Главная страница

О военном искусстве. Сочинения исторические и п... НикколоМакьявелли Никколо Макьявелли Астрель


Скачать 19,88 Mb.
НазваниеНикколоМакьявелли Никколо Макьявелли Астрель
АнкорО военном искусстве. Сочинения исторические и п.
Дата11.05.2018
Размер19,88 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаO_voennom_iskusstve_Sochinenia_istoricheskie_i_p.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#2991
страница4 из 15
Каталогid2814662

С этим файлом связано 110 файл(ов). Среди них: и ещё 100 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15
Этот рисунок показывает построение батальона к бою при угрозе неприятеля с фронта Рис. 1

78
Никколо Макьявелли
ше, при наступлениях и отступлениях, каковы бы ни были трудности местности. Люди, выполняющие это как следует, — уже готовые солдаты и могут считать себя старыми воинами, даже если они никогда не видели неприятеля наоборот, солдаты, не обученные этим действиям, всегда должны считаться новобранцами, хотя бы они тысячу раз былина войне.
Я объяснил вам построение для боя батальона, двигающегося в походном порядке узкими шеренгами. Представьте себе теперь, что батальон приведен в расстройство условиями местности или разбит неприятелем. Немедленно построить его вновь — вот одновременно и безусловная необходимость, и трудность, преодолеть которую можнотолько знанием и опытом, трудность, обращавшая на себя самое пристальное внимание древних писателей. Необходимо соблюдать два требования первое — установить в батальонах как можно больше отличительных знаков, второе — приучить каждого солдата точно знать свое место в ряду.
Например, если он сначала службы был поставлен во вторую шеренгу, он должен стоять в ней всегда, притом даже не только в той же шеренге, но непременно на том же месте этому и служат многочисленные значки, о которых я только что упомянул. Знамя должно настолько отличаться, чтобы солдаты могли сразу его распознать среди других знамен. Начальник батальона и центурионы должны носить на шлемах различные и хорошо видимые украшения, но самое важное — это узнавать декурионов; у древних этому придавалось такое значение, что на шлеме каждого декуриона был написан его номер, и они назывались первый, второй, третий, четвертый и т.д. Мало того, на шите
О военном искусстве
79
Примечание.
Этот рисунок показывает, каким образом нужно строиться к бою при угрозе нападения с фланга левого Рис. 2


80
Никколо Макьявелли
каждого солдата указывался номер шеренги и его место в ней.
Когда люди так ясно отмечены и привыкли держать строй, легко мгновенно восстановить порядок даже среди полного смешения. Как только обозначится место знамени, центурионы и декурионы могут на глаз определить, где им следует быть, они становятся, каким полагается, слева и справа, соблюдая положенные расстояния, а солдаты, которые уже знают правила и видят отличительные значки начальников, сейчас же оказываются на своих местах. Так, ничего не стоит вновь сколотить любую бочку, когда все части ее обозначены заранее если же этого не сделать, то собрать ее невозможно. При усердии и частом упражнении эти вещи легко выучить и усвоить когда они уже усвоены, трудно их забыть, потому что старые солдаты обучают молодых, и таким образом можно со временем ознакомить с военным делом население всей страны. Очень важно, кроме того, научить солдат быстрым поворотам, так чтобы фланги и хвост колонны становились ее головой и, наоборот, голова делалась бы флангом или хвостом. Это совсем легко — достаточно каждому повернуться по команде, и голова батальона будет в той стороне, куда солдат обращен лицом.
Правда, при повороте направо или налево образуются большие промежутки между рядами при повороте налево кругом особой разницы не получится, но, поворачивая в сторону, солдаты разомкнутся, что совершенно противоречит правилам обычного построения батальона. Дело опыта и здравого смысла заставить солдат снова сомкнуться. Беспорядок в этом случае невелики люди легко сами его прекращают
О военном искусстве
81
Гораздо важнее и труднее переменить направление всего батальона как единого целого. Здесь требуются большой опыт и умение например, если вы хотите зайти батальоном налево, вы должны остановить левофлангового солдата первой шеренги, а его ближайшие соседи должны настолько замедлить шаг, чтобы правому флангу не пришлось догонять остальные части батальона бегом без этой предосторожности все перемешается.
Когда войска идут походным порядком, батальонам, находящимся не впереди, постоянно приходится отражать нападение с фланга или стыла. В этом случае батальон должен мгновенно выстроить фронт в сторону, откуда нападение последовало в этом положении ему необходимо сохранить боевой порядок, описанный раньше, те. пики должны быть на стороне, обращенной к неприятелю, адекурионы , центурионы и начальник — на своих обыкновенных местах.
Составляется пятирядная колонна в 80 шеренг, причем первые 20 заняты одними пиками. Командующие, или декурионы, размещаются по 5 в голове ив хвосте. Следующие 60 шеренг заняты щ итоносцами и образуют в общем 3 центурии. В первом ив последнем рядах каждой сотни находятся декурионы; начальник батальона со знаменем и музыкантами помещается в середине первой центурии щитов, а центурионы идут каждый во главе своей сотни. Если при движении в этом порядке нужно перевести все пики на левый фланг, центурия их останавливается, а все прочие выдвигаются вправо если пики требуются на правом фланге, построение делается влево.
Таким образом, батальон двигается, имея пики на одном из флангов, декурионов — в голове ив хвосте

82
Никколо Макьявелли
колонны, центурионов — во главе сотен и начальника — в середине. Таков походный порядок. Если при появлении неприятеля надо встретить его с фланга, весь батальон поворачивается в ту сторону, где находятся пики, и этим самым уже построен описанный мною боевой порядок, потому что, кроме центурионов, все находятся на своих местах, а центурионы занимают их немедленно и без всяких затруднений.
Представьте себе теперь, что на батальон, идущий походным порядком, произведено нападение стыла тогда надо построить его таким образом, чтобы при перестройке в боевой порядок все пики были в хвосте. Для этого нужно только одно — поставить 5 шеренг пик не в передние ряды каждой центурии, как это делается обычно, а сзади во всем же остальном соблюдать правила, которые я уже объяснил.
Козимо. Насколько мне помнится, высказали, что этот способ обучения позволяет образовать из отдельных батальонов целое войско и показывает, как надо приводить его в порядок. Скажите теперь, как вы расположите солдат, если вашим 450 пехотинцам придется сражаться отдельно от прочих войск.
Фабрицио. Начальник должен тогда решить, где ему нужно сосредоточить пики, и сообразно их разместить это нисколько не мешает порядку, о котором я вам говорил. Цель его, конечно, в том, чтобы батальон мог действовать в бою совместно с другими, но эти правила построения вполне пригодны для всякой обстановки, в которой придется сражаться. Однако я еще подробно отвечу на ваш вопрос, когда буду объяснять вам два других способа боевого построения батальона дело в том, что к ним вообще не прибегают или прибегают
О военном искусстве
83
только в тех случаях, когда батальон сражается отдельно от остального войска.
Для построения батальона в колонну с двумя выступами пятирядная колонна в 80 шеренг располагается так. За центурионом ставят 25 шеренг, причем слева располагаются 2 ряда пика справа — 3 ряда щитов. За первыми 5 шеренгами, те. в последних 20 шеренгах, находятся по одному декуриону, место которого — между пиками и шитами; декурионы, вооруженные пиками, стоят вместе с пикинерами. За первыми 25 шеренгами следует другой центурион во главе 15 шеренг щи тоносцев. Потом идет начальник батальона с музыкой и знаменем, за которым идут еще 15 шеренг щ итонос­
цев. Третий центурион ведет 25 шеренг, в которых слева от него размещены 3 ряда щ итоносцев, а справа — 2 ряда пик в последних 20 шеренгах между пиками и щитами идут декурионы. Колонну замыкает четвертый центурион. Теперь из шеренг, построенных таким образом, надо образовать батальон с двумя выступами. Первый центурион и следующие за ним 25 шеренг останавливаются. Второй центурион со своими 15 шеренгами щитов продолжает движение, заходя вправо, идет вдоль правого фланга 25 шеренг первой центурии и пристраивается к ее последним 15 шеренгам. Начальник батальона во главе своих 15 шеренг щ итоносцев обходит правый фланг предыдущих 15 шеренги пристраивается таким же порядком. Наконец, третий центурион со своими 25 шеренгами и следующий за ним четвертый центурион совершают тоже движение, обходя правый фланг остановившихся центурий, ноне останавливаются на уровне 15 шеренга идут вперед, пока последняя шеренга колонны не поравняется с

84
Никколо Макьявелли
последней шеренгой щитоносцев. Как только батальон выстроится, центурион, шедший во главе второй центурии, переходит в замок.
Таким образом, будет построена колонна в 15 шеренги рядов, и по обеим сторонам фронта будут два выступа, составленные из 10 шеренг по 5 рядов между выступами остается пространство, достаточное для размещения 10 рядов. Там поместится начальник батальона, а впереди каждого выступа ив хвосте за фланговыми рядами колонны будет по одному центуриону. На флангах размещаются по 2 ряда пики по одному ряду декурионов. В пространство между выступами могут поместиться артиллерия, если она имеется, и обоз. Велиты рассыпаются на флангах по обеим сторонам пикинеров.
Если батальон, построенный в колонну с выступами, хотят перестроить в колонну с пустым пространством внутри, то поступают так из 15 задних шеренг 8 переводятся на концы выступов, и, таким образом, получается площадь, замкнутая со всех сторон здесь могут поместиться обозы, начальник батальона и знамя, ноне артиллерия, которая выезжает вперед или располагается на фланге. Эти способы построения полезны батальону только в том случае, если он двигается под прямой угрозой нападения. Тем не менее и тогда лучше строиться в обыкновенную колонну без площади и выступов правда, иногда они необходимы, главным образом для прикрытия нестроевых.
У швейцарцев есть еще много других форм боевого построения, между прочим в виде креста, когда фюзиль- еров помещают в промежутках между его сторонами, укрывая их таким образом от ударов неприятеля. Под
О военном искусстве
85
Рис. 3

86
Никколо Макьявелли
робности я описывать не буду. Построения этого рода хороши только в редких случаях, когда батальон сражается в одиночку, а я хочу дать вам пример совместного боя нескольких батальонов с неприятелем.
Козимо. Кажется, я вполне понял ваш способ обучения солдат в этих батальонах но, если я не ошибаюсь, выговорили, что кроме 10 батальонов в вашей бригаде есть еще 1000 запасных пикинеров и 500 запасных велитов. Разве вы не будете их обучать?
Фабрицио. Конечно буду, и весьма тщательно пикинеры должны обучаться по крайней мере по сотням в том же порядке, как и остальные батальоны я предпочитал бы их правильным батальонам при всякого рода частных действиях, как, например, прикрытие обоза, сбор продовольствия в неприятельской местности и другие подобные операции велиты же должны, по-моему, обучаться у себя дома, без военных сборов ведь их дело — это бой врассыпную, и поэтому незачем собирать их вместе с прочими войсками на общее учение достаточно обучить их действовать в одиночку. Я уже говорил вами не перестану это повторять, что солдаты батальона должны быть обучены так, чтобы они умели держать равнение, знали свои места, умели делать быстрые повороты, когда это нужно по условиям местности или при появлении неприятеля если это усвоено, батальон будет знать свое место и свое дело среди целого войска. Князь или республика, не жалеющие забот и труда на боевое устроение и обучение, получат для своей страны хороших солдат, одолеют своих соседей и будут предписывать законы другим, а не подчиняться. В наши же дни, среди общей смуты, о которой я уже говорил, эти правила забыты и забро­
О военном искусстве
87
шены; поэтому войска наши плохи, и, если даже попадаются способные полководцы и возникают войны, у полководцев нет никакой возможности показать свою военную доблесть.
Козимо. Как должны быть устроены батальонные обозы?
Фабрицио. Прежде всего у меня ни центурионы, ни декурионы не ехали бы верхом, да и начальник батальона получит лошака, а не лошадь, если не захочет идти пешком. Ему я бы дал две повозки, центурионам — по одной и на каждых трех декурионов — по две, ибо они именно так будут размещены в лагере, как я скажу дальше. Таким образом, у каждого батальона будет 36 повозок, нагруженных палатками, котлами для варки пиши, топорами и железными кольями для разбивки лагеря остальное можно нагрузить на них, если окажется свободное место.
Козимо. Я понимаю, что начальники, которых вы определяете в свои батальоны, необходимы, ноя боюсь, не слишком ли их много и как бы из-за этого не было замешательства.
Фабрицио, Это могло бы случиться, если бы они все не подчинялись одной высшей власти, но при правильном подчинении они только поддерживают порядок и, наоборот, без них невозможно руководить войсками. Если стена грозит обвалом, то лучше поддержать ее во многих местах слабыми подпорками, чем поставить их мало, хотя бы и очень прочных с одной подпоркой, как бы она ни была крепка, стена все равно рухнет. Таки в войске на каждый десяток людей должен быть человек более деятельный и храбрый, чем другие, или хотя бы обладающий большей властью, который сво­

88
Никколо Макьявелли
им мужеством, словом и примером поддерживает солдат и воодушевляет их к бою.
Н асколько в войске необходимо все, о чем я говорил, именно начальники, знамена, музыка, видно хотя бы из того, что все это есть и у нас, но только никто не делает своего дела. Возьмите декурионов: если вы хотите, чтобы они выполняли свой долг, то каждый из них должен в совершенстве знать своих солдат, жить сними, стоять вместе сними в карауле и вместе сражаться.
Когда декурион на посту, шеренга равняется по нему, как по шнурку, и держится так крепко, что не может расстроиться, а если бы это все же произошло, она сейчас же собирается вновь. У нас же они годны только для того, чтобы получать больше жалованья и выполнять разные частные поручения. Тоже происходит и со знаменем у нас оно служит больше для красоты смотров, чем для настоящего военного дела, между тем как у древних знамя указывало путь и место сбора, ибо, как только оно останавливалось, каждый солдат уже знал, куда ему идти, и всегда точно занимал свое место. Остановка или движение знамени означали остановку или движение вперед всего батальона.
Поэтому войско должно разделяться на многочисленные отдельные части, имеющие свои особые знамена и начальников это сообщает ему душу и жизнь.
Пехота должна следовать за знаменем, а знамя — за музыкантами. Если музыканты хороши, то войском командуют они, потому что солдат соразмеряет свой шаг с музыкальным тактом и, таким образом, легко сохраняет свое место встрою. У древних были флейты, рожки и другие духовые инструменты, тон которых был установлен в совершенстве. Как танцор двигается в такт и
О военном искусстве
89
не собьется, если он его соблюдает, таки войско не расстроится, если правильно идет под музыку.
Разнообразие музыки означало у древних разнообразие движений одна музыка сменяла другую, когда надо было воспламенить, сдержать или совсем остановить воинов. У каждого музыкального строя было свое назначение дорийский строй внушал спокойствие и твердость, фригийский приводил людей в неистовство. Рассказывают, что Александр, услышав за столом фригийскую музыку, так взволновался, что схватился за оружие.
Все эти мелодии следовало бы восстановить, а если бы это оказалось слишком трудно, то надо бы по крайней мере не пренебрегать теми, которые помогают солдату различать команду. Каждый может изменять их как хочет, лишь бы ухо солдата привыкло их узнавать. Теперь у нас тоже есть музыка, но толку от нее большей частью нет никакого — один только шум.
Козимо. Мне хотелось бы знать от вас, если только вы сами об этом задумывались, каким образом нынешние войска пали так низко и откуда пошел их развали пренебрежение военными званиями?
Фабрицио. Я охотно поделюсь с вами своими мыслями. Вызнаете, что выдающихся воинов было много в Европе, мало в Африке и еще меньше в Азии. Происходило это оттого, что две последние части света знали только одну или две монархии, республик в них почти не было наоборот, в Европе монархий было мало, а республик — бесчисленное множество. Люди выделяются и проявляют свои таланты, поскольку их выводит из низов и поощряет властитель, будь то республика или князь

90
Никколо Макьявелли
Поэтому там, где повелителей много, выдающиеся люди рождаются во множестве, в противном случае их бывает мало. В Азии мы встречаем имена Нина, Кира, А ртаксеркса, М итридата, рядом с которыми можно поставить еще очень немногих. В Африке, если оставить в стороне египетскую древность, мы видим только Масиниссу, Югурту и нескольких полководцев Карфагенской республики.
По сравнению с Европой число их ничтожно, ибо в Европе выдающихся людей бесконечно много, и их было бы еще больше, если бык именам, до нас дошедшим, можно было прибавить имена, преданные забвению завистливым временем. Ведь даровитых людей всегда было много там, где было много государств, поощрявших таланты по необходимости или по иной человеческой страсти. Азия дала мало больших людей, потому что вся эта страна была подчинена единому царству, по самой громадности своей пребывавшему большей частью в бездействии и потому неспособному создавать замечательных деятелей. Тоже было ив Африке, нотам благодаря Карфагенской республике их все же было больше.
Выдающиеся люди чаще встречаются в республиках, где таланты в большем почете, чем в монархиях, где их боятся. Там воспитывают дарования, а здесь — их истребляют. Если посмотреть теперь на Европу, то вы увидите, что она испещрена республиками и княжествами, которые боялись друг друга и поэтому были вынуждены поддерживать в силе военные установления и окружать почетом людей, отличившихся боевыми заслугами. В Греции, кроме Македонии, было множество республики каждая из них была родиной за
О военном искусстве
91
мечательнейшихлюдей. В Италии были римляне, сам ниты, этруски, цизальпинские галлы. Галлия и Германия сплошь состояли из республики княжеств Испания точно так же.
Если от этих стран сохранилось по сравнению с Римом мало имен, то виновато в этом только лукавство писателей, которые поклоняются счастью и прославляют поэтому только победителей. Совершенно неправдоподобно, чтобы не было многого множества замечательных людей среди самнитов и этрусков, сто пятьдесят лет воевавших с римским народом, раньше чем ему покориться. Тоже относится, конечно, и к Галлии и к Испании.
Однако если писатели умалчивают о мужестве отдельных граждан, они зато обычно восхваляют величие народов и превозносят до небес их стойкость в защите своей свободы. Если верно, что больших людей тем больше, чем больше на свете государств, то надо, естественно, признать, что с уничтожением их пропадает понемногу и человеческое величие, ибо исчезает сила, его порождающая. С возвышением Римской империи, поглотившей все республики и царства в Европе, Африке и большей части Азии, доблесть исчезла всюду, сохранившись только в Риме.
Последствия этого сказались в том, что выдающиеся люди ив Европе, ив Азии стали появляться реже. В дальнейшем доблесть окончательно упала, ибо она целиком сосредоточилась в Риме. И когда в Риме началось падение нравов, оно распространилось почти навесь мир, так что скифские орды могли спокойно явиться и расхитить империю , уничтожившую доблесть в других странах и не сумевшую сохранить ее у

92
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

перейти в каталог файлов
связь с админом