Главная страница
qrcode

Карпов СП '. Сущность понятий средние века и феодализм


НазваниеСущность понятий средние века и феодализм
АнкорКарпов СП '
Дата07.10.2017
Размер3,31 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаКарпов СП '' История Средних веков''. Том 1.doc
ТипГлава
#41193
страница8 из 50
Каталогid98618424

С этим файлом связано 24 файл(ов). Среди них: Карпов СП '' История Средних веков''. Том 1.doc, 5. эластичность.ppt.ppt, 4. механизм рыночного ценообразования.ppt.ppt, антология исследований культур.doc, 9.монополия.ppt.ppt, НОМАДЫ.pptx.pptx, 8.совершенная конкуренция.ppt.ppt, Voprosy_po_Vseobschey_istorii_2012.doc и ещё 14 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   50
§ 2. Франкская держава Каролингов
Ускорение процесса феодализации. Бенефициальная реформа. Майордомы Австразии из дома Пипинидов (потомки Пипина Геристальского), став правителями объединенного Франкского королевства, положили начало новой династии франкских королей, которая позднее по имени самого крупного из своих представителей - Карла Великого — получила название династии Каролингов.

Представители дома Каролингов (Пипинидов) правили Франкским королевством с конца VII в. сначала в качестве майордомов при «ленивых королях», затем с 751 г. — в качестве королей. Этот период в истории Франкского королевства, до его распада в середине IX в., обычно называют каролингским.

В правление Каролингов во франкском обществе сложились основы феодального строя. Ускорился рост крупной земельной собственности за счет социального расслоения внутри общины там, где она сохранилась, разорения массы свободных крестьян, которые, теряя свои аллоды, постепенно превращались в поземельно, а затем и лично зависимых людей. Процесс этот, начавшийся еще при Меровингах, в VIII-IX вв. принял бурный характер; он стимулировался прямым захватом крестьянских наделов крупными светскими и церковными землевладельцами. И те и другие разными способами, в том числе и насильственным присваивали себе земли общинников. Разорению крестьян собствовали бесконечные внутренние и внешние войны, отрывавшие их от хозяйства для выполнения военной повинности также частые неурожаи и голод. Крестьянская земля становилась господской и чаще всего передавалась прежним владельцам крестьянам — в пользование за оброк или барщину. Сам же крестьянин из свободного землевладельца превращался в поземельно зависимого в той или иной степени человека.

К началу VIII в. во Франкском королевстве уже сложились два враждебных друг другу социальных слоя: первый — крупные землевладельцы галло-римского и германского происхождения, которые владели своими землями по большей части на правах безусловной частной собственности (аллод); второй — уже в той или иной степени зависимые крестьяне, не имевшие земельной собственности или сохранившие ее в небольшом количестве и подвергавшиеся эксплуатации со стороны собственников земли, на которой они жили.

Значительную часть этих зависимых людей составляли потомки галло-римских рабов, колонов, вольноотпущенников, германских рабов и литов. Различия между названными категориями посте­пенно все более сглаживались. Но наряду с ними во франкском обществе, особенно на юге, еще существовали довольно много­численные промежуточные группы населения; мелкие и средние земельные собственники крестьянского типа, частично также поль­зовавшиеся трудом несвободных. Иногда наряду с аллодом они владели землями как мелкие вотчинники, составлявшие промежу­точный слой между феодалами и свободными крестьянами. В VIII — начале IX в. шел процесс размывания этих промежуточ­ных слоев и формировалось более однородное зависимое крес­тьянство. Сдвиги в социальной структуре франкского общества определили политику преемника Пипина Геристальского — майордома Карла Мартелла.

Карл Мартелл («Молот», 715—741 гг.) начал свое правление усмирения внутренних смут в королевстве. Разбив восставших против него феодалов Нейстрии, а затем, в союзе с арабами, - герцогов Аквитании и владетелей Прованса, Карл выступил против вышедших из повиновения германских зарейнских племен саксов, фризов, аламанов, баваров — и вновь обложил их данью. В 732 г., в решающем сражении при Пуатье, Карл Мартелл нанес поражение арабам, которые, завоевав в начале VIII в. Испанию вторглись в 720 г. в Южную Галлию, угрожая Франкскому королевству. Большую роль в борьбе с арабами сыграло незадолго до этого созданное франкское феодальное конное войско. Победа франков при Пуатье положила предел дальнейшему продвижению арабов в Европе. В руках арабов теперь осталась лишь небольшая часть Южной Галлии — Септимания.

Развитие феодальных отношений, происходившее во Франкском королевстве, требовало изменения форм земельной собственности. Аллодиальная собственность должна была уступить место более зрелой форме феодальной собственности. Поскольку значительная часть разорившихся свободных крестьян уже не имела сериальных средств для службы в ополчении, особенно в каче­ли конных воинов, встал вопрос о коренной реорганизации военных сил. Таковы были социальные предпосылки так называемой бенефициальной реформы Карла Мартелла. Сущность ее состояла втом, что вместо преобладавших при Меровингах дарений земли в полную, безусловную собственность (аллод) после этой рефор­мы получила широкое распространение и законченную форму система пожалований земли в условную феодальную собствен­ность в виде бенефиция (beneficium — дословно «благодеяние»). Бенефиций жаловался в пожизненное пользование на условиях выполнения определенных служб, чаще всего конной военной службы. В случае смерти жалователя или получателя бенефиция возвращался первоначальному собственнику или его наследни­кам. Если наследник хотел получить бенефиций своего предшественника или если сам бенефициарий хотел пользоваться таким владением после смерти жалователя, требовалось возобновление южалования. Бенефиций мог быть отнят, если не выполнялась требуемая за него служба или разорялось хозяйство бенефициария. С течением времени бенефиций стал превращаться из пожизненного в наследственное владение и в течение IX—X вв. приобрел черты феода (лена), т.е. наследственного условного держания, связанного с обязанностью несения военной службы.

Карл Мартелл провел широкую раздачу бенефициев. Фондом с пожалований служили сначала земли, конфискуемые у мятежных магнатов, а когда эти земли иссякли, он провел частичную секуляризацию церковных земель, за счет которых наделил большое число бенефициариев. Карл Мартелл вместе с тем содействовал распространению христианства и расширению владений церкви на покоренных им территориях.

Проводя реформу Карл Мартелл преследовал, конечно, и политические цели. Заменив аллодиальные пожалования, истощавшие фонд королевских земель, бенефициями, он надеялся привязать бунтующих крупных феодалов к трону угрозой отнятия у них пожалований; с помощью бенефициальной системы он расчитывал создать взамен пришедшего в упадок пешего крестьянского ополчения боеспособное конное войско. К этому времени конница стала играть в войнах решающую роль.

Бенефициальная реформа имела ряд важных социальных последствий. Во-первых, она значительно укрепила складывавшийся слой мелких и средних феодалов, которые в качестве професси нальных воинов стали основой конного ополчения и всей воен­ной организации; они были предшественниками будущего рыцарства. Крестьянство же, составлявшее раньше основу пешего франкского ополчения, утратило значение главной военной силы, что усилило его неполноправное положение в обществе. Во-вто­рых, распространение бенефициальных пожалований вело к ук­реплению феодальной земельной собственности и крестьянской зависимости. Бенефициарий обычно получал землю вместе с си­дящими на ней людьми, которые несли в его пользу барщину или платили оброк. Широкий слой бенефициариев жил целиком экс­плуатацией зависимого крестьянства. В-третьих, бенефициальные пожалования создавали поземельные связи между жалователем и получателем и способствовали установлению отношений личной верности и покровительства (вассалитет, см. ниже) между ними. Таким образом, реформа способствовала дальнейшему утвержде­нию феодальных отношений во франкском обществе. По приме­ру короля другие крупные землевладельцы тоже стали практико­вать эту форму пожалований, что содействовало оформлению ие­рархической структуры земельной собственности. Но усиливая военное значение магнатов и создавая иерархические отношения внутри феодалов, бенефициальная реформа немало способствовала в дальнейшем политическому распаду Франкского королевства.

На первых порах, однако, реформа Карла Мартелла усилила центральную власть, что было одной из ее целей. Укрепившийся благодаря ей слой средних феодальных землевладельцев-бенефициариев составил на некоторое время опору каролингской династии. Этот слой был заинтересован в сильной центральной власти так как она могла оказать ему помощь в подчинении крестьян подавлении их сопротивления, защитить от своеволия крупны феодалов и обеспечить захват новых территорий. Опираясь на этот слой, Карл Мартелл и его преемники значительно расширили границы Франкского королевства и усилили свою власть.

Переход королевского титула к Пипину Короткому. Образом Патримония св. Петра. Сын и преемник Карла Мартелла майордом Пипин Короткий (741-768) урегулировал взаимоотноения с церковью, обостренные проведением секуляризации церковных земель при Карле Мартелле. Все розданные в бенефиции церковные земли признавались собственностью церкви, в пользу которой бенефициарии должны были вносить определенные платежи, земельные держания назывались «прекариями по королевскому повелению» (precaria verbo regis). Однако бенефициарии обязаны были нести военную службу только в пользу королевства, и без разрешения короля церковь не имела права отнять у них землю. Со времени этого компромисса Каролинги находились всегда в тесном союзе с церковью и римским папой.

Теснимый лангобардами, папа все свои надежды возлагал на помощь франков, поэтому он санкционировал присвоение Пипином королевского титула. В 751 г. на собрании франкской знати и своих вассалов в Суассоне Пипин был официально провоз­глашен королем франков. Последний меровингский король Хильдерик III был заключен в монастырь. В свою очередь по призыву папы Стефана II Пипин силой оружия принудил лангобардского короля отдать папе захваченные им ранее города Римской облас­ти и земли Равеннского экзархата (бывшего византийского вла­дения). На этих землях в Средней Италии в 756 г. возник Патри­моний св. Петра — т.е. собственные владения папы римского.

Дальнейшее расширение Франкского королевства. При сыне Пипина Короткого Карле, прозванном Великим (768—814), Ка­ролингская держава пережила наивысший расцвет. Продолжая завоевательную политику своих предшественников, Карл в 774 г. совершил поход в Италию, сверг последнего лангобардского короля Дезидерия и присоединил к Франкской державе Лангобардское королевство.

Карл Великий перешел от обороны к наступлению и против арабов в Испании. Первый поход туда он предпринял в 778 г., однако смог дойти только до Сарагосы и не взяв ее, вынужден был вернуться за Пиренеи. События этого похода послужили сюжетной основой для знаменитого средневекового французского эпоса «Песни о Роланде». Ее героем стал один из военачальников Карла – Роланд, погибший в стычке с басками1 вместе с аръергардом франкских войск, прикрывая отход франков в Ронсевальском ущелье. Несмотря на первую неудачу, Карл продолжал попытки продвинуться к югу от Пиренеев. В 801 г. ему удалось захватить Барселону и основать на северо-востоке Испании пограничную территорию – Испанскую марку. Наиболее длительные и кровопролитные войны Карл вел в Саксонии (с 772 по 802 г.), расположенной между реками Эмсом и Нижним Рейном на запа­де, Эльбой на востоке и Эйдером на севере. Саксонские племена уже пришли к социальному расслоению: родоплеменная знать — эделинги, простые свободные — фрилинги, полусвободные — лацци; но у них еще не было королевской власти, господствовало язычество.

Саксы, особенно основная их масса — фрилинги, отчаянно сопротивлялись франкам, которые несли им потерю земли и свободы, насильственную христианизацию. Сначала в борьбе с франками участвовали и эделинги. Но уже с 777 г. благодаря ловкой политике Карла большинство их стало постепенно переходить на его сторону, получая от него щедрые земельные пожалования. После этого борьба широких масс саксов направлялась одновременно и против франков, и против феодализируюшейся саксонской знати. Там, где саксы отбивали нападения франков, они восстанавливали язычество как символ независимости.

Упорное сопротивление саксов Карл пытался сломить крайне жестокими мерами. После победы над ними на Везере в 782 г. он приказал казнить 4500 саксонских заложников. Тогда же он издал «Капитулярий по делам Саксонии», угрожавший смертной казнью всем, кто будет выступать против церкви и короля, и предписывавший саксам платить десятину церкви. Вскоре сложил оружие и принял христианство Видукинд, один из немногих эделингов, возглавлявших саксонское сопротивление после 777 г. За это он получил от Карла богатые дары и земельные пожалования. Теперь борьба саксов-фрилингов сосредоточилась на небольшой территории Северо –Восточной Саксонии. Чтобы сломить непокорных, Карл заключил временный союз с их восточными соседями, полабскими славянами-ободритами, издавна враждовав­ший с саксами. В ходе войны и после ее завершения в 804 г. Карл практиковал массовые переселения саксов во внутренние области Франкского королевства, а франков и ободритов — в Саксонию.

Завоевания Карла были направлены и на юго-восток. В 788 г. он окончательно присоединил Баварию, ликвидировав там гер­цогскую власть. Благодаря этому влияние франков распространи­лось и на соседнюю с ней Каринтию (Хорутанию), населенную славянами — словенцами. На юго-восточных границах разросше­гося Франкского королевства Карл столкнулся с Аварским кага­натом в Паннонии. Кочевники-авары совершали постоянные набеги на соседние земледельческие племена. В 788 г. они напали и на Франкское королевство, положив начало франкско-аварским эйнам (они продолжались с перерывами до 803 г.). Только союз фанков с южными славянами позволил им при участии хорутанского князя Войномира, который возглавил этот поход, разгромить в 796 г. центральную крепость аваров. В результате Аварская держава распалась, а Паннония временно оказалась в руках славян.

Империя Карла Великого. Франкская держава охватывала теперь огромную территорию. Она простиралась от среднего течения реки Эбро и Барселоны на юго-западе до Эльбы, Салы, Богемских гор и Венского леса на востоке, от границы Ютландии на севере до Средней Италии на юге. Эта территория была населена множеством племен и народностей, различных по уровню развития. Карл и его приближенные видели в новой державе возрождение Западной Римской империи, франкского короля манил титул императора. Уже в его правление проявились универсалистские тенденции в политическом развитии средневековья, приводившие время от времени к созданию обширных полиэтнических образований.

Воспользовавшись тем, что папа Лев III, спасаясь от враждебной к ему римской знати, укрылся при дворе франкского короля, Карл предпринял поход в Рим в защиту папы. Благодарный не без давления Карла, в 800 г. венчал его императорской короной в храме Св. Петра в Риме. Так на западе возникла новая империя, что вызвало конфликт между Карлом и Византией, императоры которой считали себя единственными наследниками старой Римской империи.

На несколько десятилетий империя франков стала сильнейшей державой в Западной Европе. Постоянной резиденцией импера­тора в конце его жизни стал Аахен. Новые рубежи империи были укреплены пограничными областями — марками. На северо-за­паде была создана Бретонская, на юге Испанская марка, в Ита­лии Франкская империя была отделена от византийских владе­ний полузависимыми герцогствами Сполето и Беневент. На гра­ницах со славянскими племенами, простиравшихся от Балтики до Адриатики (ободритами, лютичами, лужицкими сербами, че­хами, моравами, словенцами, хорватами), велись периодические войны. И здесь были созданы пограничные укрепленные зоны: Датская марка у Шлезвига, Саксонский рубеж против прибал­тийских славян, Сербский рубеж от Эльбы до Дуная, Паннонская, или Восточная, марка в среднем течении Дуная (составив­шая ядро будущей Австрии). Северную Италию от Византии и южных славян прикрывала Фриульская марка.

Высок был в начале IX в. и международный престиж империи Каролингов: покровительства Карла домогались короли Шотлан­дии и Астурии, вожди племенных ирландских княжеств. В 812 г. императорский титул Карла был с оговорками признан и импера­тором Византии.

При Карле Великом Франкское раннефеодальное государство достигло своего расцвета. В VIII—IX вв. оно все более отчетливо выступало как орудие политической власти феодалов. Для того чтобы держать в повиновении крестьянство, теряющее земли и свободу, для завоевания и освоения новых территорий феодалам необходима была относительно сильная центральная власть. Э объясняется временное усиление королевской власти при первь Каролингах, особенно заметное в правление Карла Великс Дважды в год при дворе короля собирались совещания наиболее влиятельных крупных землевладельцев. По их совету король давал указы — капитулярии — по самым различным вопроса действовавшие по всей обширной империи.

Контроль за органами местного управления осуществлялся через «государевых посланцев», которые разъезжали по графствам и наблюдали

за действиями местных должностных лиц. Военные смотры теперь происходили не в марте, а в мае и назывались «майскими полями». В отличие от «мартовских полей» они были не собраниями народного ополчения, а преимущественно съездами королевских бенефициариев. Карл Великий провел новую военную реформу. Теперь служить в армии обязаны были только относительно зажиточные свободные землевладельцы, имевшие 3—4 средних крестьянских надела (манса). Все менее состоятельные (в первую очередь свободные крестьяне, наделы которых лчно не превышали одного манса) должны были объединяться в группы и за общий счет выставлять одного вооруженного воина. Таким образом, крестьянство, не только зависимое, но и свободное, все более устранялось от военной службы, которая посте­пенно становилась привилегией класса феодалов.

Однако за внешней централизацией империи скрывалась ее внут­ренняя слабость и непрочность. Созданная путем завоевания, она была чрезвычайно пестра по своему этническому составу. Поми­мо франков и подвластных им племен и народностей на террито­рии бывшей Галлии (бургундов, аквитанцев и др.) в империю Карла Великого входили саксы, фризы, бавары, аламаны, тюринги, лан­гобарды, бретонцы, романское население Галлии и Италии, баски и жители Наварры, частично хорутане и авары, кельты (по­томки бриттов).

Каждая из земель империи, населенных разными племенными группами и народностями, была мало связана с другими и без постоянного военного и административного принуждения не хотела подчиняться власти завоевателей. Поэтому Карл Великий проводил всю свою жизнь в походах, отправляясь каждый раз туда, где возникала реальная угроза отпадения той или иной территории. С течением времени удерживать завоеванные племена и народности становилось все труднее.

Такая форма империи — внешне централизованного, но внутренне аморфного и непрочного политического объединения, тяготевшего к универсализму, — была характерна для многих наиболее крупных раннефеодальных государств в Европе (Великоморавская держава в IX в., империя Оттонов в X в., держава Кнута Великого, объединявшая в начале XI в. Англию и Скандинавские страны и др.).

Современникам Каролингская держава, особенно при Карле Великом, представлялась блестящей и величественной, образ этого императора героизировался, а затем вошел во многие легенды, песни средневековья. Современников восхищала действительно незаурядная личность Карла, его неутомимая энергия, стремление вникать во все детали управления обширной державой, в дела военные, дипломатические, развивать образование и культуру, его успехи в военных походах. Им импонировала и внешность императора: его высокий рост, крепкое телосложение, благообразный лик, — и его относительная образованность, интерес к литературе и поэзии, в частности античной, умение читать по-латыни и по-гречески (хотя писать он так и не научился ).


§ 3. Складывание основ феодальных отношений в Каролингской державе
Завершение переворота в поземельных отношениях. К концу VIII и началу IX в. переворот в поземельных отношениях во Франк­ской державе привел к господству феодальной земельной собст­венности — основы феодального строя. Захват крестьянских земель светскими и церковными крупными землевладельцами сопровож­дался усилением различных форм внеэкономического принужде­ния. Это было неизбежным следствием утверждения феодальной земельной собственности, так как при условии наделения непо­средственных производителей (крестьян) землей и средствами производства прибавочный труд в пользу собственника земли можно было извлечь только внеэкономическим принуждением. Захваты крупными феодалами крестьянских наделов принима­ют особенно массовый характер к началу IX в. Это вынуждены были констатировать даже королевские капитулярии того време­ни. Так, в капитулярии Карла Великого 811г. говорится,- что «бед­няки жалуются на лишение их собственности; одинаково жалу­ются на епископов, и на аббатов, и на попечителей, на графов и на их сотников». Крупные землевладельцы, в частности те из них, которые в качестве графов или других должностных лиц распола­гали средствами принуждения по отношению к местному крес­тьянскому населению, силой превращали его в зависимых людей. Разорению крестьянства способствовали, как уже отмечалось активная завоевательная политика Каролингов, особенно Карла Великого, требование от еще сохранявшихся, в основном в ref майских областях, свободных крестьян продолжительной военно службы, надолго отрывавшей их от хозяйства, а также церковн» десятина, тяжелые налоги, высокие судебные штрафы.

Большую роль в обезземелении и втягивании в зависимость крестьянства играла церковь. Для расширения своих земельных владений наряду с прямым насилием она использовала религиозные чувства крестьянских масс, внушая верующим, что дарения в пользу церкви обеспечат им отпущение грехов и вечное блаженство в загробном мире. Церковные учреждения, отдельные прелаты и прежде всего сами папы широко практиковали подделку документов, чтобы утвердить свои права на те или иные земельные владения.

Установление феодальной поземельной и личной зависимости крестьянства. Иммунитет. Зарождение феодальной иерархии. Разорившиеся или стоявшие на грани разорения свободные крестьяне легко попадали в зависимость от крупных землевладельцев. При этом однако, феодалы были заинтересованы не в сгоне крестьян с земли, а скорее в их прикреплении. Земля была в условиях господства натурального хозяйства единственным средством существования. Поэтому, даже теряя аллоды, свободные общинники брали у феодалов землю в пользование на условии выполнения оп­ределенных повинностей.

Одним из самых распространенных способов втягивания сво­бодного крестьянства в зависимость еще при Меровингах явля­лась практика передачи земли в прекарии (ргесапа). В VIII-IX вв. эта практика получила особенно широкое распространение как одно из важнейших средств феодализации. Прекарии, что дословно означает «переданное по просьбе», — это условное земельное дер­жание, которое крупный собственник передавал во временное пользование (иногда на несколько лет, иногда пожизненно) ка­кому-либо человеку, чаще всего безземельному или малоземель­ному. За пользование этим наделом его получатель обычно дол­жен был платить оброк или в отдельных случаях выполнять барщину в пользу собственника земли.

Существовали прекарии нескольких видов. Иногда такое условное держание передавалось человеку, у которого было недостаточно или вовсе не было земли (precaria data). Но иногда мелкий собственник сам, под давлением нужды и притеснений со стороны соседних крупных землевладельцев, передавал право собственности на свою землю одному из них (часто — церкви) и получал эту землю обратно в качестве прекария пожизненно или наследственно — в пределах одного-двух поколений (ргесапа oblatа)- на условиях несения определенных повинностей. Иногда

прекарист получал в пользование не только отданную землю, но еще и дополнительный участоу. Такой прекарий назывался «прекарий с вознаграждением» (ргесапа remuneratoria). Прекарии последнего типа были особенно распространены на землях церкви, которая стремилась таким образом привлечь побольше крестьян-дарителей, чтобы округлить свои владения. Прибавки к дарениям давались обычно из необработанных земель, освоение которых требовалоприложения крестьянского труда.

Прекарист, отказываясь от права собственности на землю превращался из собственника ее в держателя. Хотя первоначально он и сохранял личную свободу, но попадал в поземельную зависимость от собственника земли. Таким образом, хотя прекарные отношения имели форму «добровольного договора»», в дейсвительности они являлись результатом тяжелого экономического положения крестьян, вынуждавшего их отдавать землю крупным землевладельцам, а иногда и следствием прямого насилия.

Наряду с крестьянами в VIII—IX вв. в качестве прекаристов часто выступали мелкие вотчинники, сами эксплуатировавшие труд зависимых людей, обычно вышедшие из среды более зажиточных аллодистов-общинников. В этих случаях прекарий служил для оформления поземельных отношений внутри слоя феодалов, так как такой мелкий вотчинник был уже, по существу, феодальным землевладельцем, вступившим в определенные отношения с бо­лее крупным феодальным земельным собственником, предоста­вившим ему землю в прекарий.

Если в VI—VII вв. решающую роль в складывании крупной феодальной собственности и установлении крестьянской зависимос­ти играли королевские пожалования, то в VIII—IX вв. более важ­ным фактором этих процессов становится разорение массы крес­тьянства и втягивание его в поземельную зависимость от крупных феодалов даже без активной роли королевской власти. Теряя зем­лю, крестьянин часто вскоре терял и свою личную свободу. Но могло быть и иначе. Так, бедняк, будучи не в состоянии уплатить долг, попадал в кабалу к кредитору, а затем и в положение лично зависимого человека, мало чем отличавшегося от раба. Такая же участь часто ожидала бедняка, которого нужда толкнула на кражу или другие преступления и который, не имея возможности воз­местить ущерб потерпевшему, становился его кабальным рабом. К личной зависимости часто вел акт коммендации мелкого свободного крестьянина светскому магнату или церкви (см. выше). На практике установление личной зависимости крестьянина от феодала могло иногда предшествовать утере им аллода. Однако широкое распространение таких личных отношений меж ними имело своей общей предпосылкой быстрый рост крупного землевладения за счет мелкой крестьянской и общинной собственности, выражавший главную тенденцию социального развития франкского общества той эпохи.

Разорению и втягиванию крестьянства в зависимость способствовала в немалой степени и дальнейшая концентрация в руках отдельных крупных землевладельцев политической власти, служившей им орудием внеэкономического принуждения. Короли, будучи не в силах препятствовать этому процессу, вынуждены были акционировать его путем специальных пожалований, жалования появились еще при Меровингах, но широкое их распространение относится к каролингскому периоду. Сущность их заключается в том, что особыми королевскими грамотами должностным лицам — графам, сотникам и их помощникам - запрещалось вступать на территорию, принадлежащую тому или иному магнату, для выполнения на ней каких-либо судебных, административных, полицейских или фискальных функций. Все эти функции передавались магнатам и их долж­ным лицам. Такое пожалование называлось иммунитетом (от латинского immunitas — неприкосновенность, освобождение от чего-либо).

Обычно иммунитетные права крупного землевладельца своди­лись к следующему: он пользовался на своей земле судебной влас­тью; имел право взимать на территории иммунитета все поступ­ления, которые до этого шли в пользу короля (налоги, судебные штрафы и иные поборы); наконец, он являлся предводителем воен­ного ополчения, созываемого на территории иммунитетного ок­руга. Юрисдикции иммуниста подлежали иски о земле и другом имуществе и дела о мелких правонарушениях не только лично зависимых, но и лично свободных жителей его владений. Выс­ший уголовный суд обычно оставался в руках графов, хотя неко­торые иммунисты присваивают себе также и права высшей юрисдикции.

Иммунитетное пожалование чаще всего лишь оформляло те сред­ства внеэкономического принуждения, которые феодал в качестве крупного землевладельца присваивал себе задолго до получения пожалования. Располагая судебно-административными и фискальными полномочиями, иммунист использовал их для приобрете­те новых земельных владений, усиления эксплуатации и укрепления зависимости своих крестьян, в том числе и еще лично свободных. В каролингский период иммунитетное пожалование распространяло власть иммуниста на землю и людей, до этого находившихся под чьей-либо частной властью. Вместе с тем иммунитет способствовал усилению независимости феодалов от центральной власти, подготовляя тем самым последующий политический распад Каролингской империи.

Росту политической самостоятельности феодалов немало способствовало и развитие вассальных отношений. Вассалами первоначально назывались свободные люди, вступившие в личные договорные отношения с крупным землевладельцем, большей частью в качестве его военных слуг — дружинников. В каролингский период вступление в вассальную зависимость часто сопрово лось пожалованием вассалу бенефиция, что придавало ей хапя не только личной, но и поземельной связи. Вассал обязыва верно служить своему господину (сеньору), становясь его «человеком» (homo), а сеньор обязывался защищать вассала. Располагая большим количеством вассалов, крупный землевладелец приобретал политическое влияние и военную силу, укреплял свою независимость от королевской администрации.

В 847 г. внук Карла Великого Карл Лысый в своем Мерсенском капитулярии предписывал, чтобы «каждый свободный человек выбрал себе сеньора». Таким образом, вассалитет признавался глав­ной законной формой общественной связи. Развитие вассалитета вело к формированию иерархической структуры господствующе­го слоя феодалов, ослабляло центральную власть и способствова­ло усилению частной власти феодалов.

Организация крупного землевладения. Феодальная вотчина. С утверждением и оформлением к началу IX в. крупной феодаль­ной собственности на землю происходят существенные измене­ния в хозяйственной и социальной организации франкского об­щества. В VIII — начале IX в. основой ее становится феодальная вотчина — сеньория, поглотившая как свободные франкские об­щины, так и крупные земельные комплексы галло-римского типа.

Структура крупного феодального землевладения, сложившегося в каролингский период, не была однородной. Крупные землевла­дельцы, как светские, так и духовные, располагали землями самого различного размера и качества. Среди их владений имелись круп­ные вотчины, которые занимали сплошные территории, совпа­давшие с целой деревней или состоявшие из ряда деревень. Вот­чины такого типа были наиболее широко распространены в се­верных областях Франкского королевства - между Рейном и Луарой. Но и там иногда владения даже крупных землевладель­цев складывались из небольших вотчин, включавших часть большой деревни или лежавших в разных деревнях, либо даже из а дельных дворов, расположенных вперемежку с владениями других собственников, иногда еще свободных крестьян. Такой тип был особенно характерен для южных областей страны.

Разнообразие в структуре, крупного землевладения объяснял тем, что как на севере, так и на юге страны далеко не всегда крупный землевладелец становился сразу собственником в деревни. Иногда он приобретал сначала несколько мелких крестьянских участков, а затем постепенно округлял свои владения путем обмена, покупки или прямого захвата, пока вся деревня превращалась в его вотчину или ее часть.

Источники по истории крупной феодальной вотчины каролингского периода (политики, картулярии, «Капитулярий о поместьях» (Capitulare de villis) Карла Великого) более полно рисуют нам феодальную вотчину Франкского королевства. Они показывают, что уже в эту эпоху она являлась организацией для присвоения крупными землевладельцами феодальной ренты — прибавочного труда крестьян в форме оброков и барщины. Земля в

феодальной вотчине обычно делилась на две части: на господскую землю, или домен (от латинского dominus — господин), на которой велось хозяйство феодала, и на землю, находившуюся в пользовании зависимых крестьян и состоявшую из наделов. На севере домен в таких вотчинах был довольно велик, составляя не менее 1/3 всех входивших в них земель.

В состав господской, или домениальной, земли входили бар­ская усадьба — дом и двор с хозяйственными постройками, иног­да с мастерскими вотчинных ремесленников, сад, огород, вино­градник, скотный двор и птичник сеньора. С барской усадьбой обычно были связаны мельницы и церковь, которая считалась собственностью феодала. Пахотные земли, луга и виноградники вотчинника, разделенные на мелкие участки, в северных облас­тях королевства лежали вперемежку (чересполосно) с участками зависимых крестьян. Часть лесных массивов и тех пастбищ, лугов и пустошей, которые прежде принадлежали свободной общине, теперь также превратилась в собственность феодала. Вследствие чересполосицы в вотчине господствовал принудительный севоо­борот с выпасом скота по пару и по жнивью после снятия уро­жая. Обработка господской земли велась в основном зависимыми крестьянами, трудившимися на барщине со своим скотом и инвентарем, а также, хотя и в гораздо меньшей степени, дворовыми рабами, использовавшими инвентарь и скот вотчинника.

Земли, находившиеся в пользовании крестьян, делились на на­делы, называвшиеся в западной части Франкской державы мансами, в восточной — гуфами, а на юге — колониками. В каждый надел входили: крестьянский двор с домом и дворовыми постройками, иногда сад и виноградник, примыкавшие ко двору, и полевой пахотный надел, состоявший из отдельных полос пашни, раз­ных чересполосно с земельными участками других крестьян вотчинника. Кроме того, крестьяне пользовались выпасами, оставшимися в распоряжении общины, а иногда и в руках феодала (за плату). Таким образом, общинная организация с принудительным севообототом и коллективным пользованием неподеленными угодьями не исчезла с возникновением вотчины. Однако из свободной она превратилась теперь в зависимую, а сельский сход свободных общинников — в сход зависимых крестьян. Он проходил под председательством назначенного сеньором старосты, проводившего в жизнь требования сеньора, но вмер те с тем отстаивавшего перед ним интересы крестьян.

Наделы, на которых сидели зависимые крестьяне, были тяглыми, т.е. на них лежали определенные повинности (оброк, барщина). На землях вотчины обычно имелись и свободные держания - прекарии и бенефиции должностных лиц вотчинной администра­ции, которыми они пользовались как платой за свою службу, а также бенефиции мелких вассалов сеньора.

Положение зависимого крестьянства. Крестьянское население вотчины не было единым по своему происхождению и правовому положению. Оно делилось на три основные группы — колонов (coloni, ingenui), литов и рабов-сервов (servi, mancipia).Большин­ство зависимого крестьянства в каролингской феодальной вотчи­не составляли колоны. Они не утратили полностью личной сво­боды, но уже находились в поземельной зависимости от вотчин­ника, не могли уйти со своего надела, находившегося у них в наследственном пользовании, и были ограничены в распоряже­нии этим наделом. Основную массу колонов этой эпохи состав­ляли потомки ранее свободных крестьян — как франкского, так и галло-римского происхождения.

С течением времени они все больше теряли личную свободу и сливались с литами и посаженными на землю рабами в одну мас­су лично зависимых крестьян.

Рабы (сервы), жившие в вотчине, разделялись на две категории: дворовые рабы, не имевшие надела, и рабы, сидевшие на земле. Первые жили и работали на барском дворе; их можно было про­дать и купить, и все то, что они имели или приобретали, рассмат­ривалось как собственность господина. Рабы (сервы), наделен­ные землей и прикрепленные к ней, обычно не отчуждались без земли и по своему фактическому положению были уже не раба­ми, а лично зависимыми крестьянами. В отличие от колонов они находились не только в поземельной, но и в полной личной зави­симости от феодала. В большинстве своем сервы были потомка­ми зависимых людей позднеримского и меровингского времени - рабов, колонов и др.

Промежуточное положение между колонами и сервами занимали литы, обычно находившиеся под патронатом какого-либо светского или духовного крупного землевладельца и державшие свой земельный надел в наследственном пользовании.

В зависимости от того, кому первоначально принадлежали крестьянские наделы (мансы) — колону, литу или серву, - они назывались свободными, литскими или рабскими (mansi ingenuiles, mansi lidiles, mansi serviles). Однако в IX в. рабские или литские мансы часто попадали в руки колонов, и наоборот. При этом повинности, которые крестьяне должны были выполнять в пользу феодала, определялись не столько правовым положением самого держателя, сколько характером манса (свободного, литского или

рабского).

Грани в правовом положении отдельных категорий крестьян постепенно стирались и они все больше сливались в единую мас­су зависимых. Зависимые крестьяне всех категорий обязаны были нести повинности в пользу сеньора — выполнять барщину и пла­тить оброк.

Тяжелее всех была барщина сервов, составлявшая обычно не менее трех дней в неделю. Сервы выполняли при этом особенно трудные работы. Колоны также работали на барщине, но основ­ной ее формой у них была не недельная, а поурочная барщина, при которой они обязывались обработать в пользу помещика оп­ределенный участок земли и собрать с него урожай, выполнять извозную повинность, рубить лес и т.п.

С начала IX в. наблюдается тенденция к росту барщины и у ко­лонов. Все зависимые крестьяне обязаны были платить сеньору, кроме того, и оброк, большей частью в натуральной форме — зер­ном, мукой, вином, пивом, домашней птицей, яйцами, ремеслен­ными изделиями. Иногда оброк взимался в денежной форме (на­пример, поголовный сбор — capaticum) с лично зависимых крес­тьян. Однако денежная рента не имела большого распространения. В южных областях преобладали вотчины, более мелкие по разме­ру. Домен занимал в них меньше места, с чем связана была и отно-ительно небольшая барщина, зато дольше сохранял значение раб­ий труд на домене. При относительно значительной прослойке свободных крестьян-аллодистов положение зависимых — колонов, манципиев, вольноотпущенников — сохраняло больше позднеантичных черт, присущих рабскому состоянию, чем на Севере. В силу природных условий: горного ландшафта, теплого климата, допускавшего разнообразие возделываемых культур, — система открытых полей с чересполосицей и принудительным севооборотом не была распространена. Здесь господствовали компактные крестьянские наделы, на которых велось поликультурное земледельческое хозяйство (возделывались одновременно зерновые, виноград, оливки и др.), а также было развито скотоводство.

Натуральный характер хозяйства. В феодальной деревне каролингского периода господствовало натуральное хозяйство. Преобладание натурально-хозяйственных отношений объясняется низким уровнем развития производительных сил, в частности отсутствием общественного разделения труда между ремеслом и сельским хозяйством.

В феодальной вотчине каролингского периода ремесленный то был соединен с сельским хозяйством, что обеспечивало феодал также основными изделиями ремесла. Производством одежды обуви и необходимого инвентаря занимались сами зависимые крес­тьяне или дворовые ремесленники, обслуживавшие также насе­ление деревни. Все, что производилось в вотчине, шло главным образом на снабжение барского двора и за редким исключением потреблялось внутри вотчины.

Это, конечно, не значит, что в каролингский период вовсе не было торговли. Существовали рынки и даже ярмарки, денежное обращение. Но торговые связи не играли существенной роли в хозяйственной жизни вотчины и вообще деревни. Продавались излишки, в том числе иногда зерно или шерсть, а покупалось то, что чаще всего нельзя было произвести в вотчине: соль, вино, металл, иногда оружие, а также предметы роскоши, пряности, привозимые иностранными купцами из заморских стран. Постоянных торговых связей между отдельными частями Каролингской империи не было. Внешняя торговля была развита слабо, удовле­творяла только потребность верхушки общества в предметах рос­коши и не оказывала серьезного влияния на общий уровень эко­номической жизни.

Сопротивление крестьян процессам феодализации. Лишение крестьян собственности на землю и втягивание их в зависимость вы­зывали ожесточенное сопротивление как еще свободного, так и уже зависимого крестьянства. Оно принимало различные формы. Одной из них были массовые побеги крестьян. Нередко происхо­дили и открытые крестьянские выступления.

Об упорном сопротивлении крестьянства феодализации свидетельствует капитулярий 821 г. короля Людовика Благочестивого, сообщающий о существовании во Фландрии «незаконных» заго­воров и союзов зависимых крестьян. Крестьянские восстания происходили в 848 и 866 гг. во владениях майнцского епископа. Наиболее крупное восстание имело место в Саксонии в 841-842 гг. Лозунгом крестьян, поднявшихся против саксонских и франкских феодалов и поддерживавшей их королевской администрации, был возврат к старым, дофеодальным порядкам: крестьяне изгнали господ и «стали жить по старине». Отсюда и название движения - восстание «Стеллинга», что можно перевести: «Дети древнего закона». Восстание это лишь с большим трудом было подавлено феодалами.

Крестьянские восстания обычно терпели поражения вследствие своей стихийности и неорганизованности. Однако сопротивление крестьян вынуждало представителей господствующего слоя фиксировать повинности зависимых крестьян. Фиксация феодальных повинностей, хотя бы на некоторое время ограждавшая крестьянина от повышения нормы эксплуатации, в значительной мере была следствием непрерывной, каждодневно возобновляемой борьбы крестьянства против феодалов. Фиксация феодальных повинностей диктовалась и стремлением феодалов определить и закрепить размеры своих вотчинных доходов,

Следствием переворота в поземельных отношениях в VIII—IX вв. явилось значительное укрепление феодализма в Каролингской державе. Уже к началу IX в. здесь сложились крупная феодальная вотчина и основные слои феодального общества — феодалы и зависимые крестьяне.

Распад империи Карла Великого. Под покровом временной централизации в империи происходила феодализация местного уп­равления: граф из королевского должностного лица стал посте­пенно превращаться в сеньора своего округа, захватывая в собст­венность земли, вверенные его управлению, а свободное население графства оказывалось в положении его вассалов или зависимых крестьян. Кьерсийский капитулярий 877 г. официально признал наследственность графской должности, закрепив ее за крупней­шими землевладельцами каждого графства. Этому же способствовали раздачи иммунитетов каролингскими королями и призна­ние ими вассалитета в качестве главной законной общественной связи.

Временное объединение под властью Каролингов различных племен и народностей при отсутствии экономического, социально-правового, этнического и культурного единства между ними было возможно лишь до тех пор, пока франкские феодалы, особенно слой мелких и средних феодалов-бенефициариев, поддерживали королевскую власть. Когда же к середине IX в. в империи сложились основы феодального строя, позиция новых крупных землевладельцев по отношению к центральной власти изменилась.

Крупные феодалы стали почти независимыми от нее; мелкие и средние феодалы, становясь их вассалами, были гораздо больше связаны с магнатами, чем с королем. Крестьянство в основном стало уже зависимым. Подавление крестьянских движений, носивших лишь местный характер, производилось силами самих феодалов, связанных узами вассалитета.

Сын и преемник Карла Великого Людовик Благочестивый (814-840), прозванный так за свою ревностную приверженность церкви и щедрые дары ей, уже в 817 г. разделил империю между своими сыновьями, сохранив за собой лишь верховную власть. За этим разделом последовал ряд новых, которые привели к длительным междуусобиям и смутам. Наконец, в 843 г. после смерти Людовика его сыновья, собравшись в Вердене, заключили договор о новом разделе империи.

По Верденскому договору младший сын Людовика Благочестивого Карл по прозвищу Лысый получил земли к западу от рек Шельды, Мааса и Роны — Западно-Франкское королевство, включавшее основные территории будущей Франции. На этих землях господствовали романские языки, легшие впоследствии в основу французского языка. Средний из братьев — Людовик Немецкий — завладел областями к востоку от Рейна и к северу от Альп, насе­ление которых говорило на германских диалектах. Это королевство стало называться Восточно-Франкским, а позднее — Немецким. Старший сын Людовика Лотарь, согласно Верденскому догово­ру, сохранил за собой императорский титул. Его владения скла­дывались из Италии, а также земель, расположенных вдоль Рей­на. Империя Лотаря представляла собой искусственное соедине­ние осколков различных политических и этнических образований. Более или менее единым целым в нем была лишь Италия.

Таким образом, Верденский договор положил начало складыва­нию трех будущих европейских стран — Франции, Германии, Италии — и соответственно французской, германской и итальян­ской народностей.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   50

перейти в каталог файлов


связь с админом