Главная страница

Арийский миф в современном мире. Виктор Александрович Шнирельман Арийский миф в современном мире


НазваниеВиктор Александрович Шнирельман Арийский миф в современном мире
АнкорАрийский миф в современном мире.docx
Дата19.11.2016
Размер1,6 Mb.
Формат файлаdocx
Имя файлаAriyskiy_mif_v_sovremennom_mire.docx
ТипДокументы
#6355
страница1 из 70
Каталогeraj819

С этим файлом связано 93 файл(ов). Среди них: Тамимдари - История персидской литературы.doc, GATY.docx, GATY.docx, Istoria_Drevnego_Vostoka_Texty_i_dokumenty.pdf и ещё 83 файл(а).
Показать все связанные файлы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   70

Виктор Александрович Шнирельман

Арийский миф в современном мире






«Арийский миф в современном мире»: Новое литературное обозрение; Москва; 2015

ISBN 9785444804223

Оглавление



 

Введение

Глава 1. Рождение и эволюция арийского мифа

Романтизм и индийский соблазн

Арийцы и расовая теория

«Арийское христианство»
Глава 2. Арийская идея в эзотерических учениях

Идея Севера и становление эзотерики

Австрийская ариософия

От ариософии и неоязычества к нацизму
Глава 3. Нацистский след

Типы национализма

Нацизм и паранаука

«Нордический миф» Альфреда Розенберга

Нацизм и христианство

Юлиус Эвола и неофашистская традиция

Свастика – от солярного символа к нацистскому знаку

 
Глава 4. Источники и корни русского «арийского мифа»

Национализм и ностальгия по далекому прошлому

«Славянская школа»

Эмигрантские истоки неоязычества

«Влесова книга»

Советское наследие

Научные теории

 
Глава 5. Научная фантастика и этноцентризм

«Научная фантастика» в поисках славян-арийцев

От научной фантастики к патриотическому роману

 
Глава 6. Русское неоязычество: действующие лица
Глава 7. Мифы русского неоязычества: национализм, мегаломания и травматическое сознание

Эзотерика, арийство и проблемы современного мира

Арии и политизация науки

Аркаим и арийская идея

Миф о праславянской письменности

Свет с юга

Свет с севера

Арийская идея и партийное строительство

Народная археология и эзотерика

Идея Севера и поиски священных центров

Миф как врачевание
Глава 8. Неоязычество, христианство и антисемитизм

Национал-капиталисты

Национал-социалисты

«Русская империя» или «Русское национальное государство»?

Российские коммунисты и арийская идея

Неоязычники и христианство

Образ далекого прошлого, эзотерика и антисемитизм
Глава 9. Эра Водолея и русское мессианство

 
Глава 10. Украинский взгляд

 
Глава 11. Экспансия арийской идеи: Кавказ и Средняя Азия

Политизация арийства

Тюркское арийство

Борьба между арийским мифом и пантюркизмом

 
Глава 12. Индийское арийство

 

Заключение


 

Библиография

 

Именной указатель


Аннотация



В книге обсуждается история идеи об «арийской общности», а также описывается процесс конструирования арийской идентичности и бытование арийского мифа как во временном, так и в политикогеографическом измерении. Впервые ставится вопрос об эволюции арийского мифа в России и его возрождении в постсоветском пространстве. Прослеживается формирование и развитие арийского мифа в XIX–XX вв., рассматривается репрезентация арийской идентичности в науке и публичном дискурсе, анализируются особенности их диалога, выявляются социальные группы, склонные к использованию арийского мифа (писатели и журналисты, радикальные политические движения, лидеры новых религиозных движений), исследуется роль арийского мифа в конструировании общенациональных идеологий, ставится вопрос об общественнополитической роли арийского мифа (германский нацизм, индуистское движение в Индии, правые радикалы и скинхеды в России).

Книга представляет интерес для этнологов и антропологов, историков и литературоведов, социологов и политологов, а также всех, кто интересуется историей современной России. Книга может служить материалом для обучения студентов вузов по специальностям этнология, социология и политология.

Виктор Шнирельман

Арийский миф в современном мире




Введение



Данная книга посвящена изучению процесса конструирования арийской идентичности и бытования арийского мифа как во временном, так и в политикогеографическом измерении. Речь идет о том, что, вопервых, в современных условиях всеобщей грамотности формирование этнической идентичности все чаще опирается на научные технологии, вовторых, научные данные подхватываются и интерпретируются обществом, причем нередко далеко не так, как этого хотелось бы ученым, втретьих, некоторые научные идеи с благодарностью используются радикальными политиками для мобилизации масс. Иными словами, сегодня, как никогда, научное знание играет огромную роль в общественном дискурсе. Причем общество получает такие знания далеко не всегда напрямую от ученых, а чаще – от посредниковдилетантов или умелых манипуляторов. Это бросает вызов ученым, долг которых состоит в том, чтобы защитить научное знание от псевдонауки и взять в свои руки диалог между наукой и обществом. Сегодня такая псевдонаука представлена, вопервых, дилетантамилитераторами, преследующими коммерческий успех, вовторых, радикальными политиками, пытающимися навязать обществу арийский миф для реализации своих политических программ, втретьих, эзотериками и неоязычниками, создающими на наших глазах новые религиозные культы и обряды. Вместе с тем в ряде случаев к арийскому мифу прибегают властные структуры в целях выработки привлекательной национальной идеологии, как это происходит, например, в ряде государств Центральной Азии. В этом случае мы имеем дело с политикой идентичности. Поэтому сегодня речь идет уже не о едином арийском мифе, а о разных его модификациях, преследующих разные цели. Такие модификации, их социальнополитический контекст и смысловое разнообразие и составляют научную проблему, заключающуюся в том, что в мире постмодерна политические или интеллектуальные концепции, сформированные в одном контексте, нередко попадают в совершенно иное социальное пространство, где могут радикально менять свой смысл и использоваться для иных целей. Поэтому в современном глобализирующемся мире для оценки концепции недостаточно ограничиваться знакомством с ее исконным вариантом, а необходимо учитывать ее контекстуальную вариативность.

Цель данного исследования состоит не только в изучении происхождения и эволюции арийского мифа, но прежде всего в анализе его вариативности, которая касается как его смыслового содержания и интерпретаций, так и политического использования в самых разных этнополитических контекстах. Другая задача состоит в том, чтобы проследить процесс конструирования новых идентичностей путем использования научных данных, образовательных программ, организации новых праздников, возведения памятников древним предкам, создания новых музейных экспозиций. Третья задача связана с изучением образа врага, который выковывается современным «арийским мифом», причем и здесь выявляется определенная контекстуальная вариативность, заслуживающая особого внимания.

Арийская идея возникла и вначале развивалась в XIX в. как сугубо научный проект. Затем во второй половине XIX в. она была подхвачена шовинистами и расистами и начала служить империализму, колониализму и расовой дискриминации. Своего логического завершения она достигла в политике германских нацистов, использовавших ее для оправдания геноцида. Казалось бы, в мире после Холокоста места ей не осталось. Однако мир эпохи постмодерна парадоксален и таит в себе немало неожиданного. Рубеж XX–XXI вв. подарил арийской идее вторую жизнь, и ее подхватили националисты во многих новых государствах постсоветского пространства. Вместе с тем современный арийский дискурс отличается многозначностью. Сегодня арийство служит не только орудием шовинизма и дискриминации, но и лозунгом борьбы за самобытность и защиты местной идентичности. А смена контекста нередко наполняет лозунг иными смыслами, и то, что выглядело справедливым вчера, оказывается опасным и даже неприемлемым сегодня. Именно эту траекторию описала арийская идея в Индии, где в последней четверти XIX в. она была подхвачена реформистским и антиколониальным движением «Арья Самадж», а в конце XX в. стала служить радикальному политизированному индуизму, сеющему вражду и насилие.

К сожалению, Индия в этом не одинока. В данной работе я проанализирую причины популярности арийской идеи на всем пространстве Евразии, где интерес к ней проявляют очень многие этнонационалисты – русские, украинские, осетинские, армянские, таджикские, чеченские, татарские, азербайджанские, туркменские, казахские, узбекские и даже якутские, бурятские и корейские. Коегде она остается маргинальной, а коегде подхватывается и пропагандируется властями. Местами она привлекает лишь дилетантов, озабоченных поисками далеких предков своего народа, а местами ей уделяют внимание ученые, считающие ее подходящим языком для обсуждения вопросов отдаленного прошлого. Однако повсюду она служит интересам национализма, придавая ему искомую историческую глубину и наделяя славными предками.

Что же делает арийскую идею столь привлекательной? Смысл термина «ариец/арья» до сих пор вызывает у специалистов споры. Если одни связывают его прежде всего с социальным статусом («благородный», «знатный») (Thapar 1989–1991: 262; 1996: 19; Bhatt 1999: 75; Ratnagar 2007: 354), то для других он означает религиознолингвистическую идентичность (Thapar 2000c: 606; Nandi 2001: X; Anthony 2007: 11), а для третьих – этническую (культурноязыковую) принадлежность (Фрай 1972: 42; БонгардЛевин, Ильин 1985: 130; Вайнберг, Ставиский 1994: 14, 194; Пьянков 1988: 103; 1995: 43, 46–52; Грантовский 2007: 396–397; Кузьмина 2008: 9 – 10, 30; Trautman 1997: XII). Некоторые подчеркивают, что вначале к ариям относилась небольшая социальная группа богатых и знатных, поклонявшихся Индре, но затем их название было перенесено на более крупную общность и территорию ее обитания (Sharma 1993: 4). Наконец, имеются и основания полагать, что первоначальный соционим позднее превратился в этноним (Шукуров, Шукуров 1996). Действительно, рассматриваемый термин был многозначным и с течением времени его смысл менялся (Trautman 1997: 12–14; Ratnagar 2007: 354).

Этнонационалисты с благодарностью принимают все эти объяснения, и для них «арийцы» оказываются не просто особой этнической группой, но такой, которая отличалась необычным творческим потенциалом и в силу этого была способна к ведению победоносных войн, захвату и заселению новых земель и покорению местного населения. Тем самым она естественным образом обретала власть над другими, получала высокий социальный статус и оказывалась «благородной». Все это становилось возможным благодаря ее высоким техническим и культурным достижениям, и поэтому арийцы едва ли не с самого начала рисовались носителями высшей культуры и цивилизаторами. С развитием физической антропологии во второй половине XIX в. к этому добавился еще один немаловажный элемент – расовый облик. Так «арийцы» оказались особой расой, и теперь их успехи стали объясняться якобы имманентно присущими им биологическими качествами, передающимися генетическим путем.

Вместе с тем уже на рубеже XIX–XX вв. в разных политикокультурных контекстах принадлежность к «арийству» понималась поразному. Если индусы склонны были считать «арийцами» именно себя, то в Европе и США это место было зарезервировано за «нордической расой». В результате чиновники в США отказывались причислять индийцев к «арийцам», а нацисты преследовали цыган как «неарийцев». Единства не было даже среди ученых. Если для одних термин «арийцы» звучал как синоним для «индоевропейцев» («индогерманцев» в Центральной Европе), то другие вкладывали в него более узкий смысл и связывали его только с «индоиранцами» или, еще уже, «индоариями»1. Эхо этих былых дискуссий докатилось и до нашей эпохи. Но сегодня арийский дискурс стал много богаче и разнообразнее.

До недавнего времени в нашей науке проблема идентичности не стояла, ибо считалось, что человек автоматически наследует идентичность от своих родителей. Это утверждалось паспортной системой, закреплявшей за человеком этническую идентичность пожизненно. Сегодня ситуация кардинально изменилась. На это оказывают влияние, вопервых, изменения в паспортной системе, вовторых, общий процесс демократизации, втретьих, происходящая на наших глазах глобализация. Тем самым людям не просто предлагается выбор, но человек нередко оказывается в разных контекстах, требующих от него делать этот выбор вновь и вновь. Мало того, многолетние этногенетические исследования, открывающие картину множественности предков, предоставляют богатый набор предков для такого выбора. Поэтому в широком смысле актуальность проблемы определяется необходимостью научного анализа того, как и почему люди делают этот выбор. В узком смысле речь идет о ситуации с арийской идентичностью, которую навязывают обществу разного рода идеологи в разных этнополитических контекстах и с разными целями. Благодаря упорной пропаганде, ведущейся радикально настроенными идеологами, арийская идентичность становится в России все более популярной. К ней обращаются не только русские и осетины, но также татары, башкиры, чеченцы, буряты, саха (якуты) и даже российские корейцы. Этот процесс требует глубокого анализа. Следует изучить, что именно понимается под арийской идентичностью в разных контекстах, в каком виде и какими способами она предлагается обществу, насколько она популярна в разных социальных кругах и насколько различные группы готовы к ее восприятию. Важно понять, кто именно и с какими целями навязывает людям арийскую идентичность и что именно делает ее привлекательной в глазах ее адвокатов и популяризаторов. Наконец, в связи с нацистскими ассоциациями необходимо ответить на вопрос, насколько сегодня опасна арийская идентичность. Все это делает проблему актуальной не только для конкретной области знания, но для общества в целом.

В отечественной науке арийский миф практически никогда не анализировался (если не считать немногочисленных заказных работ 1930 – 1940х гг., направленных против расизма в целом), не говоря уже о его современных разновидностях и арийской идентичности. Что касается зарубежной науки, то до сих пор специалисты изучали в основном процесс формирования арийского мифа в его западном ареале и, как правило, ограничивались эпохой XIX в. Некоторые авторы исследовали арийский миф в нацистской Германии. Появились работы об арийском мифе в Индии. Однако эволюция арийского мифа в России и особенно его возрождение в постсоветском пространстве остаются почти полностью неизученными2. Такая проблема поставлена в данном исследовании практически впервые. Также впервые исследуется вариативность арийского мифа на постсоветском пространстве. Арийский миф изучается как, вопервых, псевдоисторический нарратив, вовторых, основа новых идентичностей, втретьих, праворадикальная идеология, вчетвертых, основа для ксенофобии и расизма, впятых, важный атрибут новых религиозных (неоязыческих и эзотерических) обрядов и культов, вшестых, мифопоэтический сюжет, вдохновляющий ряд литераторов, поэтов, художников и музыкантов.

В настоящем исследовании проводится комплексный междисциплинарный анализ, сочетающий диахронный и синхронный подходы. Используются подходы, разработанные для анализа социальной памяти и формирования национальной идентичности. Арийский миф рассматривается как дискурс, включающий как представления о предках, так и проект будущего переустройства общества. Анализируется его бытование в нескольких социальных сферах – в науке, в интеллектуальных кругах (литература, журналистика), в политике и в религиозной жизни. При этом показывается их взаимосвязь и перелив идей из одной сферы в другую. В работе применяются исторический подход (анализ возникновения и динамики арийского мифа), сравнительные исследования (анализ специфики арийского мифа в разных этнокультурных средах), дискурсивный анализ «арийских представлений», методы культурной антропологии (включенное наблюдение, анализ культурной символики и культурных практик), а также качественный анализ прессы, художественной литературы, общеобразовательных материалов и ряда научных публикаций.

При анализе разнообразной художественной литературы акцент делается не на высоких образцах интеллектуальной мысли, а на популярных произведениях, предназначенных для массового читателя. Ведь именно такие произведения, как это признано рядом специалистов, с одной стороны, отражают, а с другой – формируют общественное мнение (Пайпс 2008: 75; Биберштайн 2010: 23).

Работа состоит из нескольких частей. Вопервых, с опорой на западную историографию анализируется история формирования и развития арийского мифа на Западе в течение XIX – первой половины XX в. Вовторых, проводится исследование арийского мифа в России. Это включает его историю начиная с XIX в., его современное бытование как в интеллектуальном дискурсе (СМИ, художественная литература, программы и заявления радикальных политических движений), так и в практике политических радикалов и, наконец, его этнополитическую вариативность на местах, где он используется для выковывания новых идентичностей. Анализируется ксенофобское содержание арийского мифа. Втретьих, определенное внимание уделяется роли арийского мифа в контексте неоязыческих и эзотерических учений в России и на Украине. Вчетвертых, рассматривается формирование новых национальных идентичностей в постсоветских государствах Центральной Азии, где образ предков также включает апелляцию к «арийской древности». Впятых, анализируются особенности формирования и бытования арийского мифа в Индии начиная со второй половины XIX в.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   70

перейти в каталог файлов
связь с админом