Главная страница
qrcode

Крещение Руси


НазваниеКрещение Руси
АнкорКрещение Руси.doc
Дата15.11.2017
Размер108 Kb.
Формат файлаdoc
Имя файлаКрещение Руси.doc
ТипДокументы
#47703
Каталогfinn_sv

С этим файлом связано 22 файл(ов). Среди них: Ukhanova_E_V_U_istokov_slavyanskoy_pismennosti.pdf, Свободные размышления к вопросу о преемственнос...doc и ещё 12 файл(а).
Показать все связанные файлы

Крещение Руси

Русь считается крещенной и православной с 988 года, хотя, что удивительно борьба с языческим наследием продолжалась в веках: до 17 в. еще распространены церковные поучения против язычества, до 18 в. в церковных требниках стояли вопросы к исповедующимся - не ходил ли к волхвам, не исполнял ли их указаний; уже в 40-х гг. 18 в. архиерей Дмитрий Сеченов доносил о нападении на него русских язычников. Самое интересное, что борьба это продолжается и сейчас, но об этом можно узнать через серию роликов и мнений РПЦ за народные праздники: Масленицу, Купалу иль по проявлением борьбы с Бабой Ягой, аль капищами или святилищами приверженцев веры дедов, через поисковые запросы.
Многие утверждают, что само крещение и принятие христианства было – добровольно, радостно и без жертвенно, да и язычество быстрехонько и загнулось. Так ли это, мы сейчас и посмотрим, по историческим свидетельствам и документам.

В церковном поучении 12 в. описываются многолюдные языческие сборища в любую погоду и пустующие церкви (Рыбаков Б. Язычество древней Руси. - М.: Наука, 1988. - С. 766-778), часть из которых – языческие игрища на городских площадях. При этом следует отметить, что язычники передавали от поколения к поколению элементы своей жизни, смыслов и понимания, в том числе и заговоры, заклинания, украшали дома и одежду языческим орнаментом, исполняли свои обряды, обращались за помощью к волхвам: лекарям, травникам, врачевателям, слушали сказителей языческих мифов: скоморохов, кощунов (кощун – миф, сказание). Православные борцы с язычеством образовали и слово "кощунство".

Стоит напомнить, что христианство во всем мире распространялось двумя способами: первый - мечами христианских армий (например, среди саксов, западных славян, прибалтов), второй - через племенную верхушку. Особо это подмечает французский историк-медиевист Жак ле Гоф отмечает (История средневекового Запада. - М.: Прогресс-Академия, 1992. - С. 140)

А как оно было на Руси: "С радостью пошли люди, ликуя и говоря: "Если бы не было это хорошим, не приняли бы этого князь наш и бояре". В свете вышеизложенного, принятие христианства "князем нашим и боярами" удивления не вызывает. Но насколько мирно утверждалась новая религия в низах?

Согласно летописям - накануне крещения в реку был сброшен Перун и "плакухася ему невернии люди". Сам же князь Владимир заявил не желающим креститься киевлянам: "противник мне будет" (Радзивилловская летопись) или даже: "Не будет пощажен" (Никоновская летопись).

Митрополит Илларион в "Слове о Законе и Благодати" откровенно писал: "И не было ни одного противящегося благочестивому его [Владимира] повелению, а если кто и не с любовью, но со страхом принужден креститься, потому что благоверие его [Владимира] с властью сопряжено". Один из источников, включенных в "Историю" Татищева, так дополнил официальное повествование о крещении в Киеве: "Инии же нуждою последовали, окаменелыя же сердцем, яко аспида, глухо затыкаюсче уши своя, уходили в пустыни и леса, да погибнут в зловерии их".

Один город – еще не показатель, посмотрим, о чем говорят о свидетельствах крещения наши летописи. Вот о чем говорит нам "Иоакимовская летопись" (Прим: К сожалению, "Иоакимовская летопись" сохранилась только в пересказе Татищева. Летопись была составлена в 17 веке, при этом составитель опирался на более ранние источники, см. Шахматов А. А. Общерусские летописные своды 14-15 вв. // Журнал Мин-ва нар. просвещения. - 1900. - № 1. - С. 183, 185; Янин В. Л. День десятого века // Знание-сила. - 1983. - С. 17 .)

"6499 (991). В Новгороде люди, увидев, что Добрыня идет крестить их, учинили вече и заклялись все не пустить их в город и не дать опровергнуть идолов. И когда он пришел, они, разметав мост великий, вышли с оружием, и какими бы угрозами или ласковыми словами их Добрыня ни увещевал, они и слышать не хотели, и вывели два самострела больших со множеством камней, и поставили их на мосту, как на настоящих своих врагов. Высший же над славянскими жрецами Богомил, который из-за своего красноречия был наречен Соловьем, запрещал людям покоряться.

Мы же стояли на торговой стороне, ходили по торжищам и улицам, и учили людей, как могли. Но гибнущим в нечестии слово крестное, которое апостол сказал, явилось безумием и обманом. И так мы пребывали два дня и крестили несколько сот людей. Тоща тысяцкий новгородский Угоняй, ездил повсюду и кричал: "Лучше нам помереть, нежели богов наших дать на поругание". Народ же оной страны, рассвирепев, дом Добрыни разорил, имение разграбил, жену и родных его избил. Тысяцкий же Владимиров Путята, муж смышленый и храбрый, приготовив ладью и избрав от ростовцев 500 человек, ночью переправился выше города на ту сторону и вошел в город, и никто не остерегся, так как все видевшие их думали, что видят своих воинов. Он же, дойдя до двора Угоняя, его и других первых мужей тотчас послал к Добрыне за реку. Люди же той страны, услышав про это, собрались до 5000, обступили Путяту, и была между ними злая сеча. Некоторые пошли и церковь Преображения Господня разметали и дома христиан стали грабить. А на рассвете подоспел Добрыня с бывшими с ним воинами, и повелел он у берега некоторые дома поджечь, чем люди были весьма устрашены, и побежали они тушить огонь; и тотчас перестали сечь, и тоща первые мужи, придя к Добрыне, стали просить мира.

Добрыня же, собрав воинов, запретил грабеж, и тотчас сокрушил идолов, деревянные сжег, а каменные, изломав, низверг в реку; и была нечестивым великая печаль. Мужи и жены, видев это, с воплем великим и слезами просили за них, будто за настоящих богов. Добрыня же, насмехаясь, им говорил: "Что, безумные, сожалеете о тех, которые себя оборонить не могут, какую пользу вы от них чаять можете". И послал всюду, объявив, чтоб все шли ко крещению. <...> И пришли многие, а не хотящих креститься воины притаскивали и крестили, мужчин выше моста, а женщин ниже моста. <...> И так крестя, Путята шел к Киеву. Потому люди и поносят новгородцев, мол, их Путята крестил мечем, а Добрыня огнем".

Хоть летопись в первоисточнике и утерена, а подтверждения событий, описанных в Иоакимовской летописи, обнаружила новгородская археологическая экспедиция под руководством В. Л. Янина. Дендрохронологический анализ деревянных мостовых в Новгороде позволяет с точностью до года датировать тот или иной слой. Под ярусом 989-990 гг., в береговых кварталах, были найдены следы необычно большого пожара (в пределах раскопа - 9 000 кв. м.) Найдены крупные клады, спрятанные под полом - домашняя казна. Таким образом, в период крещения береговые кварталы Новгорода, действительно, погибли от огня. События, по оценке В. Л. Янина, не были бескровными, так как владельцы найденных сокровищ не вернулись к пепелищам своих домов.

"Житие великого князя Владимира" повествует: "И стремясь не только Киев, но и всю державу свою светом веры святой просветить, послал Владимир людей во все русские города крестить народы, на не захотевших же креститься большую дань налагал". Согласно "Повести о водворении христианства в Муроме", крестители заманивали в новую веру снижением налогов ("оброками легкими"), а "иногда муками и ранами угрожая им [язычникам] ", глумились над языческими святынями: "идолы попраша и сокрушиша и без вести сотвориша". О том же в "Житии" ростовского епископа Исайи, описывающем, как Исайя из Ростова "обходит прочие города и места в Ростовской и Суздальской области", и где "находит идолов, всех придает огню".

"Правило" митрополита Иоанна (1089) устанавливало "яро казнити на возброненье злу", "но не до смерти убивати, ни обрезати телесе" тех, кто "волхвования и чародеяния" творят, да и то предварительно "словесы и наказаньем" попытавшись "обратити от злых" (РИБ, VI, стр. 7 и 4). В Синодальной редакции церковного устава князя Владимира, среди проступков, подлежащих церковному наказанию, перечисляются: "или кто молится под овином или в рощеньи, или у воды" и те же "чародеяние, волхование" (Древнерусские княжеские уставы XI - XV вв. - М.: Наука, 1976. - С. 23). Троицкая редакция устава (16 в.) включила и тех, кто "молятся твари, солнцу, луне, звездам, облакам, ветрам, кладезям рекам, дубию, горам, каменьям" (Там же. - С. 78).

В 1227 году четырех волхвов, после суда у архиепископа, сожгли в Новгороде, несмотря на заступничество бояр (ПСРЛ. Т. 10. - С. 94). Через год архиепископ был изгнан горожанами.

Вот, что пишет историк В.В. Пузанов со ссылкой на сборник «Древняя Русь. Город, замок, село» (М., 1985, с. 50): «Из 83 стационарно исследованных археологами городищ IX- начала XI в. 24 (28,9%) «прекратили своё существование к началу XI в.»

К концу X, началу XI столетия источники относят не карательные экспедиции против «племён», а крещение Руси. Такова была цена «просвещения благой вестью» восточнославянских земель – 28,9% русских поселений.
Почти треть.
Разумеется, не все они были поголовно вырезаны крестителями. Кто-то просто, бросая всё, уходил в леса. Рождалась «славная» традиция, расширявшая Русь ещё семь веков. Традиция, когда страну расширяли отнюдь не государевы люди, а люди, от этого самого государства бежавшие – будь то уходившие к Белому морю от московского гнёта новгородцы или уходящие от крепостного ярма или новин царя-антихриста беглые крепостные и старообрядцы. Но, учитывая, что и в переживших крещение городах шла резня (вспомним рассказ Иоакимовской летописи, подкреплённый, как мы видели, беспристрастной памятью земли), можно смело считать, что количество жертв крещения было именно таково.
... ТРЕТЬ ЖИТЕЛЕЙ РУСИ...
Отвечали русские язычники. В Новгороде в 1066 году был удушен епископ Стефан, в 70-х гг. его преемника защитили от новгородского простонародья князь с дружиной. Уже в 1228 году новгородского архиепископа Арсения, перед тем сжегшего четырех волхвов, изгнали из города - обвинив в том, что по его вине произошел неурожай. В Залесской Руси, в Ростове в ХI-ХII вв. епископы Феодор и Илларион - были изгнаны, Лаврентий - убит. На Вятке язычники убили монаха Кукшу, который "крестил Вятичей". Уже в 18 веке протоирей Димитрий Сеченов донес о мятеже пытавшихся убить его русских идолопоклонников из Ярославской губернии. Организованный характер приобретало сопротивление под началом волхвов.
В 1024 году волхвы подняли восстание в Суздале, князь "захватив волхвов, одних изгнал, а других казнил" (ПСРЛ. Т. 1. - С. 148). Некий волхв стал пророчествовать в Киеве, привлек много народа, но "в одну из ночей пропал без вести", якобы унесенный дьяволом. Другой волхв объявился в Новгороде, где принялся хулить веру христианскую и обещать совершение чудес. Власть новгородского епископа пошатнулась и когда он, одев праздничное облачение и взяв в руки крест, призвал новгородцев разделиться на тех, кто верит волхву и верит богу: "князь Глеб и дружина его пошли и стали около епископа, а люди все пошли к волхву". Ситуация разрешилась малой кровью. Князь, спрятав под плащом топор, подошел к волхву и завязал с ним разговор: "А знаешь ли, что будет с тобою сегодня?". "Чудеса великие сотворю", - ответил ничего не подозревающий богослужитель. Князь вынул припрятанный топор и одним ударом посрамил провидческий дар язычника. Естественно, никакого осуждения такого богословского аргумента как вероломное убийство, со стороны автора летописи не следует. "И пал он мертвым, и люди разошлись. Так погиб он телом, а душою предался дьяволу", - удовлетворенно резюмировал христианский монах.

Сохранилось послание псковского игумена Памфила (нач. 16 в.), автор которого дает интересное описание языческого праздника в ночь Ивана Купалы и требует от наместника города искоренения языческих обрядов. "Не исчезла еще здесь ложная вера идольская, праздники в честь кумиров, радость и веселие сатанинские: Когда приходит великий праздник, день Рождества Предтечи [языческая ночь Ивана Купалы] , то тогда, в ту святую ночь, чуть ли не весь город впадает в неистовство, и бесится от бубнов, и сопелей, и гудения струн, и услаждается непотребными всевозможными игрищами сатанинскими, плесканием и плясками:выходят волхвы-мужи и жены-чародейки на луга и болота, в степи и дубравы, ища смертной травы: Вы же, господа мои, истинные властители и грозная опора этого города христолюбивого! Уймите храбрым мужеством вашим от таких начал идольского служения богом созданный народ сей".

На Стоглавом Соборе (1551) было принято очередное запрещение языческих обрядов: "О игрищах еллинского [языческого] бесования. Еще же многие от неразумия простая чадь [простонародье] православных христиан во градах и в селах творят еллинское бесование, различные игры и плясания в навечернии Рождества Христова и против праздника Иоанна Предтечи в нощи и в праздник весь день: Отныне же впредь подобает православным христианам вместо сих бесования в такие святыя и честныя праздники приходити ко святым божиим церквам и упражнятися на молитву: и божественного писания со вниманием слушати и божественную литургию со страхом предстояти: всем православным христианам на таковая еллинская бесования не ходити ни во градех, ни по селам".

Согласно царскому указу 1649 года: "Ведомо де Государю учинилось, что,... иные люди тех чародеев, и волхвов, и богомерзких баб в дом себе призывают и к малым детям, и те волхвы над больными и над младенцами чинят всякое бесовское волхование и от правоверия православных крестьян отлучают; да в городах и уездах сходятся многие люди мужского и женского полу по зорям и в ночи чародействуют, с солнечного схода первого дня луны смотрят и в громное громление на реках и в озерах купаются, чают себе от того здравия... И Великий Государь... велел о тех богомерзких делах заказ учинить, чтобы православные христиане от такового бесовского действия отстали..., а которые люди от того ото всего богомерзкого дела не отстанут... тем людям чинить наказание... бить батогами" (Акты исторические, собранные и изданные Археографическою комиссиею. Т. 4. - С. 124 - 126).

В связи с преследованием язычников возникло известное крестьянское суеверие: если встретил священника - к несчастью. Этнограф С. Максимов писал по этому поводу: "Суеверный народный обычай при встрече со священниками, почитаемой дурным знаком, указывающий на некоторые предосторожности, вроде бросания щепок на след и другие приемы, народился во времена глубокой древности: Толковники объясняли нам, что во времена язычества на Руси священник, как представитель новой веры, проповедник христианства и креститель, мог быть грозным для тех, которые еще коснели в идолопоклонстве. Когда встречный снимал перед ним шапку, складывал руки так, что правая рука приходилась на ладонь левой, и подходил под благословение, значит, прав человек: получи благословение и ступай своей дорогой. В противном случае скажи: кто ты, и во что веруешь, и умеешь ли крест класть на лоб; если же ничему такому не навык и не научился, ступай ко властям гражданским. Эта власть "отдаст за приставы" и пособит духовному клиру приобщить к стаду верных новую овцу более надежными и внушительными средствами, чем устная убеждающая проповедь" (Крылатыя слова по толкованию С.Максимова. - С-Пб., 1899).

Крещение Руси сопровождалось насилием, хотя и не таким кровавым, как в странах, куда христианство приносили иноземные армии. И все ж, изничтожено ли язычество или нет, продолжаем рассматривать этот вопрос. «И ноне по украинам молятся ему, проклятому богу Перуну, и Хорсу, и Макоши, но творят то отай», – сказано в рукописи XIV столетия. Именно так и было в эти времена.

Молились древним Богам лишь «по украинам» и то «отай», тайно. В степной рязанской украине, в городе Мценске, до середины XV века «мнози оставались неверующе в Христа». Южные окраины земли вятичей, как видно, долго держались старых Богов.

В тех краях и в XIV, и даже в XVII веках упоминаются ещё вооружённые экспедиции местных воевод против деревень (стало быть, речь не о татарах-кочевниках) нехристей. Очень любопытны местные предания о разбойниках – неизменно колдунах, яркий пример – Кудеяр.

В бору Белая Грива у озера Соловецкого росли дубы, у которых, по преданию, было становище разбойников. На дубах имелась резьба – человеческие лица и лезвие полумесяца. По преданиям, у города Ромны до XVII века стоял каменный кумир Перуна, к которому 20 июля собирались за прорицаниями «колдуны и ведьмы».

В Новгороде Великом и в Пскове в конце XV века объявились стригольники - одни считают их еретиками-вольнодумцами, другие – колдунами, не реформировавшими христианство, а привносившими в него языческую старину с её суевериями.

И хотя многие из стригольников принадлежали к духовному сану, это не мешало им высмеивать высших церковных иереев и проповедовать право обращаться к Богу не только в церкви, а там, где потребуется (вся Природа – храм), исповедоваться земле и т.д.

На крестах-оберегах, полученных от этих святых отцов, мог оказаться с обратной стороны ворон или изображение соединённого мужского и женского «срама». Впрочем, это всё же одна из первых ласточек «народного православия», симбиоза новых форм и старого, языческого, содержания, нежели собственно язычество.

Вот что пишет про украины Новгородской земли архиепископ северного города Макарий в письме великому князю Ивану Васильевичу, будущему грозному царю Русской земли: «Слышав… прелесть кумирскую около окрестных градов Великого Новаграда: в Вотской пятине, в Чюди, и в Ижере, и около Иваняграда, Ямы града, Корелы града… и по всему Поморию Варяжского моря… до Лопи до дикие… Еже мы прияхом от святого великого князя Владимера святое крещение – во всей Русской земли скверные мольбища идольские разорены тогда, а в Чуди, и в Ижере, и в Кореле, и во многих русских местех… скверные мольбища идольские удержашася и до царстве великого князя Василия Ивановича (1505-1533 годы ).

Суть же скверные мольбища их: лес и камение, и реки, и блата, источники и горы, и холмы, солнце и месяц, и звезды и езера. И роста рещи – всей твари (всему существующему, Природе. – Л.П. ) покланяхуся яко богу и чтяху и жертву приношаху кровную бесом – волы и овцы и всяк скот и птицы».

«Во многих русских местах» – эту фразу часто лукаво опускают, цитируя жалобы архиепископа Новгородского. Дабы создать благостное впечатление, что уж к шестнадцатому-то веку, собственно, Русь покрестилась полностью и без остатка.

Если кто и пребывал в язычестве, посещая «скверные мольбища идольские» и «жертву приношаху бесом», – так это всякие там лесные племена, чудь, корела, ижора. Вот только отчего-то список «мольбищ» обрывается на «дикой Лопи» – а уж она-то пребывает в язычестве-шаманизме едва ли не по сей день! Речь, выходит, идёт о «русских местах», о посёлках и погостах русских поморов.

Во многих областях Русского Севера ещё в XVII веке было большой проблемой основать обитель или «пустынь». И не из-за диких зверей, суровой природы или злобных инородцев, а из-за враждебного отношения местного – русского! – населения. Антония Сийского изгнали вместе с «братией». Трижды поджигали келью Кирилла Белозерского. Изгнание постигло Дмитрия Прилуцкого и Стефана Мохрищского, Александра Куштского и Арсения Комельского. Адриан Пошехонский, Агапит Тотемский и Симеон Кичменгский .

В XVII веке немецкий путешественник И. Вундерер, осматривая остатки лагеря Стефана Батория, видел под Псковом каменных идолов – Перуна с мечом и молнией, стоящего на змее, и Хорса с солнечным крестом. Один из этих идолов был найден в 1894 году, судьба второго осталась неизвестной.

На Вятской земле долго держалась старая вера, так Митрополит Геронтий писал вятчанам: «Вы… делаете злые дела: обидите святую соборную апостольскую церковь, русскую митрополию, разоряете церковные законы… разоряете церкви».

Уважения к христианству в повадках вятских молодцев, описанных митрополитом, действительно очень трудно заметить. Обращаясь к вятским попам, митрополит вопрошал: «Мы не знаем, как вас называть; не знаем, от кого вы получили поставление и рукоположение». Историк Костомаров тоже задумывается над этим вопросом – ни в одну епархию Вятка не входила. Любопытно, однако, что соседи вятчан, северные удмурты, называют «попами»… своих языческих жрецов, отправляющих земледельческий культ этого племени. Полагаю вполне возможным, что и «попы» Вятки были того же толка.

Последний царь династии Рюриковичей Фёдор Иоаннович прославлялся в летописях за беспощадность к «идолопоклонникам» – разрушение их кумирен, истребление жрецов и насильственное понуждение креститься.

В период (XV-XVI века) происходит крещение сельской округи, крестьяне становятся христианами (хотя бы формально). К этим выводам пришёл в конце восьмидесятых годов прошлого века В. Власов в серии статей, посвящённых русскому календарному стилю.

Примерно в это же время происходит и складывание «пантеона» деревенских Богов с именами христианских святых: Козьма и Демьян – «куриный Бог», святой Власий – «коровий Бог» и так далее. Всему этому «пантеону», в котором исследователи уже не первый век справедливо видят грубоватую перелицовку на христианский лад языческих культов русской деревни. Разумеется, процесс это был не единовременный – вспомним целиком языческий культ куриного Бога Боглаза из подмосковной деревни, да и в Калуге до начала XX века почитался «конский бог Хорояр».

К XVI столетию относятся первые упоминания о том, что русские называют свои иконы Богами (англичанин Дженкинсон). Кстати, существует немало легенд о том, как основатель монастыря находил икону своего святого покровителя на дереве в лесу.

Очень возможно, что это были просто почитаемые деревья, культу которых местные жители пытались придать христианский вид, и ничего «чудесного» в появлении на них христианских образов не было.

Собственно, после XV века складывается вся система «народного православия», как синтез изначального язычества и чужеродного христианства, с преобладанием первого над вторым в народной среде. До него в церковных поучениях ещё фигурируют Род, Перун, Троян, Макошь. После – они исчезают. Не оттого ли, что они сливаются с православными иконами и именами византийских святых?

Хотя в XV столетии с языческими Богами произошло еще одно занимательное событие. Они попали на монеты Новгорода и Твери (XIV-XV в.) Однако отчего-то без внимания осталось предположение исследователя первой половины XIX века, скрывшегося под псевдонимом Лупул, о том, что на монетах изображён «идол, которому поклонялись новгородцы». Видимо, от него попросту отмахнулись – какие там идолы, в шестнадцатом-то столетии?

Что может, в самом деле, обозначать фигура в плаще и не то короне, не то рогатой шапке, рядом с которой изображены то денежные кружки, то змеи.

В руках у фигуры – чаша и жезл (или меч), а напротив в почтительном полупоклоне застыла другая фигура – не то обнажённый человек, не то медведь.Но многое прояснится, если предположить, что на монетах изображён языческий Бог – вероятнее всего Велес. Именно он был «скотьим богом» (рога на шапке), подателем богатства (кружки-монеты), именно ему были посвящены змея и медведь.

На тверских монетах изображён сидящий человек с поднятым молотом. Вокруг него – двенадцать кружков. Вокруг восседающего на престоле человека (?) с молотом – двенадцать кружков. В кузнице «божьего коваля» из русских преданий – двенадцать дверей и двенадцать огней. И очень возможно, что перед нами – небесный кузнец Сварог. Он же «божий коваль Козьма-Демьян».

Руси стало лучше после того, как она избавилась от «преемственности» со стервятницей-Византией. Лучше – после того, как народный, языческий культ сросся с заимствованной символикой.Кто-то назовёт это простым совпадением – что ж, его право.

Но всё же культ оставался – как любое церковное христианство – двуединым, синкретическим. Как на западе – библейская, так у нас – византийская составляющая культа превратилась в мину замедленного действия, «сработавшую» при Никоне.


А что же язычники? Они все приняли новые имена старых Богов, и на том все закончилось?

Нет. И на Севере, и на Юге ещё оставались кое-где очаги, в которых догорало чистое, без примеси церковного ладана, пламя древней Веры. На Юге, точнее, на казачьем, степном Юго-Востоке, они сохранились чуть дольше. Любопытно, как это отражалось даже в именах – скажем, в протоколах допросов мятежников Смутного времени. Когда речь идёт о городах, в том числе – некогда мятежном Муроме, – имена фигурируют вполне христианские: Илейка Иванов Тимофеев, Тихонко Юрьев, Ивашко Боркин, Родион Матвеев сын. Но когда речь заходит о казаках, крещёные имена будто испаряются. Нагиба, Наметка, Неустройка, а прозвище Четыре Здоровья! Позднее, в конце XVII века, в документах по делу Степана Разина фигурируют любопытные словосочетания: Фёдор Шелудяк, крещёный казак. А кем же, в таком случае, были остальные казаки? Уж явно не мусульманами. Сам Степан Разин, согласно приговору, «на Дону церквей Божьих строить не велел, венчаться велел вокруг вербы».

Последний раз язычники – повторюсь ещё раз, именно откровенные и последовательные язычники, противопоставлявшие себя христианству и не желавшие принимать его ни в каком, сколь угодно «народном», виде, – мелькнули в XVIII столетии, в царствование Анны Иоанновны, если точнее – в 1743 году. Некий нижегородский епископ Дмитрий (Сеченов), проезжая по своим делам Терюшевскую волость, увидел у церкви в русском селе Сарлеях на кладбище рядом с крестами какие-то странные столбы и срубы. Потребовав ответа у местного батюшки, архиерей оказался очень озадачен. Оказывается, в селе и в деревнях поблизости жило немало язычников. Чтобы не трогали власти (сравнительно снисходительно относящиеся к язычеству инородцев), они называют себя мордвой, на деле же даже говорить по-мордовски не умеют, а говорят, как суздальские и ярославские мужики. Никакими мордвинами они не были – «старые русские идолопоклонники», как писал впоследствии почтенный архиерей в Святейший синод. А странные сооружения – так это могилы ихние, нехристей здешних.

Епископа очень рассердило, что какие-то «поганые» надгробия торчат на православном кладбище, и он, недолго думая, отдал приказ своим слугам изрубить эти «неправильные» надмогильные памятники на дрова и сварить на них ему обед. Высокодуховный епископ Дмитрий приготовил себе обед на чужих могилах задолго до советской власти.

Вскорости прибежали люди с известием, что к селу от нескольких языческих деревень движется огромная толпа, вооружённая кто чем (кое-где мелькали даже пращуровы мечи). Язычники, запыхавшись, выдавили из себя вестники, выглядят очень злыми, можно даже сказать, разъярёнными…

История эта приводится у Сергея Михайловича Соловьёва, в его «Истории России». Маститый историк поражён и, судя по тону, которым рассказывает об этом происшествии, не знает, что и думать и верить ли в язычников в XVIII веке.

Больше про язычников, которые вели свой род или веру искл до крещения Руси - не известно. Хотя и по ныне ходят слухи о существовании в Сибири, на русском Севере, в Уральских лесах, только фактов увы и нет.
* * *


Другой вопрос, а стал ли русский народ искл набожным, православным и христианским?

* * *
На этот вопрос нам ответят, опять же исторические свидетельства начала XX века.

«Обрядоверие, – писал автор статьи «К вопросу о веротерпимости», – душа русского простолюдина» (Странник, 1905, № 3).
«Русский народ ничего не понимает в своей религии… он смешивает бога со святителем Николаем и последнему готов даже отдать преимущество… Доктрины христианства ему совершенно неизвестны» (Миссионерское обозрение, 1902, т. II, с. 34).
«Наш простолюдин объят непроглядною тьмою религиозного невежества, он порою ничего не понимает ни в исповедуемой вере, ни в совершающемся перед ним богослужении» (Церковный голос, 1906, № 46, с. 1256).
«Едва ли можно найти исповедников другой религии, которые бы так плохо понимали свою веру, как именно сыны православной церкви. Незнание нашим народом догматики христианства – факт, который едва ли кем будет оспариваться» (Церковно-общественный вестник, 1913, № 25, с. 2).
Товарищ обер-прокурора Святейшего синода писал в те годы, что православие в России держится лишь усилиями его казённого ведомства. Не проповедями, не тягой русского народа к христианству, а усилиями чиновников. Если мы уйдём, писал он, просвещённое общество уйдёт в католики, а крестьяне подадутся в раскол. Ну, если под расколом понимать то самое деревенское «христианство», то всё правильно – хотя о просвещённом обществе он, право же, слишком хорошо думал! Как и на Западе, борьба с языческими пережитками была и борьбой с обрядоверием – за проповедь против службы, за догму против ритуала.

Напрасно тонкий и глубокий мыслитель Василий Розанов (известный, кстати, и симпатиями к язычеству, в частности, именно ему принадлежит знаменитая фраза: «Попробуйте распять Солнце – и вы увидите, который Бог!») предостерегал современников, что насаждение в деревенских церквях проповедей приведёт лишь к потере интереса крестьян к религии.
Напрасно сам обер-прокурор Святейшего синода, «око царёво» и пугало «прогрессивной интеллигенции», Константин Победоносцев предостерегал против разрушения обрядоверия. Внутренняя логика христианства оказалась сильнее. Разве Христос творил обряды?
Эхо наступления на языческие пережитки отражается в трудах русских этнографов. Владимир Даль ещё просто пишет о засилье остатков язычества в русской деревне. С.В. Максимов рапортует об успехах – водяному больше не топят лошадей, всё меньше людей верит в волкодлаков-оборотней, прислушивается к пророчествам кликуш, с почтением внимает колдуну и знахарю, всё меньше людей приходят к почитаемым деревьям, камням, родникам.

И с каждым годом все эти дремучие суеверия отступают от городов, от железных дорог, от новых, грамотных и просвещённых священников, в глухомань, в дебри…

Н.И. Гальковский в своём труде «Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси» говорит уже о фактической победе. Конечно, где-то ещё тлеют искорки… но это уже действительно искорки, не пережитки – остатки пережитков.

И всё бы хорошо… но вот только книга эта датирована 1916 годом. В подмосковных деревнях ещё в начале XX века ретивые священники собирали у поселян и жгли кумирчики «куриных богов», а вот последующие поколение уже собирало и жгло иконы, когда прищел 1917год.

Этапы христианизации Руси


X-XI вв. – Крещение князей и их приближенных. Захват христианами городов -‹- основных сакральных центров. Разгром открытого и организованного противодействия насаждению христианства, удаление волхвов с политической арены.

ХI-ХIII вв. – Крещение городских общин. Прекращение конкуренции волхвов и князей и утрата последними интереса к насаждению христианства. Переход религиозной войны в «холодную» фазу. Поучения против язычества. Параллельное существование двух культов в городской среде (при господстве язычества в сельской округе).

XIII-XIVвв. – Ликвидация церковью (при поддержке татар) городского язычества. Прекращение языческих обрядов в городах, прекращение функционирования крупных святилищ. Начало проникновения христианства в сельскую округу. Отмирание обряда кремации.

XIV-XVI вв. – Христианизация сельских жителей. Возникновение синкретического «народного православия». Угасание язычества, как самостоятельного культа.

XVII-XVIII вв. – Последние упоминания о русских язычниках.

XVIII- XIX вв. – Евангелизация русской деревни, искоренение «обрядоверия» и «пережитков язычества» в православном крестьянстве.

XX в. – Падение православной церкви в революции и строительстве страны советов.

ХХ-ХХI в – Возрождение традиционного, языческого мировозрения


* * *


Как к этому относиться, как и ко дню и "празднику" ?

Пусть каждый решит сам для себя, по своей воли и совести.

* * *
Для меня же ответ - однозначен, да это действительно геноцид, хотя, что есть такое и оформилось намного позднее. С другой стороны, отрицать сам факт подобной деятельности – весьма глупо и не дальновидно, а гордиться этим и потворствовать - или глупость или целенаправленная деятельность врагов внешних и внутренних, которых всегда хватало на Руси.
Стоит при этом понимать, что основная масса жителей нашего отечества, кои и были крестьяне, особо приверженцами греческой ортодоксальной религии и не были, в честь чего есть многочисленные свидетельства и документы, в том числе и народная мудрость в пословицах, да поговорках:
Чужой Бог хуже своего лешего.

Какова вера, таков у ней и Бог.

Каков Бог такова ему и свеча.

Без Бога широка дорога.

За Богом пойдёшь, ничего не найдёшь.

Бог Богом, а люди людьми.

Паши не для Иисуса, а ради хлеба куса.

Бог не велит хвостом шевелить, а только кончиком.

Божбой прав не будешь.

Святой Боже пахать не поможет.

У них денежка и на Небеса путь открывает.
Народная сказка, которую и записал А.С. Пушкин О попе и его работнике Балде, лишний раз показывает именно народное отношение к работникам церкви. Стоит напомнить, что под давлением РПЦ сказка видоизменила свое наименование в наши дни. Собственно, общение иль взаимодействия с этой религиозной корпорацией в наши дни, практически не возможно, до момента, когда они прекратят преследование по вере, да элементам дохристианской жизни, которые сейчас проводятся в том числе и в светском (без религиозном) характере в нашем Отечестве.

Что касаемо приверженцев христианского мировоззрения, следует смотреть в каждом индивидуальном случае, на предмет адекватности и возможности общаться, вести дела или взаимодействовать по другим направлениям, тк есть очень интересные и адекватные люди, которые признают ошибки церкви, религиозных людей и не хотят еще больше сеять зерна вражды между одним народом.

При этом, следует отметить, что многие из наших предков, вынуждено исповедовали именно народное православие, как смесь язычества и христианства. Жили таким укладом не один век, при этом сохранили и охранили те крупицы знаний, которые пришли к ним от их отцов и дедов, родителей и пращуров о нашей изначальной вере.

Через поиск этих остатков знание, изучение, мы можем познать их мудрость, их жизнь, без христианского контекста и наслоения, понять, что можем и должны применять в условиях современности, какие уклады, устои и ценности, включить их в нашу жизнь, да передать уж нашим детям, последующим поколениям, которые будут воспитаны уже без христианского чужеродного навязывание в миропонимании, мирочувствовании и мирозрении.

Через этого мы самой жизнью почтим память наших пращуров, кто до конца был с нашей, дидовой верой, а равно и тех, кто вынуждено был воспитан под оком христианской, чужеродной религии.

Что ж касаемо тех, кто и сейчас живет с христианской верой, пусть – выбор каждого в какого Бога иль Божичей верить, найдут это свое или на суде родичей, пращуров, да Родовичей, коими и являются нам боги наши. В остальном, вражда меж нами, да раздоры – нужны лишь врагам нашим, как во вне Отечества, так и внутри.

Ссориться с адекватными христианами, которые уважают наши устои и традиции, которые не идут войной к нам в дома, на наши капища или другие заветные места, зачем? Ссора с ними, выгодна лишь одним врагам нашим, да на радость им, собственно, они и замалчивают факты о геноциде славян при крещении и в последующие годы, они устраивают широкие и массовые гуляния, хотя догадываются, что они пусты, не приятны, а ресурсы эти можно было пустить и на оздоровление, рост Руси во всех сферах.

Враждуя с теми, кто принимает нас, уважает нашу веру и веру дидов, мы лишь ослабляем себя в очередной раз на радость вражинам, помните об этом всегда.

Да и, кто знает, может именно начав творить доброе дело, связанное с возрождением Руси, взаимодействия с адекватными и мудрыми христианами, которые увидят в нас братьев, но с нашей изначальной верой, соприкоснутся с ней, да и со временем и откажутся от влияния культа христианской церкви.

Будет так или нет, покажет время.

Пока ж, я уверен, что многим давно уже пора повзрослеть, определиться со своими целями, приоритетами, действовать согласно этому и брать ответственность за свои действия, постоянно спрашивая себя - зачем я это делаю, нужно ли это кому-то, что это даст движению, поможет ли оно возрождение Руси, традиций и укладов, устоев и жизни нашей?

И надеюсь, что придет день, когда будет намного больше взаимоуважения между нами, признание ошибок прошлого, да умения их обходить в грядущем, больше правильных дел на благо нашей славянской Родины!

Слава Роду, да Божичам нашим, а нам по делам и трудам нашим !!!
Источники и историческое обоснование:

Данилевский И. Н. Древняя Русь 'глазами современников и потомков (IX-XII вв.). М., 1998.

Дешнер К. Криминальная история христианства. М., 1996.

Древнерусские предания (XI-XVI века). М., 1982.

Как была крещена Русь. М., 1989.

Карамзин Н. М. История государства Российского в 12 т. М., 1989. Т. 1.

Кожинов В. В. История Руси и русского слова. Опыт беспристрастного исследования. М., 2001.

Кузнецов А.В. Болванцы на Лысой горе (Очерки языческой топонимики). Вологда, 1999.

Литаврин Г. Г. Византия и славяне. СПб., 2001.

Новгородская первая летопись старшего и младшего извода. М., 2000.

Откуда есть пошла Русская земля. Века VI-X. В 2 кн. М., 1986.

Пвнченко А. А, Народное православие. СПб.: Алетейя, 1998. С. 55..

Петрухин В. Я. Начало этнокультурной истории Руси IX-XI веков. Смоленск; М., 1995.

Прозоров Л. Р. Ещё раз о начале Руси// Государство и общество, 1999, № 3-4.

Прозоров Л. Р. Мятежи волхвов в Верхнем Поволжье: индоевропейские параллели//Исторические истоки, опыт взаимодействия и толерантности народов Приуралья. Ижевск, 2002.

Прозоров Л. Р. Язычники крещёной Руси. Повести Черных лет. М.: Яуза, Эксмо Год: 2006 Страниц: 320

Рапов О. М. Русская церковь в IX-первой трети XII в. Принятие христианства. М., 1988.

Рыбаков Б. А. Киевская Русь и русские княжества XII-XIII вв. М, 1993.

Рыбаков Б. А. Язычество древних славян. М., 2001.

Рыбаков Б. А. Язычество Древней Руси. М., 2001.

«Слово о полку Игореве». Древнерусский текст и переводы. М., 1981.

Татищев В. Н. История Российская// Собр. соч. в 8 т. Т. 1- 6. М., 1994-1996.

Фроянов И. Я. Начало христианства на Руси. Ижевск: Удмуртский университет, 2003.

Хомяков П.М. Россия против Руси. М., 2004.
перейти в каталог файлов


связь с админом