Главная страница

История их изучения, воспитания и обучения с древних времен до середины XX века


Скачать 3,01 Mb.
НазваниеИстория их изучения, воспитания и обучения с древних времен до середины XX века
Анкорhttp://vk.com/doc100641265_437084312?hash=c8eb1995d7b.
Дата17.09.2017
Размер3,01 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаZamsky_UO_deti_istoria_ikh_izuchenia_vospitania.doc
ТипДокументы
#38190
страница2 из 44
Каталогid161425050

С этим файлом связано 37 файл(ов). Среди них: Tkachenko_300_diktantov.pdf, Летнее чтениие 7 класс.doc, Prizvanie_-_volontyor_33.pdf, V_D_Eremeeva_T_P_Khrizman_Malchiki_i_devochki_dva_raznykh_mira.p, F_Dolto_Na_storone_podrostoka.pdf, Pisarik_O_Privyazannost_-_zhiznenno-vazhnaya_svyaz.pdf, Arkhimandrit_Ioann_Krestyankin__Bozhiy_inok.pdf, Программа фестиваля.docx и ещё 27 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   44

§ 2. Донаучное, раннее научное и мистическое объяснения душевной жизни человека

С глубокой древности вплоть до VI века до нашей эры еще не существовало научного объяснения психической деятельности. Эта деятельность не связы­валась с работой мозга. Мозг еще не считался местом локализации ума. В это время всякое нарушение психики объяснялось влиянием таинственных темных сил.

По свидетельству Ю. Каннабиха , первые попытки найти естественное объяснение психическим заболеваниям были сделаны в VI веке до н. э.—в период формирования древней греко-римской медицины. Предполагается, что Пифагор (580—500 до н. э.) одним из первых высказал мысль, что ум помещается в головном мозге, а чувства—в сердце. Локализация рассудка в головном мозге знаменовала величайшее открытие, давшее толчок разви­тию новых направлений в медицине. Ведь в течение нескольких веков до этого открытия Пифагора считали, что умственные способности человека сосредоточены под диафрагмой, на границе грудной и брюшной полостей. Ум, рассудок обозначается в древнегреческом языке словом «френ» (рЬгеп) именно потому, что оно первоначально обозначало диафрагму. Таким образом, «ум» и «диафрагма» в древнегреческом языке имеют общие обозначения.

Большинство последующих исследователей в области медицины уже не отходили от «мозговой» теории, а продолжали ее развивать.

Величайший медик древности Гиппократ (460—377 до н. э.) с деятельно­стью мозга связывал не только природу рассудка, но и природу эмоций.

Герофил из Александрии (IV в. до н. э.) впервые назвал мозг главным органом всей нервной системы, а врач Эразистрат (тоже из Александрии) считал возможным определять степень развития ума и способностей по площади поверхности мозга, разнообразию и глубине мозговых извилин.

В период раннего и особенно позднего средневековья (VXIV вв.) на пути развития науки и культуры встала церковь, религиозная идеология.

Религиозная идеология средневековья подавляла жизнь, свободную мысль, преследовала научные знания и все то, что не согласуется с учением церкви. Эта идеология распространилась и на науку о психической жизни человека. Предается забвению и естественное объяснение психической деятельности человека. Начинается время так называемой демонологической трактовки нарушений психической деятельности. Душевные заболевания рассматрива­ются как одержимость злым духом.

Такой мистический взгляд на сущность душевных заболеваний поддер­живался официальным духовенством и насаждался на протяжении всего средневековья. В начальный период эпохи Возрождения этот взгляд еще более закреплялся церковью, что было реакцией на утверждавшиеся новые

I


1) См.: К а н н а б и х Ю. История психиатрии.—М., 1929.

15

идеологические веяния. Прогрессивные силы, отражавшие настроения и взгляды нового класса—буржуазии, повели борьбу с религиозной схоласти­кой, с невежеством и ратовали за развитие культуры и науки. Чем интенсивнее было распространение новых взглядов, нового миропонимания, тем более возрастало стремление церкви удержать свои позиции, власть и влияние на народ. Как известно, эта борьба церкви с зарождавшимися новыми веяниями в общественных взглядах вылилась в инквизицию, в физическое уничтожение представителей прогрессивных сил. Репрессиям подвергались и врачи.

Именно в этот период начались процессы над ведьмами. Специальная булла (послание) папы Иннокентия VIII (XV в.) обязывала судить людей, «находящихся во власти дьявола». Изданная в 1487 году инструкция «Молот ведьм» (как узнавать ведьм и одержимых дьяволом) привела к тому, что по всей Европе запылали костры, в которые бросали стариков, женщин и детей, поведение которых было ненормальным вследствие истерии или душевных болезней.

Все вышесказанное об отрицательном влиянии церкви на развитие научных взглядов на слабоумие и душевные заболевания в период средне­вековья в основном характерно для католической Европы.

В 1992 году папа римский Иоанн Павел II официально признал, что во времена средневековья католическая церковь, вводя инквизицию, проявила жестокость по отношению к ученым и другим людям, нанесла огромный вред ходу общественного прогресса.

Религиозные воззрения на слабоумных, как и все религиозные догматы, полны противоречий. Одни религии считают слабоумных «детьми Бога», другие—«детьми дьявола». Взгляд на слабоумных как на детей дьявола в большей степени был присущ католической религии.

Крайнюю непримиримость к слабоумным проявляли протестантские ре­форматоры Мартин Лютер (1483—1546) и Джо Кальвин (1509—1564), которые советовали сажать слабоумных в тюрьмы или бросать в реки.

В славянских государствах, где на слабоумных (юродивых) смотрели как на «божьих людей» и «блаженных», их обычно окружали ореолом святости, с благоговением вслушивались в их бессмысленный лепет, усматривая в нем божественное прорицание. Нередко служители православной церкви, пред­писывая относиться к слабоумным с жалостью, оправдывали существование детей-идиотов и калек именем божьим, божьей волей и доказывали, что эти несчастные дети нужны в интересах людей и Бога, чтобы предоставить возможность верующим творить милость во имя Бош.

Таким образом, церковь, особенно православная, пробуждала чувства сострадания к аномальным лицам и часто была инициатором организации для них приютов, убежищ, благотворительных обществ и других меропри­ятий.

16

-.г

§ 3. Первая научная классификация душевных заболеваний

Ни инквизиция, ни костры не могли задержать развитие тех тенденций, которые все более укреплялись во взглядах ученых, в том числе и врачей.

Подлинно научные воззрения пробивали себе дорогу в героической борьбе с церковью. И в итоге в период средних веков произошло довольно значительное развитие научных знаний.

Уже в XIVXV веках стали постепенно восстанавливаться понятия древних греков и римлян о душевных болезнях. Даже теологи стали признавать роль мозга в происхождении помешательств.

В мрачные годы инквизиции современник Галилео Галилея и Джордано Бруно профессор медицины в городе Базеле Феликс Платтер (1537—1614) посещает монастыри, тюрьмы, ведет наблюдение за душевнобольными, которые иногда находились в этих учреждениях. В эти годы врачи имели возможность наблюдать душевнобольных и слабоумных в специально со­зданных для них домах, которые впервые появились в XIV веке. С XV века для названных выше лиц стали открывать и лечебницы.

Во всех этих учреждениях ничто даже отдаленно не напоминало лечение. Это были, как тогда говорили, «места ужаса и безнадежности». Пытки и наказания были учреждены в качестве основных лечебных мероприятий.

Наблюдения Платтера за душевнобольными были опубликованы в его трудах, увидевших свет уже после его смерти; В 1614 году была издана книга «Наблюдения», а в 1625 году «Медицинская практика». В этих трудах Платтер дает первую из известных психиатрам классификацию душевно­больных. Среди душевнобольных он выделяет четыре группы. В числе признаков, лежащих в основе классификации, Платтер указывает такие, которые характеризуют различные нарушения интеллекта, эмоций и физи­ческого состояния больного. Эти нарушения могут характеризоваться ослаб­лением или усилением, исчезновением или извращением той или другой психической функции, точнее—сознания. Важно, что все эти симптомы Платтер связывает с анатомо-физиологической этиологией: наследственно­стью, травмами головы, с нарушениями кровообращения, с отравлениями наркотиками, со старостью и, другими факторами.

Среди выделяемых Платтером четырех групп душевных болезней особый интерес для олигофренопедагогики представляют первая и третья группы.

Первая группа именуется Платтером тепИз шЬесПШаз. К ней он относит лиц с разными степенями нарушения интеллекта, памяти, воображения. Платтер считал, что, если нарушены эти способности, возникает высшая степень слабоумия; избирательное нарушение воображения порождает ма-лоспособность, примитивность; чисто интеллектуальные нарушения приво­дят к потере способности осуществлять суждение, быть критичным и правильно оценивать обстановку.

В третьей группе душевных болезней (тепНз аНепаИо) Платтер выделяет

17

Тетр 2 Зак 3388

форму врожденного помешательства—глупость. Дети этой категории плохо соображают. У некоторых из них речь нарушена или вообще отсутствует. Наблюдаются физические недостатки. Для этих детей характерны непослу­шание и упрямство.

Таким образом, Платтер был одним из первых психиатров, который выделил среди душевных заболеваний формы, характеризующиеся стойкими нарушениями интеллекта. В дальнейшем эти формы стали называться слабоумием. /



§ 4. Зарождение гуманистических тенденций в отношении к слабоумным в эпоху Возрождения

Хотя некоторые религиозные учения и пробуждали в народе жалость к
слабоумным, в целом отношение к ним со стороны общества на протяжении
всей истории древнего мира и средних веков нельзя назвать гуманным.
Судьба слабоумных мало волновала общество. На них смотрели как на лиц
обреченных, лишенных всего человеческого и, следовательно, не заслужи­
вающих человеческой помощи и сострадания. Общество было озабочено лишь
тем, чтобы оградить себя от тех, чье поведение так или иначе задевает его
интересы. "

В некоторых случаях общество пыталось извлечь какую-либо пользу из факта существования слабоумных лиц. Так, например, в Древнем Риме, а потом и в других государствах существовал обычай иметь при богатых дворах слабоумных—«дураков» на потеху хозяев и гостей. Этот обычай иметь при дворе подлинных дураков в дальнейшем переродился в обычай держать мнимых «дураков», так называемых шутов, которые, имитируя дурачества, нередко играли немаловажную роль в жизни дворов монархов, а порой и в политической жизни государства.

Раньше всех нашли возможность извлекать материальную выгоду из слабоумных служители религиозных культов. Они использовали слабоумных в качестве сборщиков подаяний. Это имело место в католических и православных монастырях. В Индии (штат Пенджаб) и по настоящее время есть религиозная секта, которая в основном существует за счет средств, собираемых слабоумными, именуемыми «чухас»—«крысиные дети». В этом штате слабоумных детей приводят в храм Шаха Даула Дарьяна—святого, покровителя и защитника слабоумных. Здесь жрецы учат детей выпрашивать милостыню. «Крысиные дети» приносят храму и его жрецам большой доход, так как в Индии существует поверье: у того, кто не пожалеет посланников Шаха Даула, в семье родятся слабоумные.

Есть указания на то, что не везде к рождению слабоумного относятся как к несчастью. Но в основе такого отношения лежат не религиозные, а меркантильные мотивы.

Американский психиатр Альберт Дейч в своей работе по истории психи-

18

атрии пишет о том, что иногда в бедных семьях Бразилии рождение слабоумного считалось скорее счастьем, чем горем, так как всегда успешно выпрашивающие милостыню слабоумные становились основными кормиль­цами семьи.

В древнее время и в период раннего средневековья слабоумные еще не представляли значительного социального зла и их судьба не вызывала серьезной озабоченности со стороны общества. То и другое было обусловлено отсутствием значительной концентрации населения в крупных городах. Слабоумные жили в разбросанных по той или иной стране маленьких населенных пунктах и почти не вступали в контакты с населением. Они общались лишь с членами своей семьи или немногочисленными соседями. В то время единственная общественная забота о слабоумных состояла в призрении некоторых из них в монастырях. Монастыри, как уже говорилось, получали от этого выгоду, так как использовали слабоумных для сбора подаяний или привлечения паломников, надеявшихся услышать из уст юродивых пророческие слова. (На Руси еще с XI века некоторые слабоумные призревались в Киево-Печерской лавре.)

Конечно, монастыри призревали лишь незначительную часть слабоумных. Большинство их вплоть до конца XVIII века скитались по дорогам, гибли от голода и бесприютности, так как семья часто не имела возможности или не хотела содержать слабоумного.

Эпоха Возрождения вызвала противоречивые явления в общественной жизни, в идеологии, во взглядах на природу человека, на его психическую деятельность. С одной стороны, духовенство все настойчивей и бескомпро­миссно насаждало религиозную схоластику, мистические, «демонологиче­ские» теории в понимании природы психических заболеваний и в связи с этим, как отмечалось выше, обострились репрессии в отношении душевно­больных и слабоумных, с другой—в эпоху Возрождения наблюдается уси­ление борьбы прогрессивных сил общества с религиозным невежеством, ханжеским аскетизмом, со схоластикой, возвеличивается человеческий разум, осуществляется пропаганда человеколюбия. Естественно, что в орбиту этих новых веяний попадают и слабоумные, т. е. та часть общества, которая в наибольшей мере испытывает на себе окружающую их несправедливость. Понятно, что и в эту эпоху люди замечали лишь глубокие проявления слабоумия.

В эцоху Возрождения возникают, а затем все более развиваются гумани­стические тенденции в отношении к слабоумным и другим аномальным лицам.

В это время лишенные разума люди начинают привлекать внимание фило"-софов, врачей, ли-ераторов и педагогов. В литературе наблюдается определен­ный интерес и выражаются симпатии к лицам, которые хотя и лишены разума, но зато свободны от религиозных догматов, схоластики и лицемерия.

1) О е и 1 5 с Н А. ТЬе МепаНу III ш Атепса.—N6» Уогк, 1946.

19

Философы используют образ «дурачка», чтобы на фоне его простодушия показать невежество, ханжество духовенства и чванливость аристократов. Этот прием позволяет показать, что многие из власть имущих глупее, чем общепризнанные дураки.

Так, виднейший гуманист эпохи Возрождения Эразм Роттердамский
(1469—1536) в своем трактате «Похвала Глупости» сатирическим восхвале­
нием Глупости и сопоставлением лжемудрецов с «глупыми» разоблачает
тупость, ограниченность духовенства того времени и поет гимн подлинной
мудрости и высокому разуму. '

Врачи в эпоху Возрождения стремятся проникнуть в душевный мир психически больных, в том числе и слабоумных. Уже первые более глубокие соприкосноевния со слабоумными выявили у них многие человеческие черты, наличие которых прежде отрицалось.

В эпоху Возрождения судьбы умственно отсталых впервые начинают привлекать внимание и педагогов.

Первым из представителей педагогики, высказавшим мысль о необходи­мости проявлять заботу о воспитании и обучении слабоумных, был знаме­нитый славянский педагог Ян Амос Коменский (1592—1670).

В «Великой дидактике» он писал: «Ведь кто усомнился бы в том, что воспитание необходимо людям тупым, чтобы освободиться от природной тупости» . И далее: «Кто по природе более медлителен и зол, тот тем более нуждается в помощи, чтобы по возможности освободиться от бессмысленной тупости и глупости. И нельзя найти такого скудоумия, которому совершенно уже не могло бы помочь образование» .

Ян Амос Коменский был глубоко убежден в возможности дать образование всем аномальным детям. В этой связи он писал: «Возникает вопрос: можно ли прибегать к образованию глухих, слепых и отсталых, которым из-за физического недостатка невозможно в достаточной мере привить знания?— Отвечаю: из человеческого образования нельзя исключить никого, кроме нечеловека» .

В эпоху Возрождения возникла необходимость и в определении правового положения слабоумных. Это диктовалось теми сложными экономическими отношениями, которые складывались в буржуазном обществе и выдвигали множество имущественных проблем.

Раньше, чем в других государствах, правовое положение слабоумных определялось законодательством в Англии. Законы Англии уже в XIII веке стремились установить разницу между слабоумными (идиотами) и помешан­ными, так как это имело большое значение при решении имущественных вопросов. И слабоумные и помешанные относились к лицам, которые не способны управлять собой и своими делами. Идиотом признавался тот, кто

  1. Коменский Я. Избранные педагогические сочинения.—М., 1956.—С. 206—207.

  2. Там же.—С. 215.

  3. См.: ЗЬогшк уузоке 5ко1у рейаяб^ске V ргаге.—Рга^а, 1958.—3. 27.

20

от рождения страдал недееспособностью; помешанным тот, кто становился недееспособным лишь на какое-то время.

Руководствуясь таким определением понятий «идиотия» и «помешан-ность», английские законы начиная с XIV века устанавливали такой порядок наследования имущества идиотов и помешанных: «Когда субъект призна­вался идиотом, все доходы с его имущества поступали в корону; когда же он признавался помешанным—корона брала на себя роль опекуна: охраняла его имущество и доходы и возвращала их или ему—в случае выздоровления, или наследникам—в случае его смерти» .

Это законодательство не стимулировало развития общественной помощи слабоумным, так как родственники слабоумных, чтобы не лишиться прав на наследование имущества, принадлежавшего этим слабоумным лицам, стремились доказать, что указанные лица не слабоумные, а помешанные.

В результате в Англии преимущественно открывались больницы для душевнобольных, в которые помещали и слабоумных. Специальные же учреждения для слабоумных в Англии развития не получили.

Глава 2

ВЛИЯНИЕ ВЕЛИКОЙ ФРАНЦУЗСКОЙ БУРЖУАЗНОЙ РЕВОЛЮЦИИ НА ОТНОШЕНИЕ ОБЩЕСТВА К СЛАБОУМНЫМ

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   44

перейти в каталог файлов
связь с админом