Главная страница
qrcode

Джемма Мэлли Декларация смерти


НазваниеДжемма Мэлли Декларация смерти
АнкорДжемма Мэлли - Декларация смерти.DOC
Дата20.11.2016
Размер2.26 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаDzhemma_Melli_-_Deklaratsia_smerti.doc
ТипДокументы
#6945
страница2 из 27
Каталогid272227314

С этим файлом связано 38 файл(ов). Среди них: Деньги - это свобода, выкованная из золота.docx, istoricheskoe_sochinenie882.pdf, Tipovye_testovye_zadania_2015.pdf, Главная цель капитала – не добыть как можно больше денег, а доби, istoricheskoe_sochinenie_smuta.pdf, EGE_Russkiy_yazyk_2016_Tsybulko.pdf, Бизнес-это искусство извлекать деньги из кармана другого человек, 5_Druzhba_i_vrazhda.pdf, osnovnye_daty_sobytia_ege.pdf, Frazy_klishe.pdf и ещё 28 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27


— Ну наконец ты явилась, — с раздражением в голосе произнесла миссис Принсент. — Впредь прошу не заставлять меня столько ждать. Я хочу, чтобы ты приготовила постель для мальчика. Он новенький.

— Да, Госпожа Заведующая, — с почтением промолвила Анна и кивнула. — Его в младшую?

Обитатели Грейндж-Холла делились на три группы: младшую, среднюю и подготовительную. Вновь прибывшие, как правило, попадали в младшую группу — там обретались все, начиная от грудных младенцев и ясельников и заканчивая детьми пяти лет. Когда в младшей группе появлялся новенький, об этом сразу же всем становилось известно. Новенькие кричали и плакали изо дня в день, пока не привыкали к новой обстановке — спальням младшей группы, располагавшимся так, чтобы шум был меньше слышен — на самом верхнем этаже. Несмотря на задумку, плач все равно доносился оттуда. Этот звук не знал преград — рев новичков из младшей группы будил воспоминания, от которых все пытались избавиться. Плач, звучавший из года в год, висел в воздухе, словно призрак человека, не успевшего при жизни завершить важное дело. Мало кому на самом деле удалось забыть первые несколько недель и месяцев, проведенных в новой суровой обстановке Грейндж-Холла, мало кто находил приятными воспоминания о том, как его оторвали от бьющихся в отчаянии родителей и под покровом ночи доставили в мрачный дом, в котором действовали строгие правила. Всякий раз, когда в младшую группу привозили нового ребенка, все прикладывали максимум усилий, чтобы отключить слух и отогнать образы, неизбежно всплывающие из глубин сознания. Малышам не сострадали. Если обитатели Грейндж-Холла и испытывали по отношению к ним какие-то чувства, то это были обида и злость. Еще один Лишний, который всем будет портить жизнь.

В среднюю группу входили дети от шести до, примерно, одиннадцати-двенадцати лет. Время от времени поступали новички, пополнявшие среднюю группу, однако они, как правило, не плакали, а вели себя тихо и замкнуто. Новички из средней группы быстро усваивали правила и законы Грейндж-Холла и скоро понимали, что слезами и капризами здесь ничего, кроме порки, не добьешься. Однако, несмотря на то что с ними управляться было проще, чем с малышами, в обращении с новичками из средней группы имелись свои сложности. Они попадали в Воспитательное учреждение относительно поздно, успев довольно долго прожить с родителями, отчего порой имели довольно опасные взгляды на те или иные вопросы. Одни вызывающе вели себя на уроках естествознания; другие, такие как Шейла, втайне свято верили, что родители приедут и заберут их отсюда. Порой середнячки вели себя очень и очень глупо, отказываясь признать, что оказаться в Грейндж-Холле на самом деле большая удача.

Анна входила в подготовительную группу. Группе готовящихся к трудоустройству. Именно с этого этапа начиналось серьезное обучение, в ходе которого предполагалось, что обитатели Грейндж-Холла усвоят все, что требуется для службы у будущих хозяев. В подготовительной группе проводились дискуссии, во время которых обсуждались родители, Лишние, Препарат Долголетия, — все ради того, чтобы выяснить: знаешь ли ты Свое Место и готов ли жить в обществе. Анна обладала достаточно острым умом, чтобы не купиться на такую уловку. Она не настолько глупа, как другие, которые, ухватившись за первую представившуюся им возможность, выкладывают как на духу все, что думают, обрушиваясь с критикой на Декларацию. После двух минут славы их переводят в Воспитательное учреждение. Там, по словам миссис Принсент, благодаря тяжкому труду они встают на верный путь. При мысли об этом Анну охватывала дрожь. Впрочем, она знала Свое Место и не собиралась спорить ни с наукой, ни с природой, ни с Властями. Ей и так было плохо — к чему осложнять жизнь еще больше и становиться возмутительницей спокойствия?

— Нет, не в младшую, — нахмурилась миссис Принсент. — Постели ему в спальне подготовительной группы.

Анна вытаращилась от изумления. В Грейндж-Холл никогда не поступало новичков в подготовительную группу. Должно быть, произошла какая-то ошибка. Если только… Если только новичок не проходил ранее обучения в каком-либо другом месте.

— Его… его перевели из другого Воспитательного учреждения? — вырвалось у Анны, прежде чем она успела сдержать себя. Миссис Принсент не любила, когда ей задавали вопросы, не имевшие отношения к уточнению полученного задания.

— Это все, Анна, — слегка прищурившись, сказала она и чуть заметно кивнула. — Кровать должна быть готова через час.

Не проронив ни слова, Анна склонила голову и повернулась, собираясь уйти, стараясь при этом не выдать охватившее ее любопытство. Лишнему, поступающему в подготовительную группу, должно быть не меньше тринадцати лет. Кто он? Где он был до того, как его перевели в Грейндж-Холл? И почему он попал сюда только сейчас?







Глава 2



Питер появился в Грейндж-Холле только на следующей неделе. Он пришел в класс прямо посреди урока естествознания. Анна старалась даже не смотреть на него, поскольку на Питера и так все пялились, а она не хотела выдавать свое любопытство. Не вызывало никаких сомнений, что юноша считал себя особенным.

При этом Анна знала нечто такое, что было сокрыто от других. Ей было известно, что Питер прибыл в Воспитательное учреждение не на этой неделе, а еще на прошлой — в точности как и сказала миссис Принсент. Вот только его доставили поздно ночью, а потом сразу куда-то увели, поскольку наутро Анна обнаружила, что приготовленная ею постель осталась нетронутой.

Она услышала, как его привезли, семь дней назад, примерно около полуночи. В это время все уже спали, и только Анна сидела на третьем этаже и писала дневник. Закончив, она спрятала книжицу в тайник — место, где его ни за что не найдут. В этом она была уверена. Во всем Грейндж-Холле стояла гробовая тишина, прерываемая разве что звуками капающей из кранов воды и привычным приглушенным плачем, доносившимся с верхнего этажа. Анна была довольна. Тишина означала, что она в безопасности, и ее никто не потревожит.

Чуть раньше тем же вечером по дороге из кабинета миссис Принсент Анна, сгорая от стыда за то, что столь легко поддалась искушению, решила выкинуть дневник.

Однако мысль о грядущей утрате отдалась в теле болью и тоской. Анна мгновенно придумала десятки доводов в пользу того, что дневник следует оставить. Наиболее убедительный заключался в том, что если она выбросит дневник, то его непременно найдут. Красивенькую книжицу в обложке из розовой замши непременно заметят в мусорном баке, а если она завернет дневник в старую газету, то его все равно найдут, а раскрыв, увидят запись, сделанную ее почерком.

«Нет, — решила Анна, — для меня гораздо безопасней, если я его буду прятать и дальше». Наилучшим для этого местом представлялась Ванная для девочек № 2, располагавшаяся на третьем этаже. Это была комната с секретом, который Анна обнаружила задолго до того, как принесла в Грейндж-Холл дневник. Секрет представлял собой маленькое отверстие в стене за одной из ванн. Анна обнаружила его несколько лет назад, когда по оплошности во время помывки уронила за ванну мыло. Девушка знала, что за утерю мыла ее ждет порка, — каждый кусок выдавался на четыре месяца, а если по какой-либо из причин его не хватало, провинившегося уличали в Расточительстве, что было равносильно подрывной деятельности и наказывалось ночными работами. Анна скорчилась так, чтобы дотянуться до того места, куда упало мыло, и обнаружила, что кусок лежит в небольшой впадинке, которая полностью скрыта из виду. Отыскать ее можно было лишь при одном условии — только если знаешь, что она есть.

В первый раз она даже не подумала, что впадинку можно использовать как тайник, — у нее словно гора с плеч свалилась оттого, что она отыскала мыло. Она быстро домылась и побежала обратно в спальню на Вечернюю Клятву. Чуть позже она поняла, что там, во впадинке, можно что-нибудь спрятать, и эта мысль одновременно обеспокоила и обрадовала. Теперь у нее имелся маленький секрет. Тайник, в отличие от униформы, зубной щетки и мочалки — того, что выдавалось каждому Лишнему в Грейндж-Холле, был первой в жизни вещью, полностью принадлежавшей ей, пусть она и не могла унести его с собой.

Лишним запрещалось иметь личные вещи. Миссис Принсент утверждала, что в мире, в который Лишние явились незваными гостями, они не имеют права чем-либо обладать. Несмотря на то что Анна считала, что маленькая выемка в стене действительно не является настоящей собственностью, начало было положено — у нее появилось желание владеть чем-нибудь. Словно сорока она стащила клочок материи, оторвавшийся от юбки и лежавший на полу в прачечной, а также ложку, которую кто-то позабыл в столовой. Все это она спрятала в тайнике. Анну буквально трясло от осознания того, что у нее есть секрет от других. Конечно же, все это было очень давно. Она уже вышла из того возраста, когда развлекала себя такими детскими играми.

По крайней мере она так думала. Надеялась, что это правда.

Так или иначе, в ту ночь, когда привезли нового Лишнего, Анна снова взялась за дневник. Девушка отправилась в Ванную для девочек № 2, чтобы помыться перед сном, а заодно еще раз прикоснуться к книжице и собственными глазами увидеть строки, что породило ее сердце и нанесла на страницы рука. День показался ей очень длинным — сначала учеба, потом практические занятия по кулинарии, а потом еще пришлось стелить постель для новичка в спальне для мальчиков подготовительной группы. Справившись с остальными делами, Анна со всей тщательностью накрыла кровать для новичка — одна простыня и одно одеяло, поверх которого девушка положила мочалку, зубную щетку, тюбик зубной пасты и мыло, — все, как указывала миссис Принсент.

Когда Анна уселась, дрожа, в холодную ванну (Лишним запрещалось принимать горячие ванны, им вообще допускалось пользоваться только самым необходимым, дабы лишний раз не расходовать и без того истощенные запасы мировых ресурсов), она поймала себя на том, что ее рука робко тянется к краю ванны, в поисках награды за хорошее поведение. Анна понимала, что поступает неправильно, но сил сопротивляться искушению не было. Вытащив дневник из тайника, Анна почувствовала, как ее всю трясет от возбуждения. Ощущение мягкой розовой замши под подушечками пальцев и весть о том, что к ним в Воспитательное учреждение переводят новичка, наполнили кровь адреналином, отчего в кончиках пальцев на ногах защипало, а сердце екнуло, забившись сильнее. Лишний, явившийся к ним из-за Периметра, определенный в подготовительную группу, еще не обучен, он знает, как выглядит мир. Он… Задрожав от предвкушения, Анна принялась писать. Честно говоря, она не имела ни малейшего понятия о том, каким окажется новичок, — может, он будет опасным, трудным, — но при этом нисколько не сомневалась, что с его приездом все изменится.

Чувствуя, как все эти мысли проносятся у нее в голове, Анна подняла глаза на часы, висевшие на стене, и вздохнула — уже без пяти двенадцать. Во многих комнатах Грейндж-Холла по-прежнему висели часы, и это несмотря на то, что Лишним они были не нужны. Однажды Анна услышала, как миссис Принсент пояснила одному из Наставников, что, во-первых, часы крепко прикручены к стенам, ну а, во-вторых, напоминают ей о «лучших временах». Анна так и не поняла, что миссис Принсент имеет в виду: то ли она говорила о давно минувших годах, то ли о том, что прежде часы ходили лучше, однако девушке нравилось наблюдать, как усики стрелок ползут по круглолицым циферблатам. Однажды Анне удалось уговорить одну из Наставниц по имени миссис Доусон научить ее узнавать по часам время, пусть даже девушка не испытывала в этом необходимости. У Лишних были вшиты в запястья электронные хронометры. Хронометры стали одной из находок-изобретений, специально предназначенных для Лишних, изобретений, вошедших в обиход в те времена, когда сами Воспитательные учреждения были еще в новинку. Миссис Принсент говорила, что время не на стороне Лишних. Время было тем, чего Лишние были лишены. Время принадлежало Правоимущим, а Лишние были его рабами, о чем им напоминал каждый пронзительный звонок в Грейндж-Холле, дававший сигнал к подъему, трапезе или ко сну.

Вживленные хронометры были единственным изобретением, которое прижилось и стало использоваться повсеместно. Это сказала однажды миссис Кин, беседуя с миссис Доусон, не подозревая, что Анна их слышит. Теперь таких находок-изобретений больше не появлялось из-за воцарившегося в мире благодушия и довольства жизнью. Теперь никто не придумывает ничего нового, потому что это требует слишком больших усилий. Миссис Доусон сказала: «И слава Богу», — а миссис Кин смерила ее долгим взглядом, словно хотела что-то добавить, но вместо этого только кивнула в ответ. На этом разговор закончился.

Хронометры были зашиты под кожу в районе запястья. Каждое движение, что совершал Лишний, питало их энергией, поэтому работа устройств не требовала расхода мировых ресурсов и не являлась Расточительством. Власти постоянно подчеркивали, что Лишние не имеют права опаздывать или же прекращать работу раньше положенного. Сколько Анна себя помнила, у нее имелся хронометр в запястье, и она не понимала, почему бы такой же не завести всем остальным. Однако у Правоимущих, например у Наставников, их не было, они носили на руках часы. Странно, ведь это совсем то же самое, что хронометры, только не под кожей, а снаружи.

Анна опустила взгляд, поняв, что, несмотря на все усилия Властей, опаздывает, и хорошо, если только ко сну. Надо выйти из ванны и успокоиться, чтобы, очутившись в спальне, погрузиться в глубокое забытье. В противном случае следующий день будет пыткой. Дневник спрятан, поэтому теперь ей ничто не угрожает, а смысла гадать о новичке нет. Нервничать и дергаться дальше — тоже.

Анна быстро встала, сняла со стоявшей рядом вешалки полотенце и вытерлась, наслаждаясь после холодной мыльной воды приятными прикосновениями грубой сухой хлопковой ткани. Именно в этот момент она услышала, как привезли новичка. Звуки были приглушенными, в какой-то момент ей показалось, что она слышит преисполненный боли собачий вой, но потом поняла, что это, скорее всего, кричит человек, рот которого заткнут кляпом. Если Лишние поднимали особенно много шума, в дело порой пускали кляпы. Миссис Принсент говорила, что Служба Доставки настаивала на их использовании. Мало того что Лишние появляются на свет, что уже само по себе плохо, так они вдобавок устраивают переполох, нанося вред Правоимущим.

Потом Анна услышала, как что-то разбилось. Через несколько мгновений раздался треск и звук падения чего-то тяжелого, но, вместе с тем, мягкого. Снова раздались приглушенные голоса, и примерно минуту спустя воцарилась тишина.

Анна, крадучись, выбралась из ванной комнаты и затаила дыхание, надеясь, что, быть может, услышит, как новичка поведут по лестнице в спальню для мальчиков подготовительной группы, но в итоге махнула рукой. Девушка решила, что его, скорее всего, доставили в кабинет миссис Принсент. Ладно, все станет известно завтра. А сейчас пора укладываться спать.

Однако на следующее утро, когда Анна пошла на завтрак, специально выбрав окольный путь, чтобы взглянуть на новичка и, кто знает, может и познакомиться, она обнаружила, что постель для прибывшего осталась нетронутой. Когда она стала расспрашивать других мальчиков из подготовительной группы, они лишь пожимали плечами: миссис Принсент даже не сказала им, что приедет новенький, и, понятное дело, — они не собирались напрашиваться на неприятности и задавать вопросы о пустой кровати. Пустая кровать означала лишнее одеяло, а жаловаться на такое — дураков нет.



После того как ни на следующий день, ни через день новичок так и не появился, Анна начала подумывать, что его либо перевели в другое Воспитательное учреждение, либо послали в Исправительную колонию. Видно, начальство решило, что Лишнего в таком возрасте уже слишком поздно отправлять в Грейндж-Холл.

Однако через неделю новичок все-таки объявился.

Он пришел одетый в обычную темно-синюю форму, точно такую же, какую носили все Лишние: мешковатую, удобную, сшитую из прочной ткани. Он появился как раз в тот момент, когда мистер Саржент в сотый раз рассказывал о Препарате Долголетия. Мистер Саржент был учителем естествознания, и рассказ о Препарате ему никогда не надоедал. Раз за разом он без устали талдычил об ученых, которые открыли лекарство от старости. До этого люди умирали. Все время. От ужасных болезней.

Анна знала этот рассказ о Препарате Долголетия назубок, и точно так же, как и мистеру Сарженту, он никогда ей не надоедал. Это был рассказ о том, как человек победил сами законы природы, доказав, что он лучше, умнее и сильнее. Однако, как отмечал мистер Саржент, превосходство в силах подразумевает ответственность. Нельзя обманывать доверие Матери-Природы и платить неблагодарностью за ее щедрость.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27

перейти в каталог файлов


связь с админом