Главная страница

Филимонов В.П., Святой преподобный Серафим Вырицкий и Русская Голгофа.2006. СвятойпреподобныйСерафимВырицкийи


Скачать 24,54 Mb.
НазваниеСвятойпреподобныйСерафимВырицкийи
АнкорФилимонов В.П., Святой преподобный Серафим Вырицкий и Русская Голгофа.2006.pdf
Дата10.04.2018
Размер24,54 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаFilimonov_V_P__Svyatoy_prepodobny_Serafim_Vyritskiy_i_Russkaya_G
оригинальный pdf просмотр
ТипКнига
#1601
страница14 из 25
Каталогid139708323

С этим файлом связано 90 файл(ов). Среди них: История иконы БМ Иверская.doc, Письмо в СК РФ.docx, Житие прп Геннадия и Никифора Важеозерских.doc, Gavanskaya_unia_Chast_pervaya__skachat_pdf.pdf, vypiska.pdf, обращ 1.docx, Akafist_tsaryu_Nikolayu.pdf, Правило схиигумена Саввы.docx, Sergey_Melnik_Istorii_iz_moey_zhizni.pdf, znak-sh.pdf и ещё 80 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   25
Невозможно перечислить все благодатные дары, которыми наделил от щедрот Своих Всемилостивый Господь отца Серафима. Вырицкий старец читал мысли, видел на расстоянии, прозревал прошлое и будущее, исцелял людей от тяжелейших неду­
гов...
В 1937 году у папы случился обширнейший инфаркт миокарда. Его жизнь буквально висела на волоске. Собрался большой консилиум, но все врачи в бессилии разводили руками. Оставалось уповать только на Господа. Мама неотлучно находилась около отца, а мыс Пашенькой устремились в Вырицу. Тогда батюшка Серафим встретил нас словами Все знаю, молюсь. Поживет еще Михаил Иванович, поживет. Еще и сюда приедет, и не раз После этого папа прожил еще почти шесть лет. Он очень сблизился с батюшкой, особенно вовремя оккупации. Они часами могли беседовать на научные темы. Помимо высочайшего интеллекта и всеобъемлющей эрудиции, отец Серафим поражал людей своими непостижимыми познаниями, дарованными ему от Бога. Передним преклонялись многие выдающиеся ученые.
Несравненный дар утешения и всепрощающей любви вы­
рицкого старца с особой силой проявились вовремя оккупации. Все страхи и ужасы, страдания нравственные и физические врачевали младенчески добрая батюшкина улыбка, пронзительный взор его небесно-голубых глаз строгий и ласковый одновременно, и слова простые и мудрые. От всего этого водворялись в сердцах надежда и спокойствие. Голод, бомбежки, чужая речь, отсутствие каких-либо вестей от братьев, угасание папы на
наших глазах и, наконец, его смерть разве могли бы мы перенести все это, если бы недорогой наш батюшка. Шли к нему, когда жили водном доме с ним, шли к нему и после нашего переезда на другую квартиру и всегда получали благодатную помощь, возвращаясь с просветленными душами. Я жена себе испытала чудотворную силу его молитв...
Опасаясь отправки в Германию, мы все устроились на работу в детский дом. Там я заболела сыпным тифом в очень тяжелой форме. Целую неделю не приходила в сознание и была на грани жизни и смерти. Мамане могла найти себе места. За полтора месяца до этого похоронили папу, и, вдруг, новое горе. Иисус, Мария, Иисус, — только и слышали из моего полудетского бреда. И вот открывается дверь, и входит посланный от отца Серафима со словами Что же вы не идете Леночка погибает Батюшка ждет вас немедленно Пашенька побежала к нему. Проницательный, строгий взгляд Где же выбыли до сих пор Почему не пришли ко мне Михаил Иванович приходил за Леночкой и хотел взять ее к себе, но мои грешные молитвы и горячие материнские помогли — она будет жить. Идите и благодарите Бога. Прибегает Пашенька, а мне лучше — вернулось сознание, уменьшилась головная боль. Словом, с этого часа дело пошло на поправку...
С тех пор минуло более пятидесяти летно этих мгновений, этой милости Божией, которой я удостоилась по молитвам батюшки Серафима, не забуду до самых последних дней моей земной жизни, и хотя бы теперь, на пороге старости, постараюсь быть достойной чудесного исцеления и смиренно, на коленях благодарить Всевышнего Ты еси Бог творяй чудеса!»...
«Вам необходимо покинуть Вырицу»
Хорошо известно/что старец вначале войны благословлял всех жителей поселка оставаться на своих местах. Тем удивительнее случай, рассказанный сотрудницей книжного магазина в поселке Вырица Людмилой Ивановной Тимофеевой со слов своей бабушки Марии Афанасьевны Лапиной. В нем — пример истинного послушания духовному отцу

... Мои родные ходили к батюшке Серафиму за советом и молитвой еще в е годы. Он всегда дарил им радость, вселял в их сердца веру, надежду и любовь.
Когда фашисты вступили на Русскую землю, бабушка с мамой, как и многие жители Вырицы, прибежали к домику на Пильном. Люди, взволнованные трагической новостью, выходили от старца утешенные и успокоенные.
Дождались своей очереди и мои родные. В те дни батюшка не вел долгих бесед со своими посетителями. Он коротко сказал бабушке имаме Вам необходимо покинуть Вырицу!» Стем и благословил. Безусловно, сначала их охватили некоторое смущение и ропот, так как знали они, что другие люди получили благословение иное. Тем не менее, родные исполнили все по слову старца.
Собрав самые необходимые вещи, взяли они с собой швейную машинку и стали ходить по окрестным деревням, подрабатывая шитьем и поденными работами. С большим трудом удавалось им порою обрести ночлег и кусок хлеба. Вскоре водном из селений их, как занимающихся бродяжничеством, выдал властям староста. Бабушку с мамой отправили в лагерь для перемещенных лиц, находившийся на территории Эстонии. В полной мере хлебнули они там горя, но Господь по молитвам отца Серафима сохранил им жизнь.
Вернулись на родину после освобождения Эстонии. Когда родные подошли к своему дому на Сиверском шоссе, то увидели груду развалин. Это был один из немногих жилых домов в Вы- рице, которые при наступлении наших войск были разрушены до основания. Без слов все поняли бабушка с мамой. Среди обломков домашних вещей нашли они тогда чудом уцелевшую иконку Николая угодника...
«Жив твой Коленька!»
Клавдия Михайловна Голубева ( t 1986) была прихожанкой вырицкой Казанской церкви. Многие жители поселка помнят ее рассказ, еще раз свидетельствующий об отце Серафиме как о провидце, которому были открыты Богом многие тайны

... Когда муж Клавдии Михайловны воевал на фронтах Великой Отечественной войны, она очень переживала за него, боялась его потерять. Весточек от него не было, ив конце войны она спросила отца Серафима Батюшка Придет ли домой мой Ко­
ленька? Жив ли он Старец успокоил ее Жив, жив твой Ко­
ленька! Придет домой, только головушка у Коленьки, ой как болеть будет...»
Николай Никитич действительно вернулся, получив сильное ранение в голову. Осколком вырвало у него из черепа кусок кости диаметром около 30 миллиметров. Он очень остро чувствовал малейшие изменения погоды. Его голова стала своеобразным барометром, и часто он испытывал сильнейшие головные боли. Однако, молитвами батюшки Серафима Николай Никитич прожил более 50 лет после полученного ранения. По мере своих сил старался посещать храм Божий. Скончался в январе
1996 года и за десять дней до кончины сподобился исповедаться и причаститься Святых Христовых Таин.
«Сестры и братия найдутся...»
Ольга Георгиевна Преображенская - сестра Марии Георгиевны. Ихмама, Александра Дмитриевна, была родной сестрой святителя Полтавского Феофана, духовника Царской семьи. О своей встрече с отцом Серафимом Вырицким Ольга Георгиевна рассказывает с необычайным теплом и благоговением.
...Годы блокады я провела в городе на Неве. Сразу после ее снятия работала в управлении по закупке фуража для армии при штабе военного округа. Одна из первых поездок оказалась в Вы­
рицу. Тогда можно было попасть туда только по пропускам. Железная дорога была вся в колючей проволоке, вокруг — минные поля. Ходил до Поселкаи обратно один поезд в сутки. Перед отъездом ко мне подошел человек очень интеллигентного вида испросил Не Выли едете на Вырицу?» Получив утвердительный ответ, он попросил меня передать отцу Серафиму небольшой пакет, размером с почтовую бандероль. Видимо, это был духовный сын старца
Когда я вошла в келлию, батюшка сидел на кровати. Он так ласково посмотрел на меня, что тут же ушло все земное. Меня охватили особые ощущения — я будто попала виной мир, где царят радость, легкость и спокойствие. Сразу подошла под бла­
гословение.
Я подробно рассказала ему, как было в городе вовремя блокады. Отец Серафим очень внимательно меня выслушал.
Война разбросала по разным весям всех моих родных, и главным для меня было узнать что-то об их судьбе. Старец сразу сказал Сестры и братия найдутся, а маму уже не увидите — и обещал помолиться за меня и всех моих родных.
Батюшка был замечательный — сразу бросалось в глаза, что это человек не от мира сего. Он благословил меня на дорогу, а я стрепетом душевным поцеловала его святую руку. После этого благословения великого старца Господь особо хранил меня всю жизнь.
В 1946 году вернулись находившиеся в плену мои сестры Мария и Александра, а затем и брат Василий. Из Риги прибыл брат Иоанн. Мама скончалась на Псковщине в 1943 году. Все исполнилось, как предсказал отец Серафим.
К нему в разное время ходили все наши родные, и все испытали силу духоносных даров вырицкого подвижника. В нашей семье его давно уже почитают как святого и верят в силу его небесного заступления.
А как всегда хорошо на могилке батюшки Серафима Там, по вере, всегда нисходит к немощам нашим Небесный Целитель...
«Пустите детей приходить ко Мне Пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им, ибо таковых есть Царствие Божие (Мк. 10,14). Невольно вспоминаются эти слова Евангелия, когда беседуешь с Галиной Васильевной Смирновой.
...Родилась я в 1939 году. Мои детство и юность прошли в Вы­
рице. Прекрасно помню батюшку Серафима. Его светящийся, словно ангельский, лики сияющие глаза нельзя было не запомнить. Старец необычайно любил детей, и дети отвечали ему
тем же. Мы часто прибегали к нему под благословение по одному или же целыми стайками. Время было тогда тяжелое, послевоенное. К отцу Серафиму приходило много людей, но нас всегда пропускали без очереди. Он благословлял нас и непременно угощал конфетами, пряниками, печеньем. Часто давал гостинцы с собой.
Батюшка учил детей крестить на ночь подушки, постели и ночные рубашечки...
Любовь, исходившая от батюшки, так благотворно действовала на детские души, согревала и окрыляла их, что всегда хотелось прийти к нему еще раз. Ведь, как правило, детские непорочные сердца очень чутко ощущают искреннее к ним отношение. Дети устремлялись к отцу Серафиму, словно к солнечному свету. Могу сказать, что через благословение батюшки благополучно устроилась вся дальнейшая жизнь многих моих сверстников.
Ходила к старцу и моя мама. Отец был репрессирован и осужден на десять лет лагерей. В ту пору считали, что все это справедливо и заслуженно. Многие даже отворачивались от ближних, у которых родственники томились в застенках. Тогда батюшка Серафим сказал маме Сейчас все хорошие люди в тюрьмах сидят Далеко не всякий мог произнести в то время такие слова.
Когда я подросла, стала регулярно ходить в храм — ведь то, что заложено в детстве, навсегда остается в душе человеческой, становится ее достоянием. Много лет постоянно посещаю могилку великого старца. Там всегда приходит успокоение, а сердце наполняется все той же радостью, которая возвращает меня в годы моего детства...
«Поедешь жить в Париж»
Вот уже более сорока лет прошло с тех пор, как Евдокия Ивановна Ковтун стала москвичкой. Однако, при первом же случае спешит она в Вырицу, где прошли годы ее детства и молодости, чтобы припасть к вечнозеленому холмику в сени Казанского храма.
...С малых лет вошел в мою душу светлый образ отца Серафима. Еще до войны моя тетя, Анна Кузьминична Логинова, помогала по дому матушке Серафиме и я, девчонкой, почти каждый день прибегала под благословение к великому старцу. Безусловно, только через много летя основательно поняла, какой милости удостоил меня Господь.
Дивного старца нельзя было не любить. Он был для меня, словно родной дедушка, да и люди, которые впервые приходили к нему, мгновенно ощущали, что нету них роднее и ближе человека, чем батюшка Серафим, на всем белом свете. Для всех он был сразу и отцом, и матерью. Через него изливал в мир Господь Свою неизреченную любовь. Я видела, как день заднем устремлялся к старцу бесконечный людской поток. Для сердец человеческих он был поистине животворным источником. Люди оставляли у него свои печали, болезни и сомнения и всегда получали утешение и радость. Я никогда больше не встречала пастыря, подобного отцу Серафиму, хотя была знакома со многими людьми из числа духовенства.
В 1941 году я закончила школу и пришла к батюшке просить благословения на поступление в институт. Это было в конце мая. Неожиданно услышала Когда получишь аттестат зрелости, никуда не выезжай и постарайся поменьше выходить из дома Менее, чем через месяц началась война...
О подвигах отца Серафима в те суровые годы рассказано уже достаточно. Могу добавить только одно все свято верили в силу его молитвы, и это необыкновенно укрепляло очень и очень многих людей.
В 1945 году я вновь обратилась к батюшке за благословением на продолжение образования. Надо сказать, что с отроческих летя увлекалась литературой и педагогикой и очень хотела поступать на филологический. Старец же настоятельно посоветовал мне выбрать специальность зубного врача. Я стала сокрушаться о том, что в мединституте будет большой конкурс, и я не смогу сдать экзамен по химии, которую недостаточно хорошо знала. На это отец Серафим уверенно сказал Будешь знать один билет и пройдешь Потом добавил Не забудь только обязательно явиться в тот день, когда будет зачисление в группы».
Не было конца моему изумлению, когда мне достался именно тот билет, который я выучила назубок. Вот только второе наставление батюшки я не выполнила и на собственном горьком опыте познала, что непослушание ведет к беде. В назначенный день в институт я не явилась, и меня отсеяли. Пришлось поступать наследующий год...
Училась я успешно и всегда испрашивала перед экзаменами молитв и благословения батюшки. Велика была в нем сила Божия. Вначале года моего папу за стояние в вере приговорили к 25 годам заключения. Тогда отец Серафим очень утешил нас с мамой, сказав Не волнуйтесь Он вернется к вам через 5 лет. Отца освободили со смертью Сталина в 1953 году.
Когда я училась на третьем курсе, батюшка однажды сказал мне Поедешь жить в Париж. Старец порою говорил иносказательно, и смысл его слов я поняла уже после блаженной его кончины, — по окончании ВУЗа я получила предложение о замужестве от москвича. После переезда в столицу часть моего сердца навсегда осталась в Вырице. Молитвами отца Серафима Господь дарует мне физические силы и крепость духа.
Вижу, что с каждым годом у батюшки становится все больше и больше почитателей. Ни время, ни пространство не могут разделить людей, если соединяет их любовь о Христе Иисусе Господе нашем. Любовь вырицкого старца объемлет весь мири спешат сегодня на ее благодатный зов страждущие со всех концов света...
Во время беседы с Евдокией Ивановной мы сидели с ней на скамеечке в оградке вырицкого церковного кладбища, а возле деревянного креста, с укрепленной на нем фотографией, стояли ее внуки, вглядываясь в светлый лик блаженного старца. Одного короткого взгляда было достаточно, чтобы понять, происходившее в их юных сердцах.
«Сила была в нем от Бога великая...»
Любовь Николаевна Спиридонова разменяла десятый десяток ей 92 года. По молитвам батюшки Серафима Господь дарует ей бодрость духа и телесное здравие. Любовь Николаевна неукоснительно посещает богослужения в храме Пресвятой и
Живоначальной Троицы за Невской заставой, а в праздничные
дни ее часто можно встретить в Свято-Троицком Соборе Алек­
сандро-Невской Лавры, где она до недавнего времени несла различные послушания в течение нескольких десятилетий. Здесь многие хорошо ее знают и любят. В Александро-Невской Лавре произошла и первая наша встреча. Простота веры и глубочайшее понимание истин Православия — вот те качества, которые отличают Любовь Николаевну. Никого никогда не сужу. Упаси Бог Сама худая. Как я себя не люблю, как я себя не люблю часто ли мы можем услышать такое, вырвавшееся из самых сокровенных глубин.чистого сердца. Это школа живого богословия, унаследованная от отца Серафима. Рассказ Любови Николаевны лишен всяких прикрас.
...К батюшке Серафиму я часто ездила еще до войны. Шлак нему, как на праздник. С ним было очень простои необыкновенно хорошо. Сила была в нем от Бога великая. Когда благословлял, то душа до небес взлетала. Уходя от любимого старца, порою думала Не в раю ли я побывала?»
Когда началась война, моего сынишку Бориса эвакуировали вместе со школой в Сибирь, а я осталась в блокадном городе. Работала в Боткинской больнице все годы войны. Водном из редких писем, которые приходили с Большой земли по дороге жизни, Борис написал мне, что сильно ушиб ногу, иона часто болит.
По возвращении оказалось, что у мальчика уже несколько лет продолжается хроническое воспаление надкостницы в голеностопном суставе. Гноилась кость, ив районе пятки была кровоточащая незаживающая опухоль. На травмированную ногу ступить он не мог. Как тяжело мне было видеть его страдания Они удваивались оттого, что в то время, как его сверстники играли на свежем воздухе, Борис еле передвигался с моей помощью по комнате. Врачи безуспешно пытались ему помочь, нов конце концов отказались. Мне же они заявили, что эта болезнь неизлечима. Оставалось просить помощи только у Господа...
Весной 1945 года мыс сестрой поехали в Вырицу. Господь помог быстро отыскать новый дом, куда переехал старец. Батюшка, как и прежде, принял нас с радостью и тут же сказал Все будет хорошо Ножка у Бориса обязательно заживет. Он дал
мне святой воды и объяснил, как надо ею пользоваться Поставьте ногу вчистую теплую ванночку, а моей водичкой поливайте крестообразно больное место с молитвой. На ночь также ставьте компрессы. Благословив нас, велел передать свое благословение и сынишке. Через месяцу Бориса утихли боли и начал спадать отек.
Возблагодарив Господа и отца Серафима, мы вновь отправились в Вырицу уже с сынишкой. За время болезни нога его очень ослабла, и мыс сестрой вели его под руки. Батюшка принял нас без очереди и сердечно радовался, что дело пошло на поправку. Он очень ласково побеседовал с Борисом, дал ему просфорочку, еще святой водички и благословил. Помню, с каким состраданием, теплом и любовью смотрел тогда на нас великий старец. Казалось, что от него исходит сияние. На станцию Борис возвращался уже без посторонней помощи. Вскоре от неизлечимой болезни не осталось и следа, ачерез некоторое время мы даже забыли, какая нога болела у Бориса.
В 1948 году его призвали в армию, где служил он в воздушно- десантных войсках и успешно совершал прыжки с парашютом...
Поведала Любовь Николаевна и еще одну историю, которая произошла с ее знакомыми в послевоенные годы.
...Люди, которые постоянно ходили к отцу Серафиму, хорошо знали друг друга в лицо, поскольку порою им приходилось довольно долгое время проводить в ожидании, прежде чем войти в заветную келлию. Здесь же, возле уютного домика, обменивались они впечатлениями от встреч с милым батюшкой, рассказывали о дивных его дарах. Однажды я познакомилась с молодыми супругами, которым старец помог своими молитвами, когда молодожены оказались в тяжелой беде. Через некоторое время они принесли батюшке в знак благодарности 1000 рублей. Тогда это были очень большие деньги. Отец Серафим деньги не приняла благословил обязательно отдать их первому встречному по дороге на станцию.
Этим первым встречным оказался, как говорят, вдребезги пьяный мужчина. Молодая женщина растерянно сказала мужу Как женам быть Однако, он невозмутимо ответил Поступим по словам батюшки
Как только они вручили деньги этому мужчине, он моментально протрезвел Миленькие Да как же мне вас благодарить Вы меня от смерти спасли Оказалось, что этот несчастный работал в торговле, и у него образовалась недостача ровно на такую сумму. Денег дома не было, и ему грозила тюрьма. Он впал в отчаяние, и решил наложить на себя руки. Для храбрости порядком выпил...
Так необычайная прозорливость батюшки Серафима спасла этого человека от самого страшного смертного греха. Можно сказать, что старец вытащил его из ада преисподнего и отнял у врага спасения еще одну душу...
«Ты будешь по всей стране ездить!»
Рассказ Ольги Федоровны Куликовой вновь свидетельствует о необыкновенной прозорливости вырицкого старца. Случилось так, что война разлучила меня с моей мамой — она оказалась в Вырице, а я у родных в Петербурге, где и провела все годы блокады. В военную пору мама пела в хоре вырицкой Казанской церкви и часто посещала батюшку Серафима. Он всегда говорил домашним Дайте ей мучки и сахарку!»
После снятия блокады ходила вместе с мамой к старцу и я. Никогда я не видела человека такой необъятной доброты. У него всегда было как-то особенно тепло и спокойно. Мы уходили от батюшки умиротворенными, с ощущением неизменной радости, которая долго не покидала нас. Как легко было тогда на душе!
Я заканчивала школу и с детства хотела стать портнихой. Однажды сказала об этом старцу, на что он ответил Портнихой стать всегда успеешь. Ты будешь по всей стране ездить!»
После окончания школы я поступила на работу в одну из на­
учно-исследовательских организаций города. Работала сначала чертежницей, затем конструктором. Со временем потребовались новые знания, ив году я поступила в Судостроительный техникум, который закончила в 1964 году без отрыва от производства. Тогда-то и сбылись пророческие слова великого старца — меня стали посылать в командировки по всей стране. Бывала на Дальнем Востоке, Крайнем Севере, на Черном и Балтийском морях. Всю жизнь хранило меня благословение батюшки Серафима, около двадцати лет колесила я по стране...
Посейденьсблагодарностью посещаю могилку старцаустен вырицкого храма. Там необыкновенно ярко вспоминаются светлые встречи с этим дивным пастырем, образ которого я храню в своей душе...
«В больницу его не отправляй — Господь все управит»
В доме № 24 по Пильному проспекту Вырицы, расположенном напротив дома Томбергов, проживала семья Смирновых. Глава ее, Александр Александрович, был человеком великой веры и преданным духовным сыном отца Серафима. О дивных делах Божиих, явленных по молитвам вырицкого старца, рассказывает Елена Александровна Комарова — дочь Александра Александровича Смирнова.
...Я появилась на свет, благодаря прозорливости батюшки Серафима и его чудесному дару духовного врачевания. Мама зачала меня во чреве в тяжелое военное время. Было ей тогда около сорока двух лети она совсем не хотела иметь ребенка. Скрыв от отца факт беременности, она решила искусственно ее прервать. Оставалось только выбрать удобный момент, чтобы сделать аборт.
Однажды мама зашла к отцу Серафиму, ион, как бы невзначай, заметил Представляешь Екатерина Александровна, что ныне происходит Некоторые матери, уподобляясь в жестокости Ироду, становятся убийцами собственных невинных младенцев Эти слова старца буквально пронзили сердце моей матери — поняла она, что батюшке открыты все ее помыслы. Упав передним на колени, со слезами раскаялась мама в страшном своем намерении...
Когда я родилась, отец Серафим сам дал мне имя и назначил крестных. Ими стали внучка старца, Маргарита Николаевна и сын профессора Михаила Ивановича Граменицкого, Евгений Михайлович, впоследствии также ставший профессором
После моего рождения мама тяжело заболела — у нее началась послеродовая горячка. Был момент, когда казалось, что она находится при смерти. Папа прибежал к отцу Серафиму. Батюшка, ничего не спрашивая, тут же велел ему отслужить три молебна Николаю Чудотврцу о здравии болящей рабы Божией Екатерины. В считанные дни здоровье мамы пошло на поправку. Она осталась жива и прожила после этого до 88 лет...
В годы оккупации Вырицы проходила как-то раз мама мимо вражеской комендатуры. Здесь на нее набросились две злобные овчарки, охранявшие здание. Мама буквально остолбенела - казалось, что собаки вот-вот разорвут ее. Однако, неожиданно животные успокоились и отбежали в сторону, не причинив маме никакого вреда. После этого случая она сразу пришла к отцу Серафиму. Не успела мама произнести и единого слова, как старец сказал Екатерина Твоя жизнь была на волоске. Я очень горячо молился о твоем здравии и спасении. Ради детей твоих Господь сохранил тебе жизнь...»
Не менее удивительная история произошла и с моим отцом, которого по молитвам батюшки Серафима Господь исцелил от тяжелейшей травмы, грозившей почти неминуемой гибелью. Однажды, когда папа отправился на заготовку дров, старец велел позвать за моей мамой и сказал ей Тебе везут тяжелобольного, ноты не пугайся, в больницу его не отправляй, — Господь все управит...» Оказалось, что отца придавило упавшим деревом. Когда папу привезли домой, батюшка велел туго запеленать его и стал молиться о здравии своего духовного сына. Через несколько месяцев отец смог самостоятельно передвигаться, правда, до конца своих дней он уже ходил с палочкой. Как показали рентгеновские снимки, у папы по молитвам старцазажи- ли сложный перелом позвоночника и переломы нескольких ребер. Временами у него возникали острейшие боли, как последствия полученной травмы, но батюшка Серафим всегда помогал справиться с ними...
Много совершенно невероятного по тем временам слышали мои родители от батюшки Серафима. Старец предсказывал, что городу на Неве вернут его первое название. Говорил он также, что придет время, когда по радио будут петь молитвы. Рассказывал батюшка и о том, что к концу столетия может резко измениться климат, ив Петербурге будет жарче, чем на юге...
Однажды старец сказал папе Александр Ты будешь одним из тех, кто упокоит меня в последнем земном пристанище Вскоре батюшка отошел ко Господу, а папа, действительно, был одним из тех, кто опускал в землю гроб иеросхимонаха Серафима Вырицкого.
Отец глубочайшим образом почитал великого старца до последнего часа своей собственной земной жизни. Пока был жив Александр Александрович, лампадка на могиле батюшки Серафима горела днем и ночью. В любую погоду, ежедневно шел папа на церковное кладбище, чтобы почтить память своего духовного отца...
Скончался Александр Александрович Смирнов от инсульта
13 декабря 1956 года. Задень до его кончины у него возникли очень сильные головные боли. Он стянул голову ремнями и пошел проверять лампадку...
«Я только ими живу!»
Мария Дмитриевна Денисова— прихожанка вырицкого Казанского храма. Несмотря на свои 78 лет, регулярно ездит она на богослужения в Вырицу из города, совершая несколько пересадок на транспорте. О подвижнике, который стал для нее на всю жизнь помощником и покровителем, рассказывает она с несомненною верою в его небесное предстательство.
...В 1944 году по набору Министерства путей сообщения мыс сестрой переехали из Псковской области в Сусанино. У меня было трое дочерей, мал мала меньше. Муж погиб на фронте еще в м. Работала я путевой обходчицей. Время послевоенное, непросто было сводить концы с концами, да еще, управляясь на тяжелой работе, воспитывать детей и ухаживать за домом и огородом. Но, видимо, только через скорби мы, грешные, к Богу-то и приходим...
В Сусанино все хорошо знали о вырицком старце — многие жители поселка ходили к нему еще до войны. Вскоре после приезда пошли к нему и мыс сестрою, чтобы получить утешение и
узнать о себе волю Божию. Принял нас батюшка очень тепло, и казалось, что он знает нас с детских лет. Дамы так себя и ощущали передним малыми беспомощными детьми. Тогда где-то на Западе еще шла война, а мы очень хотели навестить своих родственников, живших на Украине. На железных дорогах было много беспорядка, и мы никак не решались тронуться в путь. Хотелось испросить у старца и благословения на дальнейшую жизнь. Отец Серафим разрешил все наши недоумения Езжайте, доченьки Все переживете, хотя и будет трудно Благословил. После этого стало куда легче одолевать невзгоды, будто все в жизни налаживалось само по себе...
Потом я несколько раз ездила к батюшке с Тонечкой, своей старшей-дочерью. Он всегда угощал ее сластями и благословлял. Я никогда ни о чем не просила его, ибо знала по молитвам отца Серафима Господь и Матерь Божия не оставят меня в трудную минуту. Тем не менее, старец помогал мне деньгами. Бывало, дает со словами Вот, возьми-ка на свечи, и видно, как он по- детски радуется при этом. Вновь на душе становится спокойно и легко...
Как тогда помогал, таки теперь помогает. Я только ими живу Другой миг забуду, а он тут как тут, рядышком — наставляет меня, грешную, вразумляет. Я всегда это ощущаю. Почитаютба- тюшку и все наши родственники. Мой племянник однажды попал в аварию — машина разбилась вдребезги, а он вышел без единой царапины. Вспоминая об этом случае, он всегда говорит Только отец Серафим меня и спас!»
Господь дал мне, недостойной, через батюшку все, что имею. На старости лет живу одна в отдельной квартире, как и хотела здоровьем не обижена, пенсия хорошая. Устроены все дочери и внуки. Как жене благодарить такого покровителя Дома, перед большой фотографией отца Серафима, горит неугасимая лампада, я с ним каждый день разговариваю, как с живым. Всегда и везде со мною его маленькая фотокарточка. Он у меня вот здесь — говорит Мария Дмитриевна и красноречивым жестом прижимает правую ладонь к самому сердцу
Ты будешь книжками торговать!»
Около сорока лег Людмила Федоровна Емкова работает в книжной торговле Петербурга. По слову вырицкого подвижника устроилась вся ее жизнь. В 1945 году мыс мамой вернулись в город из эвакуации. Вовремя войны потеряли жилье и обрели временное прибежище в сыром и холодном подвале неподалеку от Апраксина двора. Для моего отца война закончилась госпиталем на фронте он получил тяжелое ранение в голову и вернулся с войны инвалидом. Мы еле сводили концы с концами. Мама совсем упала духом.
Как-то сидела она в Никольском соборе и горько плакала нашлись добрые люди, которые посоветовали ей побывать увы рицкого батюшки. Они сказали, что старец Серафим обязательно поможет нам.
В Вырицу поехали с маминой подругой, с которой вместе были в эвакуации. Шли по распутице, еле-еле дошли. Возле домика небольшими стайками рассыпался народ. Ждать пришлось недолго.
Вот и келлия старца. Словно ласковое солнце глянуло из-за туч, осветив нас теплыми лучами. Батюшка благословил нас, меня угостил печеньем и велел всех напоить горячим чаем. Было видно, что он своим чистым сердцем необыкновенно соболезнует нашим скорбям. Он так жалел маму, как вряд ли может пожалеть свое чадо родной отец Этоучастие очень укрепило ее. Стучите, громче стучите — только стучащему отворят — сказал тогда отец Серафим, — Я тоже буду за вас молиться».
С этого дня мама стала часто ездить к дивному старцу. Как только ложилась на сердце тяжесть, посещала нас очередная скорбь, мама сразу же отправлялась в Вырицу. Она пекла очень вкусные лепешки и привозила их батюшке. Я в то время училась в школе и не всегда могла сопровождать маму. Тогда отец Серафим посылал мне бараночки или конфетки со словами А вот и
Людочке гостинец от дедушки!»
Вскоре мы получили хорошую светлую комнату. Не было сомнения в том, что это произошло по молитвам отца Серафима.
Как-то батюшка сказал маме С мужем проживешь совсем недолго, а со свекровью — многие годы. В 1949 году папа погиб, попав под трамвай по путина работу. В тот день в 12 часов будто постучал кто-то к нам в окно, словно птичка клювиком. Потом мама сказала, что, наверное, это папочкина душа прилеталак нашему дому. После того мы съехались с бабушкой и на самом деле прожили с ней около двадцати лет.
Однажды старец дал маме 30 рублей со словами Вот тебе волшебная палочка Теперь у тебя всегда будут деньги. После этого, по милости Божией, мы, действительно, никогда не нуждались — то родственники посылку с продуктами пришлют, то мама неожиданно премию на работе получит. Всю жизнь прожили молитвами отца Серафима.
Я очень любила нянчить детей и после школы хотела работать в детском саду. При встрече поделилась своими мыслями с батюшкой. Он покачал головой и промолвил Ты будешь книжками торговать!»
Школу я закончила уже после того, как отец Серафим отправился к вечным обителям. Мои детские мечты не оставили меня, ия подала документыв педагогическое училище. Поступить мне туда неудалось. Я очень сокрушалась поэтому поводу, но терять еще год не хотелось. Тут я встретила свою классную руководительницу из школы, которая сказала мне, что объявлен дополнительный набор в книготорговый техникум и всячески посоветовала туда поступать — работа чистая, полезная и интересная. Легко сдала я экзамены и успешно прошла по конкурсу. Так определился мой жизненный путь.
Сколько раз еще помогал нам великий старец Однажды у меня невыносимо разболелся зуба идти к врачуя очень боялась. Поехали с мамой на могилку отца Серафима. Она сказала Попроси у батюшки, как следует. После этого на многие годы я забыла, что такое зубная боль!
Отец Серафим обязательно отзывается, если всем сердцем просишь его о чем-то. Навсегда я запомнила те евангельские слова «... стучащему отворят (Лк. 11,10).
187
Я был на прославлении преподобного Серафима»
Наталия Степановна Тихонова— прихожанка храма в честь Казанской иконы Божией Матери подворья Спасо-Преобра- женского Валаамского монастыря. С величайшим благоговением рассказывает она о вырицком подвижнике, с истинным страхом Божиим повторяя Только бы не обидеть Господа ни единым праздным словом. Господь сподобил меня неоднократно бывать у батюшки Серафима. Воспоминания об этих встречах бесценное достояние моего сердца. Как сейчас вижу этого великого пастыря, помню каждое его слово.
Первый разя поехала к старцу вначале года. Зима была необычайно суровая, столбик термометра опустился за отметку
30°. На ногах у меня были тонкие резиновые ботики, и я успела очень сильно продрогнуть еще в поезде. В Вырице прежде никогда не была, но, видио, Сам Господь привел меня к батюшке. Приехала я рано, когда на улицах было еще безлюдно. Пошла прямо, а через какое-то время свернула налево и быстро нашла домик отца Серафима. Народа было много вся лестница забита. Я взмолилась в душе Батюшка Я такзамерзла! Прими меня, ведь тут до -вечера не попадешь. И вот чудо — открывается дверь, выходит матушка и говорит Батюшка благословил войти Наталии из Питера Я подумала Вот так батюшка Только попросилась, а он уже зовет и не посмела отозваться. Матушка вышла вторично Разве нет Наталии из Питера Тогда я сказала Это — я, но ведь столько народа, как я могу без очереди Иди, иди, — ласково сказала келейница...
Вошла я стрепетом. Сразу забыла, что там наулице— морозили жара. Батюшка озарил меня своей любовью. Лежит в ску- феечке на маленьком диванчике, четки перебирает. Веселенький такой, глазки светленькие, доброта из них таки сыплется. Душа моя вмиг исполнилась радостью и на сердце так тепло стало. Привезла я в тот день батюшке хлеба, который по карточкам получила, а старец мне и говорит «Иди-ка ты поешь и согрейся, ведь ты — голодная. Я отказалась. Так мне хорошо с ним было
что обо всем на свете забыла Очень меня утешил отец Серафим. Рассказал, что скоро Свято-Троицкий собор Александро-Не­
вской Лавры откроют, а затем и всю Лавру Церкви передадут. Я тогда удивилась и говорю Что вы, батюшка Как же это Ведь сейчас все ломают, да взрывают Старец ответил Вот тыне веришь, а придет время, когда начнут восстанавливать и открывать церкви, монастыри, часовни. Когда пойдешь на освящение Троицкого храма в Лавру, вспомни убогого Серафима — меня уже не будет Отдала я батюшке хлеба он мне тут же дал конфет и печенья. Расставались очень тепло, старец благословил меня приезжать к нему. Шла назад и мороза не чувствовала, так отогрел меня блаженный своей любовью...
Отец Серафим всегда принимал меня как самого родного человека. Как-то я заметила Батюшка Вы почти 20 лет лежите. Как это плохо Он засветился своей радостной улыбкой иска зал Какой я счастливый Рядом со страдальческим ложем Сам Господь и Матерь Божия, а в ногах Ангел-хранитель! Вот хотела бы ты также лежать, как я Да нет, батюшка произнесла я в ответ. Ну, побегай, побегай — потом хромать будешь Эти слова оказались пророческими. После кончины старца я повредила ногу, и вот уже много лет хожу с палочкой...
Однажды я приехала к батюшке летом, ион вновь необыкновенно утешил меня. Много-много сказал доброго и хорошего. Как я была счастлива, что есть у нас такие люди Рассказал мне тогда старец и о Саровских торжествах Когда пришло время прославления преподобного Серафима, я был на открытии его святых мощей. Радости и благодати, обретенных там, просто не передать. Великое множество народа собралось в те дни со всех концов России, чтобы в общей молитве преклониться пред святынею веры. Там я купил вот этот живописный образ Саровского чудотворца. Сними ботиночки, подними платок и приложись к нему Преподобный был на холсте словно живой, даже тепло от него исходило. На душе стало как-то особенно легко, спокойно.
Наэтом радости не закончились. Батюшка послал меня в церковь и сказал Там сейчас идет соборование, передай отцу Алексию, чтобы они тебя пособоровал». Вручил мне свечи и велел
потом вернуться. Как было тогда хорошо Какябылаблагодарна батюшке Серафиму и отцу Алексию Хотелось без конца благодарить их за святую заботу. После соборования старец поздравил меня и велел накормить. В тот день милость Божия не оставляла меня во всем. На дорогу батюшка вручил мне множество гостинцев и благословил Обязательно приезжай ко мне еще, пока я жив Вновь я летела назад, как на крыльях. Звучал в сердце голос милого старца, и мысли мои были далеко от всего земного. Навек сохранила ту радость в своей душе...
Я стала ходить в Казанскую церковь уж очень мне понравился отец Алексий. Старенький, больной, но служил с таким вдохновением. Как-то отстояла всю обедню, а затем пошла к батюшке Серафиму. В тот день я очень плохо себя чувствовала — еле-еле дошла от храма до домика старца. Как всегда было много народа. Вышла матушка и говорит Батюшка болен, ему очень плохо. Помолитесь, если станет получше, может и примет кого Всем сердцем воззвала тогдая ко Господу Как было бы хорошо, если бы старец принял меня Еще подумалось К кому же я буду ездить, если не станет отца Серафима И вновь произошло чудо. Появилась келейница и сказала Пусть Наташа зайдет».
Мгновенно исчезли все мои хвори. Упалая перед дорогим старцем на колени. Как мне было его жаль Он был такой худенький, осунувшийся. Я сказала ему Батюшка На кого Вы насос тавляете Ведь без Вас мы сиротками станем К кому мы приедем Он ответил Будешь приходить ко мне на могилку и рассказывать все, как живому. Я всегда услышу тебя и помогу во всем. Слезы лились у меня ручьем. Я поцеловала батюшке руку, а он мягко погладил меня по голове. Вошла внучка старца и напомнила, что пора уходить. Отец наш родной благословили тихо произнес Не забывай меня Как сейчас помню это последнее благословение батюшки, его теплые прозрачные руки, его милый добрый голос. Простите меня за все — сказала тогдая и вышла.
Только потом, когда стала постоянно посещать святую могилку старца, поняла, что милый батюшка не покинул нас. Светлая его душа всегда снами Будем молиться Бог даст — поживет...»
Татьяна Николаевна Алихова— ученый-геолог. Ее научный авторитет получил международное признание. Долгие годы проработалаТатьянаНиколаевнаво Всероссийском геологическом институте старшим научным сотрудником, в 1961 годустала доктором геолого-минералогических наук. Посей день ее доклады зачитываются на международных конференциях, издаются ее научные труды. Всю свою жизнь Татьяна Николаевна была верной дочерью Матери Церкви. С ранних летя была прихожанкой Никольского собора, здесь же в 1944 году мыс мужем узнали о великом старце. Вначале года поехали в Вырицу.
И вот первая наша встреча. Сияние святости, исходившее от батюшки, сразу проникло в самые глубины моего существа. Говорить ни о чем не хотелось. Глаза старца были полны бесконечной любви, сочувствия и понимания. Мы видели, что отцу Серафиму открыты малейшие движения наших сердец. Итак рядом с ним захотелось заплакать о собственном недостоинстве, несовершенстве. Без лишних слов поняли мы друг друга. Испросив благословения, тихонечко вышли. Домой ехали словно обновленные. С того дня почти каждое воскресенье после ранней обедни в Никольском соборе спешили мы в Вырицу.
Мою маму в течение многих лет мучал хронический тромбофлебит. На ногах у нее были открытые раны, которые приходилось перевязывать до одиннадцати разв день. В феврале 1946 года у нее начался сепсис — температура подскочила за е, начались гнойные выделения. Ее непрестанно лихорадило, она металась в ознобе, порою теряя сознание. Врачи, как могли, боролись за ее жизнь, однако, состояние все ухудшалось и ухудшалось февраля, вдень святителя Григория Богослова и иконы Божией Матери "Утоли моя печали, медики сказали, что мама вряд ли доживет до утра. Мыс сестрой Валентиной сразу побежали в храм просить о помощи Господа, Пресвятую Богородицу и святителя Николая. 8 февраля ранним утром приехали к ба-
191
имела доброе и отзывчивое сердце. Она обладала редкой красотой, однако, эту красоту осеняли необычайная скромность и благочестие. Многие сватались к ней, но она таки не- вышла замуж, а посвятила всю свою жизнь Христу. В церковном народе ее звали святой Катей.
Батюшку она знала с х годов, еще по Лавре, и много лет была его духовной дочерью. В свое время отец Серафим сказал ей Прилепись к Фаворским!», и с тех пор тетя помогала в их семье по хозяйству. О Сергее Серапионовиче она говорила Таких бы людей побольше, а милый доктор часто подшучивал Эх, Катя, с тебя бы портреты прекрасных горожанок пи­
сать!»
Шел 1945 год. Добраться до Вырицы в ту пору было совсем непросто. Еле-еле доехали в каких-то теплушках. С трудом разыскали дом, где жил отец Серафим. К тому времени он переехал на Майский проспект. Едва вошли в калитку, как с крыльца послышалось Катеньку зовут Люди, ожидавшие своей очереди, расступились, и мы прошли в келлию. Тогда я была еще совсем молоденькой несмышленой девчонкой и с порога почему-то выпалила Батюшка Мы вам ничего не привезли В ответ дивный старец только улыбнулся. Потом оно чем-то тихо беседовал с тетей, а я сидела в сторонке. Помню, что на душе было необычайно спокойно. На дорогу отец Серафим благословил д?ть нам продуктов и денег, ноне это было главным. Видимо, впервые в тот разя ощутила подлинную духовную радость. Возвращалась с какой-то особенной легкостью в сердце. Тетя Катя увидела это и сказала Отец Серафим всегда меня окрылял!»
Большим праздником для всех верующих епархии стало открытие в 1945 году Богословско-Пастырских курсов. В их организации деятельное участие принимал Сергей Серапионович
Фаворский. Мыс тетей помогали ему перевозить туда духовные книги, мыли и убирали классы. А всего через год — 1 сентября
1946 года вновь зазвучало Слово Божие в стенах Духовной Академии. Жили мы на площади Александра Невского и, поскольку Лавра была закрыта, с радостью стали посещать академический храм. Здесь я познакомилась и близко подружилась с Валечкой
Щукиной, которую впоследствии отец Серафим Вырицкий благословил на монашество. Сегодня это всем известная игумения Георгия, настоятельница Горненской обители в Иерусалиме.
Второй раз мы приехали в Вырицу в 1947 году. К тому времени ив моей душе зародилось тайное желание посвятить себя мо­
нашествуй принять иноческий постриг. Я поведала об этом тете Кате. В беседе с батюшкой она заметила Люся хочет в монастырь. На это великий старец ответил В колхоз-то ей не надо. Ив миру хорошие помощницы нужны. Как священник должен быть кристально чист перед миром, таки спутница его жизни. Вот и благословил меня Господь через отца Серафима на семейную жизнь в миру.
Время было тяжелое, и храм Духовной Академии был для нас воистину отчим домом, где забывались все невзгоды и неурядицы мирской жизни. Здесь-то и встретилась я со своим будущим супругом, семинаристом Василием Ермаковым, а в 1952 году стала его женою...
«Обязательно молись за врагов»
Сегодня Елизавете Ивановне Коко'висиной 85 лет. Она — член приходского совета Софийского собора в Царском Селе. Неутомимая труженица пользуется неизменным уважением и любовью всех прихожан и причта собора. Известно, что во многом и ее стараниями этот великолепный храм в 1989 году был возвращен Церкви. Всегдаи во всем помогает матушке Елизавете молитвенное предстательство ее небесного покровителя — блаженной памяти старца Серафима Вырицкого...
...О благословенном старце я узнала вовремя войны. Сразу после ее окончания, в 1945 году, поехала в Вырицу. Будто потянула меня туда неведомая сила.
На станции никто не хотел говорить, где живет отец Серафим. Время было такое. Ищи сама звучало в ответ...
И Господь привел — шла, шла и увидела калиточку, у которой толпился народ. Подошла испросила Кто последний. Помню, впереди оказался мужественного вида седой полковник. Через некоторое время появилась послушница и, открыв калитку, пустила всех ко крылечку. Стою самой последней и
думаю, что на работу опоздать могу. Тогда с этим очень строго было — порою под суд отдавали. Вдруг, вышла келейница иго ворит: Кто здесь из Царского Села Пропустите эту девушку ей надо к 14-ти часам на поезд успеть, чтобы на работу добраться вовремя. Так батюшка велел».
Я вошла в дом. Невозможно описать словами, что охватило меня, как только перешагнула порог келлии и увидела отца Серафима. Ощущение света и благодати, чувство слезного раскаяния ив тоже время, необычайной радости. Ноги у меня сами подкосились. Упала передним на колени и зарыдала, а батюшка мягкими добрым голосом произнес Не плачь, не плачь, твой живи скоро вернется. Я вас в книгу к себе запишу и поминать буду. Я поняла, что посетители могли ничего не говорить о себе — отцу Серафиму все было открыто. Такое чудо нам Господь даровал Я молчала, а он всю мою нерадивую жизнь, которую я уже забыла, в подробностях рассказал. Какой светильник был Двумя-тремя тихими кроткими словами мог на путь покаяния и спасения наставить. Грешим много, да не всегда зрим грехи свои, а перед таким старцем душа сама открывается.
Привезла батюшке муки и яблока он тут же велел все раздать. Не зря о нем говорили, что живет Святым Духом. Утешил он меня сильно. Мири любовь сошли в душу. На всю жизнь запомнила его слова Обязательно молись за врагов. Если немо лишься, то будто в огонь керосин льешь — пламя все больше и больше разгорается. Всегда и за все, даже за скорби, благодари Господа и Пресвятую Богородицу».
В конце беседы отец Серафим спросил А ты знаешь, как меня зовут Конечно отвечаю. Тогда молись за меня, а по кончине моей ходи на могилку. Разговаривай, как с живыми все у тебя устроится. После этого благословили поцеловал меня в голову. Сердце мое затрепетало от радости и показалось мне, будто слышу я ангельское пение. Назад как на крыльях летела...
По сей день молюсь великому старцу и живу его благословением. Все дела управляются. Дома с фотокарточкой разговариваю, а когда на могилку приезжаю, то, буквально, исцеляюсь. Иду обратно и никаких болезней не чувствую, а в душе все та же радость, свети благодать
Батюшка благословил меня на всю жизнь»
С величайшим благоговением и тихой радостью вспоминает об отце Серафиме Полина Алексеевна Набатова. Она свято верит в его небесное предстательство. Ведь еще приземной жизни старца обрела Полина Алексеевна по его молитвам особое покровительство Самой Пресвятой Богородицы.
...Моя мама была человеком необыкновенно крепкой веры. Ее сердце пламенело любовью ко Господу, Пречистой Его Материи святым угодникам Божиим. Искорки этой благодатной любви заронила ив мою детскую душу, но возгорелись они по- настоящему только после встреч с вырицким старцем.
В предвоенные годы наша семья ютилась в сырой и неудобной квартире на первом этаже дома неподалеку от Тучкова моста. С Божией помощью нам удалось временно обрести кров в более удобной квартире на втором этаже того же дома. Там пережили мы всю блокаду. После войны встал вопрос о нашем выселении. Оставалось уповать только на Господа. Мы посещали тогда Князь-Владимирский собор, и многие верующие посоветовали маме обратиться за молитвенной помощью к отцу Се­
рафиму.
В начале 1946 года мы отправились в Вырицу. Невозможно описать то, что мы пережили, когда вошли в келлию батюшки. Безусловно, славный подвижник прозревал чистое сердце мамы и ее любовь к Божественному. В разговоре, касавшемся наших земных нестроений, старец лишь кратко обмолвился Как жили, таки будете жить. Молитесь, и все будет вам. Я тоже за вас помолюсь. При расставании благословил нас и с ласковой улыбкой сказал мне Еще ведь придешь к батюшке Серафи­
му...»
Вскоре, по молитвам великого старца, Господь явил Свою милость — жилплощадь, которую мы занимали временно, перешла в наше постоянное пользование. Однако, явилась новая скорбь. Из эвакуации приехала моя старшая сестра Валентина с ребенком, попавшая в очень тяжелое положение. Беда следовала за бедой в годы войны пропал без вести ее муж, морской офицера она утеряла вначале блокады все свои документы. Жила она, как говорят, на птичьих правах, между небом и землею. Но- чевалау нас на полу, не могла получить продовольственных карточек, ни устроиться на работу. Куда только она ни обращалась В то время была очень большая неразбериха во многих учреждениях, и нигде она не могла ничего доказать. Вновь оставалось надеяться только на небесную помощь.
Поехали мыс сестрой к дорогому батюшке Серафиму. Принял он нас с радостью, как самых родных людей. Со слезами поведала сестра старцу о своих бедах и попросила его молитвенного заступления. Выслушав ее, батюшка уверенно сказал Молись Матери Божией Уныние отбрось — и муж будет, и квартира будет Меня великий старец благословил обязательно приехать к нему еще раз.
Вернувшись в город, мы всей семьей слезно просили о помощи Пречистую Деву. Только, что могли наши немощные молитвы Конечно же, устроилось все через молитвенное предста- тельство отца Серафима, прошения которого воистину достигали небес. Через несколько дней поздним вечером в нашей квартире раздался звонок — вернулся муж Валентины, которого, как оказалось, перебросили к новому месту службы. Вскоре они уехали в Севастополь. В мире и благополучии прожили потом долгие годы.
J
Наконец-то настал долгожданный день, когда я отправилась к милому батюшке не для того, чтобы испросить помощи в каких-то земных делах, а чтобы просто увидеть его, услышать его теплые, мудрые слова и получить его святое благословение на дальнейшую жизнь. Так узнала я о себе волю Божию. Эту встречу я никогда не забуду Какая у него в келлии была благодать Дивный старец указал мне на необычный образ Пресвятой Богородицы, который доныне ношу я в своем сердце словно столп пурпурного пламени, вырвавшийся из невесомого облачка, плывущего средь златых небес, возвышалась Богоматерь. Благоговейно и бережно поддерживала Она восседающего у Нее на руках Предвечного Младенца. Десницею Сын Божий посылал благословение, в другой Его руке покоилась держава, увенчанная крестом знак Его Вседержительства. Это была Валаамская икона Божией Матери. Когда я внимательно вгляделась в образ, батюшка промолвил Вот твоя Небесная Покровительница. Молись ей, и все будет, как надо. После этого великий подвижник особенно торжественно благословил меня и сказал Ты должна всем сердцем полюбить Ее и всю жизнь только на Нее надеяться. Только Она будет тебе истинной матерью, никто, как Она, никогда не будет любить тебя...»
Конечно, не сразу поняла я всю глубину слов отца Серафима мне было тогда двадцать лет. Только мало-помалу рождалось в душе моей то должное почитание Богоматери, которое можем мы оказывать Ей в меру своей немощи. Честнейшая Херувим и славнейшая Серафим, усыновившая весь род человеческий повелению Сына Своего, видит каждую нашу слезу, слышит каждое наше сердечное воздыхание. Она день и ночь молится за нас, и нет в человеческих языках слов, которыми могли бы мы достойно воспеть Ее всемилостивое попечение о нас, грешных!
Батюшка привязал мой ум к мыслям о Богоматери он сделал так, чтобы я воистину всем сердцем полюбила Ее. Пришло время, когда я поняла, что Небесная Игумения Валаамской обители — моя единственная надежда ив этом веке, ив будущем.
Перед блаженной кончиной великого подвижника я еще раз сподобилась получить его благословение. Тогда батюшка благословил меня на всю жизнь. Были в ней, конечно, многие искушения, но хранили меня молитвы Пресвятой Богородицы и благословение вырицкого старца. Немало было предложений о замужестве и нелегко было порою от них отказаться, но все-таки всю жизнь прожила я при Господе по слову отца Серафима.
Многих своих духовных друзей привела як чудотворной могилке незабвенного старца. Там каждый по вере получает проси­
мое. Поездки в Вырицу несут очищение и радость. Низа что не переживаешь, когда знаешь, что находишься под молитвенным покровом Пресвятой Богородицы и батюшки Серафима
Я всегда молился о здравии болящего отца Серафима...»
Галина Матвеевна Иванова всего один раз видела вырицкого подвижника, но эта встреча определила ее дальнейшую жизнь.
...С моей бабушкой, Марией Федоровной Ефимовой, мы приехали к старцу в конце февраля 1946 года. Для нашей семьи это было неимоверно тяжелое время. В годы войны без вести пропал мой отец, бабушка не могла работать по болезни, а меня никуда не брали, ибо мне еще не было 16 лети я не имела паспорта. Кормилицей была мама, ей приходилось трудиться в поте лица, чтобы заработать нам на кусок хлеба. Добрые люди посоветовали обратиться за помощью к отцу Серафиму.
Ехали мы к батюшке с молитвой и надеждой. У домика отца Серафима было полным-полно народа. Все с волнением и упованием ждали встречи со старцем. Наконец подошла и наша очередь...
Вот и келлия батюшки. Как описать словами то, что сразу вошло в наши сердца Это был воистину святой лик. Я увидела перед собою живую икону. Как ласково и тепло он встретил нас Вмиг стало радостно и спокойно на душе. Во взгляде отца Серафима было что-то бесконечно родное и отеческое. Батюшка недолго посмотрел на меня и промолвил, сразу назвав цо имени Вот и девица питерская, Галинушка, ко мне пришла Ты у меня первый и последний раз. Подойди, я благословлю тебя. Всей душой потянулась як старцу. Он благословил меня и сказал С этим благословением я даю тебе счастье. Знаю, что тебе никак не устроиться на службу. Приготовь все свои документы — завтрак тебе придут, и ты получишь хорошую работу. А еще я хочу дать тебе поручение после моей кончины придет время, когда ты встретишься с нашим Высокопреосвященным Митрополитом Григорием. Напомни ему обо мне — пусть помолится и положит поклончик за убогого Серафима Еще батюшка сказал мне, что я буду петь в хоре Никольского кафедрального собора.
Затем к старцу обратилась бабушка Отец Серафим Я, грешница, давно уже не могу поститься. Все эти годы мы голодали, и посей день мне все хочется есть. Просто горе какое-то—
200
хоть дров, да наемся Батюшка, как и ко мне, обратился к бабушке по имени (хотя мы не успели назвать себя Мария Сейчас тебе и не надо поститься. Придет времечко, когда будет вдоволь и мяса, и рыбы. Вот тогда уж, будь любезна, посты соблюдай. Еще бабушка посетовала, что наши родные ведут далеко неправедный образ жизни, на что отец Серафим сказал Ничего, ничего, исправятся с Божией помощью. Вот вам святая водичка, — давайте им понемногу, а я по силе своей молиться за них буду Записал батюшка имена наших родных в свой помянни- чек, благословил нас на дорогу и дал гостинцев пряников, конфет и яблок. Вышли мы от него — в душе тишина и свет...
На следующий день к нам пришла знакомая моей бабушки Евдокия Степановна и сказала, что нашла мне место на военной картографической фабрике. Меня сразу оформили на работу, как и предсказал отец Серафим.
Сбылись и другие его слова. Со временем я стала певчей Никольского кафедрального собора. После блаженной кончины батюшки Господь, действительно, сподобил меня быть на приеме у Владыки Григория (Чукова). Тогда я сказала ему Ваше Высокопреосвященство Вырицкий старец, иеросхимонах Серафим завещал мне напомнить Вам о нем. На это Митрополит ответил Я всегда молился о здравии болящего отца Серафима, и теперь постоянно поминаю его светлое имя!»...
По молитвенному предстательству старца избавились от дурных привычек и наши родные. Ох, как нелегко было им это сделать, нос Божией помощью, они потихоньку изменили свою жизнь. Я являюсь свидетельницей всему описанному. Это — сущая правда, которую я изложила перед лицом Единого Господа, и готова подписаться под каждым словом...
«И обязательно повенчаться!»
Елизавета Тихоновна Минчук— прихожанка церкви Воскресения Христова (у Варшавского вокзала. Дорогу к храму обрела она после встречи с незабвенным вырицким старцем

... В молодости моей близкой подругой былаЗоя Сошальская, которую впоследствии отец Серафим благословил на монашеский подвиг.
Наша семья была верующей, ноне глубоко воцерковленной. В доме были иконы, и мы молились своими словами. В большие праздники посещали храм Божий, ставили свечи и, как могли, возносили ко Господу свои прошения. В скорбях и болезнях также всегда обращались к небесному предстательству Пресвятой Богородицы и святых угодников Божиих.
В е годы я познакомилась с военным летчиком, которому пришлось служить в разных уголках России, и мы долгие годы вели переписку. Пришло время, когда стали помышлять и о женитьбе, но началась война. После ее окончания он нашел меня и, казалось, что все устроится. Однако, не суждено было сбыться моим надеждам. Однажды мой знакомый позвонил мне иска зал, что не может прийти на свидание. С этого дня начались мои скорби. Он стал избегать меня. В дальнейшем оказалось, что он нашел другую женщину и женился на ней.
В то время шли дни Великого Поста, и я после работы постоянно ходила к часовне блаженной Ксении. Рабочий день заканчивался довольно поздно, и к моему приходу часовня была уже закрыта. Обычно я смиренно вставала около входа и горячо молилась нашей небесной покровительнице. Однажды дверь открылась, и служительница впустила меня приложиться ко святыне. На прощание эта женщина подарила мне большую ярко- красную розу. Приняла я этот дар, как милость Божию, ив моей душе затеплилась какая-то надежда.
Однако, переживания не оставляли меня, и я поделилась своим горем с Зоей Сошальской. Она тут же сказала Поезжай к батюшке в Вырицу, и все у тебя наладится».
Очень хорошо помню момент встречи с великим подвижником. Когда я вошла в келлию, старец полулежал на маленькой кроватке. Худенький, словно мощи из белого мрамора. Лик — ангельский. Но более всего поразили меня его глаза я увидела два огромных лучистых василька Неземной свет, неземная красота. Сейчас я могу сказать, что подобное впечатление, вероятно, испытывали в свое время люди, глядя наживой лик преподобного Серафима Саровсхого. На одной из его чудесных икон я вновь встретила те же самые дивные глаза и поймала себя на мысли, что вижу сияющие очи отца Серафима Вырицкого...
Как вести себя с батюшкой я не знала, но сразу же будто кто- то поставил меня на колени. Я ничего не рассказывала о себе старцу, да и не могла этого сделать из-за нахлынувших на меня ощущений. Он первым начал с вопроса Ты за маму молишься Тогда я часто забывала молиться за ближних, и батюшка, как бы невзначай, напомнил мне об этом. Затем он, вдруг, произнес Развод будет стоить две тысячи Повторив эту фразу еще раз, добавил И обязательно повенчаться Ласково посмотрев на меня, благословил.
Тихая радость охватила все мое существо. Очень ярко я ощутила, что нашла крепкую опору в жизни, и что отец Серафим всегда защитит меня. Ушли все печали. Как благодарная Господу зато, что испытала тогда От обычного человека такое не по­
лучишь...
Вскоре после этой поездки приснился мне сон иду я по большой дороге, а вдоль нее тянется глубокая канава. На другой стороне канавы появляется огромный волк. Он смотрит на меня горящими глазами и вот-вот прыгнет. Я изо всех сил закричала Батюшка отец Серафим Спаси меня Видение тут же исчезло, и я проснулась. Так поняла я, что вырицкий старец навсегда стал моим помощником и покровителем. Часто я мысленно обращалась к нему в скорбях, и после этого всегда приходило все тоже успокоение.
Работала я водном из проектных институтов города и давно симпатизировала одному из своих сослуживцев, Ивану Герасимовичу Минчуку. Со временем поняла, что полюбила его. Иван был женат, но случилось так, что его семейная жизнь дала трещину. Иван Герасимович с женой решили расстаться, и мы стали с ним встречаться. Вскоре он развелся, и мы, по обоюдному согласию, обвенчались. Счастливо прожили долгую супружескую жизнь. Сбылось все по слову вырицкого старца.
Светлая память об отце Серафиме — бесценна для моей Души. Привела як нему и свою дочь — она постоянно навещает чудотворную могилку батюшки. Твердо верую, что во всех невзгодах и печалях он всегда поможет нам, успокоит, исцелит скорбящие души и помолится за нас у Престола Божия...
«Нравится мне этот мальчик!»
Александр Альбертович Савич родился в 1936 году. По специальности — инженер-гидролог. Почти четверть века занимался изыскательской работой. Изъездил едва лине всю страну. Не без его усилий пролегли по своим трассам сотни километров автомобильных и железных дорог, линий электропередач, раскинулись жилые поселки, обустроились месторождения полезных ископаемых. С детских лет Александр Альбертович находится в молитвенном общении с отцом Серафимом Вырицким, всегда испрашивая благословения и молитв великого старца на всякое начинание.
...В отроческом возрасте мне выпало счастье встречаться с отцом Серафимом в доме наМайском проспекте. Этим общением я обязан своей тете, Александре Михайловне Савич, которая была духовной дочерью вырицкого старца. Тетя близко и хорошо знала родных батюшки Серафима, его келейницу матушку Серафиму (в миру А. П. Морозову) и протоиерея Алексия Ки- бардина. Моя первая встреча с отцом Серафимом состоялась зимою
1946-1947 годов. Было мне тогда десять с половиной лет. Я рос очень болезненным мальчиком. Из эвакуации вернулся в Ленинград в крайне истощенном состоянии, с пороком сердца и очень неустойчивой нервной системой. Все приходили в ужас, когда я раздевался — строение костей можно было изучать, как на скелете. Я часто и тяжело болел. Вовремя болезней метался по ночам в бессознательном состоянии. Врачи оценивали мое здоровье примерно такими словами Если он будет избегать каких- либо нагрузок, то, может быть, доживет даже до 40 лет Моя физическая неполноценность вызывала, естественно, ущербность нравственную. В семье и среди знакомых я вел себя безобразно — кривлялся, дерзил, передразнивал людей. А среди сверстников чувствовал себя неуютно
По дороге к дому отца Серафима Александра Михайловна сказала мне, что я должен преклонить колени перед старцем. Я, конечно, наотрез отказался делать это, и вообще вел себя так, будто бы делаю своей тете одолжение. Но когда мы вошли в кел- лию батюшки, я был совершенно потрясен тем, что очень ясно ощутил свет, исходящий из глаз его и как будто наполняющий меня. Это ощущение было настолько сильными запоминающимся, твердо запечатлевшимся в памяти, что и сейчас, когда я смотрю на фотографию отца Серафима, мне кажется, что я вижу эти лучи дивного света, исходящие из бесконечно добрых глаз великого старца.
Едва я приблизился к диванчику, на котором полулежал батюшка, как он тут же предложил мне (а не тете) присесть на стул. Я сразу понял, что отец Серафим имеет представление о состоявшемся по дороге разговоре. Я тут же опустился на колени и получил благословение. Старец очень ласково поговорил со мною, а тете сказал Нравится мне этот мальчик!»
Меня наполнило ощущение необыкновенной радости и любви ко всему миру, не покидавшее меня и вовремя обратной дороги, весь остаток дня ив течение последующих дней. Это ощущение светлого праздника появляется и сейчас, когда я прохожу по Коммунальному проспекту Вырицы.
В 1946 году молитвами вырицкого старца Александра Михайловна защитила диссертацию и стала кандидатом медицинских наук (не имея высшего образования. С 1947 года, желая постоянно находиться вблизи любимого батюшки, она снимала круглогодично маленькую комнату, выходящую окном в лес, на втором этаже того же дома, где снимал несколько комнат и отец Серафим. В то время этот домна Майском проспекте имел номер 41 (сейчас номер 39). Хозяйкой дома была Лидия Григорьевна Ефимова. Еще, в этом же домена втором этаже снимала комнату Наталья Матвеевна с дочерью Ларисой.
Часть лета 1947 года и все лето 1948 года я провел в этом доме. Там же я проводил зимние и весенние каникулы (будучи кандидатом медицинских наук, моя тетя вела прием больных только три раза в неделю, а остальное время находилась в Вырице, при батюшке
Хорошо помню, что ежедневно в приемной отца Серафима вход в которую был через правый флигель дома) собирались десятки человек. Люди приходили и уходили на протяжении всего дня. Батюшка не всегда мог принять всех посетителей, но записочки матушка Серафима принимала у каждого. Отец Серафим знал, кто находится у него в приемной и часто говорил, чтобы те или иные люди прошли к нему. Поэтому посетители сразу не уходили в надежде на то, что будут приняты.
По-моему, отец Серафим принимал почти всех посетителей. В частности, люди, которых приводила моя тетя, всегда попадали к старцу (хотя, может, и не в тот же день. Обычно попадали к старцу и посетители, прибывшие издалека, но бывало, что им приходилось подождать один-два дня. В этих случаях матушка Серафима направляла их переночевать к верующим людям. В некоторые дни к батюшке устремлялся буквально нескончаемый людской поток. Тогда многие посетители сначала ожидали своей очереди на улице возле калитки, а уже затем келейница проводила их в приемную.
Постоянно находясь около дома, я ежедневно видел, как люди шли от отца Серафима с радостными, просветленными лицами. Многие рассказы посетивших великого подвижника счастливцев слышала моя тетя, многое пересказывала ей матушка Серафима. Большому числу людей он давал надежду, предрекая возвращение близких (часто тех, кого считали погибшими) или положительные изменения в жизни (которые достигались молитвами отца Серафима. Запомнились мне также многочисленные случаи исцелений, которые получали люди от Господа по молитвам старца. Очень хорошо помню и приезд летом 1948 года митрополита Крутицкого и Коломенского Николая (Яру- шевича). Владыка Николай подъехал к дому на правительственной автомашине и долго был у отца Серафима. В этот день моя тетя сподобилась получить архипастырское благословение виднейшего русского иерарха...
По молитвам батюшки Серафима произошло восстановление моего здоровья. А предшествовало этому следующее. После первого посещения старца у меня по всему телу стали возникать большие нарывы, которые прорывались с выделением значительного количества гноя. Я ходил весь в бинтах и ихтиоловой мази, но болезненным состоянием фурункулез не сопровождался, и я даже посещал школу. Так продолжалось около двух месяцев. Очевидно, при этом вышли из организма какие-то внутренние болезни.
С тех поря на здоровье не жалуюсь. Быстро окрепнув, я стал в свободное время много играть в футбола в плавании даже достиг разрядных нормативов того времени. Соответственно нормализовалось и мое поведение — у меня появилось много друзей, в том числе и очень близких.
Главнейшим же следствием самого первого посещения отца Серафима оказалось то, что я в тот же де i ь твердо и на всю жизнь стал верующим православным человеком (до этого меня одолевали сомнения, вызванные противоречиями религиозного воспитания в семье и атеистического в школе. За эту теплую веру и за возвращенное мне телесное здравие мыс Александрой Михайловной благодарили Господа в присутствии отца Серафима вовремя последующих моих встреч с батюшкой.
Общение с вырицким старцем наложило отпечаток на всю мою дальнейшую жизнь. В детстве я очень боялся потерять маму, которая была чрезвычайно болезненным человеком. Вскоре, по совершенно непонятной причине, я почему-то решил, что моя мамане умрет до тех пор, пока я буду приносить мысленную благодарность отцу Серафиму за ее здоровье, и вообще зато, что жизнь прекрасна во всех ее проявлениях. Со временем эта, казалось бы, детская фантазия, вошлав привычку. Но вряд ли можно объяснить простым совпадением тот факт, что мама дожила до девяносто шести с половиной лети скончалась лишь после того, как я перестал молиться о продлении ее дней, видя, что земная жизнь теперь причиняет ей невыносимые страдания (она уже не могла вставать с постели, испытывала сильнейшие боли во всем теле, утратила зрение и слух, страдала обширной водянкой и рядом других неисцелимых заболева­
ний).
Помогали мне молитвенные обращения к отцу Серафиму и вовремя трудов на благо Отечества. Дважды мне пришлось возглавлять длительные экспедиции в непроходимых лесах Восточной Сибири, вдали от всяческого жилья. Перед отъездом я приходил на могилку батюшки Серафима и просил благословения и помощи. Обе экспедиции завершились успешно, хотя трудности приходилось преодолевать огромные, работая безвыходных и — от темна дотемна, порою на пределе сил. Я понимаю, что эти испытания были ниспосланы мне во благо, для духовного продвижения и внутреннего совершенствования, воспитывали истинную любовь к ближними приучали к заботе о них.
В третий раз, несмотря на мои протесты, я был назначен начальником экспедиции, заранее обреченной на неудачу, ибо завершать работы предстояло глубокой зимою. Перед самым отъездом, в жаркое летнее время, я внезапно заболел сильной ангиной с тяжелыми осложнениями (впервые за двадцать лети экспедицию возглавил другой человек. Для меня по выздоровлении нашлась иная работа, а экспедиция завершилась полным провалом...
Благодарность, которую я испытываю к батюшке Серафиму, словами описать вряд ли возможно. Случаев его благодатной помощи и чудесных наставлений, которые я получаю в течение всей моей жизни, как и многие мои родные бесконечное множество. Мы постоянно ощущали и ощущаем, что вырицкий старец где-то очень близко от нас. Слава Богу за все!
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   25

перейти в каталог файлов
связь с админом