Главная страница

_Сафуанов Ф.С., Психология криминальной агресси... Психология криминальной агрессии


Скачать 1,57 Mb.
НазваниеПсихология криминальной агрессии
Анкор_Сафуанов Ф.С., Психология криминальной агресси.
Дата09.11.2017
Размер1,57 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файла_Сафуанов Ф.С., Психология криминальной агресси...doc
ТипМонография
#47020
страница1 из 28
Каталогid43146829

С этим файлом связано 30 файл(ов). Среди них: и ещё 20 файл(а).
Показать все связанные файлы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28

Ф. С. Сафуанов


ПСИХОЛОГИЯ КРИМИНАЛЬНОЙ АГРЕССИИ

Смысл

Москва

2003

2

УДК 343.953
ББК 67.51

С 218
Издание осуществлено при финансовой поддержке

Российского Гуманитарного Научного Фонда (РГНФ)

проект № 02-06-16029д
Рецензенты:

Коробейников И. А., доктор психологических наук

Романов В. В., доктор психологических наук,

кандидат юридических наук

Сирота Н. А., доктор медицинских наук
С 218

Ф. С. Сафуанов. Психология криминальной агрессии. М.: Смысл, 2003. — 300 с.
ISBN 5-89357-135-5
Монография посвящена теоретическим и практическим проблемам психологии криминальной агрессии. Приводится типология агрессивных преступлений, рассматриваются психологические механизмы агрессии. Освещается роль психических аномалий в генезе агрессивных действий.
Анализируются проблемы комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы психически здоровых и лиц с психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, обвиняемых в криминально-агрессивных действиях. Приводятся критерии судебно-экспертной клинико-психологической оценки их психического состояния в момент совершения преступления (аффект, ограниченная вменяемость) и критерии назначения принудительных мер медицинского характера, сопряженного с исполнением наказания, лицам с психическими расстройствами.
Для психологов, психиатров, юристов.

УДК 343.953

ББК 67.51

ISBN 5-89357-135-5
В оформлении обложки использована картина

В. Маттойера «Каин»
© Ф. С. Сафуанов, 2003

© Изд-во «Смысл», 2003

3
ВВЕДЕНИЕ
Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза (КСППЭ) обвиняемых в агрессивных преступлениях сегодня находится под влиянием двух векторов, взаимодействие которых и определяет дальнейшие перспективы ее развития.
Первый вектор — это развитие всей суммы знаний о различных аспектах КСППЭ, включающей теоретические, методологические, организационно-правовые ее аспекты, представления об основных экспертных понятиях (аффект, существенное влияние личностных особенностей, ограниченная вменяемость и др.), основные концепции психологических механизмов криминальной агрессии, критериев экспертных психолого-психиатрических оценок общественно опасных действий, факторов риска агрессивного поведения и мер его профилактики. Он предопределяет преемственность исследований всех направлений КСППЭ, использование разнообразных научных разработок на стыке психологии, права и психиатрии.
Второй вектор — это коренные изменения в отечественном уголовном законодательстве, оказывающие глубокое воздействие на теорию и практику КСППЭ. Взаимодействие этих двух сил представляется диалектическим, его можно выразить формулой «единство и борьба противоположностей».
С одной стороны, изменения в Уголовном кодексе, имеющие отношение к области психолого-психиатрической экспертизы, не предопределяют всеобщего преобразования понятийного аппарата КСППЭ, отказа от результатов прошлых исследований — напротив, только в контексте истории развития основных категорий КСППЭ можно понять их роль в условиях изменившегося законодательства.
С другой стороны, недостаточный учет новых правовых реалий, попытка механического переноса принципов и положений, разработанных в КСППЭ в условиях старого законодательства, в
4
производство предметных видов экспертиз, имеющих теперь нередко иное правовое значение, также тормозит решение реальных практических вопросов. В первую очередь это касается применения психологами критериев экспертных оценок различных психических явлений, а также использования экспертных выводов при вынесении судебных решений. В результате огромный потенциал экспертных судебных исследований, требующих применения специальных познаний в психологии, оказывается не до конца реализованным. По мнению философа Г. Башляра (1987), «эпистемологические ошибки» исследователей происходят не от каких-либо нарушений логического вывода и т. п., основной их источник — попытка перенести старые представления в новую социальную ситуацию.
Т. Б. Дмитриева (1998), анализируя проблему освоения судебной экспертизой (на примере судебно-психиатрической экспертизы) законодательных нововведений, подчеркивает, что «надлежащее освоение законодательных актов предполагает научную проработку едва ли не всего проблемного поля... <судебной экспертизы>, ... без выполнения этого условия усвоение нового угрожает остаться поверхностным, а последующие практические шаги — недостаточно адекватными» (Дмитриева, 1998, с. 14). Т. Б. Дмитриева выделяет три этапа работы с УК РФ, действующим с 1997 г. (там же, с. 14—52). Первый этап включает выявление законодательных нововведений, их «инвентаризацию» и первичную оценку. Второй этап — анализ судебно-экспертной, следственной, судебной практики — в отличие от предыдущего, дает возможность в ходе освоения нового закона опереться непосредственно на опыт его применения, в частности, на опыт судебно-экспертной деятельности. Третий этап — внедрение итогов работы первых двух этапов — самый долгосрочный, он подразумевает не только «освоение» принципов производства экспертизы в соответствии с новым законом, но и решение новых проблем, связанных как с эволюцией текущего законодательства, так и с развитием научного знания.
Если следовать этой концепции, то следует признать, что в настоящее время актуальным для КСППЭ является решение задач, диктуемых вторым этапом развития. Начальный этап, по-видимому, уже подходит к концу: психологическая «инвентаризация» и оценка изменений уголовного законодательства проводится в виде комментариев (Ситковская, 1999), рассматривается в учебных и научно-практических пособиях (Сафуанов, 1998 а, 2001 а;
5
Кудрявцев, 1999), документах нормативного характера (Положение о производстве КСППЭ, 1998; Приказ МЗ РФ № 165). В настоящее время представляется необходимым решать проблемы теории КСППЭ, непосредственно вытекающие из оценки законодательных нововведений. Без этого необходимого шага — теоретического исследования — невозможна будет и разработка практических и методических рекомендаций: формулирование и структурирование проблемы требуют в данном случае большего внимания, чем ее непосредственное решение путем применения обычных методов.
Центральной проблемой КСППЭ обвиняемых (зависимой от правовых концепций, закрепленных в формулировках уголовного законодательства) является разработка экспертных критериев судебно-психологической оценки криминально-агрессивных действий обвиняемых. Несмотря на кажущуюся конкретность этой проблемы (критерии могут быть закреплены как унифицированные «стандарты», используемые экспертами-психологами в каждом конкретном случае производства КСППЭ, независимо от их научных пристрастий, приверженности той или иной теоретической школы, региональной принадлежности и пр.), она целиком и полностью зависит от решения основополагающих теоретических вопросов (объекта, общего и частных предметов исследований судебного эксперта-психолога, определения его специальных познаний и границ компетенции), разработки методологических принципов (учитывающих своеобразие судебно-экспертного подхода к психодиагностике и необходимость учета правовых аспектов ее применения), поиска оптимальных организационно-правовых форм взаимодействия экспертов с правоохранительными органами и взаимодействия экспертов-психологов с экспертами-психиатрами. Кроме решения теоретических проблем, возникающих непосредственно в недрах судебной экспертизы как прикладной отрасли психологии, разработка проблемы критериев экспертной оценки агрессивных правонарушений непосредственно связана и с развитием общепсихологических представлений о механизмах и мотивации поведения; с теориями агрессии; с патопсихологическими, психиатрическими и криминологическими концепциями, рассматривающими влияние психических расстройств и аномалий на процессы осознания и регуляции деятельности; с психолого-наркологическими исследованиями зависимости психических процессов от психоактивных веществ; с социально-психологическими исследованиями группового взаимодействия
6
при осуществлении совместной деятельности; с теоретическими воззрениями, касающимися психологического строения личности, сущности и динамики разнообразных эмоциональных процессов (стресс, фрустрация и др.), феноменов копинг-поведения и психологических защит; и с многими другими направлениями научных исследований в общей, клинической и юридической психологии, психиатрии.
Понятие критериев экспертной судебно-психологической оценки психических явлений в рамках предметных различных видов КСППЭ, таким образом, является системообразующим. Оно может выступать своеобразной единицей (в которой в преобразованном виде сохраняются свойства целого) анализа КСППЭ обвиняемых как научного направления психологии, носящего ярко выраженный междисциплинарный характер — как в сфере интеграции правовых, клинических, криминологических знаний с психологическими, так и в сфере интеграции различных теоретических областей в самой психологии: клинической, общей, юридической, социальной, возрастной психологии, психодиагностики и психокоррекции.
Исследованию критериев комплексной судебной психолого-психиатрической оценки способности обвиняемых к осознанно-волевому поведению при совершении криминально-агрессивных действий и посвящена представленная на суд читателя монография.
7
Глава 1. Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза обвиняемых в агрессивных преступлениях.
Становление комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы (КСППЭ) приходится на семидесятые годы прошлого века1, оно происходит практически вслед за возрождением судебно-психологической экспертизы. Анализ истории развития КСППЭ позволяет выделить три основных этапа формирования данного вида экспертизы как особой формы применения специальных психологических познаний в уголовном процессе.
1.1. Первый этап. Возникновение КСППЭ
Этот период связан с постановкой проблемы возможности производства судебной экспертизы с одновременным применением познаний в психиатрии и психологии. Такая проблема возникла под влиянием прежде всего запросов судебной практики. Характерно, что, если первоначально проблема необходимости использования психологических познаний в уголовном и гражданском процессах была сформулирована не самими психологами, а юристами (Миньковский, 1959; Рогачевский, 1964; Ратинов, 1967; Экмекчи, 1968 и др.), то постановка вопроса о комплексном применении психологических и психиатрических познаний при производстве судебной экспертизы — это, в первую очередь, заслуга
8
судебных психиатров (Фелинская, Станишевская, 1971; Фелинская, Печерникова, 1973; Печерникова, Станишевская, 1974, 1975; Станишевская, Азбукина, Бурштын, Владимирская, Гульдан, 1974; Печерникова, Кудрявцев И. А., Криворучко, 1980). Именно на этот период приходится четкое осознание недостаточности узко психиатрических исследований для полных, глубоких и всесторонних судебно-экспертных оценок психической деятельности подэкспертных лиц и необходимости применения психологических познаний при экспертной оценке широкого круга явлений: непатологических эмоциональных реакций («физиологического аффекта») при экспертизе обвиняемых с пограничными формами психической патологии; ограничения способности в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими, обусловленного умственной отсталостью, не связанной с психическим заболеванием, при экспертизе несовершеннолетних обвиняемых; способности осознавать характер и значение насильственных сексуальных действий обвиняемого или оказывать ему сопротивление при экспертизе малолетних и несовершеннолетних потерпевших, не обнаруживающих выраженной психической патологии; способности малолетних и несовершеннолетних свидетелей правильно воспринимать имеющие значение для дела обстоятельства и давать о них правильные показания. Нарушения указанных юридически значимых способностей подэкспертных лиц, как показали и практика судебно-психиатрической экспертизы, и исследования, проводимые в рамках изучения компетенции судебно-психологической экспертизы, могут быть обусловлены не только психопатологическими факторами («медицинским критерием» судебно-психиатрической экспертной оценки), но и чисто психологическими — личностными, возрастными — причинами (Коченов, 1971, 1973, 1974, 1977, 1978, 1980; Судебная психиатрия, 1977).
Основным итогом первого этапа, наряду с признанием (в первую очередь, со стороны практики) возможности комплексного применения психиатрических и психологических познаний в экспертизе, стало выделение предметных видов КСППЭ, ассимилировавшей достижения судебно-психологической и судебно-психиатрической экспертизы. Характерно, что в «орбиту» КСППЭ были втянуты те виды судебно-психологической экспертизы2, которые
9
имели очевидные аналоги в судебно-психиатрической экспертизе. В отношении свидетелей и потерпевших их объединяла одинаковая формулировка так называемого «юридического критерия» экспертных оценок, тогда как по наличию или отсутствию «медицинского» критерия можно было различать компетенцию психолога и психиатра (Метелица, 1990). В отношении несовершеннолетних обвиняемых общей точкой соприкосновения была диагностика умственной отсталости, с одновременной дифференциацией природы отставания в психическом развитии — связанной или не связанной с психическим расстройством. При экспертизе совершеннолетних обвиняемых ассимиляция проблематики экспертной оценки «физиологического» аффекта определялась постоянной необходимостью дифференциальной диагностики «нормального» и «патологического» аффекта (или других временных болезненных расстройств психической деятельности). Не случайно в общепризнанную компетенцию КСППЭ не вошли, и до сих пор не входят, такие значимые для однородной судебно-психологической экспертизы проблемы как влияние психического состояния человека на его действия при исполнении им своих профессиональных функций: при дорожно-транспортных происшествиях (Коченов, 1977, 1980, 1991; Шипшин, 1998), авариях и катастрофах, связанных с нарушениями операторской деятельности (Ситковская, 1992, 1998); психологическое содержание продуктов письменной речи (Леонтьев А. А., Шахнарович, Батов, 1977; Коченов, 1977, 1980; Енгалычев, Шипшин, 1997); зависимость поведения отдельных индивидов от социально-психологической атмосферы (Коченов, 1991) и др.3
Другим фактором, структурировавшим круг вопросов, решаемых в рамках КСППЭ, являлось наличие четких и недвусмысленных оснований проведения именно этих видов экспертиз, содержащихся в Уголовном и Уголовно-процессуальном законодательствах РСФСР. Так, экспертиза аффективных реакций и состояний
10
обвиняемых имела значение для квалификации преступления по ст. 104 Уголовного кодекса (УК) РСФСР («Умышленное убийство, совершенное в состоянии сильного душевного волнения»), ст. 110 УК РСФСР («Умышленное тяжкое или менее тяжкое телесное повреждение, причиненное в состоянии сильного душевного волнения») или установления смягчающего ответственность обстоятельства по п. 5 ст. 38 УК РСФСР («Совершение преступления под влиянием сильного душевного волнения, вызванного неправомерными действиями потерпевшего»). Экспертиза полной или неполной меры способности несовершеннолетнего обвиняемого осознавать значение своих действий и руководить ими регулировалась ст. 392 Уголовно-процессуального кодекса (УПК) РСФСР, а также постановлениями Пленума Верховного Суда СССР № 1 от 16 марта 1968 г. и № 16 от 3 декабря 1976 г. Экспертиза способности свидетеля или потерпевшего правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания, могла быть назначена в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 72 и п. 3 ст. 79 УПК РСФСР, для определения возможности человека выступать свидетелем в уголовном процессе. Экспертиза способности потерпевших по делу об изнасиловании понимать характер и значение действий виновного или оказывать сопротивление определялась необходимостью квалификации их «беспомощного состояния» по смыслу ст. 117 УК РСФСР.
В то же время, научные разработки в области исследования возможности синтетического использования специальных познаний в психологии и психиатрии поставили перед теорией КСППЭ множество новых проблем, требующих своего решения для более эффективного применения комплексных психолого-психиатрических исследований в судебной практике. Актуализация этих проблем определялась не только логикой научных исследований, но и теми реальными затруднениями, которые возникали при производстве КСППЭ в каждодневной практике, хотя их число было еще невелико и такие экспертизы проводились практически только во ВНИИ общей и судебной психиатрии им. В. П. Сербского4.
Эти проблемы касались широкого круга теоретических, методологических, организационно-правовых вопросов комплексных экспертиз, связанных с взаимодействием экспертов разных специальностей (психологов и психиатров); взаимодействием экспертов
11
с органом, назначившим экспертизу; разработкой и уточнением экспертных критериев судебно-психологической, судебно-психиатрической и комплексной психолого-психиатрической оценок.
Одновременно практика КСППЭ поставила и ряд научных проблем, которые требовали своего разрешения в рамках фундаментальных исследований, прежде всего в области общей, клинической и возрастной психологии. Для КСППЭ совершеннолетних обвиняемых наиболее актуальными и связанными с необходимостью разработки судебно-экспертных оценок оказались вопросы мотивации общественно опасного, в первую очередь — агрессивного, поведения. Исследователи и практические эксперты столкнулись с тем обстоятельством, что в рамках «академической» психологии обнаружились значительные пробелы в исследовании механизмов криминального поведения, наиболее значимыми из которых в контексте развития теоретических проблем КСППЭ оказались следующие: категория «поведения» вместе с критикой бихевиоризма оказалась вне концептуального поля научной психологии и почти полностью поглотилась анализом «деятельности» (Леонтьев А. Н., 1975); в области изучения агрессии насчитывались лишь единичные работы (Левитов, 1972; Ениколопов, 1976, 1979; Актуальные проблемы..., 1981; Михайлова, 1983 и др.), посвященные отдельным аспектам криминальной агрессии; после массированной критики теорий ломброзианского толка практически не решались психологические проблемы влияния пограничных психических расстройств и аномалий на регуляцию агрессивного поведения5.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28

перейти в каталог файлов
связь с админом