Главная страница
qrcode

Кузнецов А.А., Новак Д.В. Вопросы корпоративного права в постановлении Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, 2015. Electronic copy available at Свободная трибуна


Скачать 363.77 Kb.
НазваниеElectronic copy available at Свободная трибуна
АнкорКузнецов А.А., Новак Д.В. Вопросы корпоративного права в постановлении Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, 2015.pdf
Дата15.12.2017
Размер363.77 Kb.
Формат файлаpdf
Имя файлаKuznetsov_A_A__Novak_D_V_Voprosy_korporativnogo_prava_v_postanov
оригинальный pdf просмотр
ТипРазъяснения
#51785
страница1 из 6
Каталогid65262784

С этим файлом связано 17 файл(ов). Среди них: Персоналии — VIII—XIX вв..xls, Tablitsa_stikhov_po_temam_dlya_S4.docx, Sanson_Psihopedagogika_i_autizm_Opyit_rabotyi.pdf, Kuznetsov_A_A__Novak_D_V_Voprosy_korporativnogo_prava_v_postanov, Даты — XX в..xls, Obshestvoznanie_Plany_S8.pdf и ещё 7 файл(а).
Показать все связанные файлы
  1   2   3   4   5   6

Electronic copy available at: Свободная трибуна
26
Вопросы корпоративного права в постановлении Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № В статье комментируются последние разъяснения ВС РФ, посвященные юридическим лицам, содержащиеся в постановлении Пленума ВС РФ от
23.06.2015 № 25 О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации. Авторы раскрывают мотивы формирования подходов, отраженных в рекомендациях высшей судебной инстанции, и соотносят их с реформой ГК РФ.
Ключевые слова юридическое лицо, корпоративное право, косвенный иск Kuznetsov

Assistant Professor, Russian School of Private Law, PhD in Law
Denis Novak
Professor, Russian School of Private Law, PhD in Law
Issues of Corporate Law in the Ruling of the Plenum of the
Supreme Court of the Russian Federation No. 25, 23 June 2015
The article comments on the corporate law issues in the recent Ruling of the Plenum of the Supreme
Court of the Russian Federation No. 25 «On Application of Certain Provisions of Section I of the
First Part of the Civil Code of the Russian Federation by the Courts», 23 June 2015. The authors reveal motives that underline position of the Supreme Court on various issues and demonstrate their connection with the ongoing large-scale reform of the Civil Code of the Russian Federation. Topics under discussion are, inter alia, such new institutes as the unrestricted authority of the director (CEO), derivative action, exclusion of a shareholder, winding-up remedy, corporate restructuring etc.
Keywords: legal entity, corporate law, derivative Далее — постановление № 25. Автор комментариев к п. 21, 26–28, 30, 31, 33, 36, 37 — Д.В. Новак, к п. 22–25, 29, 32, 34, 35, 121 — А.А. Кузнецов. Авторы принимали участие в подготовке комментируемого постановления (прим. ред.).
Александр Анатольевич Кузнецов
доцент РШЧП, кандидат юридических наук
Денис Васильевич Новак
профессор РШЧП, кандидат юридических наук

Electronic copy available at: Свободная трибуна. Согласно пункту 4 статьи 49 ГК РФ особенности гражданско-правового положения юридических лиц отдельных организационно-правовых форм, типов и видов, а также юридических лиц, созданных для осуществления деятельности в определенных сферах, определяются ГК РФ, другими законами и иными правовыми актами. В связи с этим нормы Жилищного кодекса Российской Федерации (далее — ЖК РФ) о товариществах собственников жилья продолжают применяться к ними после 1 сентября

2014 года и являются специальными по отношению к общим положениям ГК РФ о товариществах собственников недвижимости.
Согласно пункту 6 статьи 50 ГК РФ правила этого кодекса не применяются к отношениям по осуществлению некоммерческими организациями своей основной деятельности, а также к другим отношениям сих участием, не относящимся к предмету гражданского законодательства, если законом или уставом некоммерческой организации не предусмотрено иное.
В соответствии с пунктом 4 статьи 50 ГК РФ некоммерческие организации могут осуществлять приносящую доход деятельность, если это предусмотрено их уставами, лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых они созданы, и если это соответствует таким целям. В этом случае на некоммерческую организацию в части осуществления приносящей доход деятельности распространяются положения законодательства, применимые к лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6 ГК РФ).
Комментарий
В п. 21 постановления № 25 разъясняются положения п. 4 ст. 49 (вред. Федерального закона от 06.04.2015 № 80-ФЗ) и п. 6 ст. 50 ГК РФ, содержащие правила об иерархии норм законодательства, которыми регулируется деятельность юридических лиц, ив частности некоммерческих организаций. Согласно этим нормам
ГК РФ регулирует гражданско-правовое положение юридических лиц и порядок их участия в гражданском обороте, ноне отношения с участием некоммерческих организаций, не являющиеся предметом гражданского законодательства. При этом особенности гражданско-правового положения юридических лиц отдельных организационно-правовых форм, типов и видов, а также юридических лиц, созданных для осуществления деятельности в определенных сферах, могут устанавливаться специальным законодательством.
С помощью этих правил решается проблема, неожиданно возникшая в правоприменительной практике после вступления в силу изменений в ГК РФ, внесенных Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ: товарищества собственников жилья, которые ранее были самостоятельной организационно-правовой формой юридического лица, с 01.09.2014 стали видом товарищества собственников недвижимости новой организационно-правовой формы некоммерческой организации (подп. 4 п. 3 ст. 50, ст. 123.12–123.14 ГК РФ. У многих возникло мнение, что положения ЖК РФ о товариществах собственников жилья с 01.09.2014 утратили силу как противоречащие новым общим правилам ГК РФ о юридических лицах и о товариществах собственников недвижимости. Это вызвало неопределенность в правоприменительной практике и повлекло ряд трудностей для членов таких товариществ Вестник экономического правосудия Российской Федерации № Ситуация усугублялась и тем, что органы по регистрации юридических лиц, руководствуясь ч. 7 ст. 3 Федерального закона от 05.05.2014 № 99-ФЗ, п. 1 ст. 54 и п. 2 ст. 123.12 ГК РФ, требовали от товариществ собственников жилья, созданных до 01.09.2014, включить в наименование слова товарищество собственников недвижимости при первом изменении их устава после этой даты, что, в свою очередь, породило ряд проблем. Например, члены таких товариществ на практике столкнулись с представлением о том, что поскольку согласно ст. 161
ЖК РФ одним из возможных способов управления многоквартирным домом является управление товариществом собственников жилья, а товарищества собственников недвижимости там не упомянуты, то последние не имеют права осуществлять такое управление.
В п. 21 постановления № 25 подчеркивается, что в силу п. 4 ст. 49 ГК РФ положения Жилищного кодекса о таком виде товариществ собственников недвижимости, как товарищество собственников жилья, являясь специальными, имеют приоритет перед общими положениями ГК РФ и продолжают применяться после Что касается проблемы с наименованиями, то она была решена законодателем путем внесения Федеральным законом от 23.05.2015 № 133-ФЗ изменений в п. 1 ст. 54 ГК РФ. Теперь в случаях, когда законом предусмотрена возможность создания вида юридического лица, его наименование должно содержать указание не на его организационно-правовую форму, а только на вид (те. в приведенном ранее примере достаточно включения в наименование слов товарищество собственников жилья. Указание жена организационно-правовую форму должно содержаться в уставе юридического лица (п. 4 ст. 52 ГК РФ вред. Федерального закона от
23.05.2015 № 133-ФЗ).
В п. 1.4 раздела III Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации предлагалось уточнить критерии деления юридических лиц на коммерческие и некоммерческие организации (п. 1 ст. 50 ГК) путем указания на то, что ограниченный (специальный) характер гражданской правоспособности некоммерческих организаций в полной мере распространяется на их право осуществлять предпринимательскую деятельность, которая должна являться вспомогательной по отношению к основным, главным видам их деятельности. Для того чтобы подчеркнуть это обстоятельство, было предложено применительно к некоммерческим организациям говорить не о предпринимательской, а о вспомогательной хозяйственной деятельности или о деятельности, приносящей дополнительные доходы, что и было осуществлено в новой редакции ст. 50 ГК РФ. Если ранее в этой статье содержалось правило о том, что некоммерческие организации могут осуществлять предпринимательскую деятельность, лишь поскольку она служит достижению целей, ради которых они созданы (и должна соответствовать этим целям, то теперь в аналогичной норме вместо предпринимательской деятельности говорится о приносящей доход деятельности, а также добавлено указание на то, что некоммерческая организация имеет право заниматься такой деятельностью, если это предусмотрено ее уставом.
1
См.: Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации / вступит. ст.
А.Л. Маковского. М, 2009.
Свободная трибуна
29
Вместе стем такое изменение терминологии не было направлено на изменение подхода к регламентации обязательственных отношений некоммерческих организаций, осуществляющих такую приносящую доход деятельность, с третьими лицами (контрагентами по договорами т.д.). В таких внешних отношениях приносящая доход деятельность некоммерческой организации по существу не отличается от предпринимательской, а значит, к этим организациям по аналогии закона применяются правила о лицах, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в первую очередь положение п. 3 ст. 401 ГК РФ о безвиновной ответственности такого лица за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.
Той же логикой продиктованы недавние изменения, внесенные Федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ в ст. 426 ГК РФ, в соответствии с которыми правила о публичном договоре распространяются не только на лиц, занимающихся предпринимательством, но и на лиц, осуществляющих иную приносящую доход деятельность. Согласно новой редакции ст. 426 публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.). Лицо, осуществляющее предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, не вправе оказывать предпочтение одному лицу перед другим в отношении заключения публичного договора, за исключением случаев, предусмотренных законом или иными правовыми актами. Согласно пункту 2 статьи 51 ГК РФ данные государственной регистрации юридических лиц включаются в единый государственный реестр юридических лиц (далее —

ЕГРЮЛ), открытый для всеобщего ознакомления. Презюмируется, что лицо, полагающееся на данные ЕГРЮЛ, не знало и не должно было знать о недостоверности таких данных.
Юридическое лицо не вправе в отношениях с лицом, добросовестно полагавшимся на данные ЕГРЮЛ, ссылаться на данные, не включенные в указанный реестра также на недостоверность данных, содержащихся в нем, за исключением случаев, если соответствующие данные включены в указанный реестр в результате неправомерных действий третьих лиц или иным путем помимо воли юридического лица (абзац второй пункта 2 статьи 51 ГК РФ).
По общему правилу закон не устанавливает обязанности лица, не входящего в состав органов юридического лица и не являющегося его учредителем или участником (далее в этом пункте — третье лицо, по проверке учредительного документа юридического лица с целью выявления ограничений или разграничения полномочий единоличного исполнительного органа юридического лица или нескольких единоличных исполнительных органов, действующих независимо друг от друга либо совместно.
Третьи лица, полагающиеся на данные ЕГРЮЛ о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу вправе исходить из неограниченно
Вестник экономического правосудия Российской Федерации № 12/2015
30
сти этих полномочий (абзац второй пункта 2 статьи 51 и пункт 1 статьи 174 ГК РФ. Если в ЕГРЮЛ содержатся данные о нескольких лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, третьи лица вправе исходить из неограниченности полномочий каждого из них, а при наличии в указанном реестре данных о совместном осуществлении таких полномочий несколькими лицами — из неограниченности полномочий лиц, действующих совместно (абзац второй пункта 2 статьи 51 и пункт 1 статьи 174 ГК РФ).
Положения учредительного документа, определяющие условия осуществления полномочий лиц, выступающих от имени юридического лица, в том числе о совместном осуществлении отдельных полномочий, не могут влиять на права третьих лиц и служить основанием для признания сделки, совершенной с нарушением этих положений, недействительной, за исключением случая, когда будет доказано, что другая сторона сделки в момент совершения сделки знала или заведомо должна была знать об установленных учредительным документом ограничениях полномочий на ее совершение пункт 1 статьи 174 ГК РФ).
Бремя доказывания того, что третье лицо знало или должно было знать о таких ограничениях, возлагается на лиц, в интересах которых они установлены (пункт 1 статьи 174 ГК РФ).
По смыслу статей 51 и 53 ГК РФ неясности и противоречия в положениях учредительных документов юридического лица об ограничениях полномочий единоличного исполнительного органа толкуются в пользу отсутствия таких ограничений.
Ссылка в договоре, заключенном от имени организации, на то, что лицо, заключающее сделку, действует на основании устава данного юридического лица, должна оцениваться судом с учетом конкретных обстоятельств заключения договора ив совокупности с другими доказательствами по делу. Такое доказательство, как и любое другое, не может иметь для суда заранее установленной силы и свидетельствовать о том, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать об указанных
ограничениях.
Комментарий
Содержание этого пункта является вполне самодостаточными отражает одну простую идею контрагенты не обязаны изучать внутренние документы юридического лица (учредительный документ, решение об избрании единоличного исполнительного органа, решение о согласии на совершение сделки и пр) перед заключением с ним договора. Третьим лицам достаточно знать, кто является лицом, имеющим право действовать от имени юридического лица, а такие сведения можно получить из ЕГРЮЛ.
Данное разъяснение направлено на то, чтобы устранить господствующую сейчас деловую практику, когда прежде, чем подписать какой-либо договор, даже
2
Подробнее см Кузнецов А.А.
Орган юридического лица как его представитель // Вестник экономического правосудия РФ. 2014. № 10. С. 19–22.
Свободная трибуна
31
в ходе обычной хозяйственной деятельности изучаются всевозможные документы контрагента (устав, решение о назначении директора, иногда даже договор с директором и приказ о его назначении и др. Необходимость совершения таких проверочных действий никак не следует из действующего законодательства.
Во-первых, разъяснение основывается на п. 2 ст. 51 ГК РФ, где говорится о том, что юридическое лицо не может ссылаться против третьих лиц на недостоверность информации, содержащейся в ЕГРЮЛ. Иными словами, если третье лицо, ориентируясь на данные из реестра, совершило сделку, то юридическое лицо или его участники не смогут противопоставить возражение о том, что на момент совершения сделки директором было уже другое лицо, данные о котором небыли внесены в ЕГРЮЛ.
Во-вторых, постановление № 25 опирается на п. 1 ст. 174 ГК РФ, где учредительный документ приравнивается к остальным внутренним документам юридического лица, а также к договору между представителем и представляемым. Как известно, при заключении договора с представителем достаточно проверить его доверенность, учитывая, что впоследствии представляемый не может ссылаться на то, что существовали ограничения, закрепленные в каких-либо иных документах, помимо доверенности. Точнее, такие ограничения могут стать основанием для оспаривания поп ст. 174 ГК РФ, нона практике никогда не удается доказать, что третье лицо, совершая сделку с представителем, должно было знать о наличии иных ограничений, отраженных где-либо еще, кроме доверенности.
Заметим также, что не принято обязательно изучать какие-либо иные документы юридического лица, кроме его устава, хотя по факту их содержание также может стать основанием для оспаривания сделки, если исходить из п. 1 ст. 174 ГК РФ. Основная причина в том, что шансы на оспаривание сделки также невелики, так как крайне сложно доказать, почему третьему лицу должно было быть известно об их содержании.
В связи с этим непонятно, почему именно учредительный документ заслуживает другого отношения и обязательно должен изучаться третьими лицами. Наоборот, раз договор с представляемыми иные внутренние документы юридического лица в п. 1 ст. 174 ГК РФ упоминаются наряду с учредительным документом, то и отношение к нему у третьих лиц должно быть такое же, они не обязаны его изучать, ив случае оспаривания сделки практически невозможно доказать, почему третьему лицу должно было быть известно о содержании устава. Верховный Суд приводит всего два исключения, когда предполагается, что контрагент должен был знать о наличии у директора ограничений в осуществлении полномочий, а именно когда в качестве контрагента выступает участник (учредитель) или лицо, входящее вор- ганы юридического лица.
Отсутствие необходимости в изучении контрагентами решения об избрании директора, учредительного документа, равно как и иных документов юридического лица, подтверждается хотя бы тем простым соображением, что они могут утратить актуальность в любой момент (директора могут переизбрать, может быть принята новая редакция устава, и, конечно, едва ли контрагенты смогут выявить это, поскольку ограничиваются проверкой внешних реквизитов документа
Вестник экономического правосудия Российской Федерации № Все это в совокупности свидетельствует о том, что изучение внутренних документов является не более чем бесполезным ритуалом, тогда как по факту правовое значение придается лишь тому обстоятельству, посмотрел ли контрагент ЕГРЮЛ (п. 2 ст. 51 ГК РФ. Отдельно заметим также, что постановление № 25 специально оговаривает отсутствие обязанности знать как об ограничениях конкретного единоличного исполнительного органа, таки о разграничениях полномочий между несколькими единоличными исполнительными органами. Третьи лица вправе исходить из того, что единоличный исполнительный орган обладает всеми необходимыми полномочиями действовать от имени юридического лица, а при множественности директоров из неограниченности полномочий каждого из них.
В целом такая позиция Верховного Суда полностью сохраняет преемственность с аналогичной позицией ВАС, отраженной в подп. 1 п. 8 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 (далее — постановление № 28), где также говорилось о том, что третьи лица вправе исходить из неограниченности полномочий директора.
Последний абзац п. 22 постановления № 25 воспроизводит позицию, ранее содержавшуюся в п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 14.05.1998 № 9, который был признан не подлежащим применению п. 133 постановления № 25. Данное разъяснение еще раз акцентирует внимание на том, что третьи лица не обязаны знать содержание учредительного документа юридического лица, даже если в договоре содержится отсылка на него. С учетом этого можно считать, что даже опубликование учредительного документа, в том числе в сети Интернет, не создает презумпцию знания контрагентом его содержания.
Иное решение привело бык тому, что юридические лица всегда следовало бы считать ненадежными контрагентами третьи лица никогда не могли бы быть уверены в полномочиях директора. Все это в конечном счете означало бы неполноценность юридического лица как субъекта права.
Можно сказать, что п. 22 постановления № 25 свидетельствует о том, что российское корпоративное право в этом отношении в основном сохраняет преемственность с европейским правом. Так, обсуждаемый вопрос о том, необходимо ли контрагентам изучать содержание внутренних документов юридического лица, в том числе учредительного документа, имеет прямой ответ в наднациональном европейском регулировании, где указано, что ограничения полномочий, содержащиеся в уставе компании или решении уполномоченного органа, не противопоставляются третьим лицам, даже если содержание учредительного документа было раскрыто. Такое решение позволяет еще больше упрочить стабильность оборота, поскольку контрагенты полностью освобождаются от риска неверного понимания ограничений, предусмотренных уставом.
3
См.: п. 2 ст. 10 Директивы о публикациях (Directive 2009/101/EC).
4
См
Grundmann S. European Company Law: Organization, Finance and Capital Markets. 2
nd ed. Cambridge,
2012. P. 158–162; Roth G.H., Kindler P. The Spirit of Corporate Law. Core Principles of Corporate Law in Con- tinental Europe. München, 2013. P. 77–78.
Свободная трибуна. В соответствии с пунктом 3 статьи 51 ГК РФ до государственной регистрации юридического лица, изменений его устава или до включения иных данных, несвязанных с изменениями устава, в ЕГРЮЛ уполномоченный государственный орган обязан провести в порядке ив срок, которые предусмотрены законом, проверку достоверности данных, включаемых в указанный реестр.
  1   2   3   4   5   6

перейти в каталог файлов


связь с админом