Главная страница
qrcode

Фридрих Август фон хАйек прАво, зАконодАтельство и свободА современное понимАние либерАльных принципов спрАведливости и политики перевод с английского москва 2006


НазваниеФридрих Август фон хАйек прАво, зАконодАтельство и свободА современное понимАние либерАльных принципов спрАведливости и политики перевод с английского москва 2006
Дата16.11.2019
Размер4.2 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файла[Fridrih_fon_Haiek_(Avt.);_Boris_Pinsker,_A._Kusta(z-lib.org).pd
оригинальный pdf просмотр
ТипЗакон
#158129
страница76 из 84
Каталог
1   ...   72   73   74   75   76   77   78   79   ...   84
54
человека должна включать помощь по социальному обеспечению, пособия на детей, пожилым, нетрудоспособным и безработным, то делается ясно, что никакое общество не может гарантировать предоставление таких прав, пока оно в свою очередь не получит права поставить себе на службу и направлять производительные способности лиц, получивших все эти права»!
G. Vlastos, ‘Justice’,
Revue Internationale de la Philosophie,
1957, p. 331.
О документе в целом см.: maurice Cranston, ‘Human Rights,
Real and Supposed’ в сборнике, составленном Д. Д. Рафаелем, цитируемом выше в прим. 1, где автор утверждает, что «философски приемлемая концепция прав человека в недавнем прошлом была извращена, исковеркана и обескровлена попыткой включить в нее особые права, относящиеся к другой логической категории». См. также того же автора
Human Rights Today
(London, 1955).
Глава 10.
Рыночный порядок и каталлактика
*
Edwin Cannan,
The History of Local Rates in England (London,
2
nd ed., 1912), p. 173. Термин «неэкономный» [uneconomical] использован здесь в том широком смысле, в каком он указывает на то, чего требует рыночный порядок, но смысл этот слегка вводит в заблуждение, и лучше его избегать.
Ср.: «
Народ как таковой вовсе не есть большой, ощущающий потребности, производящий, хозяйствующий и конкурирующий субъект, и то, что называют «народным хозяйством», вовсе не есть хозяйство народа в собственном смысле слова.
Народное хозяйство вовсе не есть явление, аналогичное сингулярным хозяйствам данного народа, к числу каковых принадлежит и финансовое хозяйство; оно вовсе не есть большое сингулярное хозяйство; оно отнюдь не есть нечто противоположное сингулярным хозяйствам народа, или наряду с ними существующее. В своей наиболее общей форме проявления оно есть своеобразная компликация сингулярных хозяйств, более подробно охарактеризованная нами в другом месте» (Менгер К. Исследование о методах социальных наук и политической экономии в особенности//Менгер К. Избранные работы. М.: ИД «Территория будущего», 2005. С. 355—356). Ср. также Приложение I к этой работе.
Richard Whately,
Introductory Lectures on Political Economy
(London, 1855), p. 4.
153.
154.
155.
156.
Примечания к Главе 10
Примечания к Книге II
55
Особенно в: Мизес л. фон. человеческая деятельность. челябинск: Социум, 2005. С. 7, 219—221, и в др. местах.
H. G. Liddell and R.A. Scott,
A Greek-English Dictionary (London, new ed., 1940), s.v.
katallagden, katallage, katallagma,
katallaktikos, katallasso (-tto), katallakterios и katallaxis.
В греческих терминах собственно экономика будет
таксис и
телеократия, а каталлактика — космос и номократия.
Это были те правила, которые Давид Юм и Адам Смит подчеркнуто называли «принципами справедливости» [rules of justice], и которые имел в виду Адам Смит, когда он пишет о справедливости, как о «главной опоре всего здания. если ее убрать, то громадное здание, представляемое человеческим обществом, воздвигаемое и скрепляемое самой природой, немедленно рушится и рассыпается на атомы» (Смит А. Теория нравственных чувств. М.: Республика, 1997. С. 101).
В начале XVIII в. Бернард Мандевиль со своей «Басней о пчелах» стал самым влиятельным комментатором этой идеи. Но она, похоже, была более распространена, и встречается, например, в ранней литературе вигов, скажем у Томаса Гордона в одном из «Писем Катона»: «честное усердие и полезные таланты каждого человека, работая на публику, работают и на себя; а когда он служит себе, он служит и публике; общественные и частные интересы защищают друг друга; все с готовностью отдадут часть, чтобы сохранить целое — имейте же мужество защитить его» (Thomas Gordon, ‘Cato’s Letter’ no. 63, dated
27 January 1721; цит. по:
The English Libertarian Heritage, ed.
David L. Jacobson, Indianapolis, 1965, pp. 138—139). Потом она нашла первое выражение в классических работах (в обоих случаях, вероятно, под влиянием Мандевиля) у Шарля де
Монтескье: «Каждый, думая преследовать свои личные интересы, по сути дела стремится к общему благу» (Монтескье Ш.
О духе законов. М.: Мысль, 1999. Кн. III. Гл. VII. С. 31), и у
Давида Юма: «я приучаюсь оказывать другому человеку услугу, даже не чувствуя к нему истинного расположения» (Трактат о человеческой природе//Юм Д. Соч. в 2 т. Т. I. М.: Мысль,
1996. С. 561); и «польза для общества, хотя и ненамеренная»
(
Treatise in Works II, p. 291); ср. также «О том, что политика может стать наукой», «и не заставляли бы даже плохих людей действовать в интересах общественного блага» (Юм Д. О том, что политика может стать наукой//Юм Д. Соч. в 2-х т. Т. II.
М.: Мысль, 1996. С. 491. Позднее мы находим ее у Джошуа
Такера (Josiah Tucker,
Elements of Commerce (London, 1756),
Адам Смит в «Теории нравственных чувств», где он говорит о людях, которых «какая-то невидимая рука заставляет... без всякого преднамеренного делания и вовсе того не подозревая...
157.
158.
159.
160.
161.
Примечания к Главе 10
Примечания к Книге II
56
служить общественным интересам» (М.: Республика, 1997.
С. 185), и, конечно, в самой знаменитой формулировке в сочинении Смита «Богатство народов»: «...направляя эту промышленность таким образом, чтобы ее продукт обладал максимальной стоимостью, он преследует лишь собственную выгоду, причем в этом случае, как и во многих других, он невидимой рукой направляется к цели, которая совсем и не входила в его намерения; при этом общество не всегда страдает от того, что эта цель не водила в его намерения. Преследуя свои собственные интересы, он часто более действенным образом служит интересам общества, чем тогда, когда сознательно стремится служить им» (Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. В 2-х т. Т. II. М.—л.: ОГИз-СОцЭКГИз,
1935. С. 32). Ср. также: «Тот, кто мудро и милостиво распоряжается всем на свете, кто обязывает людей, хотят они того или нет, преследуя собственные себялюбивые интересы сопрягать общее благо со своим личным успехом» (Edmund Burke,
Thoughts and Details of Scarcity (1795), in Works (World’s
Classics ed.), vol. VI, p. 9).
Ср.: «Не от благожелательности мясника, пивовара или булочника ожидаем мы получить свой обед, а от соблюдения ими своих собственных интересов» (Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. В 2-х т. Т. II. М.—л.:
ОГИз-СОцЭКГИз, 1935. С. 17).
Именно в требовании социальной «солидарности» с наибольшей отчетливостью проявляется конструктивистский подход к социологии Огюста Конта, Эмиля Дюркгейма и леона Дюги.
Характерно, что Джон Стюарт Милль рассматривал их как последние «возвышенные» мнения, оставшиеся у современного человека.
О значении развития критического подхода древними греками см. в особенности: Поппер К. Открытое общество и его враги.
М: Феникс, Международный фонд «Культурная инициатива», 1992.
Ср.: «Общество это только и исключительно непрерывная серия обменов. ...
Торговля — это и есть все общество» (A. L.
C. Destutt de Tracy,
A Treatise on Political Economy (Georgetown, 1817), pp. 6ff.). До того, как получил распространение термин «общество», там, где мы сегодня сказали бы «общество» часто использовалась слово «экономика». Ср., напр.:
John Wilkins,
Essay toward a Real Character and a Philosoph-
ical Language (London, 1668), которого цитирует Роббинс
(H. R. Robbins,
A Short History of Linguistics (London, 1967), pp. 114—115), использующий определение «экономический» в качестве эквивалента слова «межличностный». В то время
162.
163.
164.
165.
166.
Примечания к Главе 10
Примечания к Книге II
5
«экономика», судя по всему, вообще использовалась для обозначения того, что мы называем здесь стихийным порядком, что показывают такие часто используемые выражения как «экономика творения» и тому подобные.
В современной экономической теории основные возражения против «теории выбора» или «экономизма» идут, с одной стороны, от Дж. Бьюкенена, который недавно заново сформулировал свою позицию в эссе J. m. Buchanan, ‘Is Economics the
Science of Choice’ in E. Streissler (ed),
Roads to Freedom (London, 1969), и, с другой стороны, от Гюндара Мюрдаля, особенно см.: Gundar myrdal,
The Political Element in the Development
of Economic Theory (London, 1953) and Beyond the Welfare
State Yale, 1960). Ср. также: Hans Peter, Freiheit der Wirtschaft
(Cologne, 1953); Gerhard Weisser, “Die
Überwindung des Ökonomismus in der Wirtschaftswisswnschaft’ in
Grundfragen der
Wirtschaftsordnung (Berlin, 1954); and Hans Albert,
Ökono-
mische Theorie und Politische Ideologie (G
öttingen, 1954).
То, что зачастую для удобства, хоть и неточно, именуют
«экономическими целями», представляет собой самые общие и пока еще недифференцированные средства, такие как деньги или общая покупательная способность, которые в ходе повседневного процесса зарабатывания на жизнь выступают в качестве непосредственной цели, потому что не известно, на что именно они будут истрачены. Самое отчетливое понимание экономической теории как теории выбора, а также того, что, строго говоря, никаких экономических целей не существует, см.: L. C. Robbins,
The Nature and Significance of Economic
Science (London, 1930 and later).
См. выше, гл. 7.
Невозможно переоценить значимость этого момента, который столь часто ошибочно толкуется, особенно социалистами, таким образом, что технологические знания говорят нам лишь о наличии техники, но не о ее сравнительной экономичности или эффективности. Вопреки широко распространенному представлению, нет такой вещи, как чисто технологическая оптимальность. Эта концепция обычно выводится из ложной идеи, что по-настоящему ограничительным является будто бы только один подлинно редкий фактор — энергия. По этой причине то, что является самой эффективной технологией производства чего-то в США, может оказаться чрезвычайно неэкономным, скажем, в Индии.
W. S. Jevons,
The Theory of Political Economy (London, 1871), p. 159.
значительная часть знаний, которые человек может использовать для приспособления к переменам, не представляет собой
167.
168.
169.
170.
171.
Примечания к Главе 10
Примечания к Книге II
58
готового знания, которое можно заранее зафиксировать, чтобы центральный плановый орган имел возможность обратиться к нему в случае необходимости; трудно заранее знать о том, какую выгоду можно извлечь из того факта, что, скажем, магний стал намного дешевле алюминия, нейлон — пеньки, а одна пластмасса — другой; в наличии имеется только способность выяснять, что именно требуется данной ситуацией, а зачастую и знание особых обстоятельств, вот только никто не может знать заранее, что это знание окажется полезным.
еккл 9:11.
я подозреваю, что именно это неведение имел в виду цицерон, когда доказывал, что матерью справедливости была не природа и не желание, но бессилие разума. См.: «Мать справедливости — не природа, не добрая воля, а слабость» (цицерон.
О Государстве, 3, 13). Представляется, по крайней мере, что именно это он имел в виду, говоря о «слабости рода человеческого».
Все понять — значит, все простить (
франц.). — Прим. перев.
Ср. высказывание Давида Юма, цитируемое выше в гл. 7, прим. 12.
Различие, введенное Вильгельмом Рёпке (Wilhelm R
öpke, Die
Gesellschaftskrise der Gegenwart (fifth ed., Erlenbach-Z
ürich,
1948), p. 259), между актами вмешательства, которые «соответствуют» и «не соответствуют» логике рыночного порядка
(или, по выражению других немецких авторов, являются или не являются
systemgerecht) имеет в виду то же различие, но я бы предпочел не называть «соответствующие» мероприятия
«вмешательством».
Ср.: «Действия власти, имеющие целью повлиять на спрос или предложение посредством изменений рыночных факторов, не подпадают под понятие вмешательства. Вмешательство есть изолированное распоряжение государственной власти, которым собственники средств производства и предприниматели принуждаются использовать средства производства иначе, чем они делают это обычно» (L. von mises,
Kritik der Intervention-
ismus (Jena, 1929), pp. 5ff.).
Шансы любого случайно выбранного человека зарабатывать определенный доход описываются гауссовым колоколом, т.е. трехмерной поверхностью, одна из координат которой представляет вероятность того, что этот человек принадлежит к классу с особым вероятностным распределением ожиданий определенного дохода (упорядоченным в соответствии с величиной медианы), а вторая координата представляет распределение вероятностей отдельных значений дохода для этого
172.
173.
v.
174.
175.
176.
177.
Примечания к Главе 10
Примечания к Книге II
5
класса. Можно показать, например, что человек, который в соответствии со своим положением имеет лучшие
шансы зарабатывать определенный доход, чем некий другой человек, может на деле зарабатывать намного меньше, чем он.
Шансы всех больше всего возрастут, если мы станем действовать в соответствии с принципами, которые обеспечат рост общего уровня дохода, и не будем обращать внимания на вызываемые этим перемещения людей и групп с одного места шкалы
[доходов] на другое. (В ходе подобного процесса такие перемещения неизбежны и необходимы, чтобы сделать возможным общее увеличение уровня.) Не так легко проиллюстрировать это по данным статистики изменения распределения дохода в периоды быстрого экономического роста. Но в одной стране, для которой есть соответствующая информация, в США, судя по всему, человек, который в 1940 г. принадлежал к группе с личным доходом, превышающим доходы 50% населения, но меньшим, чем у 40% населения, даже если он к 1960 г. опустился в 30-40-процентную группу, все-таки имел больший абсолютный доход, чем в 1940 г.
Возможно, читателю поможет, если я проиллюстрирую общую идею текста рассказом о жизненном опыте, который привел меня именно к такому пониманию проблемы. То, что человек с устойчивым положением неизбежно занимает не ту позицию, которую следовало бы избрать при рассмотрении общих проблем, недвусмысленно открылось мне летом 1940 г., когда передо мной, тогдашним обитателем лондона, возникла весьма правдоподобная перспектива из-за вражеских бомбежек лишиться средств, необходимых для содержания моей семьи.
Именно в то время, когда мы все были готовы к самому худшему, чего, к счастью, не произошло, я получил из нескольких нейтральных стран предложение передать моих малолетних в ту пору детей в какую-то неизвестную семью, в которой они бы и остались, если бы я не пережил войну. Поэтому мне пришлось рассмотреть относительную привлекательность социальных порядков столь различных, как США, Аргентина и
Швеция исходя при этом из предположения, что условия, в которых мои дети будут воспитываться в этих странах, будут определены в значительной мере случайно. Это заставило меня осознать — чего, пожалуй, не смогло бы сделать умозрительное рассуждение — что в случае моих детей разумно руководствоваться несколько другими соображениями, чем если бы речь шло обо мне, занимавшем уже в то время прочное положение и полагавшем (возможно, ошибочно), что оно имело бы больший вес в европейской стране, чем в США. Таким образом, на выбор для меня самого повлияли соображения об относительных
178.
179.
Примечания к Главе 10
Примечания к Книге II
580
шансах для мужчины чуть за сорок, с устоявшимися вкусами и умениями, с определенной репутацией и принадлежностью к классам с особыми предпочтениями, но, делая выбор за своих детей, приходилось учитывать среду, в которой волей случая они могли оказаться в одной из этих стран. я чувствовал, что с учетом интересов своих детей, которым еще только предстояло развить свою личность, именно отсутствие резких социальных различий, которые бы так пригодились мне самому в Старом
Свете, должно склонить мой выбор в пользу США. (Возможно, тут следует добавить, что мой выбор исходил из молчаливого предположения, что мои дети будут помещены в семью не цветных, а белых людей.)
Глава 11.
Дисциплина абстрактных норм и эмоций родового
общества
*
Ортега-и-Гассет Х. Восстание масс//Ортега-и-Гассет Х.
Дегуманизация искусства и другие работы. М.: Радуга, 1991.
С. 103.
Поразительно, что столь проницательный мыслитель, как
Майкл Полани придерживается этого мнения в отношении централизованного планирования в своей
Logic of Liberty (London,
1951, p. 111): «Как может централизованное экономическое планирование, если оно совершенно недееспособно, представлять, как это многими предполагается, опасность для свободы?» цели планировщиков вполне могут быть недостижимыми, при этом попытка реализовать подобные замыслы может принести много вреда.
Ср.: Peter Laslett,
The World we Have Lost (London and New
York, 1965).
См.: W. H. Whyte,
The Organization Man (New York, 1957).
См.: martin Bullinger,
Oeffentliches Rechts und Privatrecht
(Stuttgart, 1968).
В данном случае мы обратились к термину «абстрактные правила», чтобы подчеркнуть, что правила справедливого поведения не ориентированы на конкретные цели, а возникающий в результате порядок представляет собой то, что сэр Карл Поппер назвал «абстрактным обществом».
Способ действия (
лат.) — Прим. научн. ред.
Ср.: «естественное стремление каждого человека улучшить свое положение, если ему обеспечена возможность свободно и беспрепятственно проявлять себя, представляет собою столь могущественное начало, что одно оно не только способно без всякого
180.
181.
182.
183.
184.
vi.
185.
Примечания к Главе 11
Примечания к Книге II
581
содействия со стороны довести общество до богатства и процветания, но и преодолеть сотни досадных препятствий, которыми безумие человеческих законов так часто затрудняет его деятельность, хотя эти препятствия всегда более или менее ограничивают его свободу или уменьшают его безопасность» (Смит А.
Исследование о природе и причинах богатства народов. В 2-х т.
Т. II. М.—л.: ОГИз-СОцЭКГИз, 1935. С. 106).
«Форму поведения или человеческое суждение можно назвать справедливыми только если они соответствуют правилам или критериям» (C. Perelman,
Justice (New York, 1967), p. 20).
Поскольку часто игнорируется то, что это было целью и достижением классического либерализма, стоит процитировать два свидетельства середины XIX в. Нассау Сениор (цит. по
L. C. Robbins,
The Theory of Economic Policy [London, 1952], p. 140) писал в 1848 г.: «Провозгласить, что ни один человек, каковы бы ни были его грехи или преступления, не должен умирать от голода или холода, значит подать надежду, которая при состоянии цивилизованности, достигнутом в Англии или во Франции, может быть удовлетворена не только без риска, но и с пользой, потому что предоставление средств для выживания может быть обставлено такими условиями, которых никто добровольно не примет». В том же году немецкий теоретик конституционного права, Морис Моль (mohl) в качестве делегата Германской конституционной ассамблеи во Франкфурте, мог утверждать (
Stenographischer Bericht
über die Ver-
handlungen der Deutschen konstituierenden Nationalversamm-
lung zu Frankfurt a. M., ed., Franz Wigard, Leipzig, 1949, vol. 7, p. 5109), что «насколько мне известно, в Германии нет ни одного государства, в котором не существовали бы вполне определенные позитивные законы, препятствующие тому, чтобы ктолибо умер голодной смертью. Во всех немецких законодательствах, которые мне известны, предусмотрены общины, которые должны содержать тех, кто не может содержать себя сам».
Ср.: «Устарелое и невнимательное к собственному окружению, оно (Пандектное право) не знало и духовно не откликалось ни на один социальный кризис своего времени. Оно не смогло предотвратить ни быстро идущее искоренение крестьянства, начавшееся сразу после наполеоновских войн, ни закат ремесленного существования во второй половине столетия, ни, наконец, обнищание наемных рабочих» (Franz Beyerle, ‘Der andere Zugang zum Naturrecht’,
Deutsche Rechtswissenschaft,
1939, p. 20). По тому, насколько часто в современной немецкой литературе цитируется это высказывание видного учителя частного права, можно предположить, что оно созвучно с распространенными взглядами.
186.
187.
188.
Примечания к Главе 11
Примечания к Книге II
1   ...   72   73   74   75   76   77   78   79   ...   84

перейти в каталог файлов


связь с админом