Главная страница
qrcode

Большаков. Человек и его Двойник. Научноеиздание Издательство алетейя


НазваниеНаучноеиздание Издательство алетейя
АнкорБольшаков. Человек и его Двойник.pdf
Дата25.03.2020
Размер5.12 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаBolshakov_Chelovek_i_ego_Dvoynik.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипКнига
#29995
страница2 из 22
Каталогid49054056

С этим файлом связано 72 файл(ов). Среди них: Kontrol_i_upravlenie_Internetom.pdf, Benyamin_Avtor_kak_proizvoditel.pdf, Voronin_A_A_-_Programma_obschego_chelovekovedenia_F_T_Mikhaylova и ещё 62 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22
KA
§ 1. Подходкпроблеме
Рассмотренные выше концепции при всех их несомненных достоинствах страдают серьезным общим недостатком. Все без исключения исследователи принимают за некоторую данность и не пытаются выяснить, почему он таков исходным моментом всегда является утверждение типа египтяне считали, что, а не вопрос Как могло возникнуть именно такое представление. В результате современный ученый как бы встает на позиции древнего египтянина, для которого был вполне реальной сущностью, и начинает изучать его не как продукт человеческого сознания, атак, как можно бы исследовать объективную реальность вне человека, не имеющую к его сознанию никакого отношения. Постараемся отказаться от этого порочного подхода и обратимся к той психологической основе, на которой возникла категория kA. В памятниках она отразилась очень опосредованно, но выявить ее все-таки можно.
Важнейшая особенность kA— его связь с изображениями — была установлена и доказана еще сто лет назад Г. Масперо. С тех пор в существовании этой связи никто всерьез не сомневался, однако характер ее таки остался невыясненным. Проделанное в свое время автором исследование структуры гробницы и ее оформления Большаков, 1985-1; 1986-1] с несомненностью свидетельствует, что в Старом царстве надежды на вечную жизнь каким-то образом связывались с гробничными изображениями, система которых эту жизнь моделирует. Египтяне явно ощущали в изображениях что-то сверхъестественное. Важное свидетельство дает здесь одна из первых гробниц с изображениями и надписями —
мейдумская
[36]
мастаба Nfr-mAa.t. В часовне возле изображения хозяина помещена надпись:
«Это он, создавший своих богов в изображении (zS), которое нельзя стереть. [Petrie, 1892,
pl. 24; Urk. I, S. 7]. На роль богов в староегипетской гробнице могут претендовать только настенные изображения, и, конечно, именно о них и идет речь у Nfr-mAat [Spiegelberg, Но поскольку в это время божеств на памятниках частных лиц не показывают, «богом»
оказывается любое изображение — вероятно, уже в силу своей природы. Резонно полагать,
что божественность изображения и есть та самая жизнь, которая в нем заключена.
С нашей повседневной точки зрения, такое представление, приписывающее изображениям какую-то жизнь, выглядит на общем фоне египетской культуры очень наивными примитивным. Действительно, современному человеку довольно трудно представить себе, как у египтян могут сочетаться развитое абстрактное мышление,
способное к постановке и решению очень отвлеченных проблем, и, например, практика одевания и кормления статуй богов, предполагающая, что в статуе видели самого бога.
Однако такое наше впечатление является лишь следствием упрощенного понимания древних представлений, которые на самом деле были гораздо сложнее и неожиданнее. Как только мы отрешаемся от привычного, разрозненные факты начинают складываться в систему, а то, что выглядело противоречивостью представлений, оказывается лишь несоответствием египетской реальности нашим воззрениям на нее. Выявляя эти противоречия, мы находим слабые места в нашей интерпретации, поэтому такой путь оказывается наиболее продуктивным. Итак, постараемся установить в интересующей нас области важнейшие моменты, выглядящие натяжкой, неловкостью, наивностью.
Сразу же возникает проблема ложной двери — главного культового места в гробнице.
Она представляет собой более или менее объемную имитацию двери и размещается, как правило, на западной стене часовни. Хозяин гробницы должен выходить через ложную дверь, чтобы принимать жертвы, однако она, естественно, ниоткуда и никуда не ведет. Где в таком случае живет умерший, каким образом ложная дверь может служить для него средством сообщения и какое отношение к этому имеет изобразительное оформление часовни, где ложная дверь находится
Другая сложность относится к области культовой практики. Жертвоприношения в часовне совершались перед изображениями и, следовательно, были направлены на то, чтобы накормить именно их. Однако между изображением и реальной пищей, приносимой в жертву, существует принципиальное различие. Как же изображение человека,
представляющее собой условную передачу реальности, может насыщаться натуральной едой?
Нелегко объяснить и отношение египтян к самому процессу изготовления изображений. Изображение считается живым или, во всяком случае, обладающим какими-то свойствами живого, однако его создают
[37]
мacтера — скульпторы, резчики, художники, создают из мертвого материала. В таком случаев откуда появляется свойство изображений быть «живыми»?
1
Можно было бы выделить еще ряд таких противоречий, однако все они в конечном счете сводятся к одному вопросу, лежащему в самом центре египетского мировоззрения.
Заключается он в следующем. Существует огромное количество свидетельств в пользу того,
что египтяне считали изображения живыми или по крайней мере способными обеспечивать вечную жизнь изображенному. С другой стороны, те же самые люди не могли не понимать, что изображение мертво, как и материалы, из которого оно сделано его можно потрогать — и оно будет холодным, его можно ударить и разбить — но оно не пошевелится,
не совершит ответного действия, являющегося отличительным признаком живого.
Прекрасной иллюстрацией того, что египтяне понимали, что изображения мертвы, ив тоже время связывали сними какую-то жизнь, является практика уничтожения изображений в гробнице с целью погубить ее хозяина — поскольку эта практика существовала, вечная жизнь действительно обеспечивалась изображениями, ново время работы по их уничтожению нельзя было не убедиться, что они мертвы. Каждому непредвзято смотрящему на вещи исследователю должно быть ясно, что проблема слишком серьезна, чтобы от нее можно было отмахнуться, ссылаясь на
[38]
противоречивость египетской религии и пресловутую детскость древнего сознания, привносящего якобы жизнь в мертвое для нашего взрослого сознания изображение. Между темна эти вопросы не только не пытались ответить, но никто, кажется, даже не пробовал четко сформулировать их. Ясно, что теории, в которых проблема жизни изображений игнорируется (а именно игнорированием существа проблемы следует признать многочисленные высказывания о детском сознании»
и магическом оживлении, ничего не могут объяснить и лишь уводят в сторону.
Итак, перед нами неразрешимое противоречие изображения с египетской точки зрения как будто выглядят одновременно и мертвыми, и живыми. Вырваться из этого замкнутого круга можно, лишь разорвав его — признав, что одно из двух противоречащих положений существует только в нашем представлении. И конечно, ошибочно положение о том, что изображения живы — ведь это плод нашей интерпретации идей пятитысячелетней давности, которая вполне может быть неверной, тогда как то, что изображения мертвы,
1
Последние противоречия отметил на месопотамских материалах А. Л.
Оппенхейм,
охарактеризовавший их как критические моменты в культовой практике религий, отводивших большую роль изображениям [Оппенхейм, 1980, с. 189–190, 195–196]. Эти противоречия ощущались и создателями Библии,
которые не могли понять возможности жизни изображений и считали идолопоклонничество пагубным заблуждением. Библия очень последовательно осуждает идолопоклонников за следующие, с ее точки зрения,
несуразности. Во-первых, идолов создают из мертвого материала, в котором нет ничего божественного Он рубит себе кедры, берет сосну и дуб. И это служит человеку топливом, и часть из этого употребляет он на то,
чтобы было ему тепло, и разводит огонь, и печет хлеб. И из того же делает бога и поклоняется ему, делает идола и повергается передним (Ис. 44:14–15). Во-вторых, идолы явно мертвы и неспособны к каким бы тони было действиям Есть у них уста, ноне говорят есть у них глаза, ноне видят есть у них уши, ноне слышат;
есть у них ноздри, ноне обоняют есть у них руки, ноне осязают есть у них ноги, ноне ходят и они не издают голоса гортанью своей (Пс. 113:13–15). Наконец, в-третьих, идолы изготовляются человеком, который не может создать ничего более совершенного, чем он сам никакой человек не может образовать бога. Будучи смертным, он делает нечестивыми руками мертвое, поэтому он превосходнее божеств своих, ибо он жила те никогда (Прем. 15:16–17). Видимо, это достаточно общее и естественное восприятие представителей культур, не уделявших большой роли изображениям (ср. также Ис. 2:8; 44:9–20; 46:6–7; Иер. 2:26–27; 3:9;
10:3–5; Пс. 113:11–15; Откр. 9:20).
подтверждается практикой — безразлично, современной или древней, и здесь ошибки быть не может.
В таком случае, нам следует установить, какое представление существовало у египтян там, где мы видим жизнь изображений — ведь связь изображений с каким-то инобытием изображенного несомненна, хотя и не столь очевидна, как кажется на первый взгляд. Пойдем для этого по пути последовательного разрешения приведенных выше частных противоречий. Полученные ответы в сумме дадут ответ и на наш главный вопрос.
Начнем с проблемы ложной двери и локализации того света 2.
МеханизмвозникновениякатегорииkA
kA
kA
kA
Огромное количество текстов недвусмысленно утверждает, что местом будущей жизни человека (не царя) является Запад (Jmn.t). Естественно было бы предположить, что
Запад — это некая страна мертвых, находящаяся где-то на западе, где умирает солнце. Такое представление действительно могло существовать на раннем этапе, и реликтами его, видимо,
являются ориентация культовых помещений гробниц, расположение ложной двери на западной стене и т. др. Если это представление сохранялось и во времена, которыми мы занимаемся, можно полагать, что Запад, страна мертвых, находится за ложной дверью и оттуда хозяин гробницы выходит в часовню для получения жертв.
Однако в таком случае изобразительное оформление часовен, создающее целый мир,
оказывается бессмысленным, так как у мертвого есть другой мир, Запад, где они живет.
Рассмотрев планировку гробниц, мы найдем целый ряд свидетельств против того, что
Запад был какой-то страной за ложной дверью. Ведь это
[39]
должно было бы означать, что за ложной дверью в гробнице нет ничего от мира живых, те. что зайти за нее человек не может Нов мастабе Mrr-w(j)-kA(.j) за ложной дверью в камере А находится отделенная от нее лишь тонкой стеной камера А, куда могли заходить посетители (рис. 1). Точно также за ложной дверью в камере 6 царицы Nb.t находится камера 1 царицы #nw.t (риса за ложной дверью в камере 7 мастабы #nt(j)-kA(.j)/Jxxj — кладовая 10 (рис. 3). Таким образом,
западнее ложной двери находится не мир мертвых, а часть мира живых. Создается впечатление, что Jmn.t не связан с географическим западом, тем более что в некоторых мастабах встречается расположение ложной двери не на западной стене [Junker, 1950, Abb.
34, 35, 55; 1951-1, Abb. 50, по всей вероятности также S. 154]. Правда, в этих случаях ложные двери нельзя было поместить на западе по чисто техническим причинам, однако сама возможность отказа от традиционного размещения говорит о многом.
Еще более показательны свидетельства провинциальных скальных гробниц. Если при строительстве мастаб строгую ориентацию по странам света обычно выдерживали, тов скальных гробницах это было зачастую невозможным. Расположение их и планировка определялись в первую очередь ориентацией обрыва скал, пригодного для их высечения.
Если обрыв параллелен Нилу, гробницу можно было сориентировать примерно по столичному образцу (например, Pjpj-anx(.w) Средний в Меире [Blackman, 1924-1, pl. 1], &Awtj в Каср эс-Сайаде [Brunner, 1936, S. 46] и др. Однако многие гробницы делали в скалах,
расположенных под углом к Нилу, так что традиционная ориентация была невозможна,
причем изгибы обрыва приводили к тому, что оси соседних гробниц могли находиться под углом в 90°, а гробницы ---wHm/WHmj ив Завийет эль-Майитин даже обращены друг к другу входами (рис. Традиционное расположение ложной двери на западе в таких гробницах стараются сохранить, но вход в часовню зачастую оказывается не на востоке (например, @m(w)-ra(w) в
Дейр эль-Гебрави [Davies, 1902-2, pl. 16]). Поэтому иногда получается так, что и вход в часовню, и ложная дверь находятся на западе (рис. 5). Такие гробницы довольно многочисленны есть они в Шейх-Сайде — &tj-anx(.w) [Davies, 1901-2, pl. 27], Mrw/Bbj [ibid.,
2
Разумеется, речь идет лишь о внутренних помещениях — снаружи мастабу можно обойти со всех сторон
23
pl. 18], Wjw/Jjw [ibid., pl. 22], Mrw и @nn.t [ibid., pl. 22], безымянная гробница № 6 [Brunner,
1936, Abb. 12]; в Завийет эль-Майитин — MA(j) (ЗМ № 3), Jbw, @ttj, @(w).t-Hr(w)-m-HAt, MAj
(3M № 11), N(j)-anx-pjpj [Brunner, 1936, Abb. 16; последняя также Varille, 1938, pl. 3]; в
Косейр эль-Амарна — Pjpj-anh(.w) [Brunner, 1936, Abb. 26; El-Khouli, Kanawati,
[40]
1989,fig.24], #w(j)-n(j)-wx [Quibell, 1902-2, fig. 1; El-Khouli, Kanawati, 1989, fig. 29]; в эльХававиш — Mn(w)-anx(.w) [Kanawati, 1980-1, fig. 2]. Эти случаи имеют принципиальное значение, так как за ложной дверью оказывается не какой-то мир мертвых, а нильская долина, самый что ни наесть мир живых, и находится он лишь за тонкой стеной.
Рис. 1
Мастаба Mrr-w(j)-kA(.j), Саккара
(согласно [Duell, 1938, plan opposite pl. 2])
Рис. 2
Мастаба цариц Nb.t и #nw.t, Саккара
(согласно [Munro, 1993, Taf. 2; PM III
2
, pl. 64])
Рис. 3
Мастаба #nt(j)-kA(.j)/Jxxj, Саккара
(согласно [James, 1953, pl. Рис. Гробницы ^pss-kA.w(.j) и ---wHm/WHmj,
Завийет эль-Майитин (согласно [Brunner, 1936, Abb. 16])
Рис. Гробница &tj-anh(.w), Шейх Сайд (согласно [Brunner, 1936, Abb. 10]) Однако ложная дверь вовсе необязательно должна находиться именно на западе — в ряде случаев ложные двери есть помимо западной и на других стенах. Наиболее удивительна гробница @nkw/J---f в Дейр эль-Гебрави, где ложные двери расположены на всех четырех стенах [Davies, 1902-2, pl. 22]. Наконец, существуют и гробницы, где ложные двери находятся не на западной, а на других стенах, — @tp-nb(w.j) ив Дейр эль-Гебрави
[Davies, 1902-1, pl. 21–22]. Это тем более примечательно, что в обеих часовнях западная стена вообще непокрыта изображениями.
Но, может быть, ложная дверь ведет в часовню не из иного мира, а из погребальной камеры — в таком случае расположение ее именно на западной стене было бы необязательным. Может создаться впечатление, что это действительно так, тем более что в ряде гробниц шахта с погребал Однако ложная дверь вовсе необязательно должна находиться именно на западе — в ряде случаев ложные двери есть помимо западной и на других стенах. Наиболее удивительна гробница @nkw/ J---f в Дейр эль-Гебрави, где ложные двери расположены на всех четырех стенах [Davies, 1902-2, pi. 22]. Наконец, существуют и гробницы, где ложные двери находятся не на западной, а на других стенах, — @tp-nb(wj) ив Дейр эль-Гебрави [Davies, 1902-1, pl. 21–22]. Это тем более примечательно, что в обеих часовнях западная стена вообще непокрыта изображениями.ьной камерой находится за ложной дверью. Однако появление при VI дин. ложных дверей в погребальной камере начисто отметает это предположение — ведь им-то уже некуда вести. Думать, что ложные двери в часовне ив погребальной камере воспринимались как конечные пункты некоего условного пути сообщения между этими двумя помещениями (в одну входят, в другую выходят) [Boston, 1988, р. 54], — явная натяжка, тем более что имеется масса случаев, когда ложная дверь в склепе находится на стене, противоположной часовне. Таким образом,
назначение ложных дверей ив наземной, ив подземной частях гробницы одинаково — из них выходят, да иначе и быть не может, так как оформление погребальных камер было заимствовано у часовен.
Следовательно, несомненно, что в Старом царстве понятие Jmn.t утратило уже связь с географическим Западом, что за ложной дверью этого Запада нет и что скорее всего он вообще не имеет определенной пространственной локализации (дальнейшее исследование покажет, что это именно так. Тогда в высшей степени логично предположить, что понятие
Запада оказывается каким-то образом связанным с изобразительным оформлением часовен больше связывать его просто нес чем. Может создаться впечатление, что проблема стала только более запутанной, однако это не так — два памятника позднего Старого царства,
отразившие отношение египтян к изображениям, подводят нас непосредственно к искомым ответам
В конце Старого царства в гробницах появляются надписи, в которых хозяева утверждают, что полностью оплатили труд создавших их памятники мастеров
[библиографию см Берлев, 1978, с. 19]. Назначение этих надписей понятно — хозяева гробниц, опасаясь возможности их узурпации в будущем, надеялись таким образом утвердить свое право на них как на законную собственность [ср. также Перепелкин, с. 121–122; 1988-2, с. 357]. Авторы двух надписей, о которых идет речь, развивая эту мысль,
отошли от стереотипа в построении текста и тем самым приоткрыли для нас свои представления о жизни изображений. Долгое время своеобразие этих надписей оставалось незамеченным, но теперь они совершенно по-новому трактованы ОД. Берлевым,
выявившим их огромное значение для изучения египетского мировоззрения (Берлев, с. 18–33]. Исследование Берлева тщательно и детально, мы же изложим здесь его выводы в той мере, в которой они существенны для нашей темы. Первая надпись находится возле изображения гробничного жреца #nm.tj на притолоке (CG 1634) из мастабы некоего JAr.tj в Саккаре [Grdseloff, 1943, р. 26–38; Goedicke,
1970, S. 178–181]. Надпись эта вложена в уста $nm.tj, приносящего хозяину продуктовую жертву, и звучит следующим образом:
«Что касается документа направо собственности /= купчей, то заупокойный жрец говорит он "Назначил меня владыка мой заупокойным жрецом. И сотворил он дверь эту за вознаграждение в виде одной набедренной повязки малой, так что я вышел из нее /двери/,
чтобы служить заупокойным жрецом [Берлев, 1978, с. 27] (анализ других трактовок с. 20–23]; теперь также [Перепелкин, 1988-1, с. 86, Документом направо собственности (jm(j)t-pr(w)) служит в данном случае сама рассматриваемая надпись. Ключом для понимания ее смысла является слово дверь (Поскольку дверь эта сделана специально для того, чтобы из нее выходили никто другой, это не может быть ни вход в часовню, предназначавшийся для всех посетителей гробницы, ни ложная дверь, служившая только хозяину, JAr.tj, тем более что цена (малая набедренная повязка) слишком незначительна для сооружений такого рода. В таком случае
«дверью» может быть только изображение $nm.tj [Берлев, 1978, стам же указан еще один случай употребления слова дверь (aA) по отношению к изображению. Изображение человека, таким образом, воспринимается как дверь, из которой выходит какое-то его проявление.
Ситуация, описанная в надписи, оказывается следующей. JAr.tj заказал плиту с изображением служащего ему $nm.tj и оплатил мастеру его работу (малая набедренная повязка является ценой лишь одной маленькой фигурки, а не всего памятника. Однако факт использования слова дверь по отношению к изображению означает, что JAr.tj покупал непросто изображение, а самого жреца $nm.tj в том виде, в каком он выходит из этой
«двери». Вышедший из изображения-«двери» $nm.tj должен совершать для JAr.tj жреческую службу, те. обеспечивать ему вечную жизнь. С этой целью и заказывал изображение и платил за него JAr.tj [Берлев, 1978, с. Разумеется, все, что мы знаем о практике назначения гробничных жрецов, говорит,
что покупка жреца является фикцией и при жизни он собственностью JAr.tj не был. JAr.tj покупал, конечно жене самого жреца, а то его проявление, которое будет жить в гробнице благодаря изображению и приносить жертвы до тех пор, пока это изображение существует — теоретически вечно (а когда $nm.tj был жив, он, не будучи собственностью JAr.tj, сам совершал службы 3
Если изображенный может выходить из своего изображения, было бы вполне естественно пытаться найти также упоминания того, что он входит в него. Такие упоминания действительно существуют и хорошо
Второй интересующий нас памятник — ложная дверь (J)t(w).f-xAxA (?) (JE 56994), на притолоке и косяках которой расположены надписи [Bakir, 1952, pl. 1]. Надпись на притолоке звучит следующим образом:
«Сделал я этот. е. ложную дверь для того, чтобы быть почтенным у владыки моего,
заставив славить для меня бога /= благодарить меня мастерство /= мастеров, творящее некрополь (Xr(j)t-nTr) за вознаграждение
[48] соответствующее [Берлев, 1978, с. Надписи на косяках являются пояснением к изображенным здесь же людям, занятым приготовлением хлеба и пива, подносящим хозяину продукты и одежды, и гласят:
«Купленные люди (мои, что от особы (моей) /= собственные мои, я достал их за вознаграждение /= купил, запечатанными /= имена которых — в списке запечатанном в грамоте, подлежащей запечатыванию, что от x.t,
4
стем, чтобы они приносили мне жертвы в некрополе (Xr(j).t-nTr). Заупокойные жрецы и заупокойные жрицы [Берлев, 1978, с. Если понимать эти надписи буквально, они принадлежат к небольшой группе свидетельство торговле людьми в Старом царстве. Но ведь жрецами торговать невозможно,
а в свете того, что мы знаем теперь из надписи JAr.tj, можно полагать, что (J)t(w).f-xAxA купил не самих людей, а их изображения, те. в конечном счете то живое, что стоит за изображениями и выходит из них. Ведь сперва на притолоке он заявляет, что заплатил мастерам цену изготовленного памятника, а затем, на косяках, доказывает право собственности — ноне на самих людей, а на их изображения, находящиеся на этом памятнике [Берлев, 1978, с. 31–32]. Как ив надписи JAr.tj, подчеркивается, что изображения куплены для того, чтобы служить хозяину.
5,6
известны, хотя относятся исключительно к богами их храмовым изображениям. Самая ранняя фиксация этого представления содержится в Мемфисском теологическом трактате. Трактат описывает творение богов богом PtH следующим образом Он создал плоть их, чтобы радовалось их сердце. И вошли боги вплоть свою из дерева всякого, из камня всякого, из глины (?) всякой (Мемф. тр., 60). Характерно, что употреблен глагол ak
— входить, являющийся точным антонимом глаголу pr(j), использованному Гораздо подробнее это представление отражено в текстах поздних храмов. Крылатый Диск те. бог) в ипостаси солнечного диска приходит с небосклона (nwnw.t) каждый день, чтобы видеть свое изображение (bs)... Он спускается на свой образ, он соединяется со своими соколообразными статуями, довольно сердце его (храм в Эдфу [Blackman, Fairman, 1941, fig. 2-b]). Согласно текстам храма в Дендере,
соединение с изображениями является целью появления бога, а само это соединение описывается как схватывание, обнимание изображения см Junker, 1910, S. 6–7]. Подобные описания довольно многочисленны;
их отметил еще Г. Юнкер [ibid.] и собрали Э. М. Блэкмен и У. Фэйермен [Blackman, Fairman, 1941, p. 412, note
9], однако по-настоящему они не исследовались. До сих пор их понимают как свидетельство того, что бог входит в мертвое изображение и тем самым оживляет его. В результате божество и его изображение оказываются оторванными друг от друга, а их неразрывная, хотя и очень своеобразная связь становится временной и необязательной. Не имеем ли мы здесь дело с инверсией представления о «выхождении»
изображенного из изображения — ведь если он выходит из него, то должен, разумеется, и «входить».
Основа этих двух идей представляется совершенно одинаковой, и никакой разницы между умершим человеком и богом, между храмовыми гробничным изображением здесь быть не должно.
Разумеется, не следует забывать, что тексты поздних храмов являются результатом трехтысячелетнего развития ив них ассимилированы очень разнородные элементы, что искажает картину. Поэтому, например,
может говориться о том, что в изображение входит Ы божества [Blackman, Fairman, 1941, p. 412, note 9). Это,
конечно, представление совсем иного круга, но сути вхождения оно скрыть не может О x.t, документе, связанном с куплей, см [Берлев, 1978, с. 30].
5
В свое время автор безоговорочно согласился с трактовкой Берлева Большаков, 1987-1, с. однако в вышедшей после этого книге Ю. Я. Перепелкина приведены серьезные аргументы в пользу традиционного понимания надписей (J)t(w).f-xAxA [Перепелкин, 1988-1, с. 83–85]. Во-первых, строка, где упоминается жречество, отделена небольшим пробелом от предшествующих строки тем самым жрецы, которыми
Теперь староегипетское представление о потустороннем мире, о Западе, начинает проясняться. (J)t(w).f-xAxA недвусмысленно заявляет, что
[48]
платил мастерам, творящим. Можно понимать этот термин буквально, как обозначение кладбища [Wb. II,
S. 394:10], и смысл на первый взгляд будет вполне удовлетворительным — плата кладбищенским мастерам, — однако речь идет не вообще о мастерах, работающих на кладбище, а о тех, кто непосредственно был занят изготовлением данного изображения.
Очевидно, Xr(j).t-nTr употребляется здесь в том значении, которое авторы берлинского словаря предлагают понимать как загробный мир [ibid., S. 394:11–13]. Но если мастера,
создавая изображения, тем самым творят Xr(j).t-nTr», этот загробный мир оказывается миром изображений или миром, который теснейшим образом с изображениями связан.
Точно также обстоит дело и с основным староегипетским обозначением мира мертвых, Jmn.t — Запад. Jmn.t, как и Xr(j).t-nTr, может относиться и к кладбищу, вполне земному реальному месту, и к тому свету [Wb. I, S. 86:8–9]. Теперь ясно, почему один и тот же термин, будь то Jmn.t или Xr(j).t-nTr, обозначает и кладбище, часть мира живых, и мир мертвых — этот мир мертвых помещался в гробнице, перекрываясь частично с миром живых. По существу, выражения Jmn.t и Xr(j).t-nTr даже не двузначны — просто они обозначают место, принадлежащее двум мирам одновременно, и поэтому в каждом отдельном случае на передний план выступает либо один, либо другой аспект этого места.
Становится понятной и сущность ложной двери. Будучи в конечном счете изображением, она обладает свойством порождать некое проявление изображенного, т. е.
настоящей двери. Естественно, что через такую дверь может выходить только порождаемое изображениями проявление хозяина — ведь они, и только они, имеют одинаковую природу. Древнейшие ложные двери были, правда, единственным элементом оформления гробниц, изображения в которых еще отсутствовали, но из сказанного выше явно следует, что ив это время должно было существовать представление, аналогичное реконструированному, — ибо что же еще может выходить из имитации двери Значит,
появление ложных дверей является самым ранним, хотя и косвенным, свидетельством существования представления, наиболее ярко отразившегося в надписи JAr.tj. Позднее, когда появляются изображения, идея выхождения совершенно естественно распространяется и на них. Ложная дверь становится по существу ненужной, так как любое изображение хозяина гарантирует ему возможность выходить, но раз возникшая идея в Египте обычно не исчезает, и ложная дверь принимает на себя эти изображения и продолжает существовать как главное место выхождения хозяина и, соответственно, главное место культа.
Однако механизм действия изображений, то, как из них выходит изображенное,
остается пока неясным. Ответить на этот вопрос помогают сами гробничные изображения,
вернее, их компоновка. Практически
[50] всегда (за отдельными исключениями) композиция на стене состоит из двухосновных частей расположенных поясами изображений различных действий, совершаемых для вельможи, и его собственного, обращенного к ним изображения,
занимающего высоту всех или почти всех поясов и тем самым объединяющего все сцены воедино. Изображение хозяина всегда статично за исключением трапезы, он просто неподвижно сидит или стоит. Практически всегда изображение его сопровождается титулами и именем, расположенными над его головой. Другие надписи были необязательными, но все же встречаются они довольно часто. Это вертикальный столбец,
торговать нельзя, отделяются откупленных людей. Во-вторых, часть изображенных на косяках занята работой, тогда как другая часть бездействует — похоже, что и здесь проведено разделение между купленными и жрецами. В таком случае факт покупки работников оказывается не имеющим никакого отношения к жрецами выглядит вполне реальным. И все же нельзя сказать, что эти очень важные наблюдения окончательно разрешают проблему, связанную сложной дверью (J)t(w).f-xAxA, которая совершенно справедливо была названа памятником любопытным, но замысловатым [ibid., с. 83]. Действительно, несущими приношения изображены те люди, которых Перепелкин считал жрецами, а ведь в надписи на притолоке говорится о принесении жертв именно купленными О более позднем, новоегипетском отношении к статуэткам-ушебти как крабам их владельца см.:
[Берлев, 1978, с. 33–34].
идущий между изображением хозяина и всеми остальными сценами титулы хозяина следует при этом понимать как продолжение надписей Надписи эти являются названием всей композиции на стене и всегда строятся по стандартному образцу, что позволяет назвать их формулами слово mAA (смотрение) + описание объекта смотрения (сцен, находящихся перед хозяином) + описание субъекта смотрения (титулы и имя хозяина. Например:
«Смотрение на работу. следуют титулы §jj» [Steindorff, 1913, Taf. 110]; Смотрение /на/
болота,
8
ловлю рыбы и птицы, которые лучше всего. следуют титулы N(j)-anx-Xnm(w)»
[Moussa, Altenmoller, 1977, Taf. 33]; Смотрение на всякую полевую работу в его дворах и селениях Верховья и Низовья. следуют титулы Jdw» [Macramallah, 1935, pl. Смотрение на всякое доброе удовольствие сердца, совершаемое по всей стране. следуют титулы PtH-Htp(w)» [Davies, 1900, pl. 21]; Смотрение на доставку вина из дворца для...
/следуют титулы Nbt» [Munro, 1993, Taf. 13, 14]; Смотрение на драку быков. следуют титулы §ti» [Kanawati, 1980-1, fig. 10]; Смотрение на жертвы pXrt, доставляемые селениями его собственными для "возглашения" те. для жертвоприношения каждый день...
/следуют титулы %Abw» [Mariette, 1889, p. 144]; Смотрение на жертвы доставляемые из дворов его и селений его Верховья и Низовья. следуют титулы ^pss-ptH»
[Murray, 1905 pl. 30]; Смотрение на пахоту, трепку льна, жатву. следуют титулы KA(.j)m-nfr.t» [Mariette, 1889, p. 246] и т. п.
10
[51]
До сих пор неоцененное должным образом значение этих формул смотрения»
(назовем их так) огромно — именно они позволяют понять, как египтяне представляли себе функционирование системы изображений. Оказывается, что всегдашняя пассивность хозяина — лишь иллюзия, порождаемая его неподвижной позой, что на самом деле он совершает действие настолько важное, что именно оно дает название всей композиции, смотрение. Какой же смысл имеет это столь необходимое для владельца гробницы
«смотрение»? Ответ на поставленный вопрос облегчается тем, что здесь мы можем поставить знак равенства, хотя бы и приблизительного, между собственным восприятием и восприятием древнего египтянина.
Действительно, ведь ив нашей культуре изображения играют немаловажную роль.
Сейчас практически каждый хранит фотографии близких людей, дорогих ему мест, важных событий в его жизни и т. д до изобретения фотографии ее заменяли портреты, миниатюры и т. д. Функция всех этих изображений одинакова — напоминать о людях и событиях. Но и на стенах египетских гробниц изображается в общем тоже самое, хотя система ценностей древнего общества иная. Это то, что умерший видел при жизни, в основном его хозяйство, те. то, что можно было бы сфотографировать, имей египтяне представление о фотографии ведь фантастических изображений не было. Создается впечатление, что египетские настенные изображения также имели функцию напоминания.
Человеческая память такова, что хотя она и способна к непроизвольному воспроизведению однажды в нее заложенного, такое воспроизведение не совершается само собой, без толчка. Толчком к непроизвольному воспроизведению могут быть восприятия предметов, представления, мысли, вызванные, в свою очередь, определенными воздействиями, те. напоминания, имеющие самую неожиданную форму. Если же напоминание является направленным, то и направленность воспроизведения оказывается гораздо более определенной. Таким направленным напоминанием и служат для нас фотографии, для этого мы их и храним. При взгляде на фотографию воспоминание становится отчетливее, вместо смутного образа возникает яркая картина минувшего Существуют, кажется, только две такие надписи, не завершающиеся титулами, обе водной гробнице, Altenmüller, 1971, pl. 1, 2, 7].
8
См [Moussa, Altenmüller, 1977, S. 92, Sz. 13A, Anm. a].
9
Одно из излюбленных развлечений знатного египтянина Единственное известное автору отклонение от такого построения формул смотрения — надпись в гробнице царицы Mr(j)-s(j)-anx(w) III, сопровождающая изображение царицы и ее матери, плывущих на лодке:
«Они смотрят на всякое добро, которое в болотах [Dunham, Simpson, 1974, fig. 4], однако это отличие чисто формальное, а не смысловое
Фотография напоминает массу деталей, которые таятся в глубинах памяти, но без внешнего толчка наверх не всплывают она может навести и на мысль о совершенно забытом, казалось бы, событии, о котором минуту назад человек вообще не думал. Более того, толчок,
напоминание, вызывает массу ассоциаций, которые развиваются совершенно бессознательно и бесконтрольно и порождают другие образы, непосредственного отношения к изображенному уже не имеющие. События и лица, зарегистровываясь в памяти вместе с окружавшей их внешней обстановкой, образуют такую же неразрывную группу или ассоциацию, как заученные стихии такая группа может воспроизводиться намеком на любое из ее звеньев [Сеченов, 1947,
[52] с. 449]. Фотография, изображение являются очень существенным звеном, которое влечет за собой всю цепь воспоминаний. В результате в памяти человека оживает целый фрагмент его жизни.
1.
Объект.
2.
Восприятие зрительными рецепторами.
3.
Обработка информации мозгом.
4.
Образ объекта.
5.
Перенос образа в память.
6.
Хранение образа в памяти.
7.
Изображение объекта.
8.
Восприятие зрительными рецепторами.
9.
Обработка информации мозгом.
10.
Образ изображения объекта.
11.
Напоминание.
12.
Образ объекта, воспроизводимый памятью.
13.
Сопоставление воспроизведенного образа объекта с образом изображения объекта.
14.
Ассоциации.
15.
Уточненный образ объекта.
Рис.6
Механизм возникновения категории kA У нас нет никаких оснований полагать, что психика древнего человека на том этапе ее развития, который представлен древним египтянином, была устроена как-то иначе.
Несомненно, что его не мог не поражать такой феномен памяти, не осознававшийся,
разумеется, как феномен именно памяти. Чувствуя, что изображенное оживает в памяти,
мы прекрасно понимаем, что оживление это происходит именно и только в сознании, что такое ощущение субъективно древний человек ввиду отличия его исторического опыта этого не сознавали оценивал это явление иначе. Говоря иными словами, в выражении
«изображенное оживает в памяти мы подчеркиваем впамяти, египтянин же подчеркивал бы оживает
В человеческом мозгу могут возникать два типа образов материал для первых дает непосредственное восприятие органами чувств, для вторых — память (те. это восприятия,
опосредствованные памятью Обратимся к обоим процессам возникновения зрительного образа (рис. 6). Первый состоит в том, что объект [1] воспринимается зрительными рецепторами [2] и полученная информация обрабатывается мозгом [3], в результате чего появляется зрительный образ объекта [4]. Указанные стадии являются также и начальным этапом второго процесса, в котором полученный образ переводится затем в долговременную память [5], где хранится (бессознательно) на протяжении некоторого времени [6]. Через это некоторое время человек сталкивается с изображением объекта [7]. Оно воспринимается зрительными рецепторами [8], полученная информация обрабатывается мозгом [9], в результате чего возникает зрительный образ изображения объекта [10]. Этот образ служит толчком-напоминанием [11] для памяти, из которой извлекается образ объекта, несколько искаженный в силу неизбежного забывания [12]. Зрительный образ изображения объекта постоянно корректирует этот извлеченный из памяти образ объекта, инициирует память, а включающиеся ассоциативные связи дают дополнительную информацию,
относящуюся к объекту [14], в результате чего возникает уточненный образ объекта Для того чтобы можно было нарисовать такую картину, потребовалось, чтобы психология, физиология, философия прошли весь долгий путь своего развития древний человек, естественно, обо всем этом представления не имел, более того, его чувства свидетельствовали о прямо противоположном. Действительно, субъективно, сточки зрения вспоминающего, образ, полученный в результате воспоминания [15], неотличим от образа,
возникающего при непосредственном восприятии [4] (наделе он, конечно, всегда чем-то отличается, так как хранение информации без потерь невозможно, носам человек, который может опираться только на свою память, этого не сознает, и для него то, что я помню»
превращается в то, что было на самом деле — образцы такой объективизации собственных воспоминаний, которая равна субъективизации действительности, можно найти хотя бы в любом произведении мемуарного характера. Поэтому вполне естественно, что, ничего не зная о процессах, совершающихся в его мозгу, древний человек и не принимал их во внимание, те. воспоминание чего-либо мог рассматривать как непосредственное видение его (процессы [5]–[14] оказывались неосознанными. Но если человек видит кого-либо (и не в памяти, как это понимаем мы, а глазами, как считал египтянин, значит, этот кто-либо находится в данный момент перед видящим. Если же достоверно известно, что тот, кого видят, давным-давно умер, возникает вопрос кто же тогда сейчас перед нами Очевидно,
что это копия умершего, его двойник, подобный своему прообразу, ноне умирающий. По всей вероятности, эта копия, этот двойники есть kA. Свойство изображения служить напоминанием, толчком для памяти, было расценено египтянами как то, что kA выходит из изображения, что изображение служит ему дверью — именно в таком смысле следует понимать оживление изображений Разумеется, возможно и объединение содержащихся в памяти реальных образов в фантастические, но это для нас сейчас неинтересно Конечно, настоящая схема является лишь схемой и ни на что большее не претендует многие представления современной психологии об анализе зрительной информации (например, о предварительной оценке образа непосредственно глазом) в ней не учтены, но этого для наших целей и ненужно некоторый
«механицизм», помогающий отбросить второстепенное и сосредоточиться на главном, здесь вполне оправдан.
В дальнейшем (гл. 6, § 1) нам понадобятся некоторые уточнения, и мы их введем сейчас же, для того чтобы в первом приближении разобраться в проблеме, нам будет достаточно сказанного Кстати, это объясняет, почему гробничные изображения остаются для всех, кроме хозяина гробницы,
внешне мертвыми. В нашей памяти изображенная на фотографии реальность оживает только в том случае, если изображено то, что непосредственно касалось нас события, в которых мы не участвовали, которые не затрагивали нас, почти никогда не оживают, их изображения остаются для нас лишь документом, в лучшем случае интересным, ноне более того. Возможность оживлять для себя то, чего никогда не видел, присуща лишь людям определенного художественного склада, имеющим особый дар сопереживания, на котором основывается все их творчество. С гробничными изображениями дело обстояло совершенно аналогично они
Однако пока это всего лишь гипотеза, которую следует подтвердить. Такое подтверждение могла бы дать египетская терминология, в которой обязательно должны были отразиться связь kA с изображениями и характер этой связи.
Упоминания kA в связи с изображениями действительно имеются, хотя они и очень косвенны, так как самим египтянам, прекрасно разбиравшимся в своих категориях,
специально пояснять соотношение kA и изображения было совершенно ник чему — этими понятиями пользовались как данными. Несмотря на такую косвенность, свидетельства египетской терминологии в свете уже установленного интерпретируются вполне определенно.
Собственно говоря, все такие упоминания сводятся к тому, что изображение называют kA. Это нисколько не противоречит предложенной концепции, так как в условиях относительной неразвитости языковых средств изображение и вызываемый им в памяти образ изображенного (пусть даже объективизированный) вполне могли обозначаться одним словом (примерно в такой же ситуации находимся сейчас и мы — не имея термина для обозначения этого объективизированного образа памяти, мы говорим об «оживающих»
изображениях, приписывая им свойство этого образа).
Все изображения, существовавшие у египтян, можно разделить на две основные группы изображения на плоскости, главным образом настенные, и статуи. Обозначения скульптуры как kA в Старом царстве мы не найдем, однако оно отразилось в названии сердаба, гробничной камеры для хранения статуй. В 1913 г. при раскопках мастабы Ra(w)wr(.w) I Г. Юнкер обнаружил обломки фриза со стены наружного сердаба этой гробницы.
Надпись (JE 43965) гласит:
«Писец царских документов, писец царских канцелярских принадлежностей, писец царских документов перед лицом царя, относящийся к царской плаценте подворье kA», те Подворье kA... R
c
(w)-wr(w)». Сочетание H(.w)t-kA — подворье kA» было интерпретировано Юнкером как обозначение сердаба [Junker, 1913-2, S. 12]. Через год
А. Морэ попытался доказать, что вместо следует читать
, и предположил, что в таком случае названием сердаба является jr.tj n(j).t H(w).t-kA — глаза подворья kA» [Moret,
1914, p. 88]. Э.М. Блэкмен предпочел относить jr.tj n(j).t H(w).t-kA к щели, соединяющей сердаб с другими помещениями гробницы, через которую в них смотрит статуя, сам же сердаб, по его мнению, назывался pr(w) twt — дом статуи [Blackman, 1916-3, р. Однако опубликованные позднее воспроизведения надписи [Junker,
[57]
1938, Abb. 11, а. аи разъяснения Юнкера [ibid., S. 120, 122] не оставляют сомнения, что названием сердаба является именно H(w).t-kA, а чтение Морэ совершенно неверно.
15
Поскольку кроме статуй, в подворье kA» не было ничего, название это совершенно недвусмысленно связывает статую иже, что в гробнице Pjpj-anx(.w)/@njj-km в Меире сердаб, как это заметил Блэкмен, назван pr(w) twt [Blackman, 1916-3, pl. 39], является прекрасным доказательством относительности объединения египтянами статуи ив одном термине, так как twt означает уже непосредственно статую.
Помимо сердаба термин H(w).t-kA может обозначать также и другие наземные помещения гробницы [Wb. III, S. 5:14–15] и храмовые часовни [ibid., 5:18–19]. Это вполне понятно — ведь ив них находились статуи, служившие объектом культа. Селения,
поставлявшие продукты для жертвоприношений в гробнице, также назывались фиксируют жизнь владельца гробницы, и заключенная в них реальность оживает только для него (об этом говорят и формулы смотрения для остальных они остаются лишь изображениями, так как реальность,
заключенную в них, посторонние не могут прочувствовать (хотя, конечно, древнее восприятие изображения никогда окончательно не отрывает от него изображенное О чтении и смысле этого титула см [Берлев, 1972-1,166-171].
15
Недавно Эд. Броварски вернулся к пониманию, восходящему к Блэкмену, и, считая названием сердаба pr(w) twt, стал вычитывать из надписи Ra(w)-wr(w) I название щели как ptr.tj n(j).t H(w).t-kA [Brovarski,
1984, S. 874; 1988-2, р. 88]. Свою позицию он ничем не объяснил, так что аргументы Юнкера остаются непоколебленными.
подробно см Перепелкин, 1988-1, с. 155–164] — ведь жертвы предназначались для Следует полагать, что всякое сооружение с культовыми изображениями могло обозначаться как H(w).t-kA (впрочем, проблема H(w).t-kA слишком обширна, чтобы обсуждать ее здесь в деталях, ср., например [Kaplony, 1980-2]). Таким образом, связь статуй и kA несомненна еще более красноречивы настенные изображения, вернее, надписания к ним.
Для того, чтобы все изображенные блага попадали по назначению, было необходимо возле изображений делать указание, для кого производится или доставляется тот или иной продукт. Как правило, такие указания строятся по форме для такого-то», это для такогото» и т. п. Однако вполне возможна замена объекта, выраженного личным местоимением или именем собственным, объектом, выраженным словосочетанием «kA такого-то». Иногда такая замена происходит в названии сцены, входящем, как правило, в состав формулы смотрения. Например Смотрение наловлю птиц, доставку плодов, полевые работы весьма многочисленные для kA... следуют титулы Jbj» [Davies, 1902-1, pl. 6]; [Смот]рение
/на/ животных пустыни, на уход добрый за скотом для kA... следуют титулы Jbj» [ibid.,
pL. 9]; Смотрение на полевую работу, ловлю рыбы, загарпунивание — для kA... следуют титулы Jbj» [ibid., pl. 3]; Смотрение на пахоту, битье льна, жатву и перевозку и на все добрые празднества верхнеегипетского зерна (?) для kA... следуют титулы +aw» [Davies,
1902-2, pl. 6]. Возле изображения #nt(j)-ki(.j)/Jxxj,
[58]
подносящего к носу вазу с благовонием, помещено надписание: «--- праздничное умащение и благовоние для kA #nt(j)kA(.j)» [James, 1953, pl. Гораздо чаще связь изображений и kA фиксируется надписаниями хозяйственных сцен и сцен доставки. Например Дойка коровы для kA Jzj» [Davies, 1902-2, pl. 6]; Лучшее мясо для kA каждый день [Kanawati, 1983, fig. 16]; Доставка лучшего мяса для kA каждый день, 1983, fig. 8, 10]; Доставка всякого добра для kA каждый день [Kanawati, 1985,
fig. 8]; Доставка лучшего мяса, лучшего предназначенного для жертвенного стола /и/
всякого добра ежедневно для kA» [ibid.]; Доставка лучшего из всякого добра для kA Доставка для kA... следуют титулы ^Sj» [Capart, 1907-2, pl. 85, 87, 90]; Доставка вещей для kA... следуют титулы Nfr-sSm-ptH» [ibid., pl. 98]; Доставка лучшего мяса и птиц для следуют титулы Nfr-sSm-ptH» [ibid., pl. 101]. Нередко встречаются совсем краткие замечания Это для kA §jj» [Steindorff, 1913, Taf. 116; Wreszinski, 1936, Taf. 75; Wild, 1953,
pl. 121–122]; Это) для kA любимого хозяина [Junker, 1938, Abb. 48]; Это для kA Mmj»
[Bissing, 1905, Taf. 7-1, 24]; Для kA Mrj», Для kA Mrr-w(j)-ki(.j)» [Duell, 1938, pl. 79–80, Это для kA Mrj, владыки благости убога- для kA... следует титул [Simpson, 1976-1, pl. 12-c, fig. 29]; Для kA... следуют титулы Jbj» [Davies, 1902-1,
pl. 4]; Для kA» [Ziegler, 1993, p. 128] и т. п, что выражение для kA такого-то» заменяет здесь гораздо более частое для такого-то», хорошо видно по надписям в мастабе Nfr-sSm-ptH/^Sj. Над изображениями пригона скота, помещенными на щеке входа его часовни, находится их общее название:
«Доставка лучших быков для. следуют титулы ^Sj», одна же из сцен, расположенных под этой надписью и входящих в эту рубрику, озаглавлена Молодой бык. Сущее в стойле. Для kA ^Sj» [Capart, 1907-2, pl. 80]. Особенно следует отметить несколько надписей, где имеются два объекта одновременно — личное имя и kA: Масло n(j)-Xnm для Mrj, для его kA каждый день, Масло twAwt для Mrr-w(j)-kA(.j), для его kA каждый день, Лучшее кедровое масло для Mrj, для его kA каждый день, Лучшее ливийское масло для Mrr-w(j)-kA(.j), для его каждый день [Duell, 1938, pl. 117] (всего было семь подобных надписей по числу
«священных масел. Точно также у anx(.j)-m-a-Hr(w)/Zzj мясник, отрезающий мясо жертвенного быка, говорит, что оно предназначено для Zzj, для его kA» [Capart, 1907-2,
pl. 53; Badawy, 1978, fig. 47]. Такой параллелизм в употреблении имени человека и упоминании его kA показывает, что выражение для kA такого-то» выступает как замена выражения для такого-то».
Обозначение хозяина гробницы как kA чаще всего встречается в сценах,
непосредственно связанных сего кормлением, — вероятно, в силу их особой важности
Однако иногда ** упоминают и надписания к
[59]
вспомогательным сценам. В ряде гробниц такие легенды помещены возле изображений музыкантов и плясуний Пляска добрая для твоего kA каждый день Игра добрая на флейте для твоего kA» (повторено семикратно, 1975-1, fig. 2]; Добрые пляски аля-kA» [LD II, В. 61-6]; Добрые пляски для kA»
[Davies, 1901-2, pl. 10]; Играна арфах для kA... следуют титулы Jbj» [Davies, 1902-1, pl. Пляски и музыка для плясок. для kA $nj» [Kanawati, 1981, fig. 22]; «--- музыкантами его собственного дома для kA... следуют титулы §tj» [Kanawati, 1980-1, fig. 12]; Смотри, это благое — для твоего kA» [Kanawati, McFarlane, 1993, pl. Как видим, большинство надписей с упоминаниями kA служит названиями соответствующих сцен, нов ряде случаев вводится обращение на ты, что явно превращает их в реплики изображенных, говорящих своему хозяину Для твоего kA» [LD II, В. Это для твоего kA» [Mariette, 1889, p. 338]; Это для твоего kA. Молодой каменный козел W. et al., 1984, pl. 31]; Доставка ноги жертвенного животного для твоего kA, о [Mariette, 1889, p. 274–275]; Доставка жертв для твоего kA» [Davies W. et al.,
1984, pl. 31]; Смотри, множество птиц для твоего kA каждый день [Kanawati, McFarlane,
1993, pl. 46] и т. п.
Упоминание kA в рассмотренных сценах можно было бы понимать как особо торжественную форму обращения, однако иногда kA фигурирует ив репликах людей,
изображенных явно не в торжественной обстановке. Мясники, разделывающие туши жертвенных животных на рельефах anx(.j)-m-a-br(w)/Zzj, говорят Возьми или отрежь эту грудинку жертвенного быка для Zzj, для его kA»; Отрезай для себя те "сам" (?)/! Для kA
Zzj, (моего) хозяина Отрезай голову этого быка Спеши Дай (мне) покончить сего ногой!
(Для) kA Zzj, владыки благости убога. Точно также мясник в сцене заклания уговорит Я) делаю это согласно желаемому господином (моим, для kA ^Sj, блаженного убога. Хотя сцена заклания и разделки туш жертвенных животных и связана непосредственно со сценами жертвоприношения, сама она показывает обычную физическую работу, тяжелую и грязную, вовремя которой не до словесной изящности. Точно также один из пахарей на рельефе +aw/^mAj (Дейр эль-Гебрави) говорит другому Пусть плуг вспахивает землю Пусть будет изобильна букв "зелена твоя рука для князя +aw»
[Davies, 1902-2, pl. 6] (вся эта сцена озаглавлена Пахота большая (?), добрая для следуют титулы ^[mAj]» [ibid.] Совершенно аналогично на рельефе Jbj (Дейр эль-Гебрави)
плотник, обрабатывающий бревно, говорит хозяину Я) делаю желаемое твоими kA.w»
[Davies, 1902-1, pl. 15]. Существует еще одна сцена, надписания к которой опровергают гипотезу об употреблении слова kA в торжественных случаях — сцена наказания нерадивых управителей хозяйственных подразделений, дворов. У #nt(j)-kA(j)/Jxxj двое управителей показаны привязанными к вбитому в землю столбу, а рядом стоит человек с палкой, который,
издеваясь, говорит одному из них, имея ввиду наказание Добрая награда для твоего kA! He бывало еще такого [James, 1953, pl. 9]. Наказуемый управитель на рельефе жалуется Ведьмой хорош Что я такого сделал [LD II, В. 63]. Никакой торжественности не может быть в высказываниях глумящегося палача ив криках избиваемой жертвы, как нет ее в речи спешащих мясников, занятых тяжелой и грязной физической работой, пахаря за плугом, столяра с теслом в руках. Нельзя предполагать также,
что запись реплик отредактирована в связи с помещением их в гробницы, и слова, скажем,
мясников также похожи на настоящие, как язык пастушков и пастушек буколической литературы наречь живых крестьян, — египтяне не стеснялись высекать в гробницах на вечные времена грубые выражения, и такие надписи хорошо известны (например, в сцене драки лодочников у §jj [Steindorff, 1913, Taf. 110;Wreszinski, 1936, Taf. 39; Wild, 1953, pl. III
= Большаков, 1983-1, рис. 1]).
16
Сильно поврежденная и практически нечитаемая надпись сходного содержания также [Kanawati,
1985, fig. 8].
Однако, как только мы отрешаемся от привычного образа мыслей и начинаем рассуждать в духе уже выясненного нами, все становится на свои места. Разумеется, в жизни египтяне, обращаясь друг к другу, не говорили твой kA» вместо ты. Но ведь эти слова реплики не самих людей, а их изображений, те, в конце концов, реплики их kAw, и поэтому вполне уместно, что один kA обращается к другому не на ты, атак сказать, на kA». В этом следует видеть одно из проявлений искажения действительности в, как правило, очень точно соответствующем ей оформлении гробниц (ср. гл. 7, § 3).
17
В большинстве случаев этими искусственно созданными выражениями и не пользовались. Обращения на kA» и упоминания kA в названиях сцен встречаются только в гробницах совершенно определенного времени (в столице — конец V – начало VI дин, в провинции, куда новые веяния доходили с опозданием, — середина VI дин, причем лишь в самых богатых из них. Очевидно, когда были исчерпаны все возможности усовершенствования оформления гробниц
[61]
при помощи изображений (а именно в гробницах этого времени их наибольшее количество),
фантазия обратилась и к таким мелочам, которые, должно быть, большинством расценивались как излишества.
Появившееся в Старом царстве устойчивое выражение «n kA n(j) + имя — для kA
такого-то», с которым мы уже сталкивались в рассматривавшихся примерах, в последующее время стало обязательной частью жертвенной формулы. По сути дела, это еще одно свидетельство связи изображений и kA — ведь формула практически всегда писалась рядом с плоским изображением или на статуе.
О том же самом, наконец, говорит и египетский термин для обозначения гробничного жреца Hm(w)-kA — служитель kA» [Wb. III, S. 90:12–13]. Термин этот указывает, что жрец действовал для kA хозяина гробницы. Но ведь служба его заключалась в выполнении ритуальных действий в часовне и перед сердабом, те. перед изображениями, — он потому и был служителем kA», что служил изображениям, а в конечном счете выходящему из них kA изображенного.
18
Итак, kA является образом, который порождает человеческая память. По-видимому,
объективизация субъективных впечатлений была одной из основных черт древнего сознания
(впрочем, только ли древнего — мы в своей жизни постоянно сталкиваемся с этим, только,
за исключением философов субъективно-идеалистического толка, не строим на этом свою картину мира в нашей жизни это факт чисто обиходный, бытовой. Египтянин объективизировал воспоминание, выносил его из головы вспоминающего субъекта в окружающий мири превращал его из части психического мира в часть мира окружающего,
благо между двумя этими мирами сколько-нибудь четкой границы древний человек не проводил. Существование kA превращалось тем самым водно из фундаментальных свойств действительности. Являясь частью окружающего мира, kA
[62]
воспринимался как любая другая его составляющая — как совершенно реальное, материальное существо Такому То, что упоминания kA иногда могли быть чертой высокого стиля в речи ив литературе, — явление совершенно иного порядка. Так, например, в папирусе Весткар мудрец +dj, обращаясь к царевичу +d.f-Hr(w), в числе прочих благопожеланий говорит Да одолеет твой kA твоего противника (pWestc, VII:25). Торжественный характер слов +dj подчеркивается следующим за ними замечанием Так приветствуют сына царева (pWestc., VII:26–VIII:1). Сущность представления, выраженного в этом пожелании, выходит за пределы тематики настоящей книги и поэтому здесь не рассматривается Как показал ОД. Берлев [Берлев, 1972-1, с. 33–41], слово Hm(w) представляет собой социальный термин (раб, для Старого царства — слуга [Перепелкин, 1988-2, св глубочайшей древности приспособленный также для выражения концепции божества — Hm(w) есть форма, средство проявления бога
(царя), исполнитель его воли. Термин Hm(w)-kA принято понимать, исходя из первоначального значения так поступаем и мы, однако нельзя полностью отвергать вероятности, пусть даже очень малой, использования вторичного значения. В таком случае жрец оказывается своеобразным проявлением своего хозяина,
разыгрывающим в гробнице роль его kA (выполнение этой роли может заключаться в том, что жрец ест жертвенную пищу, как это должен делать сам kA). Если когда-нибудь удастся доказать, что это так, термин перестанет служить иллюстрацией связи изображений и kA (что, в общем, и без того понятно, однако тем самым откроются новые интереснейшие перспективы исследования. Пока же предложенная гипотеза излагается только как не претендующий на достоверность вариант интерпретации О решительном отмежевании от тех, кто считал kA нематериальным (Эрман) или придавал его
восприятию помогало то, что kA является непросто зрительным образом зрительный характер имеет только способ напоминания, затем же, в процессе вспоминания и включения ассоциативных связей, образ включает в себя и иную, не зрительную информацию,
становится комплексным, всеобъемлющим, a kA тем самым — копией всей индивидуальности человека, и внешности, и личностных характеристик (ср. традицию Бёрча
— Видемана — Гардинера).
Как правило, надписи упоминают kA в единственном числе, однако встречаются и случаи, когда речь идет о многих kAw одного человека например Davies, 1902-1, pl. Мысль о неограниченности количества kAw ведет к увеличению числа изображений — в случае гибели одних сохранятся другие и, следовательно, связанные сними (о том, как разрешались проблемы, связанные с множественностью kAw, см. гл. 7, § 4).
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22

перейти в каталог файлов


связь с админом