Главная страница
qrcode

Белов В.А. Объект субъективного права, объект правоотношения, объект оборота. Объект субъективного гражданского права, объект гражданского правоотношения и объект гражданского оборота содержание и соотношение понятий


НазваниеОбъект субъективного гражданского права, объект гражданского правоотношения и объект гражданского оборота содержание и соотношение понятий
АнкорБелов В.А. Объект субъективного права, объект правоотношения, объект оборота.pdf
Дата05.11.2017
Размер0.55 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаBelov_V_A_Obekt_subektivnogo_prava_obekt_pravootnoshenia_obekt_o
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#46201
страница8 из 10
Каталогe.makarimov

С этим файлом связано 32 файл(ов). Среди них: Bevzenko_R_S_Sdelka_s_supruzheskim_imuschestvom_bez_soglasia_dru, GIA-9_Matematika_2013_1304.pdf, GIA-9_Matematika_2013_1303.pdf, Jojo_sucht_das_Glueck_Grammatikuebersicht.pdf, Russky_yazyk_-_Samopodgotovka.pdf, sochinenie_argumenty_iz_literatury.pdf, математика_формулы_площадей_фигур.docx, Argumenty_1.pdf и ещё 22 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10
.
Вторая стадия (в любом ее варианте) неизбежно вызывает реакцию - совершение заинтересованными лицами фактических и юридических действий, направленных на защиту от реально или мнимо неправомерных притязаний и посягательств. Это - третья стадия.
Эффектом всех описанных действий является, с одной стороны, формирование индивидуального, группового и массового общественного сознания правовой действительности (правосознания), с другой - определенного состояния и уровня законности и правопорядка в обществе. Правосознание, законность и правопорядок - явления, относящиеся к сфере реальной действительности.
--------------------------------
<*> Лишь в этом смысле действия можно было бы называть объектами правоотношений.
Воздействие правоотношений на отношения фактические выражается, таким образом, в том, что будучи предметом осмысления и ориентиром фактического поведения заинтересованных лиц, правоотношения в известной мере предопределяют как психическое отношение лиц к правовому регулированию и правовой действительности (правосознание), так и их реальное поведение (законность и правопорядок).
Почему же такое - казалось бы, безупречное с логической точки зрения - понимание объекта правоотношения (как объекта воздействия правоотношения) не только не прижилось в юриспруденции, но и практически не снискало себе сторонников? Ответ прост: проблема объекта правоотношения ставилась в юридической науке с совершенно иными целями. Ни
Ф.К. Савиньи, ни Г.Ф. Пухта уж, конечно, не могли предположить, что термин "объект"
("предмет") права, придуманный ими для обобщенного обозначения всех тех субстанций, юридическое значение которых (влияние на содержание правоотношений) не может быть ни приписано субъекту, ни сведено к юридическому факту (во времена Савиньи и Пухты речь шла в первую очередь о вещах), т.е. в чисто прагматических целях, потомки вдруг станут толковать в буквальном смысле <*>.
--------------------------------
<*> Весьма показателен в этом смысле подход О.С. Иоффе, отразившийся даже в наименовании гл. IV его монографии 1949 г. издания: "Объект. Гражданско-правовое значение вещей и их свойств". Вопрос об объекте, таким образом, по его мнению, - это один вопрос, а о гражданско-правовом значении вещей и их свойств - другой. "Свойства вещей... - пишет ученый, - могут рассматриваться как правообразующие юридические факты, но отнюдь не как обстоятельства, в силу которых вещь превращается в объект права... Вещи и
их естественные свойства во всех этих случаях выступают не в качестве объекта права, а в качестве внешнего обстоятельства, обусловливающего необходимость соответствующего урегулирования поведения обязанных лиц. Объектом права всегда является поведение обязанных лиц, однако право оказывает различное воздействие на их поведение в зависимости от характера вещей, на которые это поведение направляется. Именно в этом своем качестве, а не в качестве объектов прав вещи приобретают гражданско-правовое значение... гражданское право имеет дело со свойствами вещей не потому, что они являются объектами гражданских правоотношений, а потому, что, наряду с другими внешними обстоятельствами, они предопределяют возможный характер и направление поведения людей, регулируемого правом... Не являясь объектами прав, вещи и их свойства имеют гражданско-правовое значение как внешние обстоятельства, обусловливающие либо единственно возможную форму, либо границы выбора между различными формами поведения людей как участников отношений, регулируемых гражданским правом... Не являясь объектами прав, вещи и их особые свойства имеют гражданско-правовое значение как внешние обстоятельства, обусловливающие необходимость соответствующего регулирования поведения граждан" (Иоффе О.С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. С. 587, 599, 599 - 600).
В действительности проблема объекта не сводится ни к чему другому, кроме как к проблеме гражданско-правового значения свойств субстратов, не подпадающих под признаки ни субъектов правоотношения, ни его содержания, ни юридических фактов - прежде всего вещей. (Ср.: "По отношению к субъективному праву категория объекта имеет особое значение: она используется для "привязки" определенных юридических возможностей к тем или иным внешним предметам или явлениям. Указывая на тот внешний предмет, в отношении которого устанавливаются конкретные юридические возможности лица, и, следовательно, указывая на предмет самого общественного отношения, нормативные акты очерчивают границы субъективных прав, уточняют их содержание"
(Алексеев С.С. Об объекте права и правоотношения. С. 288 - 289)).
Понятие объекта в праве и правоотношении (правового объекта) - не онтологическое и даже не гносеологическое, но чисто функциональное <*>. Лучшим доказательством этому тезису служит тот факт, что проблема правового объекта почти не проникает в специальную и специализированную цивилистическую литературу, т.е. почти не освещается в работах, посвященных отдельным отраслям и институтам гражданского права: праву собственности, авторскому и патентному праву и т.п. Авторы почти всех подобных исследований целенаправленно убирают висящий над их головой критический "молот" и спокойно приступают к изучению догматической (прагматической) "наковальни" (современники - к более или менее подробному комментированию соответствующей части ст. 128 ГК). Даже те из них, кто декларирует какое-нибудь особенное общетеоретическое понимание объекта, совершенно забывают о нем, как только переходят к изучению конкретных правоотношений:
"особенный объект" суживается до нескольких строк, а в качестве объектов основной темы исследования фигурируют вполне традиционные субстанции
<**>.
Попытки последовательного проведения специфических теорий объекта на конкретном материале исчисляются единицами и никак не могут считаться успешными <***>.
--------------------------------
<*> Как мы помним, именно так формулирует и решает проблему объекта М.М.
Агарков.
<**> Самые яркие, описанные в литературе примеры - докторская диссертация Ю.Г.
Басина и учебник гражданского права О.С. Иоффе.
<***> Самая известная в этом отношении попытка - пятитомный курс договорного права М.И. Брагинского и В.В. Витрянского, где даже объектом правоотношения купли- продажи (!) являются действия продавца и покупателя; вещь - это предмет правоотношения, а денежная сумма - вообще Бог знает что такое.

Конечно, не требует доказательств то очевидное положение, что вещь может быть объектом фактического воздействия, но не фактического отношения и уж тем более не субъективного права и не правоотношения. Вместе с тем невозможно игнорировать тот факт, что содержание всех без исключения прав и обязанностей в полной мере предопределяется свойствами предметов внешнего мира, к которым приурочивается совершение действий, третируемых в качестве юридически возможных и должных; так, содержание вещных прав всецело предопределяется свойствами вещей - субстратов, являющихся объектами фактического господства управомоченных лиц и не имеющих такого значения в отношении активности лиц обязанных. Наверное, можно было бы изобрести какой-то особый термин для обозначения таких субстанций, точнее - их юридически значимых свойств <*>; но точно так же можно было перенести в правовую сферу термин, употреблявшийся для их обозначения в повседневной речи. Таким термином и оказался "объект". Отдавая себе отчет в его условности, его вполне допустимо сохранить и продолжать использовать как в научном обороте, так и в практике.
--------------------------------
<*> Кстати, такой термин есть: юридически значимые свойства вещей в теории гражданского права принято называть юридическими обстоятельствами; предложен он, насколько нам известно, О.С. Иоффе: "События и действия, - писал он, - не охватывают собою всех юридических фактов гражданского права... События выражаются, таким образом, в единократно наступающих юридических последствиях. Но имеются и такие явления, которые действуют в течение длительного времени, непрерывно и периодически порождая определенные правовые последствия. К числу явлений этого рода могут быть отнесены, например, естественные свойства вещей, юридическое действие которых не погашается в каком-либо одном правовом результате, и может выражаться в многократно повторяющихся правовых последствиях. Никто, по-видимому, не станет отрицать, что, независимо от признания значения объекта прав за самими вещами, их естественные свойства являются не объектами прав, а внешними условиями, приобретающими юридическое значение, т.е. юридическими фактами... В связи с этим было бы целесообразно, наряду с событиями и действиями, выделить в особую группу под общим наименованием юридических обстоятельств такие неволевые явления, которые существуют постоянно или в течение длительного времени, порождают непрерывно или периодически определенные правовые последствия и не погашаются в единократном акте правового действия" (Иоффе О.С.
Правоотношение по советскому гражданскому праву. С. 629). Возражения ему
(неубедительные) см.: Красавчиков О.А. Юридические факты в советском гражданском праве. М., 1958. С. 83 - 85).
Нельзя, следовательно, не признать, что многострадальная "проблема объекта субъективного (гражданского) права и (гражданского же) правоотношения" связана с необходимостью установления общефилософского понятия об объекте весьма отдаленным образом <*>. В действительности проблема принадлежит к области технологии (если не сказать - рационализации терминологии (М.М. Агарков)) и связана в первую очередь с точным отграничением юридически значимых свойств предметов и явлений реального мира как особой правовой категории (вещей, энергии, результатов интеллектуальной и иной правомерной деятельности, нематериальных благ, социальных условий активности личности и иных субстанций - словом, правового объекта), требующих отграничения от смежных категорий - юридически значимых качеств субъектов (юридических состояний) и юридических фактов <**>. Но и эта проблема будет сохранять чисто познавательный интерес до тех пор, пока не будет выявлена разница в юридическом значении свойств правового объекта (юридических обстоятельств), с одной стороны, с тем значением, которое могут иметь юридические состояния и факты - с другой. Во всякой иной своей постановке проблема объекта будет продолжать отличаться "недоброй славой схоластического,
оторванного от жизни вопроса" <***>, сложившейся благодаря предшествующим научным исследованиям.
--------------------------------
<*> Тем более нельзя видеть проблему объекта в создании (с помощью философии, логики и теории права) заранее известной конструкции объекта, объясняющей и оправдывающей то, что написано в законе (в нашем случае - в ст. 128 ГК РФ).
<**> Единственным ученым, сформулировавшим эту проблему и решившим ее, был
М.М. Агарков. Напомним его решение: объекты правоотношений "служат для характеристики и определения содержания соответствующих прав требований и обязанностей"; элементы содержания субъективных прав (правомочия) делятся на две группы - на совершение фактических действий (например, владение и пользование), а также юридических действий (актов распоряжения); возможность совершения последних является единственным ограничением, привносимым извне в число признаков объектов правоотношений; таким образом, перечень объектов правоотношений определяется по остаточному принципу (объект - все то, что не может быть сведено к субъектам и их свойствам, содержанию правоотношений и юридическим фактам), ограниченному положением о возможности совершения в их отношении актов распоряжения.
<***> Алексеев С.С. Об объекте права и правоотношения. С. 307; Он же. Общая теория социалистического права. Вып. 2. С. 151.
Какую бы ни занять позицию - согласиться ли с нашим утверждением о том, что термин "объект правоотношения" носит чисто условный характер и не должен трактоваться в сугубо философском смысле, либо с точкой зрения, согласно которой понимаемый в философском смысле объект воздействия, исходящего со стороны того или иного явления, никак не может находиться внутри этого явления (должен быть чем-то внешним по отношению к воздействующему субъекту, в нашем случае - правоотношению), - нельзя не ответить на следующий принципиальный вопрос: может ли объект находиться не просто вне правоотношения, но и вообще вне правовой (идеальной) сферы в целом? Коротко говоря: может ли объект правоотношения принадлежать к иному (материальному) миру? к сфере фактических, а не идеологических отношений?
Обыкновенно на этот вопрос предлагается категорический отрицательный ответ. Выше нами уже цитировались места из монографии О.С. Иоффе и статьи Я.М. Магазинера, где указывается, что "элементами правоотношения... не могут быть ни субъекты, ни вещь, поскольку они оба материальны, а правоотношение представляет собой явление идеологического, надстроечного порядка" <*>. "Правовое регулирование в целом есть явление гуманитарного, а не естественного порядка, то есть - в большой степени искусственное, привнесенное, созданное разумом. А в этом случае представляется ошибочным пытаться отыскать объект именно правового отношения в сфере естественного, если угодно - природного порядка вещей" <**>, - вторит им В.И. Сенчищев. В учебнике гражданского права (п. 343) также указывалось, что "коль скоро мы говорим об объекте субъективного права - возможного поведения, мы имеем в виду объект идеальной категории, а не предмет приложения реального действия" <***>.
--------------------------------
<*> Магазинер Я.М. Указ. соч. С. 68.
<**> Сенчищев В.И. Указ. соч. С. 151.
<***> Белов В.А. Гражданское право. Общая часть. М., 2002. С. 174.
Иной взгляд формулирует С.С. Алексеев. По его мнению, "объект правоотношения принадлежит к числу "внеправовых" (материальных и нематериальных) явлений, предметов.
Что бы ни рассматривалось в качестве объекта (вещи, духовные блага и др. либо само поведение субъектов), объекты не могут по самой своей природе входить в состав правоотношения как "чистой" юридической формы. Последняя состоит только из субъективных прав и обязанностей. Объект является элементом правоотношения лишь
постольку, поскольку оно (правоотношение) берется в широком плане, т.е. как единство юридической формы и фактического содержания. В этом случае объект вместе с субъектами и материальным содержанием характеризуют "фактическую сторону" правоотношения" <*>.
С ним соглашается (цитируя часть данной здесь цитаты) А.П. Дудин <**>.
--------------------------------
<*> Алексеев С.С. Общая теория социалистического права. Вып. 2. С. 137.
<**> См.: Дудин А.П. Указ. соч. С. 62.
Подходя к трактовке объекта правоотношения с общефилософских позиций, легко понять, что ответ на поставленный вопрос будет целиком зависеть от понимания правоотношения, ибо его объектом будет то, на что правоотношение способно оказать правовое воздействие. Ясно, что если правоотношением будет называться только лишь связка из субъективного права и юридической обязанности (юридическая форма жизненного отношения), то объект правоотношения хотя и должен будет находиться вне самого правоотношения, он все же не сможет перейти в сферу материального мира: его следует трактовать исключительно как идеальную (правовую) категорию <*>. Но если правоотношение отождествить или объединить с отношением фактическим, то не будет ничего крамольного и в том, чтобы усмотреть его объект не просто за пределами правоотношения, но в сфере реальной действительности. Объекты правоотношений будут простыми "юридическими" слепками объектов фактических отношений.
--------------------------------
<*> Правда, в этом случае возникает еще один непростой вопрос: а что представляет собой правовая реальность, не сводимая к правоотношению, в котором мы пытаемся определить объект? Напрашивается парадоксальный двусоставный ответ: (1) сферу правопорядка, складывающуюся из правовых условий общественного существования и (2) совокупность... всех других правоотношений.
Если же согласиться с подходом функциональным, т.е. не усматривать за проблемой объекта больше философского смысла, чем тот, что за ней и в самом деле скрывается, если считать ее проблемой специально-юридического свойства, относящейся к области юридической техники и технологии, если под объектом правоотношения видеть так называемый объект-функционал, то при всяком понимании правоотношения его объект может пребывать как в правовой сфере (если таковая существует вне интересующего нас правоотношения), так и за ее пределами.
Зависимость решения проблемы объекта от двух названных обстоятельств - понимания правоотношения и постановки самой проблемы - может быть представлена в виде следующей таблицы:
│Правоотношение - это
Объект │ правоотно- ├──────────────┬───────────────┬───────────────────── шения │юридическая │фактическое │единство юридической понимается │форма общест- │отношение, │формы и фактического
│венного отно- │урегулированное│содержания
│шения │нормами права │
───────────┼──────────────┼───────────────┼─────────────────────
│объект может │объект мыслим │допустимы объекты
│относиться │только в сфере │как в правовой, философски │только к пра- │фактических │так и в фактической
│вовой сфере │отношений │сфере
───────────┼──────────────┴───────────────┴─────────────────────
│объект - любая субстанция, имеющая определенное
│юридическое значение (например - предопределяющая специально-│содержание правоотношения) и притом юридически │- не совпадающая с его субъектами и содержанием,
│а также

│- не входящая в число оснований его динамики
│(движения)
Легко увидеть, что именно специально-юридическое (функциональное) понимание объекта обеспечивает логически необходимое единство трактовки этого понятия в любых концепциях правоотношения. Поскольку никаких предпосылок (кроме чисто внешних, терминологических) к философскому пониманию объекта правоотношения (во всяком случае, в том смысле, в котором это понятие интересует юриспруденцию) не существует, представляется основательным отдать предпочтение именно специально-юридической точке зрения. К такому решению существует тем больше оснований, что в него органично вписывается традиционное римское материалистическое, или вещное, понимание объекта, в том числе и в том виде, в котором оно закреплено действующим гражданским законодательством (см. ст. 128 ГК РФ и сл.). Ясно, что господствующее положение вещной концепции объекта далеко не случайно: именно в этом своем виде теория выглядит наиболее доступной для практического и обыденного понимания. Все эти достоинства сопрягаются с общим (функциональным) назначением понятия правового объекта: коль скоро его существование оправдывается определенными функциями (целями), вполне логично перенести центр тяжести рассмотрения данной проблемы из онтологической в чисто практическую плоскость.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

перейти в каталог файлов


связь с админом