttinn vill.
211. F., IX, 10.
212. Hkr. Óláfs s. helga, kap. 23.
213 F., IX, 10; G., 61.
214. F., IX, 11: Leysingia ætt ero. IIII. menn í þyrmslum. По "Законам Гулатинга" эта зависимость сохранялась в течение двух поколений (G., 66). В течение первого года после освобождения бывший раб должен был продолжать работать на своего господина. (G., 61: ...Nu scal hann þar vinna. XII. manaðr firi skapdrotne sínum).
215. G., 106.
216. G., 63.
217. G., 66: Um þyrmslir leysingia við skapdrótten...
218. G., 67: Ef leysingi ferr or fylki utan leyuis skapdróttens...
219. См. S. Hasund. Or Noregs bondesoge, I, s. 59-60, 64.
220. G., 110.
221. F., IX, 5.
222. Неслучайно это постановление находится в судебнике Гулатинга рядом с титулами оправе господина наследовать имущество его вольноотпущенника (G; 106, um leysings erfð) и слуги (G., 109, Huskarls erfð).
223. L., VII, 12, 1.
224. F., XIII, 1: "Утверждения земельного собственника имеют силу во всем, что касается аренды земли, если только лейлендинг не опровергает их с помощью свидетелей" (Landsdróttins saga scal standa um alla ábúð iarðar. nema leiglendingr reki aptr með vitni). Cp. F., XIV, 1.
225. G., 72.
226. S. Bolin. Scandinavia. – "The Cambridge Economie History of Europe", I. Cambr.,
1942, p. 487-488. Ср. H. Koht. The Scandinavian Kingdoms until the End of the Thirteenth
Библиотека группы Асатру
68
Century. – "The Cambridge Medieval History", VI. Cambridge, 1929, p. 369.
227. См. гл. III.
228. G., 296; F., VII, 9.
229. F., III, 19: ...bonde... uerkmaðr...
230. F., II, 18: ...iamual einloypis maenn sem bondr... Cp. F., II, 32, 33; III, 20.
231. F., VII, 7: ...einieypir menn..., bondr..., einyrkiar... Cp. F., X, 26. L., VII, 57, 1:
...einuirki... fullr bonde...
232. G., 35, 37, 46, 266 и др F., IV, 54, X, 2, 4 сл., 31 и др.
233. F., X, 26.
234. G., 266 (титул о выкупе ранее проданного одаля): "Свидетелем в деле об одале должен быть человек, происходящий от людей, родившихся с этим правом, которые имеют одаль в фюльке, где расположена земля, подлежащая выкупу" (óðalborner menn scolo aller óðalvitni bera. þeir er óðal eigu innan fyl kiss er su iorð liggr i. er hann brigðir).
Cp. G., 272 и др. F., XIII, 25.
235. F., IV, 8: ...oc nemna haullda. XII. or fylki. eða bondr hina bezto ef eigi ero haulldar til.
236. F., XV, 11: ...oc nemna scal haullda. VI. til settareiðs. eða bondr hina bestu ef eigi ero haulldar til.
237. F., XIV, 7. См. А. Я. Гуревич. Норвежские бонды в XI-XII веках, с. 37.
238. F., XIII, 24.
239. G., 132, Cp. G., 133-135.
240. См. A. Taranger. Atting og lagting. – H. Т, 5. R., 5. bd. Oslo, 1924. Подробнее см. гл.
III.
241. G., 3. Здесь указывается численность тингманов при конунге Олаве Тихом (1066-
1093) и при Магнусе Эрлинтссоне.
242. В состав внутреннего Трёндалага (innan Þrándheimr) входили фюльки, расположенные по берегам внутренней части Трандхеймсфьорда, а в состав внешнего
Трёндалага (utan Þrándheimr) – фюльки по берегам наружной части фьорда.
243. F., 1,2: ос þá menn scal í lögrettu nefna er ellztir ero oc gengstir. Указание на лагретту здесь ошибочное 400 представителей бондов, которые должны были являться из всех фюльков, были членами Фростатинга, и лишь небольшая их часть входила в лагретту.
Лендрман не должен был появляться на Фростатинге.
244. На Эйратинге претендент на королевский престол заявляло своих притязаниях и просил признания у бондов его прав.
245. F., 1, 4: ос scal hverr búandi fara er forverk á ser.
246. См. ниже, гл. III.
247. См. А. Я. Гуревич. Некоторые спорные вопросы социально-экономического
Библиотека группы Асатру
69 развития средневековой Норвегии. – "Вопросы истории, 1959, № 2, с. 122-123.
248. См. ниже, гл. IV.
249. Эти феодальные институты со временем появились в соседней Швеции, но ив ней не получили значительного развития. См. C. G. Andrae. Kyrka och frälse i Sverige under
äldre medeltid. Uppsala, 1960.
250 Cp. A. Holmsen. Problemer i norsk jordeiendomshistorie, s. 236; idem. Norges historie.
I. Oslo, 1949, s. 324. См. также, ниже, гл. II.
251. С. Пекарчик. К вопросу о сложении феодализма в Швеции (до конца XIII в. Опыт постановки проблемы. – "Скандинавский сборник, VI; St. Piekarczyk. Some notes on the social and economic situation of the Swedish tenants in the XIIIth century. –
"Scandia". Bd. XXVII, I, H. 1961, s. 212.
252. См. А. Я. Гуревич. Основные этапы социально-экономической истории, с. 49 сл.
253. См. А. Я. Гуревич. О некоторых особенностях норвежского феодализма – Скандинавский сборник, VIII. Таллин, 1964, с. 257 слон же. Проблемы социальной истории Норвегии в IX-XII веках. "Ученые записки Калининского гос. пединститута. Кафедра истории, т. 38,1964, с. 364 сл. Глава II. Из истории возникновения раннефеодального государства в Норвегии Своеобразие социально-экономического развития средневековой Норвегии (ив известной мере других скандинавских стран) заключается, по нашему мнению, не только в том, что она оставалась страной свободного крестьянства, но ив том, что в ней длительно сосуществовали разные общественные уклады пережитки варварского общества, связанные с частичным сохранением мелкого землевладения и института одаля; рабство, которое вследствие живучести эксплуатации вольноотпущенников и кабальных должников не утратило окончательно своего значения с исчезновением рабов кв феодальный уклад, укреплявшийся за счет разложения других форм общественных отношений. Многоукладность социальной жизни не была специфически норвежским явлением, но чрезвычайная устойчивость здесь этого состояния обращает на себя внимание. В немалой мере многоукладность общественных отношений вызывалась в Норвегии различиями в развитии отдельных областей. Вики Упплёнд – южная и восточная части страны – существенно отличались от Вестланда, западной области Норвегии, и
Трёндалага – северо-запада. В Вике ив особенности в Вестланде ломка старых устоев совершалась быстрее, чем на севере или на окраинах, на шведской границе в равнинных районах – быстрее, чем в горных. Природные условия, трудности сообщения между областями, слабое развитие товарно-денежных отношений, различия в связях с внешним миром, вмешательство соседних держав закрепляли пестроту
Библиотека группы Асатру
70 социальной жизни в Норвегии на протяжении всего Средневековья. Нос вв. уже можно говорить о преобладании феодального уклада, о складывании феодальной общественной структуры. При медленных темпах разложения старинных отношений землевладения аристократическая верхушка общества, возвысившаяся в эпоху викингов (IX-XI вв.), долго не могла подчинить своей власти значительную массу бондов. Ее богатства и могущество основывались в тот период не только на эксплуатации лейлендингов, но и на рабовладении, получившем большое развитие у скандинавов, на морской торговле, тесно переплетавшейся с грабежом и пиратством, на военных экспедициях в чужие страны, откуда викинги вывозили всякого рода богатства (в том числе и рабов) и которые они облагали данью. Богатства норвежских хёвдингов в этот период возросли, вожди еще более возвысились над простыми бондами, социальное расслоение которых углубилось. Создались условия для появления королевской власти в Норвегии. Как и у некоторых других народов Западной Европы в раннее Средневековье, зарождавшееся в Норвегии государство основывалось на политическом объединении родственных племен под властью одного вождя. Однако если у франков, готов, бургундов и т. д. государственная власть возникла входе завоевания римской территории и поэтому с самого начала выполняла функции принуждения по отношению к покоренному населению, тов Норвегии варварское королевство складывалось в процессе "внутреннего завоевания" страны конунгом, подчинившим себе других вождей племени фюльков
1
самой Норвегии. Господства одного народа над другим здесь не устанавливалось, норвежское государство всегда отличалось значительной этнической однородностью. Вследствие этого королевская власть первоначально сохраняла черты власти военачальника, предводителя племенного союза, который, однако, быстро перестраивался (или уже перестроился) на территориальной основе. В поэзии скальдов IX и X вв. норвежские конунги изображаются преимущественно в виде вождей дружина не государей в полном смысле этого слова. Конунг Норвегии в тот период напоминает вождя викингов, возглавлявшего их военные походы в другие страны. Это сходство неслучайно многие правители Норвегии X и первой половины
XI в. и начали свою карьеру как предводители норманских дружин, орудовавших в Англии, Франции, Византии, на Руси. Такими викингами были конунги Харальд Серая Шкура, Олав Трюггвасон, Олав Харальдссон (Святой, Харальд Сигурдарсон Суровый, те. почти все норвежские государи с середины X до середины XI в. Их вступлению на норвежский престол предшествовали более или менее длительное разбойничанье и грабежи за морем, наемная служба чужеземным государям. В Норвегию они, как правило, являлись во главе отрядов викингов и нередко буквально завоевывали страну, подавляя независимость старой знати – конунгов и херсиров областей. Конунгам-викингам приходилось добиваться поддержки бондов, обещая им сохранение их традиционных вольностей. Эти черты были характерными для королевской власти в Норвегии при первом объединителе страны Харальде Прекрасноволосом (конец IX – начало X в, при его сыновьях и внуках, те. на протяжении X в. Королевская власть еще не обособилась полностью от общества. Феодальное развитие общества было делом будущего. Но отчасти уже при Олаве Трюггвасоне (995-1000) ив большей степени при Олаве
Харальдссоне (1015-1028) начинают происходить изменения в существе норвежского государства, говорящие, на наш взгляд, о том, что власть верховного вождя союза
Библиотека группы Асатру
71 племен превращается во власть главы раннефеодального государства, противопоставляющего себя народу и угнетающего его. Попытки обоих Олавов проводить подобную политику наталкивались на упорное сопротивление бондов иродовой знати, сохранявшей свое влияние на них, и привели к гибели этих государей
4
Тем не менее указанная тенденция в развитии королевской власти, свидетельствующая о формировании раннефеодального государства (вспомним определение Энгельсом зарождающегося государства "сила, происшедшая из общества, но ставящая себя над ним, все более и более отчуждающая себя от него, делается доминирующей в политической жизни Норвегии на протяжении XI в. Существует мнение, что в отличие от многих раннефеодальных государств Западной Европы, в формировании которых известную роль сыграли остатки римской государственности, Норвежское королевство возникло исключительно вследствие внутреннего разложения строя "военной демократии" ив течение долгого времени не испытывало заметного внешнего влияния. В эту, во многом верную, оценку необходимо, на наш взгляд, внести существенные поправки. Разумеется, в Норвегии не было прямого римского наследия. Но это не означает, что королевская власть в Скандинавии явилась непосредственным продуктом трансформации власти вождя в варварском обществе. Как уже было отмечено, первым королям Норвегии пришлось завоевывать страну. Большая часть этих конунгов-викингов пришла в Норвегию из Англии, в которой они приобрели военно-политический опыт. Королевская власть в Норвегии в начальный период своего существования опиралась прежде всего на дружину. Но дружины Хакона Доброго, Олава Трюггвасона и Олава Святого формировались в Англии, уже затем пополняясь в Норвегии. У английских королей норвежские конунги перенимали формы управления страной. Вместе с отрядами первых конунгов в Норвегию являлись английские священники, активно содействовавшие укреплению их власти. Близость социальных институтов Англии и Норвегии в X-XI вв. – при более быстром развитии раннефеодального строя в Англии
– делала возможным интенсивное влияние англосаксонских политических и церковных порядков на Норвегию. Из Англии вместе с церковной организацией пришла в Норвегию письменность очень значительным было воздействие культуры Британских островов на скандинавов. Немалое влияние на Норвегию оказывало и Франкское государство
7
Несомненно, в эпоху викингов Норвегия, как и другие скандинавские страны, испытала на себе сильное воздействие европейской цивилизации. Римское наследие пришло в нее в опосредованной форме – через западноевропейские феодальные государства, ив особенности через католическую церковь. Но восприятие внешних импульсов в Скандинавии происходило в существенно иной обстановке, чем в королевствах, образовавшихся на территории Римской империи. Поэтому и процесс формирования норвежского государства протекал в течение длительного периода. Государство в Норвегии приобрело специфическую структуру. В частности, необходимо отметить переплетение дани, ренты и налога, понятий индивидуальной собственности на землю и собственности короля на землю всей страны (примитивного суверенитета. Мы не ставим перед собой задачи рассмотреть целиком проблему возникновения Норвежского государства и намерены ограничиться анализом двух связанных с нею – и между собой – вопросов о так называемом отнятии одаля Харальдом
Прекрасноволосым и о вейцле. Их изучение позволит несколько ближе познакомиться с особенностями раннего норвежского государства, сего ролью в процессе
Библиотека группы Асатру
72 феодализации и лучше понять отношения между королевской властью и бондами.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   20

перейти в каталог файлов


связь с админом