Главная страница
qrcode

Горяйнов С.А. Введение в традициологию Самара. 2001. Горяйнов С. А. Введение в традициологию самара 2001 2 Содержание Предисловие Традиция


НазваниеГоряйнов С. А. Введение в традициологию самара 2001 2 Содержание Предисловие Традиция
Дата14.05.2020
Размер1.56 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаГоряйнов С.А. Введение в традициологию Самара. 2001.PDF
оригинальный pdf просмотр
ТипРеферат
#159092
страница1 из 7
Каталог
  1   2   3   4   5   6   7
1
Горяйнов С.А. ВВЕДЕНИЕ В
ТРАДИЦИОЛОГИЮ Самара 2001
2 Содержание
Предисловие
1. Традиция
2. Инновация
3. Трансляция традиций
3 ПРЕДИСЛОВИЕ
В геологии и географии ландшафт это такая область, где рельеф, климат, флора и фауна образуют единое, чаще всего эклектическое, целое, которое имеет более-менее устойчивый характер с более-менее устойчивой системой разного типа взаимодействий. Культура представляет такой же Ландшафт, состоящий из геополитических и иных тектонических плит, хребтов, впадин, каньонов, наносов, отложений, разломов и выходов коренных пород. Если ускорить время геологической истории, то получится вполне адекватная картина движений самой культуры, состоящей из серий катастроф, которые после этого упорядочиваются разнообразным образом. Пьер Бурдье использует понятие поле для описания областей культурного творчества но, по моему мнению, для описания сложного рельефа областей культуры более подходит понятие ландшафт. Многообразие биосферного ландшафта было создано генетическими кодами наследственности, в рамках которых происходят процессы адаптации. Многообразие же культурного (ноосферного) ландшафта создано традициями Как подчеркивал ведущий представитель современной этологии и философ К. Лоренц: Ту роль, которую в развитии и закреплении биологических ритуалов играла генетическая наследуемость, в культурной ритуализации безусловно взяла на себя традиция
(Лоренц К. Эволюция ритуала в биологической и культурной сферах \\ Природа. 1969, №11. с. Совокупность традиций формирует тело культурного ландшафта В сетевых системах традиций осуществляется жизнь человеческой культуры и происходят все инновационные процессы и даже тогда, когда мы это и не осознаем.
4
Человек никогда не действует на базе выработанных только своей мыслью правил сознания, поведения и действия. Он всегда использует для этого определенные модели, которые приняты в качестве паттернов сознания, поведения и действия, принятым в той или иной общности. Этот механизм действует повсеместно в культуре и является основополагающим. В области мифа и религии человек мыслит антропоморфизмами, осмысляя окружающий мир по образцу человека и социального устройства. В области познания к любому новому предмету человек всегда подходит с набором отработанных моделей- парадигм описания мира, и осмысляет новые явления по аналогии сними. В области искусства человек выражает свое видение мира на основе типичных художественных образов, которые играют роль метафор, являющихся художественной формой аналогии. В области философии он создает концепции, оперируя
концептами, которые представляют собой нечто среднее между аналогией и метафорой. Как подчеркивал Г. Спенсер: Для образования того стройного знания, которое мы называем умом, необходимо уподобление каждого впечатления другим, уже представившимся ранее сознанию (Спенсер Г. Основные начала. СПб., 1899. с)
Вернемся к П.Бурдье. Понятие «habitus» является одним из центральных понятий его социологии. П. Бурдье не делает в своей социологии центральным понятием понятие традиция, хотя габитус - это понятие родственно понятию традиция. Нос другой стороны, понятие габитус - это понятие, обозначающее практическую сторону традиции, габитус - это живая традиция, реально фундированная в культурной жизни, габитус более неустойчив, чем традиция. Но, по сути, сие понятие родственно традиции, но мало проясняет с сложнейших формах трансляции традиции в человеческом обществе. Разные виды «habitus» существуют и у высокоразвитых
5 животных, даже имеют характерную черту трансляции в определенных обществах социальных животных. Ноне имеют того значения, которое имеет традиция для формирования человеческой культуры.
Традиция и процессы её изменения – инновация составляют основу существования любого культурного тела. Все проблемы культурологические, социологические и политические проблемы связаны с выяснением механизмов устойчивости культурных образований, - тес традицией. А все проблемы культурного изменения в ментальной, социальной или хозяйственной сферы связаны с проблемой введения инноваций без нарушения устойчивости того или иного культурного образования. Мир культуры («Микрокосмос»), в отличие от мира природы
(Макрокосмоса»), существует не основе диалектики Бытия и Ничто или Космоса (те. порядка) и Хаоса, а на основе её аналога - диалектики Традиции и Ничто.
Традиция является материальным «эйдосом» культуры традиция – это и есть та сущность, которую неполноценно стремился выразить Платон в концепте «Эйдос». Традиции образуют
культурно-социальные формы (понятие, выработанное русским социальным философом НИ. Кареевым) во всех сферах культуры
– в менталитете, в обществе и хозяйстве. Традиция есть тот
«социокод» (М. Петров) или габитус (П.Бурдье), который сознательно или бессознательно формирует мир культуры, тот или иной образ жизни. Вариативные комбинации традиций задают ту или иную фигурацию (Н.Элиас) культуры, формируют ту или иную культурно-социальную форму культурного Ландшафта, задают ритм и тип танцевальных фигур культуры.
В отличие от идеального и статичного «Эйдоса», Традиция реальна и представляет устойчивые образования, способные к
6 трансляции. Современная ментальность отличается радикальным антиплатонизмом, ибо основным отличием современного миропонимания является утверждение об исходной онтологичности и историчности всех «первоначал»: сознания, природы и культуры. Именно сутью философии традиции является не анализ эпистемологических проблем, не анализ состояний сознания, не анализ языка, не анализ природных и социальных систем, и, тем более, немногословное патетическое философствование на бытовые, эстетические и моральные проблемы, – а анализ культуры во всем многообразии её проявлений. Задача философии традиции состоит в том, чтобы проследить переплетение традиций различных форм ментальности, социальной жизни и хозяйственной деятельности во всем многообразии их взаимодействий друг с другом и процессе их перманентных изменений.
Все это многообразие переплетенностей рассматривается именно как Традиция, те. как динамическое образование, то, что транслируется и образует темпоральные последовательности. Если прежняя философия была увлечена поиском Истины, те. нахождением каких-то надвременных, вечных концептов и универсалий культуры, то философия традиции, являющаяся методологией культурологии, вневременной и вечной Истины не ищет - она занимается вопросами не Истины, а «Хроноса» культуры. Не Истина, а
«Хронос» является исходным символом теории традиции. Истина, применяя слова Ф. Бэкона в несколько ином контексте см. Новый органон, LXXXIV), есть лишь дочь Времени. И нет Бога как надвременной трансцендентальной сущности (Бог умер- Ницше) – есть только История человечества и его Время. И если ужи сохранять Бога как концепт, то как символ жизненного потока (Х. Ортега-и-Гассет); а религию лишь в форме «зурванитской ереси в зороастризме
7 авестийское слово «зурван» означает Время) или форме орфической мифологии, где «Хронос» занимает место главного божества. Все это предполагает и новые этические интенции не преклонение перед трансцендентными вневременными сущностями, а преклонение перед Жизнью (А.Швейцер) и её Временем. Как утверждал в свое время Х. Ортега - и - Гассет: Речь идет о новой направленности культуры. Речь идет об освящении жизни, являвшейся до сих пор лишь ничтожным фактом, как бы космической случайностью, о возведении ее в принцип ив право Восстановление жизни в ее правах вряд ли покажется удивительным, но ранее жизнь возводила в принцип самые различные сущие и никогда не пыталась сама сделаться принципом. Она жила для религии, для науки, для морали, для экономики вплоть до того, что прислуживала фантазии искусства или наслаждения. Единственное, что она не пробовала делать, - сознательно жить ради жизни (Ортега-и-Гассет Х. Что такое философия Мс Ни Бог ни Логос, нистатичный«Эйдос», ни мертвое«По-
нятие», ни Структура, ни«Эпистема»; а также ни иррациональная Длительность и«Экзистенция», ни неуловимое Бессознательное или Архетип, или же смутное Присутствие должны быть предметом философии, а Традиция, которая вбирает в себя статичные и динамичные рациональные и иррациональные религиозные, научные и эстетические аспекты человеческого менталитета включает в себя социальные и хозяйственные аспекты человеческой культуры. Именно традиция сочетает в себе бытие и время, мыслящую и протяженную субстанции, субъективное и объективное и т.д. Именно традиция есть базовое понятие синергетической картины культуры, которая начинает пробивать себе дорогу в современных философских исследованиях.
8
Традиция – это Дао (путь, это движение Судьбы в конкретном культурном Ландшафте, составленном не только из Идей («Эйдосов»), но и из Поступков и Товаров, которые являются разновидностями «Эйдосов» в сфере Обществ и Производств соответственно, и составленном также из мира Страстей и Желаний сферы Жизненного мира повседневности. Человек, – этот несчастный Homo Viator

(«Человек-странник» - Г. Марсель живет в Сети Традиций и странствует по её Ландшафту, следуя тропами Судьбы
Многие считают, что в современном обществе, в цивилизованном строе ведущих европейских стран механизм традиции уже не действует. Считается, что традиция действует лишь в традиционных обществах. В цивилизованных обществах действует только инновация и рациональные механизмы регуляции, те. в них действует разум.
Это мнение ошибочно. Во-первых, инновация есть частный аспект самой традиции, любая традиция была когда-то инновацией, традиция сама генерирует инновации, - без этого она существовать не может. Во-вторых, рациональные механизмы регуляции – это частные формы проявления традиции, ибо сама традиция – это рациональное образование, вернее, исходная база для самого ratio. В-третьих, реальная практика показала, что действия человека и человеческих социальных групп ив цивилизованных обществах действуют не по разумным основаниям, которые являются лишь поверхностной надстройкой над теми традиционными паттернами, согласно которыми осуществляется культурносоциальное действие.
Где существует человек, человеческое общество, – там действует механизм традиции. Традиция проявляется в разных формах и имеет аналоги в сфере как живой, таки неживой природы. В живой природе – это механизмы генетической наследственности. В сфере физических явлений - это явления различных форм гармонического резонанса. В частности, наиболее яркое проявление аналога традиции мы имеем на примере колебательного контура, составленного из индуктивности и емкости – двух элементов электрической цепи, обладающих разными характеристиками, но объединенных в единую гармоническую систему.
А в сфере химических явлений мы наблюдаем устойчивые химические соединения. В частности, прекрасные и идеальные по форме, вызывающие восторг, кристаллические образования дают нам яркий аналог (или метафору) для закостеневшей традиции, но ближе всего к традиции химические явления неустойчивых соединений, которые были выявлены, в частности, И. Пригожиным. Как правильно подчеркнул Э.Маркарян: Изучение традиции должно происходить прежде всего в соответствии с фундаментальными принципами самоорганизации (Markarian E.S. tradition an Object of System
Study // World Futures. 1992. Vol.34. p.157).
В человеческом обществе кроме действия механизма традиции иных форм не существовало и не будет существовать, пока оно само существовать не перестанет. Есть разновидности традиции, ноне более того. Смею сказать, что механизм традиции в цивилизованных обществах действует даже сильнее, чем в традиционных обществах. В обществах традиционных, где письменная культура не имела такого веса и значения, осуществлялся автоматический процесс забывания и утери традиции, шел незаметный процесс инновационного дрейфа традиции. Во времена же «гутенберговой» цивилизации, когда, по меткому замечанию Д. Дефо, самое пустое слово благодаря печати приобретает вековую прочность (см. его Очерк о литературе
(1725)), этот процесс уже невозможен сохраняется все, культурный фонд переполнен текстами и артефактами тех или иных
10 традиций. И хотя идет процесс интерпретаций традиции, увеличивается скорость интерпретаций, но стремление сохранить традиции прошлого также возрастает, более того, - стремление сохранять памятники культуры приобретает патологический характер даже самый пустой и абсурдный артефакт прошлого приобретает в наше время характер высшей ценности. Это несвойственно для традиционных обществ, где отжившая традиция и порожденные ей артефакты активно использовались в качестве строительного материала для новых традиций, для порождения артефактов этих новых традиций. И люди традиционных обществ были совсем не склонны уподобляться
Заратустре и таскать с собой труп канатоходца так долго.
Основателем традициологии можно считать И. Г. Гердера (17441803). Его работу Идеи к философии истории человечества
(1784-1791) можно считать первой работой по теории традиции. В девятой книге этой работы Гердер дает фактически архитектонику построения традициологии. Он считал, что традиция является основой философии истории, основой человеческой культуры. Собственно на культурологических идеях И. Г. Гердера и сформировалась потом концепция Г. Гегеля. Но, как и во времена Гегеля, таки в последующей традиции Г.
Гердера избегают упоминать, это обусловлено во многом его неудачным спором с И. Кантом, ставшим ядром традиции философии в XX веке, да и излишним проповедническим тоном его произведений.
В конце XIX века интерес к концепту традиция проявлялся выдающимся историком, культурологом и социологом НИ.
Кареевым (1850-1931) и социологом В. М. Хвостовым (18681920). Очень интересен именно В. М. Хвостов, он делал концепт традиция основой своей социологии. Его высказывание При революционных переворотах приходится считаться с действием
11 традиции. Революции никогда не удастся вполне направить жизнь общества на новый путь. Когда остынет революционный пыл, традиция заявляет о своих правах и оживляет многое из старого уклада, временно устраненного революцией. Вот почему каждая революция сменяется реакцией в более или менее сильной степени (Хвостов В.М. Основы социологии. Мс- часто цитировал мэтр социологии ХХ века П. Сорокин.
В последней трети XX в. также проявился интерес к концепту традиция. Шел этот процесс по двум направлениям на базе устранения сциентистских перекосов новоевропейской ментальности, на базе интересе к проблемам модернизации развитых и развивающихся государств.
В последней трети XX века вместо дилеммы двух культур, отмеченной Ч.Сноу: «сциентизм – антисциентизм», возникает стремление интегрировать эти две мировоззренческие интенции в одну. Получает распространение неклассический тип сознания, который основан на синтезе рационального и иррационального - существенной черты традиции, имеющей рационально - иррациональный характерна диалогичности и полифонии – качеств, свойственных традиции, ибо традиция никогда не существует одна она генерирует инновации - Чужое, и всегда легитимируется наличием Чужих традиций в культуре, - благодаря только этому она приобретает свои фундаментальные качества устойчивость и способность к трансляции.
В философии науки, – оплоте сциентизма, появляется стремление к комплексному исследованию научной деятельности, что выражается во внимании к ненаучным составляющим научного творчества, к социальной обусловленности познания, к обусловленности науки другими мировоззренческими формами - искусством и религией. Описание процесса научной деятельности во времена терроризма лабораторий (Х. Ортега-иГассет) посредством теорий эмпирической верификации ушли в
12 прошлое, - анализ научной деятельности идет на основе динамичных концепций типа теорий парадигм (Т.Кун), научно- исследовательских программ (И. Лакатош), тематических направлений Дж.
Холтон), традиций научного исследования (Л.Лаудан). Современные концепции развития науки предполагают влияние на результаты и образы научной картины мира социокультурных компонентов – традиций культурной общности, в которых развивается и существует наука.
Особый интерес к проблеме традиции проявлялся в те периоды истории, когда наблюдалось ярко выраженное напряжение в обществе, когда процессы модернизации создавали складки в его теле и изгибы в его душе, когда общество стояло на перепутье, не зная, - как дальше жить и что делать. И тогда, как правило, общество обращалось к своим традициям, к своим истокам, чтобы соизмерить свое настоящее с прошлым, чтобы определиться в своем будущем. Конкретно в последней трети XX века в связи с кардинальными изменениями в мировом сообществе и становлением нового постмодернистского порядка мировой культуры со стороны политической власти и общественных движений был проявлен особый интерес к общему, комплексному анализу традиции самой по себе. Обусловлено это было проблемами модернизации в развивающихся обществах, где при проведении «вестернизации» наблюдались досадные срывы. На Западе особо интенсивно этим занимались Э. Шилз и Ш. Эйзенштадт. В частности, Ш.
Эйзенштадт в своих работах подчеркивал, что когда при проведении модернизации не учитывается действие традиций тех или иных культурно-социальных образований, то получается отрицательный эффект от введения тех или иных инноваций. Когда же эти традиции учитываются, то получается поразительный эффект – сами традиции начинают усиливать
13 эффект от введения инноваций, что, в частности, показали результаты японского варианта модернизации.
Важно при этом учитывать следующее традиция не является чем-то консервативными свойственным так называемым традиционным обществам, - традиция сама по себе есть источники стимулирующий фактор инноваций, и без традиции никакая инновация существовать не может. В этом отношении, я являюсь сторонником современной трактовки концепта традиция, ставшее каноничным со времен выхода работ Э.
Шилза, который в х годах XX века выступил против неверного взгляда на традицию как явления, присущего лишь доиндустриальным обществами низовым формам культуры, как косного и реакционного явления в культуре.
Ускоренный темп социокультурных изменений в XX веке в развитых обществах западного мира и США повышает напряженность в этих обществах и создает множество проблем, что инициирует повышенный интерес к проблеме традиции. Динамичный интенсивный образ жизни общества потребления вызывает снижение иммунной устойчивости в физиологии современного человека, разрушает человеческую психику, снижает реальное качество жизни человека. Возникает множество экологических проблем в связи с дисбалансом ускоренного развития культуры с окружающей природной средой. Добавляется еще и то, что цикл социокультурных изменений оказывается меньше естественного цикла смены поколений, базовая ритмика культуры как смены поколений, диалектика отцов и детей - сминается, что вызывает мощные стрессовые срывы в психике современного человека и вызывает кризис ценностей и смыслов.
14
Все это приводит к появлению различных общественных движений, выражающих протест против такого рода образа жизни, а также находит выражение в идеологиях как левого или правого направлений. В западное общество начинают проникать чуждые ему традиции азиатско-африканских культур, которые умаляют ценности рационального мышления, демократизма и трудовой активности - качествам, благодаря которым европейская культура, начиная с XVI - XVII веков, постепенно заняла лидирующее положение в мире. Это вызывает тревогу. Хотя, с другой стороны, вышеуказанные типы идеологий и восточных влияний играют роль эффективного корректора в европейской культуре, но становятся крайне опасными, когда проявляют стремление к доминированию.
В связи с этим, после известных революционных событий во Франции в 1968 году, давших толчок для становления постмодернистской идеологии, встала проблема укрепления традиций западного стиля жизни. Это привело к возникновению
«неоконсервативного» направления в идеологии и политике. В среде политиков проявился интерес к М. Веберу, который, как известно, проводил анализ влияния традиций и религиозных идеологий на хозяйственную жизнь общества. Исследование традиции приобрело интенсивный характер. Сейчас можно сказать, что коррекция некоторых напряжений в западной культуре в х
- х годах проводится более-менее успешно. Причина состоит не столько в том, что исследование механизмов традиции приобрело систематичный характерно более в том, что западный образ жизни гибок и открыт для ассимиляции влияний, принятия коррективных изменений при сохранении своих исходных принципов. Это присуще ему изначально по определению, ибо культура и традиции западного мира - это культура и традиции модернизации и инновации
15
Важную роль в проявлении большого интереса к феномену традиции в среде политиков сыграл феномен японской технологии модернизации, который проводился очень успешно и при этом традиционные устои японской культуры сыграли положительную роль, этаже технология действует довольно успешно ив современном Китае.
Далее, возник сильный интерес, особенно в США, к проблемам традиции и традиционализма в связи с необходимостью выработки эффективной политики давления и влияния на развивающиеся страны а также, в связи с развалом СССР и на блок социалистических стран, что также требует выработки эффективной схемы давления и влияния и на эти страны. Опыт политики развитых стран в отношении развивающихся стран показал, что без учета исходных традиций в идеологии, в формах социальной и хозяйственной жизни этих стран, неверная политика давления и влияния может привести к прямо противоположным результатам. Яркий пример тому - крах шахского режима и провал белой революции в Иране, угрожающий рост исламского фундаментализма. Это традиционно вызывает тревогу у западных стран, ибо страх усиления арабского мира со времен Карла Мартелла вошел вплоть и кровь западного общества.
В развивающихся странах проблема традиции также вызывает особый интерес. После волны национально- освободительных революций в развивающихся странах встала задача приобретения ими собственного лица. Что, естественно, вызвало интерес к традициям своих народов у мыслителей и общественных деятелей стран Азии, Африки и Латинской Америки, которые столкнулись не только с проблемами формирования или возрождения национального сознания, нос проблемами встраивания светской системы образования в традиционную систему религиозного образования подавляющей
16 массы народа с необходимостью деформации и органичного встраивания сложившихся кланов и элит родоплеменного или феодального типов в новый социально - политический порядок, который необходим для начала успешной модернизации с проблемами модернизации своих экономик с учетом специфики образа жизни своих народов, с проблемами органичного встраивания своих экономик в мирохозяйственную систему. Эти проблемы не всегда ими решаются верно, происходят в этом процессе досадные срывы, что приводит к революционным потрясениям, сменам правящих элит, досадным откатам, кровопролитию и опасной для общего мирового порядка нестабильности в этих общностях. Тем не менее при мудрой политике все происходит более - менее гладко, это облегчается еще тем, что мы имеем пример проведения модернизации в Японии, где традиции японского народа органично встроились в структуру индустриального общества, более того, - традиции оказали стимулирующее действие в процессах модернизации.
В многонациональной Российской империи со времен Петра I, со времен этой первой российской перестройки в России, интерес к обычаями традициям русского и других народов присутствовал всегда. А проблемы модернизации русского общества были основой размышлений русской интеллигенции западнической и славянофильской ориентации во второй половине XIX века, те. во времена этой второй российской перестройки, осуществлявшейся после неудачной Крымской войны. В Советском Союзе, который являлся правопреемником Российской империи, также возникла проблема введения социалистических традиций в целях проведения социалистического варианта модернизации, особенно в отсталых азиатских республиках Союза. Это было крайне важно для укрепления позиций коммунистических идей в обществе и достижения социального единства СССР.
17 Особенно эта необходимость в анализе проблемы традиции проявилась в х годах, когда сбои модернизационного проекта КПСС стали давать о себе знать. С другой стороны, в это время КПСС отошла в своей национальной политике от принципов сталинской национальной политики, которая решала эти проблемы ассирийскими методами, те. путем насильственного переселения или уничтожения народов, путем силовой политики колонизации народов введения русского языка, кадровой политики русификации элит, встраивания экономик этих стран в общесоюзную систему разделения труда. В связи с отходом от этих принципов делались попытки анализа механизмов ввода целенаправленных инноваций в более мягкой и органичной форме. В СССР этому концепту уделил наибольшее внимание Э. Маркарян. Интересен опыт советских философов применения к анализу концепта традиции сточки зрения закона марксистской диалектики закону отрицания отрицания, именно этот закон как нельзя близок к реальной диалектики жизни традиции.
Во многом на безуспешное решение в теоретическом плане повлияла приверженность советскому варианту марксизма, который по самим принципам своей методологии не может понять механизмы и закономерности действия традиции в культуре потому закономерно, что теоретическая разработка проблемы традиции в х годах не ушла далее общих определений.
Такие же плачевные результаты бывший СССР имел в своей политике влияния и давления на международной арене, где, кроме политико-экономических аспектов этой политики, недоработки наших востоковедов которые, наряду с работниками идеологического сектора КПСС и нашими этнографами, занимались проблемой традиции и модернизации, а в большей степени - непрофессиональная работа политических
18 элит, игнорирование ими рекомендаций специалистов, - привели к полнейшей утере авторитета СССР в развивающихся странах.
19
  1   2   3   4   5   6   7

перейти в каталог файлов


связь с админом