Главная страница
qrcode

Три антибские толстушки fat толстый, жирный woman мн ч. women женщина Антиб курортный город на Лазурном берегу Франции


НазваниеТри антибские толстушки fat толстый, жирный woman мн ч. women женщина Антиб курортный город на Лазурном берегу Франции
АнкорThe three fat women of Antibe.doc
Дата08.11.2017
Размер371 Kb.
Формат файлаdoc
Имя файлаThe_three_fat_women_of_Antibe.doc
ТипДокументы
#46842
страница1 из 6
Каталогid189063458

С этим файлом связано 70 файл(ов). Среди них: Grammarway_4_with_answers.pdf, Letter_Writing_Handbook_Spravochnik_po_sostavle.pdf, Audrey_Hepburn_-_Level_2.pdf, Martel_Yann_-_Life_Of_Pi.pdf, Enterprise2Workbook.pdf, Les_Miserables_-_Victor_Hugo.pdf, Learningexpress_Reading_Comprehension_Success.pdf, Guide_06_-_Critical_Reasoning.pdf, Teach_yourself_ukrainian.pdf и ещё 60 файл(а).
Показать все связанные файлы
  1   2   3   4   5   6

The three fat women of Antibes

(три антибские толстушки; fat— толстый, жирный;woman/мн.ч. women/ — женщина; Антиб — курортный город на Лазурном берегу Франции)

One was called Mrs. Richman and she was a widow (одну звали миссис Ричман, и она была вдовой). The second was called Mrs. Sutcliffe (вторую звали миссис Сатклифф); she was American and she had divorced two husbands (она была американкой, и она /к этому времени уже/ развелась /с/ двумя мужьями). The third was called Miss Hickson and she was a spinster (третью звали мисс Хиксон, и она была старой девой). They were all in the comfortable forties (всем им было где-то за сорок: «все они были в комфортном /возрасте за/ сорок»; forties— пятый десяток /число или возраст от 40 до 49/) and they were all well off (и все они были состоятельными /женщинами/). Mrs. Sutcliffe had the odd first name of Arrow (у миссис Сатклифф было необычное/странное имя — Эрроу, /что означало «стрела»/; firstname— имя /в отличие от фамилии/). When she was young and slender (когда она была молодой и стройной) she had liked it well enough (оно ей довольно сильно нравилось; well— хорошо; очень, сильно). It suited her (оно подходило ей) and the jests it occasioned (и те шутки, /которые/ оно вызывало) though too often repeated (хотя /и/ слишком часто повторяющиеся) were very flattering (льстили ей: «были очень лестными»); she was not disinclined to believe that it suited her character too (она не была несклонна думать = она склонялась к тому, что оно подходило также /и к/ ее характеру; tobelieve— верить; думать, полагать): it suggested directness, speed and purpose (оно предполагало прямоту, скорость и целеустремленность; tosuggest— предлагать, советовать; наводить на мысль; означать;purpose— цель, намерение; целеустремленность). She liked it less now (оно нравилось ей меньше теперь) that her delicate features had grown muzzy with fat (когда ее тонкие черты заплыли жиром; nowthat— теперь, когда;features— черты лица;togrow— расти; делаться, становиться;muzzy— нечеткий, расплывчатый), that her arms and shoulders were so substantial (когда ее руки и плечи были такими внушительными; arm— рука /от кисти до плеча/;substantial— крепкий; значительный, существенный, большой) and her hips so massive (а ее бедра такими массивными). It was increasingly difficult to find dresses (было все труднее найти /такие/ платья; increasingly— все более; все больше и больше) to make her look as she liked to look (чтобы заставить ее выглядеть /так/, как ей нравилось выглядеть).

One was called Mrs. Richman and she was a widow. The second was called Mrs. Sutcliffe; she was American and she had divorced two husbands. The third was called Miss Hickson and she was a spinster. They were all in the comfortable forties and they were all well off. Mrs. Sutcliffe had the odd first name of Arrow. When she was young and slender she had liked it well enough. It suited her and the jests it occasioned though too often repeated were very flattering; she was not disinclined to believe that it suited her character too: it suggested directness, speed and purpose. She liked it less now that her delicate features had grown muzzy with fat, that her arms and shoulders were so substantial and her hips so massive. It was increasingly difficult to find dresses to make her look as she liked to look.

The jests her name gave rise to now (шутки, /которые/ ее имя вызывало теперь; to give rise to — возбуждать; вызывать;приводитьк) were made behind her back (делались за ее спиной) and she very well knew that they were far from obliging (и она очень хорошо знала, что они были отнюдь не милыми; far from — далекоот; отнюдьне; obliging — услужливый, любезный; to oblige — обязывать; делать одолжение, угождать). But she was by no means resigned to middle age (но она никоим образом /не/ сдавалась среднему возрасту; resigned— покорный, смирившийся). She still wore blue to bring out the colour of her eyes (она все еще носила голубое, чтобы подчеркнуть цвет своих глаз) and, with the help of art, her fair hair had kept its lustre (и, при помощи мастерства, ее белокурые волосы сохранили свой блеск). What she liked about Beatrice Richman and Frances Hickson (что ей нравилось в Беатрис Ричман и Фрэнсис Хиксон) was that they were both so much fatter than she (/это то/, что обе они были гораздо толще, чем она), it made her look quite slim (это заставляло ее выглядеть довольно стройной); they were both of them older (они обе: «обе из них» были старше) and much inclined to treat her as a little young thing (и весьма склонны относиться /к/ ней как /к/ маленькой /и/ юной; thing— вещь; живое существо). It was not disagreeable (это было неплохо: «это не было неприятно»). They were good-natured women (они были добродушными женщинами) and they chaffed her pleasantly about her beaux (и мило подшучивали /над/ ней насчет ее ухажеров; beau/мн.ч. beaux/ — кавалер; ухажер, поклонник); they had both given up the thought of that kind of nonsense (они обе /уже/ оставили мысли о такого рода = о подобной ерунде), indeed Miss Hickson had never given it a moment's consideration (на самом деле, мисс Хиксон никогда /и не/ уделяла этому ни малейшего внимания; togiveconsideration— уделять внимание, рассматривать;moment— миг, момент, мгновение), but they were sympathetic to her flirtations (но они были благожелательны к ее флиртам; tosympathize— сочувствовать; благожелательно относиться, симпатизировать). It was understood that one of these days (было понятно, что в скором времени: «/в/ один из этих дней») Arrow would make a third man happy (Эрроу сделает счастливым третьего мужчину).

The jests her name gave rise to now were made behind her back and she very well knew that they were far from obliging. But she was by no means resigned to middle age. She still wore blue to bring out the colour of her eyes and, with the help of art, her fair hair had kept its lustre. What she liked about Beatrice Richman and Frances Hickson was that they were both so much fatter than she, it made her look quite slim; they were both of them older and much inclined to treat her as a little young thing. It was not disagreeable. They were good-natured women and they chaffed her pleasantly about her beaux; they had both given up the thought of that kind of nonsense, indeed Miss Hickson had never given it a moment's consideration, but they were sympathetic to her flirtations. It was understood that one of these days Arrow would make a third man happy.

"Only you mustn't get any heavier, darling (только ты не должна больше поправляться: «становиться сколько-нибудь тяжелее», дорогая)," said Mrs. Richman (сказала миссис Ричман).

"And for goodness' sake (и ради Бога) make certain of his bridge," said Miss Hickson (выясни насчет его /игры в/ бридж = хорошо ли он играет в бридж, — сказала мисс Хиксон; tomakecertainof— удостовериться в).

They saw for her a man of about fifty (они придумали для нее мужчину около пятидесяти /лет/; tosee— видеть/ся/; вообразить, представить себе), but well-preserved and of distinguished carriage (но хорошо сохранившегося и /с/ безупречной осанкой/манерой держаться; distinguished— выдающийся; изысканный, утонченный; безукоризненный), an admiral on the retired list and a good golfer (какого-нибудь отставного адмирала и хорошего игрока в гольф; retiredlist— список офицеров, находящихся в отставке, уволенных в запас), or a widower without encumbrances (или какого-нибудь бездетного вдовца; without— без;encumbrance— затруднение; обуза; лицо, находящееся на иждивении, попечении /особ. о ребенке/), but in any case with a substantial income (но, в любом случае, с приличным доходом; substantial— крепкий; значительный; достаточный /по количеству/). Arrow listened to them amiably (Эрроу слушала их дружелюбно), and kept to herself that fact (и скрывала: «держала в себе» то обстоятельство) that this was not at all her idea (что это было вовсе не ее идеей). It was true that she would have liked to marry again (это была правда, что ей хотелось бы снова выйти замуж), but her fancy turned to a dark slim Italian (но ее воображение обращалось к какому-нибудь смуглому стройному итальянцу; dark— темный; смуглый) with flashing eyes and a sonorous title (со сверкающими глазами и звучным титулом) or to a Spanish don of noble lineage (или к какому-нибудь испанскому дону знатного происхождения); and not a day more than thirty (и максимум лет тридцати: «и ни на день больше, чем тридцати /лет/»). There were times when, looking at herself in her mirror (были моменты, когда, глядя на себя в зеркало; time— время; промежуток времени; раз), she was certain she did not look any more than that herself (она была уверена, /что и/ сама не выглядела старше того: «она не выглядела сколько-нибудь больше, чем тот /возраст/ сама»).

"Only you mustn't get any heavier, darling," said Mrs. Richman.

"And for goodness' sake make certain of his bridge," said Miss Hickson.

They saw for her a man of about fifty, but well-preserved and of distinguished carriage, an admiral on the retired list and a good golfer, or a widower without encumbrances, but in any case with a substantial income. Arrow listened to them amiably, and kept to herself that fact that this was not at all her idea. It was true that she would have liked to marry again, but her fancy turned to a dark slim Italian with flashing eyes and a sonorous title or to a Spanish don of noble lineage; and not a day more than thirty. There were times when, looking at herself in her mirror, she was certain she did not look any more than that herself.

They were great friends, Miss Hickson, Mrs. Richman and Arrow Sutcliffe (они были большими подругами: мисс Хиксон, миссис Ричман и Эрроу Сатклифф). It was their fat that had brought them together (именно их полнота свела их вместе; it is … that/who — усилительнаяконструкция) and bridge that had cemented their alliance (а /игра в/ бридж скрепила их союз). They had met first at Carlsbad (впервые они встретились в Карлсбаде; Carlsbad— бывшее название г. Карлови-Вари в Чехии, бальнеологический курорт, минеральные источники), where they were staying at the same hotel (где они проживали в одном и том же отеле; tostay— оставаться; останавливаться, жить) and were treated by the same doctor (и лечились у одного и того же доктора: «одним и тем же доктором») who used them with the same ruthlessness (который обращался /с/ ними с одинаковой беспощадностью; ruthless— безжалостный, беспощадный, жестокий). Beatrice Richman was enormous (Беатрис Ричман была огромна). She was a handsome woman (она была красивой женщиной), with fine eyes, rouged cheeks and painted lips (с прекрасными глазами, нарумяненными щеками и накрашенными губами; fine— тонкий; мелкий; прекрасный, замечательный). She was very well content to be a widow with a handsome fortune (она была очень хорошо готова = ее вполне устраивало быть вдовой с огромным состоянием; content— довольный; согласный /на что-либо/; готовый /сделать что-либо/;handsome— красивый; значительный, большой;fortune— удача, счастье, фортуна; судьба; богатство, состояние). She adored her food (она обожала есть: «свою еду»). She liked bread and butter (ей нравились хлеб с маслом), cream (сливки), potatoes and suet puddings (картофель и пудинги на сале; suet— почечное или нутряное сало), and for eleven months of the year (и в течение одиннадцати месяцев в году) ate pretty well everything she had a mind to (/она/ ела практически все, /что/ хотела: «к /чему/ она имела желание/намерение»; prettywell— вполне хорошо; почти; в большой степени), and for one month went to Carlsbad to reduce (и на один месяц уезжала в Карлсбад, чтобы похудеть). But every year she grew fatter (но /с/ каждым годом она становилась /все/ толще). She upbraided the doctor (она упрекала доктора), but got no sympathy from him (но /не/ получала = не вызывала у него никакого сочувствия). He pointed out to her various plain and simple facts (он указывал ей /на/ разные понятные и простые факты; plain— ясный, понятный, простой).

They were great friends, Miss Hickson, Mrs. Richman and Arrow Sutcliffe. It was their fat that had brought them together and bridge that had cemented their alliance. They had met first at Carlsbad, where they were staying at the same hotel and were treated by the same doctor who used them with the same ruthlessness. Beatrice Richman was enormous. She was a handsome woman, with fine eyes, rouged cheeks and painted lips. She was very well content to be a widow with a handsome fortune. She adored her food. She liked bread and butter, cream, potatoes and suet puddings, and for eleven months of the year ate pretty well everything she had a mind to, and for one month went to Carlsbad to reduce. But every year she grew fatter. She upbraided the doctor, but got no sympathy from him. He pointed out to her various plain and simple facts.

"But if I’m never to eat a thing I like (но если я никогда /не/ должна /буду/ есть ничего, /что/ мне нравится; to be to do — означаетдолженствование, возможность, намерение; thing — вещь), life isn't worth living (жизнь не стоит /того, чтобы/ жить)," she expostulated (возражала она; to expostulate — увещевать; спорить;протестовать).

He shrugged his disapproving shoulders (он /только/ неодобрительно пожимал своими плечами: «пожимал своими неодобрительными плечами»). Afterwards she told Miss Hickson (позднее она рассказала мисс Хиксон) that she was beginning to suspect (что она начала подозревать) he wasn't so clever as she had thought (/что/ он не был таким /уж и/ умным, как она /прежде/ думала). Miss Hickson gave a great guffaw (мисс Хиксон громко загоготала: «/из/дала большой гогот»). She was that sort of woman (она была именно такой: «такого типа женщиной»). She had a deep bass voice (у нее был низкий голос; deep— глубокий; низкий /о звуке/;bass— басовый, низкий), a large flat sallow face from which twinkled little bright eyes (/и/ крупное плоское желтоватое лицо, на котором сверкали маленькие веселые глазки; sallow— желтоватый, болезненный, землистый /о цвете лица/;from— с, из, от;bright— яркий; блестящий; веселый, радостный); she walked with a slouch (она ходила сутулясь; with— с;slouch— сутулость, сгорбленность), her hands in her pockets (руки в карманах), and when she could do so without exciting attention (и когда она не привлекала особого внимания: «когда она могла делать так без возбуждения внимания») smoked a long cigar (/она/ курила длинную сигару). She dressed as like a man as she could (она одевалась, по возможности, по-мужски: «так подобно мужчине, как могла»).

"What the deuce should I look like in frills and furbelows (/на/ какого черта я была бы похожа в /этих/ тряпках; tolooklike— выглядеть как, быть похожим на;frill— оборка; что-либо, напоминающее оборку; /мн.ч./ излишества, ненужные украшения;furbelow— оборка; /мн.ч./ безвкусные украшения;frillsandfurbelows— тряпки)?" she said. "When you're as fat as I am (когда ты такая толстая, как я) you may just as well be comfortable (тебе лучше носить удобную одежду: «тебе точно не мешало бы, /чтобы/ было удобно»; may/mightaswell— не мешало бы; пожалуй; почему бы не)."

"But if I’m never to eat a thing I like, life isn't worth living," she expostulated.

He shrugged his disapproving shoulders. Afterwards she told Miss Hickson that she was beginning to suspect he wasn't so clever as she had thought. Miss Hickson gave a great guffaw. She was that sort of woman. She had a deep bass voice, a large flat sallow face from which twinkled little bright eyes; she walked with a slouch, her hands in her pockets, and when she could do so without exciting attention smoked a long cigar. She dressed as like a man as she could.

"What the deuce should I look like in frills and furbelows?" she said. "When you're as fat as I am you may just as well be comfortable."

She wore tweeds and heavy boots (она носила твидовый костюм и тяжелые ботинки) and whenever she could (и всякий раз, когда она могла = когда была такая возможность) went about bareheaded (она расхаживала с непокрытой головой). But she was as strong as an ox (но она была сильна как бык) and boasted that few men could drive a longer ball than she (и хвасталась, что немногие мужчины могли отбить мяч дальше: «отбить более длинный мяч», чем она; todrive— везти; ехать; быстро и резко отбивать мяч /в бейсболе, теннисе/). She was plain of speech (она была резка в речи; plain— простой; прямой, резкий), and she could swear more variously than a stevedore (и могла ругаться более разнообразно, чем портовый грузчик). Though her name was Frances (хотя ее звали: «ее имя было» Фрэнсис) she preferred to be called Frank (она предпочитала зваться = чтобы ее звали Фрэнк). Masterful, but with tact (властная, но /в то же время/ тактичная: «с тактом»), it was her jovial strength of character that held the three together (именно ее жизнерадостная сила характера сплачивала: «держала вместе» /их/ троих; itis…that/who— усилительная конструкция;jovial— веселый; общительный). They drank their waters together (они вместе пили свою минеральную воду; water— вода; /мн.ч./ минеральные воды;todrinkthewaters— побывать на водах, пить лечебные воды /на курорте/), had their baths at the same hour (принимали свои /лечебные/ ванны в одно и то же время; hour— час), they took their strenuous walks together (вместе совершали: «брали» свои энергичные прогулки; strenuous— требующий усилий), pounded about the tennis court with a professional to make them run (гоняли /мячи/ по всему теннисному корту с каким-нибудь профессиональным игроком, чтобы /он/ заставлял их бегать; topound— бить/ся/, колотить/ся/; наносить удары;about— повсюду; туда-сюда), and ate at the same table their sparse and regulated meals (и ели за одним и тем же столом свою скудную, предписанную /им/ пищу; regulation— регулирование; предписание, правило;meal— прием пищи; еда). Nothing impaired their good humour but the scales (ничто /не/ портило их хорошего настроения, кроме весов), and when one or other of them weighed as much on one day as she had the day before (и когда кто-нибудь: «одна или другая» из них в один /прекрасный/ день весила столько же, сколько она /весила/ накануне) neither Frank's coarse jokes (ни грубые шутки Фрэнк), the bonhomie of Beatrice (/ни/ добродушие Беатрис /фр./) nor Arrow's pretty kittenish ways sufficed to dispel the gloom (ни милые игривые манеры Эрроу /не/ были достаточными, чтобы рассеять это уныние; neither…nor— ни…ни;kittenish— похожий на котенка; игривый как котенок;kitten— котенок;way— путь; способ, прием; манера, привычка, образ действия). Then drastic measures were resorted to (тогда принимались суровые меры; toresortto— прибегать к чему-либо), the culprit went to bed for twenty-four hours (виновница ложилась в кровать на сутки: «шла в кровать на двадцать четыре часа») and nothing passed her lips but the doctor's famous vegetable soup (и ничего не проходило через ее губы = и она ничего не ела, кроме знаменитого овощного супа доктора) which tasted like hot water (который на вкус был словно горячая вода; totaste— пробовать /на вкус/; иметь вкус) in which a cabbage had been well rinsed (в которой /до этого/ хорошенько вымыли капусту; torinse— полоскать; промывать).
  1   2   3   4   5   6

перейти в каталог файлов


связь с админом