Главная страница
qrcode

Сага об Эгиле


НазваниеСага об Эгиле
АнкорSaga ob Egile syne Skallagrima russky perevod.rtf
Дата02.02.2017
Формат файлаrtf
Имя файлаSaga_ob_Egile_syne_Skallagrima_russky_perevod.rtf
ТипДокументы
#32007
страница17 из 20
Каталогid96382430

С этим файлом связано 59 файл(ов). Среди них: Vazhnost_tvoroga_i_syra_11_04_2012_Piter_Torsu.mp3, Saga_ob_Egile_syne_Skallagrima_russky_perevod.rtf, Prezhde_chem_nachat_svoy_biznes_2006.fb2, Populyarnaya_ritorika_-_Smekhov.pdf, 5_essential_grammar_in_use_grammar_reference.pdf, lang_voenka_chvk.jpg, Oleg_Andreev_Uchimsya_chitat_bystro.doc и ещё 49 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20


Этой же зимой Эгиль поехал на юг, в Согн, за податью со своих земель. Там он пробыл долго, а потом поехал на север, в Фирдир.

У Аринбьёрна праздновали йоль. Аринбьёрн созвал на него своих друзей и окрестных бондов. Там собралось очень много народа, и было богатое угощение. Аринбьёрн подарил Эгилю по случаю йоля длинное одеяние, сшитое из шелка, с золотой каймой и золотыми пуговицами спереди до самого низа. Аринбьёрн велел сделать это одеяние по росту Эгиля. Еще он подарил ему полный наряд, сшитый на йоль. Он был скроен из пестрой английской ткани. Аринбьёрн оделил всевозможными дружескими подарками своих гостей, так как он был очень щедрым и достойным человеком.

Тогда Эгиль сочинил вису:

Муж достойный отдал

Свой наряд богатый.

Никогда не встречу

Преданнее друга.

Дорогим подарком

Наделил меня он.

Не найду того я,

Кто бы с ним сравнился.

LXVIII

Эгиль был очень не в духе после йоля, настолько, что не говорил ни слова. И когда Аринбьёрн увидел это, он заговорил с Эгилем и спросил его, отчего им овладела такая печаль.

Я хочу, — сказал он, — чтобы ты поведал мне, болен ли ты или что другое случилось с тобой. Мы тогда найдем средство помочь тебе.

Эгиль отвечает:

Не болезнь меня мучит, но забота о том, как получить добро, которое я добыл себе, убив Льота Бледного на севере, в Мёри. Мне сказали, что управители конунга забрали все это добро и передали его в собственность конунга. Теперь мне была бы нужна твоя помощь, чтобы получить это добро.

Аринбьёрн сказал:

Я думаю, что это не против законов, чтобы ты получил это добро, но мне кажется, что оно попало в крепкие руки. К конунгу во двор широкий вход, но выход оттуда узкий. Было у нас уже много трудных тяжб о возврате добра с людьми, более могущественными, чем мы. И тогда конунг больше доверял мне, чем теперь, потому что теперь моя дружба с конунгом Хаконом невелика, хотя мне и приходится поступать так, как говорит древняя пословица: надо беречь тот дуб, под которым строишь жилье.

Я думаю, — говорит Эгиль, — что если закон на нашей стороне, то надо попытаться. Возможно, что конунг поддержит нас, так как мне говорили, что он человек справедливый и строго соблюдает законы, которые вводит в стране. Я полагаю, что мне надо поехать к конунгу и попытаться уладить с ним это дело.

Аринбьёрн отвечает, что ему это не по душе.

Мне кажется, Эгиль, — говорит он, — что трудно будет твой пыл и твою смелость привести в согласие с характером конунга и его могуществом. Я думаю, что он тебе не друг и что у него есть на то причины. Я хотел бы, чтоб мы лучше оставили это дело и больше не брались за него. Но если ты, Эгиль, настаиваешь на своем, то уж лучше я сам поеду к конунгу с этим делом.

Эгиль отвечает, что он очень благодарен и что он очень хотел бы этого.

Хакон жил тогда в Рогаланде, а иногда в Хёрдаланде. Встретиться с ним было нетрудно. Вскоре после того разговора Аринбьёрн собрался в дорогу. Он объявил своим людям, что отправляется к конунгу, и посадил своих людей на двадцативесельное судно, которое у него было. Эгиль должен был остаться дома. Аринбьёрн не хотел, чтобы он ехал.

Снарядившись в путь, Аринбьёрн вышел в море. Плавание было спокойным. Он явился к конунгу Хакону и встретил хороший прием. Прожив там некоторое время, он изложил конунгу свое дело и сказал, что Эгиль, сын Скаллагрима, приехал в страну и думает, что должен получить все то добро, которым ранее владел Льот Бледный.

Нам сказали, конунг, что закон на стороне Эгиля, но ваши управители забрали все добро и передали в вашу собственность. Я хочу просить вас о том, государь, чтобы Эгиль получил свое, согласно законам.

Конунг не сразу ответил на его речь.

Я не знаю, — сказал он, — почему ты выступаешь от имени Эгиля в этом деле. Он уже был у меня однажды, и я сказал ему, что я не хочу, чтобы он был здесь в стране по причине, которая вам давно известна. Эгиль не должен предъявлять мне такие требования, как раньше брату моему Эйрику. А тебе, Аринбьёрн, надо сказать, что ты только тогда сможешь оставаться здесь в стране, если не будешь ценить иноземцев больше, чем меня или мои слова. Я ведь знаю, что мысли твои там, где сын Эйрика Харальд, твой воспитанник, и самое лучшее для тебя — уехать к нему и его братьям и остаться с ними. У меня есть большое подозрение, что такие люди, как ты, будут мне плохой помощью, если дело дойдет до ссоры с сыновьями Эйрика.

Поскольку конунг принял его речь так плохо, Аринбьёрн увидел, что вести дело дальше бесполезно. Он собрался в обратный путь. Конунг был с ним очень неприветлив и неласков после того, как узнал, с чем он приехал. Но Аринбьёрн не стал унижаться перед конунгом. Так они и расстались.

Аринбьёрн поехал домой и рассказал Эгилю о своей неудаче.

Я больше не стану, — сказал он, — обращаться с такими делами к конунгу.

Эгиль был очень опечален, он считал, что у него несправедливо отнято много добра.

Несколько дней спустя, рано утром, когда Аринбьёрн был в своем доме — там было тогда мало народу, — он послал человека за Эгилем и, когда тот пришел, велел открыть сундук, достал оттуда сорок марок серебра и сказал так:

Это серебро я даю тебе, Эгиль, за те земли, которыми владел Льот Бледный. Я нахожу справедливым, чтобы ты получил эту плату от меня и родителей Фридгейра за то, что ты спас его жизнь от Льота. Я знаю, что ты сделал это для меня. Я в долгу перед тобой. Я ведь допустил, чтобы тебя обидели.

Эгиль взял деньги и поблагодарил Аринбьёрна. Он снова стал весел и доволен.

LXIX

Эту зиму Аринбьёрн провел дома, а потом, весной, он объявил, что хочет отправиться в викингский поход. У Аринбьёрна были хорошие корабли. Весною он приготовил три больших боевых корабля. У него было тридцать дюжин человек. На свой корабль он взял своих домочадцев. Это были отличные воины. С ним отправились также многие сыновья бондов. Эгиль решил поехать вместе с ним. Он начальствовал на одном корабле, и с ним поехали многие из тех спутников, которых он взял с собой из Исландии. А торговый корабль, на котором он приехал из Исландии, Эгиль отправил на восток, в Вик. Он нанял людей, чтобы они поехали с его товарами. А сами они с Аринбьёрном направили боевые корабли к югу, вдоль берега. Потом они направились со своим войском на юг, в страну саксов. Там они провоевали все лето и добыли себе много добра. Осенью они пустились снова на север и остановились около страны фризов.

Однажды ночью, в тихую погоду, они вошли в какую-то реку, потому что не было бухт, удобных для причала, и отлив обнажил берега. Кругом была широкая равнина, и недалеко — лес. Поля были мокрые, потому что шел сильный дождь. Тогда они решили сойти на берег, а треть войска оставили охранять корабли. Они пошли вверх по реке, между нею и лесом. Скоро перед ними открылось селение. Здесь жило много бондов. Увидев войско, они со всех ног пустились бежать из деревни в глубь страны. Викинги бросились за ними. Дальше было второе селение и еще одно. Когда они подходили, весь народ бежал оттуда.

Кругом была плоская и широкая равнина. В земле были вырыты рвы, и в них стояла вода. Так здесь огораживали свои поля и луга. В некоторых местах рвы были укреплены большими сваями. Для проезда были мосты — через рвы лежали бревна. Все жители селений убежали в лес.

Когда же викинги отошли подальше от берега, фризы собрались в лесу, и так как их было больше тридцати дюжин человек, они вышли навстречу викингам и вступили с ними в бой. Это была жестокая битва. Она кончилась тем, что фризы бежали, а викинги преследовали бегущих. Убегая, поселяне широко рассеялись. То же случилось и с теми, кто их преследовал. Лишь немногие из них держались вместе. Эгиль преследовал фризов, и с ним несколько человек. А убегавших было очень много. Фризы добежали до какого-то рва и перебрались через него. Потом они убрали мост. И тут же к этому рву с другой стороны подбежал Эгиль со своими людьми. Эгиль бросился и перепрыгнул ров, но остальные так не могли. Никто даже и не пытался прыгнуть. И когда фризы увидели это, они напали на Эгиля, но он отбился. На него кинулись еще одиннадцать человек, но бой кончился тем, что он уложил их всех. После этого Эгиль положил мост на место и перешел ров обратное Тут он увидел, что все их войско повернуло к кораблям. Эгиль был тогда у самого леса. Он двинулся вперед к кораблям вдоль леса, так, чтобы скрыться в лесу, если понадобится.

Викинги добыли там много добра и скота, и когда они вернулись к кораблям, одни стали резать скот, другие тащили свое добро на корабли, а третьи стояли на берегу, закрывшись щитами и образуя заслон, потому что фризы подошли в большом числе и стреляли в викингов. Это было их второе войско.

Когда Эгиль вышел на берег и увидел, в чем дело, он со всех ног побежал туда, где толпой стояли фризы. Он держал копье наперевес двумя руками, а щит отбросил назад. Эгиль разил копьем и валил всех, кто стоял перед ним, и таким образом расчистил себе проход сквозь войско. Так он пробился к своим. Они думали, что он вернулся из преисподней.

Потом они поднялись на свои корабли и отчалили. Теперь они направились в Данию. Когда они пришли в Лимфьорд и встали около Хальса, Аринбьёрн созвал своих людей на совет и рассказал им, что он задумал.

Теперь, — сказал он, — я должен отправиться к сыновьям Эйрика с теми из вас, кто захочет последовать за мной. Я узнал нынче, что они здесь, в Дании, с большим войском и что летом они в походах, а зимой здесь, в Дании. Я отпускаю в Норвегию всех, кто больше хочет вернуться туда, чем следовать за мной. Тебе же, Эгиль, по-моему, надо, когда мы расстанемся, вернуться в Норвегию, а оттуда поскорее ехать в Исландию.

Затем люди разделились по кораблям. К Эгилю пошли те, кто хотел плыть назад, в Норвегию, но большинство последовало за Аринбьёрном. Аринбьёрн и Эгиль расстались друзьями.

Аринбьёрн отправился к сыновьям Эйрика, в дружину Харальда Серая Шкура, своего воспитанника, и оставался с ним, пока они оба были живы. Эгиль же поплыл на север, в Вик, и вошел в Ослофьорд. Там стоял его торговый корабль, который он весной отправил на юг. Здесь были и товары его, и люди, которые сопровождали корабль. Торстейн, сын Торы, приехал к Эгилю и предложил ему провести у него зиму со всеми теми людьми, кого он хотел бы взять с собой. Эгиль принял приглашение, велел втащить корабль на берег и отвезти грузы в надежное место. А люди, которые с ним были, частью остались там, а частью поехали на север, по своим домам. Эгиль отправился к Торстейну, и с ним было десять или двадцать человек. Эгиль прожил там зиму в полном довольстве.

LXX

Конунг Харальд Прекрасноволосый подчинил себе на востоке Вермаланд. Вермаланд был впервые завоеван Олавом Лесорубом, отцом Хальвдана Белая Кость, который первым в их роде был конунгом в Норвегии. А Харальд стал конунгом по наследству. Все его предки владели Вермаландом, собирали там дань, а своих людей посылали управлять страной.

Когда конунг Харальд состарился, Вермаландом правил ярл по имени Арнвид. Как и во многих других местах, налоги там стали собираться хуже, чем в лучшую пору жизни конунга, и так же было, когда сыновья Харальда боролись между собой за власть в Норвегии. Тогда обращали мало внимания на подвластные страны, которые были далеко.

Но когда Хакон добился мира, он стал думать о всех владениях, которые принадлежали его отцу Харальду. Он послал людей на восток, в Вермаланд. Их было двенадцать человек. Они получили у ярла дань. Но когда они ехали обратно через лес Эйдаског, на них напали разбойники и убили их всех. То же случилось с другими посланцами конунга Хакона в Вермаланд. Людей этих убили, а дань пропала. Поговаривали тогда, что ярл Арнвид сам подсылал своих людей, чтобы они убивали посланцев конунга, а дань привозили ему обратно.

И вот конунг Хакон посылает людей в третий раз. Он был тогда в Трандхейме, а они должны были поехать в Вик к Торстейну, сыну Торы, и передать ему, что он должен ехать на восток, в Вермаланд, чтоб собрать для конунга дань. В противном случае ему пришлось бы покинуть страну, так как конунг узнал, что Аринбьёрн, его дядя по матери, приехал в Данию к сыновьям Эйрика, а также, что у них были большие дружины, с которыми они ходили летом в викинг-ские походы. Конунгу Хакону все это казалось подозрительным. Он ожидал, что сыновья Эйрика начнут войну, как только наберут достаточно сил для восстания против него. Поэтому он преследовал всех родичей Аринбьёрна, его друзей и близких, многих из них изгнал из страны или учинил над ними другие насилия. По той же причине он и поставил Торстейна перед таким выбором.

Тот человек, который привез Торстейну это известие, побывал во всех странах, подолгу жил и в Дании, и в Швеции. Все было там ему знакомо, и места, и люди. Много где бывал он и в Норвегии. И когда он передал поручение конунга Торстейну, сыну Торы, Торстейн рассказал Эгилю, с каким поручением приехали эти люди, и спросил, что им ответить. Эгиль сказал:

Из этого поручения ясно видно, что конунг хочет удалить тебя из страны, как и других родичей Аринбьёрна. Я считаю это поручение гибельным для тебя, такого знатного человека. Мой совет тебе — поговорить с людьми конунга, и я хочу быть при вашем разговоре. Посмотрим тогда, что выйдет.

Торстейн сделал, как Эгиль сказал. Он вызвал их на разговор. Посланные изложили свое поручение и передали слова конунга о том, что Торстейн должен отправиться в эту поездку, или будет изгнан из Норвегии. Тогда Эгиль сказал:

Я хорошо вижу, в чем дело. Если Торстейн не захочет ехать, то ехать за данью придется вам.

Посланные сказали, что он прав.

Торстейн не поедет, потому что он, такой знатный человек, совсем не обязан браться за дело, которое не принесет ему славы. Но он охотно сделает то, что он обязан, — последует за конунгом повсюду, внутри и вне страны, если конунг потребует этого. А если вам нужны люди для этой поездки, то они будут вам даны, а также все, что бы вы ни попросили у Торстейна на дорогу.

Тогда посланные посоветовались между собой и решили, что они приняли бы это условие, если бы Эгиль поехал с ними.

Конунг, — решили они, — очень не любит его и наша поездка покажется ему удачной, если нам удастся сделать так, что Эгиль будет убит. Пусть он тогда изгоняет Торстейна из страны, если ему угодно.

И они сказали Торстейну, что они были бы согласны, если бы Эгиль поехал, а Торстейн может тогда остаться дома.

Мне надо, — сказал Эгиль, — избавить Торстейна от этой поездки. Но сколько человек, по-вашему, нужно взять отсюда?

Нас всего восемь, — сказали они, — мы хотим, чтобы отсюда поехало еще четверо. Тогда нас будет двенадцать.

Эгиль сказал, что так оно и будет.

Энунд Сьони и несколько спутников Эгиля еще до этого разговора поехали к морю присмотреть за кораблем и теми товарами, которые они осенью оставили там на хранение. Они еще не вернулись. Эгиль был очень недоволен этим, потому что люди конунга торопили его в дорогу и не хотели ждать.

LXXI

Эгиль собрался в путь, и с ним трое из его спутников. У них были лошади и сани, как и у людей конунга. Лежал глубокий снег, и все дороги были заметены. Снарядившись, они пустились в путь и направились в глубь страны. Когда они достигли Эйда, то там за одну ночь выпало столько снегу, что дороги не было видно. На следующий день они поехали медленно, потому что, съехав с дороги, можно было сразу увязнуть в снегу с головой. На исходе дня они остановились и покормили лошадей недалеко от покрытой лесом горы.

Люди конунга сказали Эгилю:

Здесь наши дороги расходятся. Там, под горой, живет бонд по имени Арнальд, наш друг. Мы все поедем туда ночевать, а вам надо ехать на гору. Когда вы переберетесь через нее, перед вами сразу окажется большой двор, и там вам будет хороший ночлег. Там живет очень богатый человек по имени Армод Борода. А рано утром мы встретимся и на следующий вечер подъедем к Эйдаскогу. Там живет достойный бонд по имени Торфинн.

На этом они расстались. Эгиль и его люди поехали на гору, а о людях конунга надо сказать, что как только Эгиль и его спутники скрылись из виду, они взяли лыжи, которые у них были, и надели их. Затем они пустились назад что было силы. Они мчались ночь и день, добрались до Уппланда, а оттуда пустились на север через Доврафьялль. Они не отдыхали, пока не явились к конунгу Хакону и не рассказали ему про свою поездку.

К вечеру Эгиль и его спутники добрались до вершины горы. Короче всего будет сказать, что они сбились с дороги. Шел густой снег. Лошади тонули в снегу через каждый шаг, так что их приходилось вытаскивать. Тут были крутые склоны и заросли кустарника, и пробираться было очень тяжело. Лошади часто останавливались, а людям было еще тяжелее. Они очень устали, но все же перебрались через гору и увидели перед собой большой двор. Они пошли туда.

Когда они вошли за ограду, то увидели возле дома людей. Это был Армод и его люди. Они разговорились и спросили друг друга о новостях. И когда Армод узнал, что их послал конунг, он предложил им ночлег. Они приняли его приглашение. Люди Армода увели их лошадей и убрали сбрую, а хозяин предложил Эгилю пройти в дом, и они пошли туда.
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20

перейти в каталог файлов


связь с админом