Главная страница
qrcode

Же перемещаются вследствие других причин


НазваниеЖе перемещаются вследствие других причин
Анкор21 - Psihologiya finansov.doc
Дата03.10.2017
Размер2.31 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файла21 - Psihologiya finansov.doc
ТипДокументы
#40291
страница3 из 14
Каталогsemenyna

С этим файлом связано 23 файл(ов). Среди них: 21 - Psihologiya finansov.doc, 3 -Vospominaniya birzhevogo spekulanta.doc, Договір схову.docx, Effective_trader.pdf, Dogovir_pro_vikonannya_razovoyi_roboti.docx, Dogovir_postavki_optovoyi_partiyi_tovariv.docx, Stiven_Khoking_-_Velikiy_zamysel.fb2 и ещё 13 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14
Глава2
Несколько практических терминов

Мне посоветовали прикупить эту акцию на старость. Это срабо­тало поразительным образом. Я стал стариком за неделю.

Эдди Кантор

Прежде чем продолжить говорить о правилах игры, рассмотрим несколько основных терминов.

три типа графиков

Кривые цен, приведенные в этой книге, являются графиками. Когда вы закончите читать эту книгу, они обретут для вас значе­ние, и вы сможете сами себя назвать чартистом. Многие из гра­фиков графики баров, на которых каждый бар отображает цено­вой диапазон одного дня. Недельная торговля может выглядеть следующим образом:

Маленькие горизонтальные линии на баре — это зарегистри­рованная цена закрытия дня. Зачастую эта величина действи­тельно отражает реальное взаимоотношение между спросом и предложением, так как замыкает всю краткосрочную спекуля­цию данного дня. При построении фигур, или конфигураций, лучше всего обращать внимание именно на цены закрытия, если таковые известны.

Более простые графики, называемые линейными, показывают только развитие ценового движения в ценах закрытия:



Линейные графики, естественно, говорят нам много меньше по сравнению с баровыми графиками, но представляют более яс­ную картину.

И, наконец, третий тип графиков (который, однако, не будет использоваться в этой книге):



Этот график называется крестики-нолики. Здесь идея в том, чтобы отмечать цены вертикально, определяя подходящее мини­мальное значение шкалы. Когда цена растет вверх, ряд крести­ков строится по мере ее роста. В первый раз, когда она падает, мы сдвигаемся вправо и рисуем нолик. Затем нолики ставятся один за другим вниз, по мере падения цены, пока она снова не вырас­тет на определенное минимальное значение. После этого мы снова сдвигаемся вправо и рисуем крестик.

Графики крестики-нолики не имеют временной оси, давая тем самым возможность сжать долгий временной период до ог­раниченных пределов. Многие используют графики крестики-нолики в сочетании с техническими правилами и исследуют ры­нок скорее на статистической, нежели на поведенческой основе. Из-за отсутствия оси времени этот метод не особенно подходит для подробного исследования, поэтому он не рассматривается в этой книге.

поднимающиеся и падающие рынки

Рынки как растут вверх, так и падают вниз, и для описания этих явлений существуют специальные термины. Рынок с восходя­щим трендом на протяжении долгого периода времени называ­ется бычьим рынком (bullmarket). Если рынок падает, он называ­ется медвежьим рынком (bearmarket). Того, кто полагает, что ры­нок должен подняться, называют быком, а того, кто думает, что рынок опустится, называют медведем. Происхождение этих вы­ражений неизвестно, но общепринятое объяснение гласит, что бык ходит с поднятой головой (= поднимающийся), в то время как медведь держит голову опущенной (= падающий). На самом деле бык опускает голову вниз, когда он возбужден, что придает дополнительную символическую окраску.

Когда рынок идет вверх, бычий трейдер покупает, и его пози­ция называется длинной (long). Когда рынок падает, он продает. Если он вне рынка, то на сленге это означает, что он находится на обочине (onthesidelines).

Если инвестор очень медвежий, он может перепрыгнуть через одну ступень — говоря популярным языком, начать продавать своих цыплят до того, как они вылупятся. Представьте себе про­изводителя пшеницы, ожидающего большой урожай в сентябре. В феврале у него возникли серьезные подозрения, что к осени будет избыток пшеницы и поэтому цены на пшеницу упадут. По­этому он спешит продать свою пшеницу, но с условием поставки в сентябре. Итак, он продал то, чего на самом деле у него сейчас нет, но то, что он ожидает получить в будущем. На языке фондо­вой биржи это означает, что его позиция на пшеницу короткая (short) и он застраховался на случай, если цены на пшеницу упа­дут. Если его единственный мотив — защита своей наличной позиции (будущий урожай — товар), то он хеджер (hedger). Хеджер ничего больше не станет предпринимать, пока пшеница оконча­тельно не созреет, после чего он поставит зерно, выполнив все свои обязательства по контракту путем физической поставки.

Но давайте представим, что в марте цены на пшеницу упали больше, чем предполагал наш фермер. Тогда он сможет купить обратно то же самое количество пшеницы, которое он продал, с целью поставки в тот же самый день. Это даст ему спекулятив­ную прибыль, поэтому он больше не хеджер, а спекулянт (specu­lator). Такой тип сделки, нацеленной на получение прибыли, на­зывается короткой продажей (shortseller),

Интересный момент в короткой продаже спекулянта в том, что рано или поздно вам придется купить обратно свой контракт, что­бы закрыть сделку. Но, если никто не захочет его продать в этот момент, вам придется предложить цену, на которую согласится продавец. В результате цена может взлететь до небес, и, если такое случается, мы называем это "корнером", "углом" ("corner") или "сквизом медведей", "медвежьим объятием" ("bear-squeeze"). Это часто происходило в середине XIX века, когда управление корне­ром считалось завершающим испытанием для профессионально­го трейдера. Как сказал однажды Коммодоре Вандербилт о Дэниэле Дрю, который просил милостыню:

Тот, кто не свое продает, должен выкупить это обратно, иначе в тюрьму попадет.

Сегодня корнеры встречаются намного реже, но все же бывают.

несколько специальных инвестиционных инструментов
На многих рынках используются специальные инструменты, чтобы сделать одинаково легкими и "длинную", и "короткую" сделки. Эти инструменты называются фьючерсами (futures) и оп­ционами (options).

Фьючерс (future) — это зарегистрированный на бирже стан­дартизированный контракт на будущую поставку определенно­го финансового инструмента или товара в установленный зара­нее день и за установленную заранее цену. Если Смит покупает фьючерсный контракт на поставку казначейских облигаций Со­единенных Штатов в марте, он оговаривает цену сейчас, но не сможет получить эту поставку раньше марта, когда будет произ­водить оплату. В то же самое время Браун может продать этот же контракт в шорт и купить его обратно позже, возможно, по бо­лее низкой цене, заработав прибыль на разнице. Хорошо то, что с традиционной бычьей и медвежьей торговлей можно зарабо­тать одинаковую прибыль, независимо от того, поднимается или падает рынок, так как вы предсказали движение и торгуете, используя его. Кроме того, требуется очень скромное дополни­тельное обеспечение. Вначале вы вносите лишь небольшой про­цент от стоимости контракта.

Особенно интересный тип фьючерсов — фьючерсы на индексы (indexfutures), включающие в себя приобретение или продажу широкой выборки акций, обычно обращающихся на биржах од­ной страны (их еще называют ценными бумагами, лежащими в основе контракта). Если вы полагаете, что фондовый индекс упадет, вам нужно открыть короткую позицию на фьючерс, тор­гуемый на этот индекс, получив, таким образом, прибыль благо­даря падающему рынку. Большинство крупных фондовых рын­ков имеют такие контракты.

Инструмент, ближайший к фьючерсу, называется опционом (option). В принципе, опцион — это фьючерс, в котором при уме­ренной величине риска размер убытка ограничен в своем макси­мальном значении, в то время как потенциальная прибыль ни­как не ограничена. (Если опцион продается, а не покупается, все происходит как раз наоборот. Спекулянт чаще всего решает, что логичней всего продавать опционы, так как в среднем пре­мия за принятие риска превышает действительный риск.) Опци­оны предлагают несколько интересных возможностей. Некото­рые из них относительно сложны. Ради упрощения мы не рас­сматриваем их в этой книге.

Фьючерсы и опционы могут применяться и в торговле валю­той, хотя здесь самый распространенный инструмент форвард­ный контракт на обмен валюты (forwardexchangecontract) — тран­закция, ограниченная во времени, при которой инвестор одно­временно имеет длинную позицию на одну валюту и короткую позицию по другой валюте. Когда позиция закрывается, реали­зуется прибыль или убыток, величина которых зависит от движе­ния цены. Прибыль включает в себя процент, наращенный по длинной валюте, за вычетом процента, оплаченного по короткой валюте. Естественно, возможен и убыток.

Иногда инвестор открывает длинную позицию на традицион­но слабую валюту и короткую позицию на традиционно сильную валюту. Причина этого в том, что процентная ставка по слабой валюте намного превышает процентную ставку по сильной ва­люте и поэтому прибыль по этой разнице ставок будет выше по­тенциального убытка вследствие ценовых движений. Это арбит­раж процентной ставки (interestratearbitrage).

Вследствие широкого применения этих гибких инвестицион­ных инструментов различия между моделями поднимающегося и падающего рынка иногда бывают не такими большими, каки­ми должны быть. Это замечание следует всегда учитывать при дальнейшем обсуждении бычьего и медвежьего рынков в этой книге.

выбор графиков

И, наконец, существуют рынки. Графики, используемые в качест­ве примеров в этой книге, демонстрируют крупные и ликвидные рынки. Есть рынки, для которых понимание рыночной динамики самое главное. Примеры в этой книге включают в себя процент­ные ставки денежного рынка, акции, облигации, фьючерсы на индексы, иностранные валюты, драгоценные металлы и товары.

Может показаться странным, что товары тоже включены. Что связывает кофе, медь или нефть с фондовым рынком? Очень многое. Безусловно, огромнейшая доля международной торгов­ли товарами происходит через фондовые биржи, основываясь только на спекуляции инвесторов, у которых нет никакого наме­рения физического использования или получения этих товаров. (Наоборот, они ужаснутся, если когда-нибудь физически полу­чат эти товары.) Двадцать четыре часа в день люди во всем мире подробно изучают ценовые графики по свинине, живому рогато­му скоту или прутковой меди исключительно в поисках ответа на вечный вопрос: "Каково настроение рынка?"

Не слишком ли много технических терминов? Но, вооружив­шись ими, мы теперь можем двигаться вперед, к нашим основ­ным правилам игры.
***********************************
ЧАСТЬ II

Четыре ужасные правды о финансах

Великий Бог! Это место — кошмар! Сэр Роберт Фэлкон Скотт

Глава3

Первое правило: рынок — впереди

Осознанно или неосознанно, но движения цен отражают не про­шлое, а будущее. Когда приближающиеся события отбрасывают свою тень впереди себя, эта тень падает на Нью-Йоркскую Фон­довую биржу.

В. П. Гамильтон

Любой торгующий на фондовых рынках какое-то время когда-нибудь заметит, что аналитики, экономисты, консультанты по инвестициям и журналисты, от которых ожидают предсказаний о будущем поведения рынка, как правило, отстают от него, де­монстрируя свою беспомощность со всеми своими новостями, анализами и прогнозами, которые не более чем посмертные за­мечания по поводу того, что рынок уже давным-давно проделал. Другими словами, рынок идет всегда впереди новостей.

В своей книге DasistdieBorseбиржевой спекулянт Костолани определяет этот феномен следующим образом:

В основном не новости создают цены, а цены создают новости. Это касается и Парижа, и Лондона, и Нью-Йорка. После закры­тия дневной торговли каждый начинает искать аргументы для объяснения произошедшего ценового отклонения или измене­ния тренда, и этими аргументами становятся те, о которых два часа назад мы даже не имели представления.

Одно объяснение, возможно, заключается в том, что никто не лю­бит людей, приносящих плохие новости, и прогнозы при поднима­ющемся рынке, на котором все счастливы. Эти новости совсем не то, что хотят услышать люди. Когда они их слышат, то не верят им. Более или менее неосознанно, но информация, предоставляемая основной публике, отсортирована таким образом, что подтвержда­ет настроения и рынки. У экономистов, говорящих в пользу трен­да, всегда большая аудитория мечтающих разбогатеть слушателей. Если рынок только что достиг своего пика, после чего начали вы­ходить новости и анализы, то они зачастую крайне позитивные.

Но существует еще одно, более очевидное объяснение: по­скольку рынок находится впереди новостей, это просто свиде­тельствует, что он находится впереди экономики.

барометр бебсона

Первым, кто привлек внимание публики к этому интересному фа­кту, был выдающийся американец по имени Роджер Бард Бэбсон. Бэбсон родился в Массачусетсе в 1875 году, получил специаль­ность инженера в 1898 году и сразу же начал работать биржевым брокером (брокеры за это его никогда не простили). Несколько лет спустя у него развился туберкулез, и ему рекомендовали как можно больше находиться на свежем воздухе. Поэтому в 1902 го­ду он открыл офис на открытом воздухе, создав свою собствен­ную компанию, Babson Statistical Organization, по финансовому анализу. (Позже о нем было сказано, что он единственный че­ловек в США, сделавший столько денег на статистике). Работая на свежем холодном воздухе, Бэбсон носил специальный пид­жак с зашитым электрическим подогревом спины, а его секре­тарь-ассистент был вынужден надевать варежки и использовать маленькие резиновые молоточки, чтобы стучать по клавиатуре. Так развивалась эта компания, сделавшая Бэбсона обществен­ным деятелем и даже личным другом нескольких президентов Соединенных Штатов.

В 1907 году внимание Бэбсона, уже поправившего свое здоро­вье, привлекла волна паники на фондовой бирже. Вдохновленный ею, он начал оказывать услуги по проведению специфиче­ского анализа, названного им "Графиками Бэбсона". С помощью этого анализа он сравнивал экономическое развитие страны с графиками ценовых движений на фондовых рынках. В 1910 году он опубликовал свою первую книгу "Экономические барометры, используемые для накопления денег " (BusinessBarometersUsedintheAccumulationofMoney). В этой книге, самой ранней из изданных им (после нее последовало еще 50) по поводу взаимосвязей меж­ду фондовыми рынками и экономическими тенденциями, он го­ворил:

На самом деле, если бы не было простора для манипуляции и все эти рыночные трейдеры были бы согласны нести расходы, свя­занные со сбором данных для анализа фундаментального состо­яния экономики, специалисты могли бы полагаться только на сам фондовый рынок, как на барометр.

Гипотеза Бэбсона не имела в виду микроэкономику. Он не ожи­дал от цены какой-либо отдельной акции эффективных прогно­зов о компании. Но если собрать все ценные бумаги вместе, то весь фондовый рынок должен прогнозировать экономику в це­лом. Макроэкономический барометр должен будет работать, ес­ли только несколько рыночных трейдеров не начнут удачно им манипулировать.

Через двенадцать лет после первой книги Бэбсона главный редактор WallStreetJournalВильям Питер Гамильтон в 1922 году опубликовал книгу с родственным названием "Барометр Фондо­вого Рынка "(StockMarketBarometer). Гамильтон был отчасти вдох­новлен теорией Бэбсона (но в основном Чарльза Доу). Он описал классический пример способности рынка не принимать в расчет экономику. Это было после паники 1907 года, когда он работал главным редактором в приемном отделе, который в 1908—1909 го­дах оказался наводнен жалобами, касающимися биржевой торго­вли на Уолл-стрит. Причиной был поднимающийся бычий ры­нок в тот момент, когда дела в экономике страны шли очень пло­хо. Среди самых безобидных обвинений было такое: "Уолл-стрит играл на скрипке, в то время как горел Рим".

Тем не менее в этот период Гамильтон придерживался мне­ния, что рынок просто-напросто принимает в расчет неминуе­мый экономический подъем. И этот подъем действительно про­изошел. Что действительно рынок предвосхитил, так это эконо­мическое возрождение в последующие годы. Поэтому Гамильтон соглашался с Бэбсоном в том, что рынок ведет себя, как барометр экономики, но не разделял взгляды Бэбсона относительно спо­собности крупных биржевиков манипулировать рынком. По мне­нию Гамильтона, они могут кратковременно влиять на рынок и то только на отдельные акции, но они не могут контролировать боль­шие движения, следовательно, рынок на самом деле "уникаль­ный барометр".

испытание барометра

Никто не мог даже и мечтать об испытании барометра лучшим образом, чем во время биржевого краха в 1929 году. За два года до этого краха консультационное агентство Бэбсона начало реко­мендовать инвесторам продавать свои акции. Но рынок продол­жал подниматься, и Бэбсон выглядел смешным в глазах многих людей. Это впечатление усугублялось тем, что он фактически единственный имел такой пессимистичный взгляд. Почти все эксперты, начиная с экономистов и заканчивая инвестиционны­ми консультантами, были чрезвычайно оптимистичными, реко­мендуя больше покупать акции, а не продавать их.

Одним из тех, к кому прислушивался рынок, был профессор Луоренс из Принстонского университета, утверждавший в 1929 го­ду, что не видит причин считать рынок акций переоцененным. Второй эксперт, профессор Ирвинг Фишер, заявлял, что акции, похоже, достигнут еще более высоких значений в долгосрочном периоде времени. Но самый ошеломляющий пример подобного оптимизма — это публикация бюллетеня новостей по оценке перспектив экономики. Таким прогнозированием занималась на протяжении многих лет группа ведущих экономистов Гарварда: Гарвардское Экономическое Общество (HarvardEconomicSociety). Этот официальный орган предсказывал на период от начала кра­ха 1929 года до осени 1932 года, что экономика будет идти вперед, в то время как кризис углублялся. После трех лет постоянно ошибочных предсказаний это общество, в конце концов, пре­кратило свое существование.

Президент страны Гувер, президенты ведущих банков, глава Нью-Йоркской Фондовой биржи, как и большинство известных финансовых периодических изданий, также демонстрировали свой оптимизм и в момент краха, и во время длинного пути к Ве­ликой Депрессии.

Но Бэбсон не отступал. 5 сентября 1929 года, когда рынок толь­ко приближался к своему "максимуму всех времен", он делал док­лад на Ежегодной Национальной Конференции Бизнеса и не толь­ко повторил свой основной совет продать все акции, но и прогно­зировал падение индексов на 60—80 пунктов. Бэбсон также пред­сказал последующую за этим депрессию, во время которой закро­ют заводы, а людей будут выгонять на улицу. Эта речь отметила на­чало биржевого краха, возвестившего о наступлении глубокой де­прессии, длившейся большую часть последующего десятилетия. Барометр Бэбсона выдержал свое самое трудное испытание.

отрицательная производная первой степени

В 1939 году Жозеф Шумпетер в своей книге "Бизнес-Циклы" (BusinessCycles) дал свое объяснение опережающей реакции фондового рынка. Шумпетер обнаружил, что основные при­чины в том, что этот рынок нельзя заподозрить в наличии эф­фекта "трения", чего не скажешь о промышленном секторе. В тот момент, когда после депрессии начали проясняться пер­спективы, многие компании оказались настолько ослаблен­ными после периода тяжелых времен, что, несмотря ни на что, разорились. Это задержало индустриальное развитие из-за влияния "трения". Но на рынке подобной задержки не на­блюдалось.

Следовательно, естественно ожидать, что восходящие движения на фондовой бирже, в основном и в отсутствие неблагоприятных внешних факторов, будут устанавливаться и набирать силы быст­рее, чем такие же движения в бизнесе.

По этой причине медвежий рынок на фондовой бирже закончит­ся раньше, чем соответствующий упадок в экономике. Шумпе-тер также полагал, что фондовый рынок реагирует намного бы­стрее, чем экономика, лежащая в его основе, во время пиков при восходящих колебаниях:

В то время как основной бизнес не только может, но часто и ус­покаивается во время спада достаточно упорядоченно, трудно се­бе представить, что то же самое возможно с фондовой биржей. Спад означает сокращение прибыли и во многих случаях нали­чие более или менее серьезных проблем. Это дает свободу для на­падения медведей. Но даже если ничего такого не происходит или не ожидается, одного только факта, что нет причины ожи­дать восходящего движения, за исключением определенных слу­чаев, будет достаточно, чтобы спекулянты потеряли интерес к своим операциям.

Этот аргумент основывается на предпосылке, что инвесторы в действительности имеют определенное представление о буду­щем экономики. Тот факт, например, что цены акций не прини­мают в расчет будущее развитие экономики, объясняется пред­чувствием инвестора относительно того, что может произойти в будущем. Если человек чувствует, что в его бизнесе данный вспо­могательный предмет будет иметь меньший спрос, он продаст свои акции компании, производящей эти предметы, возможно, даже в тот момент, когда управление этой компании не подозре­вает о наличии коммерческой опасности. Если же инвестор об­наружит, что сроки поставки субпоставщика рассматриваемой им компании удлиняются, он может сделать вывод, что книга за­казов переполнена и он купит акции этой компании.

Такое стремительное проникновение рынка в бизнес объяс­няется неспособностью самого рынка к быстрой реакции. Но еще более важен, как сказал об этом Шумпетер, тот факт, что как только инвестор перестает видеть какие-либо основания для покупки, он начинает продавать. Или, другими словами, рыноч­ная цена — это не прямое отражение основных ожиданий. Она, скорее, отрицательная производная первой степени от основных ожиданий. Это ситуация, когда основной климат экономики остается хорошим, но недостаток дополнительных хороших ново­стей приводит к продаже акций. Хотя это звучит и разумно, вре­менами рынок может иметь противоположное основному на­строю экономики мнение.

дальнейшие исследования

В 1981 году Американский Экономический журнал (TheAmericanEconomicReview) опубликовал статью Юджина Ф. Фамы, всесто­ронне исследовавшего взаимосвязи между доходом от владения акцией, экономической деятельностью, инфляцией и денежны­ми запасами. Это исследование основано на эмпирическом ма­териале по США за период, начиная с 1953 года. Фам заключил: "Акция возвращает инициативу всем действенным переменным, что означает способность рынка к целесообразным прогнозам реального сектора". Это исследование привело его к следующе­му замечанию, касающемуся отношения фондового рынка к ин­формации:

Факты предполагают наличие "рациональных ожиданий" или "эффективных рынков", при которых фондовый рынок занима­ется процессом капиталовложений и использует самую раннюю информацию, относящуюся к этому процессу с целью прогнози­рования его эволюции.

Другими словами: фондовый рынок опережает экономику — не очень сильно, но больше, чем хотят большинство квалифи­цированных экономистов. Это предположение называется "ги­потезой об эффективности рынка". (Поразительно, что боль­шинство инвесторов имеют другое мнение по этому поводу. Оп­рос 500 американских инвесторов в акции после краха 1987 года показал, что 45% из них полагают, будто фондовый рынок, в ос­новном, отражает состояние экономики, 25% считают, что у рынка с экономикой очень незначительная связь, и только 17% думают, что рынок находится впереди экономики.)

Из-за того, что фондовый рынок находится впереди, само со­бой приводит к логическому заключению, что этот рынок один из официальных ведущих индикаторов для многих националь­ных экономик. Анализы Национального Бюро Экономического Исследования в Кембридже и Массачусетсе доказали, что рынок самый лучший из 12 ведущих периодически обновляемых инди­каторов американской экономики.

Бонды лучше

Мы можем теперь передвинуться еще на один шаг: облигации могут быть даже лучшими инструментами, обеспечивающими прогноз экономики. 28 сентября 1982 года WallStreetJournalопубликовал статью о способности рынка бондов предвосхищать события, происходящие в экономике. Вывод был следующий:

Значение бондов, отражающих среднее значение цены 10 бондов с самой высокой ставкой, выпущенных государственными ком­мунальными предприятиями, и 10 ценных бумаг промышленных компаний, согласованно достигших своего пика или минимума, в зависимости от события, несколькими месяцами раньше, чем, например, индекс ведущего индикатора Коммерческого Депар­тамента, сходным образом сигнализирует о наступлении основ­ного поворотного момента в экономическом цикле.

В этом также ничего нового нет. В своей книге "Экономические Барометры, используемые для накопления денег", (1910), Бэбсон применял 12 лидирующих индикаторов, включая процентную ставку денежного рынка, про которую писал: "Деньги — основа всей торговли, поэтому они, возможно, самый чувствительный из всех барометров". Поскольку процентные ставки облигаци­онного и денежного рынков эффективные показатели, удиви­тельно, что Национальное Бюро Экономического Исследова­ния не использует их сегодня в качестве лидирующих индика­торов. Причина этого в том, что растущие процентные ставки совершенно правильно считаются "запаздывающими индика­торами".

Они функционируют лучше, чем какой-либо из других пяти запаздывающих индикаторов. Поэтому, если вы исследуете де­нежный курс в обратном порядке (это возможно наблюдением за краткосрочными бондами, растущими по мере падения кратко­срочной процентной ставки), вы увидите, что они работают как прекрасные лидирующие индикаторы (Мур, 1969).

Способность финансовых рынков предсказывать развороты в экономике не является чем-то особенным для США. В 1984 году Бруно Солник опубликовал свое исследование в Журнале Финан­совых Аналитиков (FinancialAnalystsJournal), подтверждавшее взаимосвязь фондовых рынков в девяти разных странах на про­тяжении периода с 1971 по 1982 годы. Он писал: "Согласно одно­му из объяснений наблюдаемой отрицательной взаимосвязи ме­жду доходностью акций, обращающихся на рынке Соединенных Штатов, и инфляцией, падение в ценах акций сигнализирует о снижении экономической активности... Доказательства, получа­емые из девяти основных фондовых рынков во всем мире, похо­же, подтверждают эту теорию". На основе этих и многих других исследований стало ясно, что фондовые рынки можно использо­вать в качестве лидирующих экономических индикаторов с обычным опережением действительных разворотов трендов на 6—9 месяцев и процентных ставок на 8—25 месяцев, сначала возникающих на финансовых рынках, а затем уже в экономике. Это не означает, что рынок всегда прав. Но это означает, что он (рынок), вероятно, более прав, нежели какой-либо один из ма­кроэкономических индикаторов, на данный момент известный науке.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

перейти в каталог файлов


связь с админом