Главная страница
qrcode

Сага об Эгиле


НазваниеСага об Эгиле
АнкорSaga ob Egile syne Skallagrima russky perevod.rtf
Дата02.02.2017
Формат файлаrtf
Имя файлаSaga_ob_Egile_syne_Skallagrima_russky_perevod.rtf
ТипДокументы
#32007
страница13 из 20
Каталогid96382430

С этим файлом связано 59 файл(ов). Среди них: Vazhnost_tvoroga_i_syra_11_04_2012_Piter_Torsu.mp3, Saga_ob_Egile_syne_Skallagrima_russky_perevod.rtf, Prezhde_chem_nachat_svoy_biznes_2006.fb2, Populyarnaya_ritorika_-_Smekhov.pdf, 5_essential_grammar_in_use_grammar_reference.pdf, lang_voenka_chvk.jpg, Oleg_Andreev_Uchimsya_chitat_bystro.doc и ещё 49 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   20


Я даже считаю, — добавил Эгиль, — что Асгерд более высокого рождения, чем твоя жена Гуннхильд.

Тогда Энунд говорит очень нагло:

До чего ты дерзок, Эгиль! Конунг Эйрик изгнал тебя из Норвегии, а ты все-таки приезжаешь сюда и собираешься идти против его людей. Помни, Эгиль, что таких, как ты, я убирал с дороги, даже если для этого было меньше причин, чем теперь, когда ты требуешь от меня наследства для своей жены, в то время как всем известно, что ее мать была рабыня.

Энунд вел свои наглые речи еще некоторое время, и Эгиль понял, что Энунд не согласится на справедливое решение их спора. Тогда он сказал, что вызывает Энунда в суд и передает тяжбу для решения на Гулатинг.

Энунд ответил:

Я приеду на Гулатинг, и надеюсь, что ты не вернешься с этого тинга целым и невредимым.

Эгиль сказал:

Ты меня не испугаешь. Я все же приеду на тинг, и тогда посмотрим, как решится наша тяжба.

Эгиль и его спутники уехали. Вернувшись домой, Эгиль рассказал Аринбьёрну о своей поездке и об ответе Энунда. Аринбьёрн очень рассердился, что Тору, сестру его отца, назвали рабыней. Он отправился к конунгу Эйрику и рассказал ему обо всем деле. Конунг был очень недоволен и сказал, что Аринбьёрн уже давно пособничает Эгилю.

Когда раньше я разрешил ему остаться здесь в стране, — сказал конунг, — то я сделал это ради тебя. Но сейчас я вижу, что ты идешь даже против меня, раз ты помогаешь Эгилю бороться против моих друзей.

Во время всего разговора конунг был очень сердит, а жена его, как заметил Аринбьёрн, была еще враждебнее. Аринбьёрн сказал конунгу:

Но ты ведь позволишь нам добиваться законного решения этой тяжбы.

Вернувшись домой, Аринбьёрн сказал Эгилю, что у них очень мало надежды на успех.

Прошла зима, и наступило время ехать на Гулатинг. Аринбьёрн поехал туда с большой дружиной. Эгиль был вместе с ним. Конунг Эйрик тоже был на тинге, и с ним много народу. Берг-Энунд находился среди приближенных конунга, и с ним его братья. У них была большая дружина.

Когда на тинге разбирались тяжбы, обе стороны подходили к месту, где сидели судьи, и каждый приводил доказательства своей правоты. Энунд держал здесь большую речь. Местом суда было ровное поле, окруженное вехами из орешника. Между вехами была протянута веревка. Она называлась границей суда. А в кругу сидели судьи: двенадцать из фюлька Фирдир, двенадцать из фюлька Согн и двенадцать из фюлька Хёрдаланд. Эти судьи разбирали тяжбы. От Аринбьёрна зависело, какие судьи будут из Фирдира, а от Торда из Аурланда — какие будут из Согна. И те и другие действовали заодно.

Аринбьёрна сопровождало на тинг множество людей. Он взял с собой большой корабль, полный народу, и много небольших кораблей и гребных лодок, на которых сидели бонды. Конунг Эйрик прибыл туда с большой силой: у него было шесть или семь боевых кораблей Натанге собралось также множество бондов.

Эгиль изложил свое дело и сказал, что судьи должны признать, что закон на его стороне. Он доказывал свои права на имущество, которое раньше принадлежало Бьёрну, сыну Брюньольва. Он сказал также, что его законная жена Асгерд, дочь Бьёрна, должна получить наследство после своего отца. Ведь по своему рождению она имеет право владеть наследными землями, и кроме того, многие ее родичи были лендрманнами, а ее предки были еще знатнее. Эгиль потребовал, чтобы судьи присудили Асгерд половину наследства Бьёрна — его земель и движимости. А когда он кончил, заговорил Берг-Энунд:

Моя жена Гуннхильд, — сказал он, — дочь Бьёрна и Алов, законной жены Бьёрна. Гуннхильд — по закону наследница своего отца. Я взял все добро, оставленное Бьёрном, так как знал, что вторая дочь Бьёрна не имеет прав на наследство: ее мать увезли из дому как пленницу, а потом она стала наложницей. Родители ее не давали согласия на брак, и Бьёрн возил ее из страны в страну. А ты, Эгиль, видно вздумал действовать здесь так же, как везде, где бы ты ни появлялся: ты хочешь добиться своего дерзостью и бесчинством. Но это тебе не удастся, потому что конунг Эйрик и его жена Гуннхильд обещали мне, что всякая тяжба будет решена в мою пользу, если это будет в их власти. Я приведу правдивых свидетелей того, что Тора Кружевная Рука, мать Асгерд, была насильно увезена из дома ее брата Торира, а второй раз — из Аурланда от Брюньольва. Она уехала из нашей страны с викингами, которых конунг изгнал из страны. Асгерд, дочь Торы и Бьёрна, родилась в изгнании. И прямо удивительно, как Эгиль попирает все, что бы ни сказал конунг Эйрик. Во-первых, Эгиль, ты жил здесь в стране после того, как конунг Эйрик объявил тебя изгнанным из Норвегии. Кроме того, хотя ты женился на рабыне, ты добиваешься для нес наследства. Я требую, чтобы судьи присудили все наследство Бьёрна мне, а Асгерд как рабыню — конунгу, потому что она родилась в то время, когда ее отец и мать были изгнанниками, лишенными всех прав.

Потом заговорил Аринбьёрн:

Конунг Эйрик, мы приведем свидетелей и подтвердим их показания клятвами, что мой отец Торир и Бьёрн Свободный договорились, что Асгерд, дочь Бьёрна и Торы, будет наследницей своего отца Бьёрна. Кроме того, конунг, вы сами знаете, что вы дали Бьёрну право жить здесь в стране и что тогда было покончено со всем тем, что прежде мешало примирению.

Конунг не спешил с ответом. Тогда Эгиль сказал:

Он сказал: рабыней

Родилась жена моя.

Алчный Энунд, слушай!

Право на наследство

За женой бесспорно

По ее рождению.

В том готов поклясться, —

Принимай же клятву.

Аринбьёрн вызвал двенадцать человек, чтобы они выступили свидетелями. Все они были уважаемые люди. Они слышали, как Торир договаривался с Бьёрном, и предложили поклясться в том перед конунгом и судьями. Судьи хотели принять их клятвы, если конунг не запретит этого. Но конунг сказал, что не станет вмешиваться и не будет ни разрешать, ни запрещать эти клятвы. Тогда заговорила жена конунга Гуннхильд:

Меня, конунг, удивляет, как ты позволяешь, чтобы этот знаменитый Эгиль поворачивал все дело по-своему. Может статься, ты не возражал бы ему, даже если бы он потребовал от тебя все твое государство. Но если ты не хочешь оказать Энунду никакой помощи, то я не потерплю, чтобы Эгиль попирал ногами моих друзей и чтобы он неправдой отобрал у Энунда его добро. Где ты, брат мой, Альв Корабельщик? Поспеши со своим отрядом туда, где сидят судьи, и не допусти, чтобы это неправое дело совершилось!

Тогда Альв Корабельщик и его дружинники побежали к месту суда, сломали орешниковые вехи, разрубили натянутые между ними веревки и разогнали судей. На тинге поднялся сильный шум, но люди там были все без оружия. Тогда Эгиль сказал:

Послушай, Берг-Энунд, что я тебе скажу!

Ну, слушаю, — ответил Энунд.

Я вызываю тебя на поединок. Давай биться здесь, на тинге. Пусть тот, кто победит, владеет всем добром — землями и движимым имуществом. Каждый назовет тебя подлецом, если ты не отважишься на поединок.

Тут говорит конунг Эйрик:

Если ты, Эгиль, так рвешься в бой, то мы можем предоставить тебе для этого случай.

Эгиль отвечает:

Я не хочу биться с тобой и с твоей большой дружиной, но от равного числа людей я не побегу, кто бы ни были эти люди.

Тогда Аринбьёрн сказал:

Давай уедем. Все равно на этот раз мы ничего не добьемся.

Он повернулся, чтобы уходить, и с ним все его люди. Тогда Эгиль обернулся и сказал:

Я беру в свидетели тебя, Аринбьёрн, и тебя, Торд, и всех, кто теперь слышит мои слова, и лендрманнов, и знатоков законов, и весь народ. Я запрещаю заселять и использовать земли, которые принадлежали Бьёрну. Я запрещаю это и тебе, Берг-Энунд, и всем другим, как жителям нашей страны, так и чужеземцам, как знатным, так и незнатным. Всякого, кто это сделает, я обвиняю в нарушении законов и порядков страны и призываю на него гнев богов.

После этого Эгиль ушел вместе с Аринбьёрном. Они отправились к своим кораблям, которых за холмом не было видно с поля тинга. Подойдя к кораблям, Аринбьёрн сказал:

Все знают, чем кончился тинг: мы не добились законного решения, а конунг так разгневан, что всем нам, я думаю, крепко бы от него досталось, если бы он добрался до нас. Поэтому я хочу, чтобы каждый из вас шел на свой корабль и плыл домой.

Потом он сказал Эгилю:

Иди-ка на свой корабль вместе со всеми твоими спутниками. Уезжайте отсюда поскорей и будьте осторожны, потому что конунг постарается догнать вас. Когда будем дома, подумаем, как бы помирить вас с конунгом.

Эгиль сделал, как сказал Аринбьёрн. Они пошли на свой корабль — их было три десятка человек — и поспешно отплыли. Это был небольшой, очень быстроходный корабль. Тогда же вышло из бухты множество других судов, принадлежавших Аринбьёрну, парусников и гребных лодок, а боевой корабль Аринбьёрна шел последним, потому что он был самым тяжелым, когда шли на веслах. Корабль Эгиля быстро ушел вперед. Тогда Эгиль сказал такую вису:

Злой Торгейра отпрыск,

Ложь призвав на помощь,

Завладел наследством.

Не боюсь угроз его,

Отплачу сторицей

За грабеж…

Конунг Эйрик слышал последние слова Эгиля на тинге и пришел в сильный гнев. Но на тинге никто не имел при себе оружия, и потому конунг не мог сразу напасть на Эгиля. Тогда он велел всем своим людям идти на корабли, и они так и сделали. Конунг собрал своих приближенных на совет и рассказал им, что он задумал:

Мы сейчас уберем на кораблях шатры. Я решил поплыть вслед за Аринбьёрном и Эгилем и догнать их. Я хочу также объявить вам, что я решил убить Эгиля, если мы его нагоним, и не будет пощады никому, кто вздумает помешать этому.

Потом они отправились на корабли, поспешно снарядились и отчалили от берега. Они пошли на веслах к тому месту, где раньше стояли корабли Аринбьёрна. Потом конунг велел грести по проливу на север. Когда они вышли в Согнефьорд, то увидели корабли Аринбьёрна. Потом конунг велел грести по проливу на север. Когда они вышли в Согнефьорд, то увидели корабли Аринбьёрна, которые входили в пролив Саудунгссунд. Туда же повернул и конунг. В проливе он нагнал корабль, на котором плыл Аринбьёрн. Он сразу же подошел к нему, и они окликнули друг друга. Конунг спросил, нет ли у них на корабле Эгиля.

Аринбьёрн отвечает:

Нет, конунг, на моем корабле его нет. Вы это сейчас сами увидите. Здесь у нас на борту все люди, которых вы знаете, а Эгиль не стал бы прятаться под палубой даже от вас.

Конунг спрашивает, какие у Аринбьёрна самые последние вести об Эгиле, а тот отвечает, что Эгиль с тремя десятками человек поплыл на небольшом быстроходном корабле в пролив Стейнссунд.

Конунг и его люди уже раньше заметили, что много судов пошло в Стейнссунд. Конунг приказал гребцам войти в пролив с другой стороны острова и плыть навстречу Эгилю.

У конунга Эйрика был дружинник по имени Кетиль Хауд. Он указывал путь на корабле конунга и сам правил кораблем. Это был человек рослый и красивый. Он приходился близким родичем конунгу Эйрику, и многие говорили, что он похож на конунга.

Прежде чем поехать на тинг, Эгиль погрузил все добро на один из кораблей и оставил этот корабль на плаву возле острова. Теперь Эгиль направился туда, где стоял этот торговый корабль. 0ни поднялись на него, а быстроходный корабль оставили с рулем наготове, и весла на нем были в уключинах.

Утром, едва рассвело, стража заметила, что к ним приближаются большие корабли. Как только Эгиль услыхал это, он встал и тотчас же увидел, что на них хотят напасть. Шесть боевых кораблей подходило к ним. Тогда Эгиль велел всем садиться на быстроходный корабль, который стоял наготове, и они поспешно перешли на него. Эгиль успел взять с собой два сундука, которые он получил от конунга Адальстейна и повсюду возил с собой.

И Эгиль, и его спутники быстро вооружились. Они пошли на веслах вперед между берегом и тем кораблем из плывших им навстречу, который шел ближе всех к берегу. Это был корабль конунга Эйрика.

Так как все произошло внезапно и было еще не очень светло, то корабли разошлись в противоположные стороны. Но в тот миг, когда они как раз поравнялись, Эгиль бросил копье и попал прямо в человека, сидевшего у руля. Это был Кетиль Хауд. Тогда конунг Эйрик крикнул, чтобы люди гребли вслед за Эгилем. А часть кораблей конунга подошла к торговому кораблю Эгиля, и дружинники конунга вскочили на него. Все те из людей Эгиля, кто остался на этом корабле и не перешел на его быстроходный корабль, были убиты или бежали на берег. Десять человек из дружины Эгиля были там убиты.

Одни из кораблей конунга поплыли вслед за Эгилем, а другие задержались у его торгового корабля. Все добро, которое было на борту корабля, разграбили, а сам корабль сожгли. Те же, которые преследовали Эгиля, гребли изо всех сил. Они взялись по двое за каждое весло: людей у них было достаточно. А у Эгиля гребцов было немного — всего восемнадцать человек. Расстояние между кораблями стало уменьшаться. Но вот они достигли места, где между двумя островами был мелководный пролив. Было как раз время отлива. Эгиль и его спутники повели корабль по мелководью, но большой корабль конунга там не мог пройти, и это их разделило. Тогда конунг повернул обратно, к югу, а Эгиль поплыл на север, к Аринбьёрну. Тут Эгиль сказал такую вису:

Эйрик — могучий воин —

Десять храбрых витязей

Из моей дружины

В сече предал смерти.

Но копье метнул я,

И оно, вонзаясь

Между ребер Кетиля,

Жизнь мне сохранило.

Эгиль приехал к Аринбьёрну и рассказал ему все, что произошло. Аринбьёрн сказал, что он и не ждал ничего хорошего от конунга Эйрика и его людей.

Но у тебя, Эгиль, — добавил Аринбьёрн, — не будет недостатка в имуществе. Корабль, которого ты лишился, я возмещу тебе: я дам тебе другой, и на нем ты сможешь доехать до Исландии.

Асгерд, жена Эгиля, жила у Аринбьёрна все время, с тех пор как они поехали на тинг. Аринбьёрн дал Эгилю корабль, пригодный для морского плавания, и велел нагрузить его строевым лесом. Эгиль снарядил корабль для поездки за море. На корабле было около трех десятков человек. Эгиль и Аринбьёрн расстались друзьями. Эгиль сказал:

Да избавят боги

Нас от злого конунга,

Что меня ограбил.

О великий Один,

Да изгонит гнев твой

Недруга людского.

Фрейр и Ньёрд, сразите

Нечестивца карой.

LVII

Когда Харальд Прекрасноволосый начал стариться, он посадил своих сыновей править вместе с ним Норвегией, а Эйрика назначил верховным правителем над ними всеми. Но после того как Харальд пробыл конунгом семь десятков лет, он передал своему сыну Эйрику полную власть в стране. В это время Гуннхильд родила сына, и Харальд окропил его водой и дал ему свое имя, а также сказал, что мальчик должен стать конунгом после своего отца, если он доживет до тех пор.

Конунг Харальд ушел тогда на покой и чаще всего жил в Рогаланде или Хёрдаланде. Тремя годами позже он умер в Рогаланде, и над ним был насыпан курган у пролива Хаугасунд. После его смерти был великий раздор между сыновьями, потому что жители Вика выбрали конунгом Олава, а трёнды — Сигурда. Но конунг Эйрик убил обоих своих братьев в Тунсберге через год после смерти конунга Харальда. Это случилось в то лето, когда конунг Эйрик поплыл со своим войском из Хёрдаланда на восток, в Вик, биться со своими братьями. А перед этим была тяжба на Гулатинге между Эгилем и Берг-Энундом, о которой уже рассказывалось.

В то время как конунг отправился в поход, Берг-Энунд оставался у себя дома: он считал, что неосторожно уезжать из дому, пока Эгиль еще остается в Норвегии. Вместе с Энундом был его брат Хёдд.

Жил тогда человек по имени Фроди, родич конунга Эйрика и его воспитанник. Он был хорош собой и молод. Конунг Эйрик оставил его для охраны Берг-Энунда. Фроди сидел в Альрексстадире, в поместье конунга, и с ним был отряд воинов.

Одного из сыновей конунга Эйрика и Гуннхильд звали Рёгнвальд. Ему тогда было лет десять или одиннадцать. Это был красивый мальчик, и от него многого ожидали в будущем. В это время Рёгнвальд жил в Альрексстадире с Фроди.

Прежде чем отправиться в поход, конунг Эйрик объявил Эгиля вне закона, и всякий человек в Норвегии имел право убить его. Аринбьёрн был вместе с конунгом в походе. А еще до того, как он уехал из дому, Эгиль вышел на своем корабле в море и направился к тоне в шхерах около острова Альди. Эти шхеры называются Витар. Они лежат в стороне от обычного пути кораблей. Там были рыбаки, и от них легко было узнать новости. Эгилю стало известно, что конунг объявил его вне закона. Тогда он сказал такую вису:

Конунг, закон поправший,

Мне судил изгнанье,

В том повинна Гуннхильд, —
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   20

перейти в каталог файлов


связь с админом