Главная страница
qrcode

Григорий Горин Чума на оба ваши дома!


Скачать 101.97 Kb.
НазваниеГригорий Горин Чума на оба ваши дома!
АнкорЧума на оба ваши дома.docx
Дата28.11.2017
Размер101.97 Kb.
Формат файлаdocx
Имя файлаЧума на оба ваши дома.docx
ТипДокументы
#49406
страница3 из 6
Каталогid134157263

С этим файлом связано 13 файл(ов). Среди них: AIR_13-2_LoRes-40dpi.pdf, Сорок первый.docx, Филатов Леонид. Про Федота-стрельца, удалого мо...doc, Use_R_33_Hadley_Wickham-ggplot2_elegant_g_-_Niei.pdf, Узбекский Дед Мороз.docx, Чума на оба ваши дома.docx, Энеида.docx, R_Graphics_Cookbook_-_Winston_Chang.pdf, Новостная заметка.doc и ещё 3 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Монашеская келья.
Лоренцо складывает в специальную чашу еловые шишки, ветки можжевельника, сухую траву. Перед тем, как все это поджечь, подходит к столику, где разложены листки рукописи, обмакивает перо в баночку с чернилами, задумывается…
Лоренцо.
Любезные потомки!
В час, когда
Найдете пожелтевшие страницы
Трудов моих, молю вас их судить
Не строго, без презрительной усмешки…
Конечно, станете вы все мудрее нас,
Как мы мудрее Евы и Адама,
Но их грехи нас до сих пор гнетут,
А наши – в вашей жизни отзовутся…

Зачем такой круговорот судьбы?
Спросите у ТОГО, КЕМ ОН ЗАДУМАН…
Я лишь монах… И грамоте учен,
Чтобы событий круг был в повесть занесен…
Итак, продолжим!
Время не стоит…
Оно бежит с тех пор, как наш Антонио
Уехал из Вероны за решением Епископа…
Пять месяцев промчались.
И нет ни жениха… Ни писем… Ни вестей!…
А впрочем, вести есть… Но лучше бы не знать их.
Чума – в Италии! Простонародью, знати, -
Всем смерть грозит косой! Всех гонит по домам!
Закрылись города! Повсюду – карантины…
Ни праздников! Ни ярмарок!
Картина – Печальней не придумаешь…
Чума! Кто мог представить, что слова Меркуцио
Такой реальной правдой обернутся?!.
Поджигает костер. Дым заполняет сцену.
Картина пятая
Зала в доме Капулетти. Дым.
Кашляя, чихая и чертыхаясь, Самсон обкуривает углы тлеющей вязанкой травы.
В дыму незамеченным возникает синьор Капулетти, громко чихает.
Самсон (испуганно). Ой! Кто здесь?!. Это вы – синьор? А я вас не приметил…
Синьор Капулетти. Бездельник!… Почему дверь в доме открыта настежь? Любой бродяга может зайти!
Самсон. Где вы видели бродяг, синьор? Улицы пусты. (Кашляет.) А дверь открыл, чтоб дым хоть немного выветривался…
Синьор Капулетти. Вот и дурак! Весь смысл в том, чтоб не выветривался. Только так можно убить «пастуарелла пестис»… (чихает).

Самсон. Это кто, синьор?
Синьор Капулетти. Я тебе объяснял… Возбудитель заразы (чихает). По-латыни… (чихает).
Самсон. Я не силен в латыни, синьор… (чихает).
Синьор Капулетти. Что ты расчихался, дурак? Еще заразишь меня.
Самсон. Вы первый начали, синьор.
Синьор Капулетти. Да! (чихает). Но я чихаю благородно (чихает). В платок. А ты трясешь головой, как дятел, и «пастуарелла пестис» летят во все стороны…
Самсон. Господи, хоть бы раз увидеть их, этих мерзавцев! Руки-ноги поотрывал бы…
Синьор Капулетти. «Пастуарелла пестис» – такой маленький, что не виден (чихает). Но дым его убивает…
Самсон (безнадежно). Тогда и Мне – конец! Я – виден, а дым не переношу! (Пытается чихнуть, синьор Капулетти зажимает ему нос рукой.)

Синьор Капулетти. Где синьора Розалина?
Самсон. Спит в своей комнатке.

Синьор Капулетти. Не ходи там и не чихай… А где синьора Капулетти?
Самсон. Уехала в город.

Синьор Капулетти. Как рискованно! Лицо-то она хоть прикрыла маской?
Самсон. Прикрыла, синьор… Такой Черной сеточкой…
Синьор Капулетти. Это – вуаль, она не защищает от «пастуарелла»… Безрассудство! Какой пример мы подаем слугам? Чума не любит, когда с ней шутят. Ты слышал, что творится в Мантуе?… Город полностью на карантине,… Никто не входит – не выходит… Птицы не вылетают! Вот Какой там кошмар! Понимаешь?
Самсон. Понимаю, синьор… Но осмелюсь спросить: если оттуда никто не выходит и не вылетает, как же люди узнают, что там – кошмар?!
Синьор Капулетти (сердито). Пошел вон, дурак! Совсем угорел… (Самсон, почесываясь, направляется к выходу.) Стой! Ты почему чешешься? Неужели блохи?

Самсон. Откуда, синьор?
Синьор Капулетти. Это я тебя спрашиваю, мерзавец, откуда блохи? Блохи – главные разносчики заразы!… Блохи – это… Опять чешешься?!!
Самсон (чуть не плача). Я чешусь, синьор, – от нервности! Вы говорите: блохи, блохи, мне и кажется, что кусают… (Чешется.) Вот, опять показалось… Не называйте их так…
Синьор Капулетти. А как и их должен называть…? «Анифтерия»?…

Самсон. Это еще что?
Синьор Капулетти. Латинское название блохи!
Самсон. Ой, мамочка! (Неистово чешется.) Я же просил…
Синьор Капулетти. Все! Хватит! Снимай одежду! Всю!
Самсон. Опять?!
Синьор Капулетти (решительно). Не разговаривать!… (Помогает снимать рубаху.) Стой! Это еще что? (В ужасе). «Бубон?!!»

Самсон. Где?
Синьор Капулетти. На плече!
Самсон. Да какой же это «бубон»? Это я так… расчесал…
Синьор Капулетти (в отчаянии). «Бубон!»… В нашем доме!
Самсон. Помилуйте, синьор!… Зачем наговаривать? Что ж я, «бубонов» не видел, что ли?… Вон у Бальтазара под мышкой вот такая дуля выросла, это еще можно подумать… А у меня… (осекся).
Пауза.

Синьор Капулетти (упавшим голосом). Зачем ты лазил ему под мышку, идиот?
Самсон (плачет). Да не лазил я… Он сам меня обхватил… Ой! (В испуге закрывает рот рукой, потом, не выдержав, громко чихает.)
Синьор Капулетти (решительно). Так! Всю одежду – в огонь! Всю до ниточки… Раздевайся!
Самсон (всхлипывает). Это – последний камзол, синьор… Вы все пожгли!
Синьор Капулетти. Не разговаривать!! Снимай! И панталоны… И чулки… Догола! (Самсон, хныча, обнажается.) Повернись! Покажи спину! Еще повернись!
Входит синьор Монтекки, с изумлением наблюдает эту сцену.
Монтекки. Извините, если помешал…
Самсон (увидев Монтекки). О, синьор!… Пардон! Пардон! (Прикрывшись одеждой, убегает.)
Синьор Капулетти. Высокочтимый синьор Монтекки, как я рад!…
Монтекки. Да нет… Чего там… Вижу – не вовремя…
Синьор Капулетти. Да что вы говорите?… Это я – просто… Тут со слугой… Он у меня – такой…
Монтекки. Да у меня – такой же…! Но я с ним, лично, стараюсь строго! Ни-ни!…
Синьор Капулетти. Ах, как все глупо получается… Такой исторический день: синьор Монтекки впервые приходит в дом Капулетти, и – на тебе!
Монтекки. Я-то, вообще, собирался предупредить… Думал послать слугу Бальтазара… А потом гляжу – дверь настежь!
Синьор Капулетти. И правильно, что не послали слугу, синьор Монтекки!… Уж коли нам судьбой выпало породниться, пора дружить домами и приходить без церемоний… И прекрасно, что вы показали пример!… Да вы садитесь!… Ах, как жаль, что синьора Капулетти отлучилась, она была бы счастлива. Ну, сядьте, умоляю! (Монтекки садится.) А я сяду напротив (садится). Нет, пожалуй, придется встать! (Монтекки садится.) Сейчас состоится исторический акт, о котором мечтал наш город и наш Герцог…
Монтекки (испуганно). Синьор Капулетти, я просил бы…
Синьор Капулетти. Мы наконец-то пожмем друг другу руки!
Монтекки (с облегчением). Ах, в этом смысле…
Синьор Капулетти. Если вы, достопочтенный синьор Монтекки, не против, конечно.
Монтекки. Ну, а почему, собственно, против?… Договорились – так договорились!… Просто я долго сегодня был в городе… Руками деньги трогал, за карету хватался…
Синьор Капулетти. А мы предварительно – карболочкой!
Монтекки. Ну, если карболочкой, тогда – с наслаждением!…
Синьор Капулетти достает флакон с карболкой, бывшие противники протирают руки.
Синьор Капулетти (торжественным тоном). Синьор Монтекки! Я хотел бы вас приветствовать сегодня в этом доме, враждебность из которого ушла, сменившись на приязненность и дружбу… Я верю: в вашем доме, мой синьор, пример аналогичных изменений… А значит, мир – на оба наши дома! Порукой в этом вам – моя рука!
Монтекки и синьор Капулетти торжественно пожимают друг другу руки, вновь протирают их карболкой.
Наверное, надо бы выпить по бокалу вина.
Монтекки. Не стоит беспокоиться… Карболочкой отметили, и достаточно. (Садится.) Я, собственно, проезжая мимо, решил нанести визит синьоре Розалине. Все-таки она нам теперь тоже родня, и беременность в такой опасной ситуации внушает беспокойство… Как она себя чувствует?
Синьор Капулетти. Вполне нормально, синьор Монтекки… Моя жена окружила ее заботой… Возила к докторам.
Монтекки. Вот это меня и беспокоит! Ничто сегодня так здоровью не грозит, как доктора… Грязища у них в лечебницах, столпотворение: кто мертвый, кто живой – не разберешь…
Синьор Капулетти. Ах, что вы, синьор Монтекки? Мы к таким докторам не ходим… У наших докторов – чистота, ибо мы средств не жалеем…
Монтекки. Я и говорю, что готов нести свою долю затрат на лекарства, или там… на соответствующую амуницию для дитяти. Для нашего будущего Ромео…
Синьор Капулетти. Или Джульетты!
Монтекки. Какая разница? Я их двоих своими детьми считаю… (вытирает слезы).
Синьор Капулетти. Уж я-то как вас понимаю, любезнейший синьор Монтекки… (всхлипывает). Поэтому мы так бережно относимся к синьоре Розалине. Но другие лекарства ей нужны сейчас! Душевные… Уж срок, определенный природой, приближается к финалу, а известий от синьора Антонио нет и нет! Бедняжка Розалина очень страдает подобной неопределенностью. Не изменил ли синьор Антонио своему слову?
Монтекки (решительно). Никогда! Честнейший человек! Впрочем, как и все Монтекки…
Синьор Капулетти. Но мог бы хоть как-то письмо переслать…
Монтекки. Как, синьор Капулетти?!. Карантин на карантине… Вы слышали уже, что в Мантуе творится? Муха не вылетит! Кошмар!
Синьор Капулетти. Кошмар!… (Задумался.) Кстати, синьор Монтекки, я давно мучаюсь вопросом: если из Мантуи никто не выходит, не вылетает, откуда мы знаем, что там кошмар?
Монтекки (подумав). Наверное, по крикам… Крикнут в Мантуе: «кошмар», а кто услышит, кричит дальше… Так и доходит до Вероны!… (Пауза). Ладно! Скажу все!…
Синьор Капулетти, мы с вами пожали друг другу руки, как мужчины, как отцы двух уважаемых домов… Это – знак доверия! Но сможете ли вы сохранить тайну?
Синьор Капулетти. Разумеется…

Монтекки. И мужское хладнокровие?
Синьор Капулетти. Конечно. Да что случилось?
Монтекки. Племянник мой… Мой доблестный Антонио… скончался!
Синьор Капулетти (кричит). А-а!
Монтекки (зажав ему рот). Тихо! (Взволнованно шепчет ему на ухо.) Вы обещали хладнокровие, синьор!! Не смеем мы печальнейшим известием мать огорчить и будущность дитяти подвергнуть риску!… В городе и так уже разносится домыслы и слухи, которые дойдут в конце концов и до ушей несчастной Розалины!… Вот почему я прибыл к вам, синьор… Хочу синьору отвести в Тоскану… в поместье наше… там, среди гор в тиши… она родит… вдали от чумных бед и от дурных вестей… Надеюсь, вы согласны? (Разжимает ему рот.)
Синьор Капулетти (жадно глотая воздух). Вы меня чуть не задушили, синьор!

Монтекки. Прошу простить!… От волнения… Трудно было говорить, и я не хотел, чтоб меня перебивали вопросами… Итак, согласны?
Синьор Капулетти. С чем?… Я ничего не понял. Вы так набросились… (чихает).
Монтекки (недовольно). Не валяйте дурака, синьор! Я вам зажал рот, но не уши… Согласны позвать синьору Розалину и убедить ее переехать в наше поместье?… Там ей будет лучше! (Капулетти чихает.) Видите, я правду сказал.
Синьор Капулетти. Здесь ей тоже неплохо. И чихание – не обязательно подтверждение правоты!
Монтекки. Значит – подтверждение болезни. Тем более роженице опасно находиться в вашем доме…
Синьор Капулетти. Но я не могу сам решать такие вещи. Надо посоветоваться с синьорой Капулетти…
Mонтекки. При чем тут синьора? Вы мужчина или нет? Глава или не глава? Не тяните время, синьор! Зовите Розалину!

Синьор Капулетти. Как? Прямо сейчас?
Монтекки. А что ж тянуть? Девятый месяц на исходе… Карета ждет внизу. Сопровождающие тоже… (Хлопает в ладоши, в зале появляются Бенволио и пара вооруженных юношей.) Вот!
Синьор Капулетти. Это – насилие! На помощь! Караул!
Монтекки (надвигаясь на него с угрозой). А ну, не орать, старый дурак! Второй раз могу зажать рот поплотней…
С шумом распахивается вторая дверь. В залу стремительно входят синьора Капулетти, Валентин и еще несколько вооруженных сородичей.
Синьора Капулетти. О, какая памятная встреча!… У нас – гости, да к тому же незваные!
Монтекки. Почему же незваные, синьора? Мы тут с вашим супругом помирились, и он сказал, что теперь Монтекки могут приходить в дом Капулетти без всяких церемоний! Вот мы и пришли!
Синьор Капулетти. Я совсем не это имел в виду! Какое коварство! (Жене). Синьор Монтекки явился к нам, чтоб сообщить печальную новость…
СиньораКапулетти. Я все знаю… Я была у Герцога. А до меня там уже побывал синьор Монтекки… И опечаленный Герцог так растрогался, что вызвался стать крестным нашего ребенка и наделить сиротку большими земельными угодьями из своих владений.
Синьор Капулетти. О! Теперь я понимаю цель вашего прихода, синьор Монтекки… И вашу трогательную заботу о Розалине. (Жене). Он хотел увести нашу девочку…
Синьора Капулетти. Еще бы! Синьор Монтекки опытный интриган. Он сразу смекнул, как выгодно стать опекуном крестника Герцога… А если потом выдать замуж Розалину за нужного человека, то вполне можно наложить лапу на замок Герцога, да и на самого крестного отца…
Монтекки. У вас все-таки удивительная способность, синьора Капулетти, приписывать собственные гадкие мысли другим!
Синьор Капулетти. Какая гнусность!… И этому человеку я пожимал руку!
Монтекки. Ничего! Карболочкой отмоете. А вот мозги вашей семейке хорошо бы почистить чем-нибудь покрепче…
Валентин (Монтекки). Синьор! Я не могу вам позволить подобным образом разговаривать с синьором и синьорой…
Бенволио (Валентину). А ты бы помолчал, мальчик, когда старшие беседуют.
Валентин (Бенволио). Ну вы-то, синьор, не настолько старше меня, чтоб нашим шпагам не поболтать!…
Обнажает шпагу, Бенволио в ответ обнажает свою.
Неожиданно в дверях появляется беременная Розалина.
Розалина (с улыбкой). О, сколько людей… А я лежу и ничего не слышу! Извините, синьоры, за мой вид… Надеюсь, через недельку я стану стройнее…
Синьора Капулетти. Зачем ты встала, Розалина? Тебе нужен покой!
Розалина. Ах, так надоело лежать, тетушка… Даже ребеночку – там внутри. Он вдруг толкнул меня в живот и повел в эту залу… А тут – гости! Да еще какие!., (засмеялась).
Монтекки (улыбаясь). Умный мальчик!
Синьора Капулетти. Или – умная девочка!
Монтекки. Да хоть двойня, нам – без разницы!… Синьора Розалина, я прибыл сюда, чтоб навестить вас и пожелать здоровья и терпения…

Розалина. Спасибо… А я, когда увидела вас, подумала, нет ли вестей от Антонио?
Монтекки. К сожалению… Кругом карантины, синьора… С Неаполем связи никакой. Но вам не стоит волноваться. Монтекки – здесь, в Вероне, и всегда к вашим услугам!
Синьора Капулетти. А Капулетти их уже оказывают… (Берет Розалину под руку, пытается увести из залы.) Пойдем, моя девочка, тебе опасно волноваться…
Монтекки. Синьора Розалина! (Розалина останавливается.) Я уверен, что здесь ваша родня вполне сносно заботится о вас, но если б вы вдруг захотели перебраться в наше имение, мы были б рады… Там горный воздух, опытная акушерка, открывшая дорогу к свету многим Монтекки… Там даже есть игрушки, которыми мы все играли в детстве… включая Антонио… Я подумал, может, вам было бы приятней в их окружении?…

Синьора Капулетти. Фи!… На какие струны вы давите, синьор?!. При чем здесь игрушки? И при чем тут Антонио, в конце концов?
Монтекки (зло). Я что-то не понял ваших слов, синьора? Отец для ребенка – все, он дает ему фамилию!
Синьора Капулетти. Безусловно! Но, если уж мы тут все свои, давайте геворить правду и не преувеличивать роль Монтекки в возникновении этого ребеночка!
Монтекки. А вот это – дудки, синьора! Есть признание Антонио, есть свидетельство брата Лоренцо… Все документально!
Бенволио. Извините, синьора Капулетти, как брат и друг Антонио я решительно протестую против каких-то грязных намеков, и будь вы мужчиной, я бы потребовал…
Валентин (выскочил со шпагой). Здесь есть мужчины, синьор! И можете потребовать…
Бенволио. О! Как ты мне надоел, щенок!
Выхватил шпагу, бросился на Валентина. Звон клинков. Все безуспешно пытаются их разнять.
Розалина неожиданно кричит и встает животом между дерущимися. Те опускают шпаги.
Розалина. Что это?… Все снова… Неужели?!. О, я все поняла… Последний раз, пять месяцев назад… Антонио, мой муж… своею кровью ваш бой остановил… И наступил покой!… И не дрались Монтекки с Капулетти! Теперь – опять!… Не значит ли все это, что… нет Антонио?! (Кричит.) Он умер?!! Мой синьор! (Падает перед Монтекки на колени.) Скажите мне! Не мучайте меня! (Истошно кричит.)… А-А-А-А-А!
Общее замешательство.
Синьора Капулетти (всем). Что ж вы стоите? Роды начались! Скорее акушерок… Воду… Марлю!… Да помогите же! (Сбрасывает плащ, укладывает на нее Розалину, мужчины, в том числе и Монтекки, поднимают Розалину, несут к дверям.)
Монтекки. И я пойду!… Я не помощник, право… Но постою хоть рядом…
Синьора Капулетти. Кто ж вам не дает?… Ты, Валентин, здесь на дверях останься!
Монтекки. Бенволио, останься рядом с ним…
Все, кроме Бенволио и Валентина, уходят, те остаются друг против друга несколько растерянные, с обнаженными шпагами.

Валентин. Синьор! Надеюсь, поединок сейчас наш… неуместен?
Бенволио. Безусловно!
Убирают шпаги.
Валентин. Потом продолжим, если захотите…
Бенволио. И если захотите вы, синьор… (прислушивается.) По-моему» там началось… (Из-за дверей истошный крик.)
Валентин. Ах, этот женский крик! Я так его боюсь… Страшнее для меня найти едва ли… (Крик повторяется.) (Шепотом.) Мне кажется, я в обморок свалюсь…
Бенволио (подхватил его). Я буду вас держать, чтоб не упали…
Женский крик переходит в крик ребенка!
Валентин (обнимает Бенволио). Вы слышите, Джульетта появилась!
Бенволио (обнимает Валентина). Конечно слышу! Мальчик родился!
Открывается дверь, пошатываясь, выходит синьор Капулетти.
Синьор Капулетти. Де-воч-ка! Какое счастье! О, моя Джульетта! (Плачет.)
Пошатываясь, выходит Монтекки.
Монтекки. Девочка!… Но как похожа на мальчика… О, мой Ромео!
Совершенно обессиленная, с окровавленными руками появляется синьора Капулетти.
Синьора Капулетти. Бе-лень-кая! Девочка моя беленькая! Как белый цветочек! Как одуванчик в поле!… Спасибо тебе, Господи!
Бухается на колени, молится.
Общее ликование.
Картина шестая
Общее ликование переходит в веселую музыку.
Площадь Вероны Карнавал. Музыканты. Танцоры.
Публика, среди которой Герцог и представители домов Монтекки и Капулетти, одета в самые разнообразные маски. На импровизированный помост влезают Бальтазар и Самсон, наряженные в костюмы Арлекина и Бригеллы.
Бальтазар и Самсон. Любезные синьоры! Карнавал Мы открываем в этот день весенний! И шуткою поднимем настроенье Всем тем, кто нас, конечно же, узнал…
Самсон. Ну, а как тебя не узнать? Ты – Бальтазар…
Бальтазар (прижав палец к губам). Т-сс… Мы же договаривались!
Самсон (вспомнив). Ах, да… Конечно… Ты – Бригелла, слуга из дома… Мантулетти…
Бальтазар. Правильно! А ты – Арлекин! Слуга из дома… Капутекки!!…
Самсон. Есть такие два дома в нашем городе, которые любят друг дружку, как… рубанок – стружку… как журавль – лягушку…
Бальтазар. Как Арлекин – колотушку! (Дает ему подзатыльник. Обращается к публике.) Вы намеки понимаете? Это мы шутим!
Самсон (потирая затылок). Да… Изящно шутим. После того, как нас послал в тюрьму его высочество Герцог, которого обожает вся Верона, как самое дорогое, что есть на свете…
Бальтазар. Т-сс!… Я же просил – намеками! Может быть, его высочество здесь, среди гостей?!. Поэтому говори не «тюрьма», а (Говори – «одно место»… И не «его высочество», а «некий синьор»…
Самсон. Ну, конечно… Я помню. После того, как нас послал… в одно место… некий синьор, которого обожает… вся Верона, как…
Бальтазар. Не говори «Верона». Догадаются!…
1   2   3   4   5   6

перейти в каталог файлов


связь с админом