Главная страница
qrcode

Джемма Мэлли Декларация смерти


НазваниеДжемма Мэлли Декларация смерти
АнкорДжемма Мэлли - Декларация смерти.DOC
Дата20.11.2016
Размер2.26 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаDzhemma_Melli_-_Deklaratsia_smerti.doc
ТипДокументы
#6945
страница3 из 27
Каталогid272227314

С этим файлом связано 38 файл(ов). Среди них: Деньги - это свобода, выкованная из золота.docx, istoricheskoe_sochinenie882.pdf, Tipovye_testovye_zadania_2015.pdf, Главная цель капитала – не добыть как можно больше денег, а доби, istoricheskoe_sochinenie_smuta.pdf, EGE_Russkiy_yazyk_2016_Tsybulko.pdf, Бизнес-это искусство извлекать деньги из кармана другого человек, 5_Druzhba_i_vrazhda.pdf, osnovnye_daty_sobytia_ege.pdf, Frazy_klishe.pdf и ещё 28 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27


До того, как придумали Препарат Долголетия, люди умирали от СПИДа, рака и всяких других заболеваний. Среди людей иногда встречались инвалиды — те, у кого что-то выходило из строя, а исправить это уже было нельзя. Например, попадал человек в катастрофу, терял ногу и всю оставшуюся жизнь проводил в кресле на колесах, потому что в то время еще не умели выращивать новые ноги. Регенерации тогда еще не существовало. Люди доживали до семидесяти лет и умирали — все, за исключением некоторых счастливцев, хотя и они, если задуматься, были не такими уж везунчиками: быстро уставали, плохо слышали — одним словом, мало чем отличались от мертвых.

А потом ученые изобрели Регенерацию, благодаря которой удалось выращивать новые клетки взамен старых и заодно восстанавливать все остальные. Сначала победили рак. Потом сердечные заболевания. Борьба со СПИДом заняла чуть больше времени, но, в конце концов, и его одолели.

А потом один из ученых, доктор Ферн, сделал еще одно открытие. Он обнаружил, что Регенерация также успешно борется и со старением. Он стал принимать лекарство сам, чтобы посмотреть, что произойдет, — и вдруг перестал стареть. Сначала он об этом никому не рассказывал. Но когда все же предал огласке, Власти (в те времена они назывались правительством) разрешили принимать Препарат только тем, у кого был СПИД или рак, потому что они беспокоились о так называемой пенсии и опасались, что люди станут Обузой для Государства.

Доктор Ферн в итоге умер, потому что ему вместе с остальными запретили принимать лекарство, однако через несколько лет Власти пришли к выводу, что если люди станут принимать Препарат Долголетия, то смогут работать дольше. Если люди не будут стариться, они перестанут болеть — и таким образом правительство сэкономит кучу денег. К этому времени народ все равно уже повсеместно принимал Препарат, только делал это нелегально. В 2030 году премьер-министр объявил о начале испытательного срока. Когда обнаружилось, что побочных воздействий нет, и теперь можно жить вечно, премьер-министр счел, что человечество сделало огромный шаг вперед. Крупнейшие фармацевтические компании Англии сообща приступили к выпуску Препарата Долголетия, который теперь имел право принимать каждый.

Сначала в Европе, потом в Америке, затем в Китае, а после — вообще по всему миру люди перестали умирать. В некоторых странах из-за высокой стоимости Препаратом пользовались мало, но потом Англия стала подвергаться нападениям террористов, требующих снабжения Препаратом всех желающих. В результате цены пошли вниз, и лекарство стало общедоступным.

— Ну и как вы думаете, что случилось потом? — всегда спрашивал мистер Саржент, обводя поросячьими глазками класс в поисках ученика, который вкратце смог бы изложить главный вывод из урока.

В большинстве случаев руку поднимала Анна.

— В мире стало слишком много людей, — с серьезным видом отвечала она. — Если никто не умирает, а дети продолжают рождаться, места становится все меньше и меньше.

— Вот именно, — кивал мистер Саржент, после чего рассказывал о Декларации, которая вступила в силу в 2065. В Декларации было сказано, что теперь разрешалось иметь только одного ребенка. Если рождался еще один, его усыпляли.

Потом, несколько лет спустя, стало ясно, что даже один ребенок на семью — это слишком много. По новой Декларации от 2080 года людям разрешалось иметь детей только в одном случае — если они целиком и полностью отказывались от Препарата Долголетия. Декларацию должны были подписать все страны. Учреждалась Полиция по Делам Лишних, работников которой стали называть Ловчими. В их обязанности входил поиск нарушителей Декларации.

Отказ от Препарата означал разрешение завести ребенка. «Каждому Отказнику — по ребенку» или «Жизнь за жизнь» — было сказано в Декларации. Однако отказ от Препарата означал в итоге смерть от старости, так что Отказников было не очень много.

Мистер Саржент утверждал, что к Отказникам относятся с подозрением. Кто предпочтет умереть ради того, чтобы завести ребенка, понятия не имея, что из этого ребенка вырастет? Конечно, были также преступники, эгоисты, которые не отказывались от Препарата, но при этом все равно заводили детей, продолжая потреблять мировые ресурсы, чтобы в конечном счете погубить всех Правоимущих… Впрочем, о существовании этих преступников и так все знают. Верно? Именно поэтому существуют заведения, подобные Грейндж-Холлу. В задачу таких заведений входит наполнить смыслом жизнь Лишних, появившихся в результате преступного нарушения Декларации, рассказать Лишним об их обязанностях и обучить служить, принося пользу Правоимущим. Лишним Препарат Долголетия не полагался. «К чему продлевать агонию?» — вопрошал мистер Саржент.

Вот тогда и появился Питер. Дверь неожиданно открылась, в класс вошла миссис Принсент, а за ней последовал Питер. Анна не знала, что юношу зовут Питер. Когда она увидела, как он переступил порог класса, в котором шел урок естествознания, ей было известно, лишь что это и есть тот самый новичок из подготовительной группы. Значит, его никуда не переводили.

Весь класс украдкой рассматривал новичка. Тайком, не желая, чтобы другие заметили, Анна тоже бросила на него быстрый взгляд. Юноша был высоким, неуклюжим, с очень бледной кожей с темными отметинами, которые с равным успехом могли быть как ссадинами, так и грязью. Особое внимание привлекали глаза. Они были карими, но дело было не в цвете. Уж слишком они отличались от глаз других обитателей Грейндж-Холла. Новичок обшарил взглядом комнату, потом отвел глаза и снова огляделся по сторонам, словно сначала искал кого-то, а теперь переваривал полученную информацию. Миссис Принсент к зрительным контактам относилась неодобрительно. Если Лишнего ловили на том, что он на что-то или на кого-то пялился во время работы, ему ставили на ухо зажим. Поэтому воспитанники Грейндж-Холла большую часть времени ходили или сидели, как правило, опустив глаза. Глаза новичка смотрели пытливо, дерзко — и Анна подумала, что ни к чему хорошему это не приведет.

— Сядешь туда, — велела миссис Принсент, показав пальцем на пустую парту рядом с Анной.

Когда новичок направился к ней, Анна постаралась смотреть прямо перед собой, не глядеть на него, но это оказалось выше ее сил. При виде новичка она почувствовала, как у нее в груди часто колотится сердце. Новичок глядел на нее открыто, словно ничего не боялся, словно вообще не знал Своего Места.

Как только миссис Принсент ушла, объявив, что никто не должен уделять новичку особого внимания, он тут же склонился к ней, словно разговор посреди урока, с его точки зрения, вполне был в порядке вещей.

— Ты ведь Анна Кави? — спросил он настолько тихо, что Анна подумала, не почудилось ли ей. — Я знаю твоих родителей.







Глава 3



Анна практически сразу же поняла, что новичку далеко не просто будет усвоить где Его Место и приспособиться к жизни в Грейндж-Холле. А если он считает, что врать и болтать о чужих родителях так, словно они не являются преступниками, думавшими только о себе, смешно и умно, что ж, в таком случае он быстро узнает, что за такие дела наказывают либо поркой, либо карцером.

После неподобающей фразы о родителях, которая, с одной стороны, разозлила Анну, а с другой — взволновала, девушка решила не обращать на новичка никакого внимания. Однако всякий раз, когда она сворачивала за угол, казалось, он ждал ее там, вызывающе глядя на нее, отчего Анна чувствовала неловкость. Хотя ведь новичком являлся Питер, и если кто-то из них и должен был испытывать неловкость, так это он.

Поэтому она нисколько не обрадовалась, когда несколько дней спустя по дороге к Кладовой для девочек № 2 Анна увидела, что он кого-то ждет в коридоре рядом с изолятором, который точно так же, как большая часть спален для девочек, располагался на третьем этаже.

Коридоры в Грейндж-Холле были длинными — через все здание. Вместе с подвалом в Воспитательном учреждении имелось пять этажей. На первом располагались классы, столовая и кабинет миссис Принсент. На втором — две ванные комнаты и спальни для мальчиков: десять больших помещений, каждое из которых вмещало от десяти до двадцати воспитуемых. Вполне естественно, что Лишних из средней группы, особенно тех, кто помладше, вмещалось в спальню больше, чем мальчиков из подготовительной. На третьем — то же самое, только там жили девочки. На четвертом селили малышей и обслуживающий персонал, состоящий из Правоимущих, — они выполняли такие задачи по уборке и приготовлению пищи, которые, в силу определенных причин, нельзя было возложить на плечи Лишних. В их обязанности также входила забота о детях из младшей группы, пусть даже слово «забота» не совсем четко отражало то, чем они на самом деле занимались. Все помещения и коридоры были одинаковыми — светло-серые стены, темно-серые цементные полы, лампы дневного света и тонкие батареи, установленные еще до того, как Грейндж-Холл стал Воспитательным учреждением. Теперь они были отключены, поскольку, как объясняла миссис Принсент, Лишние не имели права на центральное отопление. Здание отличалось низкими потолками и трехслойными окнами, заделанными серыми ставнями, которые не только удерживали внутри тепло, но и закрывали внешний мир от воспитуемых. По периметру были установлены камеры — от их пристального внимания не ускользал ни один из посетителей, явившихся в Воспитательное учреждение. Благодаря этим камерам никому не удавалось ни войти, ни выйти из здания незамеченным.

Когда Анна увидела Питера, она как раз направлялась пополнить запасы в стенном шкафу — это было одной из обязанностей Старосты. В руках она держала список, в котором было подробно указано, сколько кусков мыла и тюбиков пасты израсходовали за месяц Лишние из ее спальни. На один кусочек мыла или тюбик пасты больше — и всем им придется трудиться сверхурочно, чтобы отработать растрату ценных ресурсов. Однако спальня Анны никогда не превышала выделенной им квоты, так что девушка чувствовала себя уверенно.

Проходя мимо Питера, Анна чуть сощурила глаза и с неохотой остановилась, только когда услышала собственное имя.

— Анна, — тихо позвал он, — Анна Кави.

В ярости девушка воззрилась на него.

— Лишняя Анна, — поправила она. — Ты находишься в Грейндж-Холле, поэтому, пожалуйста, не употребляй здесь слова из Внешнего Мира. И еще, пожалуйста, не надо притворяться, что ты знаешь моих родителей, поскольку, что касается лично меня, никаких родителей у меня нет.

Питер непонимающе на нее посмотрел, и Анна, почувствовав неловкость, опустила глаза, вперившись взглядом в туфли. Она не привыкла, чтобы ее так рассматривали.

— А здесь чего делают? — спросил он, поглядев на дверь изолятора.

— Здесь проходят медосмотр, — отрывисто произнесла Анна. — Проверяют состояние здоровья и дают вакцины от болезней. А еще взвешивают. Лишние обязаны заботиться о собственном здоровье, чтобы никому не докучать своими болячками.

— Я-то думал, что Лишним не полагаются лекарства, — удивленно поднял брови Питер. — Я полагал, что Лишним, наоборот, надо побыстрее сдохнуть.

— Понятное дело, Лишним не полагаются лекарства, — раздраженно произнесла она. — Вакцины не лечат, они предупреждают заболевания.

Анна поймала себя на том, что не может отвести взгляд от Питера, оторваться от темных, будоражащих ее глаз, бледной кожи, твердого подбородка. Девушка быстро заставила себя посмотреть в сторону.

— Мы — Лишние, и это значит, что наше воздействие на окружающий мир необходимо свести к минимуму, — вздохнув, сказала она. — Власти не желают нашей смерти. Они просто хотят, чтобы мы не распространяли болезни и оставались достаточно сильными, чтобы и дальше приносить Пользу.

— А ты приносишь пользу? — мягко спросил Питер.

— Конечно, — нахмурилась Анна. — Я собираюсь стать Ценной Помощницей. Из всех Лишних самыми полезными являются Ценные Помощники.

Питер молча кивнул, опустил глаза и тут же снова поднял их:

— У вас здесь компьютеры есть? Или библиотека?

— Компьютеры? — настороженно переспросила она, уставившись на новичка.

Девушка знала, что такое компьютеры. Миссис Шарп включала свой компьютер на два часа в день, чтобы посмотреть телевизионные программы и почитать новости. У миссис Принсент он тоже имелся. Анна ни разу в жизни и пальцем не дотронулась до компьютера. Да и как она могла — ведь каждый, уличенный в расточительном отношении к электричеству, изгонялся из Грейндж-Холла. Мысль о том, что новичок может знать больше чем она, не понравилась Анне.

— Нам не нужны компьютеры, — будто бы защищаясь, произнесла она. — И вообще, они тратят слишком много энергии. Это всем известно.

— Ну конечно. Какой же я дурак, — вздохнув, произнес Питер, притопнув ногой.

Анна вновь почувствовала, что ее так и тянет глядеть на этого крепкого, стройного парня. Казалось, он был преисполнен уверенности, энергии и любопытства, отчего девушка чувствовала беспокойство, но вместе с этим и интерес. Лишних учили быть послушными, безынициативными. При виде блеска в его глазах Анне казалось, что она смотрит на нечто запретное, она словно по собственной воле ныряла в омут, зная, что плавать не умеет, а течение будет быстрым.

— Мне надо бежать, — быстро произнесла она. — Мне нужно кое-что принести из кладовки.

Она двинулась прочь, но, вновь услышав голос Питера, остановилась.

— Анна… Тебе здесь нравится? — Он говорил мягко, но во взгляде чувствовался вызов.

Анна обернулась и нахмурилась. Что за вопрос? Она прикусила губу, а заметив, что Питер улыбнулся ей, покраснела. Едва заметно юноша подмигнул ей, отчего Анна почувствовала, что ее подхватывает водоворот, и она тонет.

— Я очутилась здесь, — произнесла она с легкой хрипотцой, которая не пойми откуда появилась в голосе, — ты тоже. Послушай, Питер, Лишних никто не спрашивает, что им нравится, а что — нет. Мы должны работать. Приносить Пользу. И чем быстрее ты это усвоишь, тем для всех будет лучше.

Анна быстро повернулась и энергично зашагала по коридору, пытаясь выкинуть из головы образ улыбающегося Питера и сосредоточиться на количестве тюбиков с пастой, которые понадобятся на следующий месяц.



В тот день Анна больше не видела Питера в классе. Некоторые уроки, например естествознание, этикет, стирка, уборка дома, мальчики и девочки посещали сообща, но большая часть занятий проводилась раздельно.

Они проходили в маленьких помещениях, наполненных почти впритык составленными партами. В редкие теплые дни, выдававшиеся летом, более слабые воспитуемые теряли сознание от духоты. Однако нынче стояли холода, и Анна, вслушиваясь в голос Наставницы, то и дело напрягала мышцы ног, силясь хоть как-то согреться.

К ужину она так изголодалась и замерзла, что даже не заметила, как Питер встал позади нее в очереди за похлебкой. Девушка увидела его только после того, как взяла в руки горячую миску и понесла ее к одному из длинных узких столов, а заметив, поняла, что новичок собирается сесть вместе с ней.

— Вообще-то мальчики сидят отдельно, — сдержанно сказала Анна.

Поставив миску на стол, она стала поглощать комковатую тюрю. Она чувствовала усталость и раздражение. Сейчас она мечтала спокойно посидеть и поужинать. Меньше всего ей хотелось разговаривать с Питером, выслушивать его замечания и отвечать на вопросы.

— Но ведь так происходит не всегда? — уточнил Питер, поставив миску и со скрежетом отодвинув скамейку, чтобы тоже устроиться за столом.

Анна сочла за лучшее проигнорировать его. За стол присаживалось все больше и больше воспитуемых.

— Гадость какая, — произнес Питер несколько мгновений спустя. — Что это? Что за мерзкий вкус?

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27

перейти в каталог файлов


связь с админом