Главная страница
qrcode

Библейский культурно-исторический комментарий.... Крейг Кинер новый завет. Культурно-исторический контекст


НазваниеКрейг Кинер новый завет. Культурно-исторический контекст
АнкорБиблейский культурно-исторический комментарий..
Дата29.01.2018
Размер7.69 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаБиблейский культурно-исторический комментарий....doc
ТипДокументы
#58600
страница2 из 117
Каталогid134655114

С этим файлом связано 57 файл(ов). Среди них: и ещё 47 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   117

ВВЕДЕНИЕ



Необходимость культурно-исторического комментария

 Многие читатели, вероятно, оценят важность комментария, который рассматривает фактор культуры. Однако некоторым читателям останется не совсем ясным его назначение, даже после того как они прочтут предисловие. Сейчас я попытаюсь раскрыть важность культурного фона в процессе истолкования Библии для тех, кто ранее с этим вопросом не сталкивался. Это вступление написано не для тех, кто осознает значение культурного контекста, а только для непосвященного читателя.
Как Библия сама истолковывает себя

Читатели Библии давно осознали важность культурно-исторического фона для ее понимания. Об этом знали и сами библейские авторы. Так, например, когда Марк пишет о споре между Иисусом и его оппонентами, он объясняет своим читателям из язычников о существовавшем обычае, который был им неизвестен (Мк. 7:3,4). Аналогичным образом, когда оппоненты Иисуса ссылаются на определенное смягчение в законе, Иисус говорит им, что важно предназначение закона и что, осознав это, читателю нужно разобраться в исходной ситуации и внутреннем состоянии тех, для кого этот закон был предназначен (Мк. 10:4,5).

Для библейских авторов знание читателем конкретной ситуации считалось аксиомой. (По представлениям древних, чем лучше человек знал обстановку, о которой шла речь, тем лучше он мог понять сказанное; см., напр., речь римского оратора *Квинтилиана 10.1.22. Необходимо также постоянно перечитывать сказанное, чтобы уловить тонкие нюансы текста и разного рода предсказания и ссылки, содержащиеся в речи; см.: Квинтилиан 10.1.20,21.) Когда, например, Павел пишет письмо коринфянам, он рассчитывает, что они понимают, о каких ситуациях идет речь. Чтение 1 Кор. можно сравнить с тем, как мы слышим одну сторону телефонного диалога, большую часть которого, к счастью, способны восстановить, читая 1 Кор. Но значительная смысловая часть этого диалога определяется самой ситуацией, а не только словами, которые мы слышим или читаем. В своем послании Павел предполагает, что некоторые вещи для его читателей понятны без слов, и это отражается на том, какой смысл он вкладывает в сказанное им. Если мы не знакомы с ситуацией, которая для него и его читателей понятна, нам труднее понять его точку зрения. Это можно проиллюстрировать на нескольких примерах.

 Павел обращается к проблеме целибата в 1 Кор. 7, и создается отчетливое впечатление, что он одобряет безбрачие. И хотя он допускает брак как важный социальный институт, некоторые комментаторы считают, что он рассматривает тех, кто не обладает даром «контролировать себя», как людей «второсортных». Конечно, он убедительно говорит о некоторых преимуществах целибата, но действительно ли он выступает принципиальным противником брака? В 1 Кор. 7 просто приводится ответ Павла на письмо одного или нескольких христиан из Коринфа. Поскольку некоторые из них в рамках своей культуры придерживались определенных, отрицательных взглядов на брак, можно легко прочитать из ответа Павла следующее: Павел говорит им, что уважает их точку зрения, и соглашается с тем, что безбрачие — хороший дар от Бога, но полагает, что они могут зайти слишком далеко, если бу-Дут распространять свои взгляды и оценки на людей, состоящих в браке, или на тех, кто намеревается вступить в брак.

 Более наглядно это можно проиллюстрировать на другом примере: предостережения Павла по поводу употребления идоложертвенной пищи. Современному читателю легко сказать: «Ну, о чем речь, сегодня никаким идолам не жертвуют пищу, поэтому эту главу в 1 Кор. можно просто пропустить». Но это важные моменты, которые составляют подоплеку взаимоотношения разных культур. Здесь мы видим, что конкретно происходило в Коринфе: «правильные» христиане, которые отказывались есть эту пишу, обижали своих друзей и деловых партнеров ради того, чтобы не травмировать веру менее образованных христиан, — эта ситуация знакома нам и сейчас. Некоторые современные христиане стремятся вести престижный образ жизни, потому что он привлекает других «яппи» (состоятельных молодых людей, ведущих светский образ жизни) к религии, которая не требует особых жертв со стороны человека, — даже если такая религия не допускает к себе бездомных и голодных из развивающихся стран и городов Северной Америки. Проблема баланса интересов разных групп в церкви остается актуальной и сегодня.

Важно понимать, что Библия обращается к проблемам и желаниям людей, которые не потеряли своей актуальности и доныне. Это помогает нам найти в Библии сходные проблемы и пути их решения. Это заставляет нас видеть в людях, о которых пишет Павел, не просто смутьянов, а реальных людей, перед которыми стояли реальные проблемы, как и у нас сегодня.

 

Связь со всеми культурами

 Большая часть книги, которую Бог дал нам, не была продиктована Им, т. е. она написана не от первого лица. (Библию нельзя читать как книгу, которая написана по принципу. «Я Бог, Я обращаюсь непосредственно к каждому из вас — во все времена».) Некоторые читатели Библии всегда хотят видеть в ней именно такую книгу и утверждают, что так и надо ее истолковывать. Но Бог дал нам Свое вдохновенное слово, используя иной способ: Он вдохновил своих пророков и свидетелей обращаться к реальным ситуациям, которыесуществовали в их время, в назидание грядущим поколениям (1 Кор. 10:11). Если Господь побудил Павла написать послание коринфянам, оно (нравится это сегодня людям или нет) было письмом именнокоринфянам, а не кому-то другому.

 Бог раскрывает нам вечные принципы, но делает это на конкретных примерах, адресуясь к реальным событиям и явлениям. Он разъясняет эти принципы, иллюстрируя их на примерах из реальной жизни, призывая нас применить их в своей конкретной ситуации. Так, например, текст из Втор. 22:8 («сделай перила около кровли твоей, чтобы не навести тебе крови на дом твой, когда кто-нибудь упадет с него») до сих пор учит нас заботиться о безопасности соседа (хотя большинство из наших домов не имеют плоских крыш, и такая ситуация, казалось бы, не актуальна для наших взаимоотношений с соседями). Из этого следует вывод такого рода: «Убедись, что твой коллега имеет страховочный пояс, когда ты идешь с ним работать на высоте». Можно привести много подобного рода современных примеров, но принцип при этом не меняется; мы должны обращаться к исходному предписанию, иначе не сможем по-настоящему оценить принцип, на который мы должны ориентироваться в рамках своей собственной культуры.

 Нам может быть не по душе тот факт, что Бог дает нам Свое Слово в конкретной форме, потому что нашей культуре свойственно абстрактное мышление. Но во многих культурах люди мыслят конкретно и могут прочитать историю или узнать гораздо больше о Боге, чем мы можем почерпнуть из самых разнообразных абстракций и умозаключений. Некоторые культуры в большей степении, чем наша, созвучны Библии, которую Бог даровал как Свое слово для всего мира. В Библии много исторических повествований (т. е. реальных событий и явлений), а также многое в ней — послание или пророчество — адресовано конкретным ситуациям. Таким образом, жанр Библии ближе к беседе, диалогу, чем к абстрактным размышлениям. Даже общие принципы, наподобие изложенных в притчах, выражены в особой форме, которая была свойственна определенной культуре. Так, некоторые образцы египетской литературы мудрости почти дословно напоминают аналогичные по теме еврейские изречения и высказывания, отражая общие тенденции в литературе мудрости народов Ближнего Востока в древности.

Если исключить такую конкретную форму передачи материала в рамках определенной культуры, то какие еще варианты мог бы использовать Бог? Существует ли какой-то нейтральный язык, не связанный с той или иной культурой? (Некоторые жители Северной Америки считают, что английский язык нейтрален, но если бы норманны не управляли определенное время английскими землями, мы бы, возможно, и сами бы не говорили по-английски.) Как сказал один исследователь, если бы Бог говорил с нами на языке космического ветра, как бы мы могли понять Его? Как изображено на одной карикатуре, если бы Бог раскрыл детали квантовой физики и основы теории относительности Моисею вместо слов «в начале сотворил Бог», то смог бы Моисей или еврейский язык передать эти знания своим современникам? Бог стремится помочь нам понять Его, а потому не передает информацию таким путем. Он действует через все культуры — от самой древней в Ветхом Завете до совершенно непохожих между собой культурных ситуаций времен Нового Завета, — чтобы передать Свое слово людям.

 

Многообразие культур

 Бог настолько тесно связан с канвой истории, в которую вплетено множество культур, что Он не считает ниже Своего достоинства пристально всмотреться в них. И кульминационное влияние культуры на Его Слово произошло, когда Слово стало плотью, как говорится об этом в прологе к Евангелию от Иоанна (1:1 — 18). Иисус не был явлен как лишенная культурных влияний, аморфная, бесполая личность. Он пришел как человек иудейской национальности, как человек первого века, с уникальным набором хромосом и физическими особенностями, которые у всех людей свои, отличные от других. То, что Иисус принадлежал к определенной культуре, вовсе не означает, что Он пришел не ради каждого из нас. Напротив, это означает, что Он мог лучше отождествить Себя с каждым из нас, как конкретная личность, будучи подобен нам, а не как некая абстрактная, безликая персона. Многие гностики, которые предпринимали попытки по-новому истолковать христианство, отрицали, что Христос действительно пришел «во плоти», но апостол Иоанн проводит четкую линию между настоящими и ложными христианами: истинные христиане верят, что нашГосподь Иисус пришел во плоти, как конкретная историческая личность (1 Ин. 4:1-6). Те, кто настаивает на понимании Иисуса — или других личностей в Библии — вне их исторической реальности, находятся на краю христианской веры.

Одна из центральных истин Книги Деяния Апостолов — Благая весть для всех народов и всех культур. Первые христиане с удивлением узнали, что Евангелие было предназначено и Для язычников, как и для иудеев. По всей Книге Деяний Дух Божий раскрывал это поручение церкви — Благая весть всем людям, независимо от их культуры. Таков был изначальный замысел Божий: нести Благую весть из Иерусалима во все концы земли. Такие люди, как Стефан и Павел, которые были знакомы с представителями разных культур, наилучшим образом подходили для воплощения замысла Божьего в жизнь. Люди, которые полагают, что Бог раскрывает Себя только в одной культуре (их собственной), должны помнить, что Библию читают уже два тысячелетия! В Деяниях мы видим, как Бог раскрывается людям, принадлежащим к разным культурам, с позиций понятных им; так, Павел в синагоге проповедует иначе (Деян. 13), чем сельским жителям (гл. 14), и совсем по-другому — греческим философам (гл. 17). Тот же Павел обращается к специфическим моментам древней культуры в своих посланиях, и мы не можем пройти мимо этого, если хотим узнать, что именно он хотел сказать.

 Когда Павел боролся за право язычников прийти к Христу, он боролся с фанатиками, которые рассматривали принадлежность к еврейской культуре как право на особое положение в христианстве иудео-христиан. Они толковали Библию в свете своей собственной культуры и преданий и считали, что каждый должен читать ее именно так. Они были весьма приятными собеседниками, но, к сожалению, их проблема была не в их национальной принадлежности — Павел ведь, как и они, был евреем, — проблема состояла в том, что они читали Библию с позиций своих культурных традиций. И с этой проблемой мы все сталкиваемся, если не стараемся преодолеть подобного рода культурные барьеры. Культурно-исторические предпосылки и первичная информация, которую мы получаем, влияет на наши представления и ассоциации, привносимые нами в тот или иной текст — сознательно или бессознательно. Напротив, получая больше знаний о культурно-исторической обстановке, в которой пребывали древние читатели, мы можем приблизиться к их пониманию Слова.

Современные миссионеры сталкиваются с теми же проблемами, что и ПавелЕсли мы рассматриваем Евангелие через призму своей собственной культуры, то мы можем смешать нашу культуру с библейской, а затем наложить этот вымысел на что-то еще и, стремясь оправдать свои взгляды, сослаться на Бога. Так, например, миссионеры были первыми, кто ввел развод в некоторых странах Африки, считая, что тем самым можно найти радикальное средство от полигамии. Они отказывались принять такого обращенного африканца в качестве полноценного христианина до тех пор, пока он не избавится от своих прежних жен. Действуя таким образом, они не только ввели новый грех и способствовали социальному взрыву в этих обществах, но и навязали новообращенным условие, которого в самой Библии не было. Полигамные браки в Библии не приветствуются, и я отнюдь не хочу выступить в защиту полигамии. Но мы никогда не должны просто разрушать полигамные браки, не задумываясь о судьбе мужей, жен, детей и других людей, которые могут пострадать при этом. Нигде в Библии не сказано, что нужно разрушать уже существующие браки.

Большинство миссионеров сегодня признают, что христиане разных культур могут многому научиться друг у друга. Разные части Библии обращены к разным группам людей. Какая-то часть Библии, которая нам кажется не ясной, для христиан, например, из племени шона в Зимбабве, может оказаться вполне понятной. Или истолкование, которое одной группе кажется правильным, другим может показаться искажением смысла текста. Индус, который читает учение Иисуса о «новом рождении» в свете понятной ему концепции перевоплощения, неверно понимает мысль Иисуса, потому что читает это с позиций индуизма. Но если начать просто с наших собственных культурных предпосылок, то можно прийти к неверному толкованию многих учений Библии — наподобие реинкарнации в индуизме.

Некоторые благочестивые евангельские христиане в ряде азиатских и африканских культур все еще почитают своих предков, а североамериканские христиане обычно рассматривают такие обычаи как языческие. Но мы, североамериканцы, часто, опираясь на такие, например, тексты, как «не можете служить Богу и маммоне» и «алчность есть идолопоклонство», делаем вывод, что можем жить, как хотим. Христиане других культур обычно рассматривают наш материализм в культуре как проявление язычества. Наши культурные шоры заслоняют от нас наши собственные грехи в большей степени, чем грехи других людей, итолько чтение Писаний, раскрывающих подход богодухновенных писателей к решению этой проблемы (вовсе не так, как это делаем мы сами), помогает в итоге увидеть свои культурные огрехи.

 На каком общем основании, при всем имеющемся разнообразии культур, можем мы базироваться как христианские комментаторы? Если мы хотим найти объективный принцип толкования Библии и если мы верим, что богодухновенные библейские писатели обращались к актуальным проблемам своей эпохи, то нам следует попытаться найти общие темы и проблемы, с которыми они сталкивались. В определенной мере это явствует из самих библейских текстов. Нам не обязательно знать, какие женские головные уборы носили в Коринфе, чтобы сделать вывод из 1 Кор. 11, должны ли женщины носить головные уборы. Далее, некоторые тексты помогают нам пролить свет на толкование других; так, 4 Цар. говорит нам, какие события происходили, когда Исайя пророчествовал народу Израиля, и это помогает нам понять Книгу Пророка Исайи.

Но не всегда достаточно таких культурно-исторических сведений для понимания текста. Это относится не только к проблемным, но и к другим отрывкам, которые, по нашим представлениям, мы понимаем правильно. Так, например, когда мы читаем, что посеянное на доброй почве приносит плод во сто крат (Мф. 13:23), то, только если мы знаем средние показатели урожая в Палестине, сможем понять, какой это мог быть обильный урожай. Обвинение, выдвинутое против Иисуса — «Царь Иудейский», — прозвучит гораздо осмысленнее, если мы узнаем, что римляне были весьма встревожены появлением так называемых пророков в Иудее, которых многие люди считали мессианскими царями, поскольку некоторые из этих «пророков» уже доставили массу неприятностей Риму.

 Далее, культура воздействует даже на те книги, которые не кажутся нам трудными для понимания; разные части Библии обращены к разным культурам. Каждый, читая Левит и 1 Тим., может сказать, что материал в них изложен в разной манере. Тексты в Левите, трактующие правила гигиены, находят свои параллели в хеттских и других древних источниках Ближнего Востока; Книга Левит была обращена к проблемам своего времени. Но эта тема не вызывала жгучего интереса среди большинства греко-римских читателей того времени, когда было написано 1 Тим., и, напротив, все темы и литературная форма 1 Тим. обнаруживают свои параллели в греко-римской литературе. Большинству западных читателей Новый Завет с его проблемами гораздо ближе, чем Левит, но во многих культурах законы, касающиеся чистого и нечистого, важны, и христиане, принадлежащие к этим культурам, проявляют больший интерес к тем частям Библии, которые мы обычно стремимся обойти. Конечно, у нас есть богословские основания утверждать, что нам не нужно соблюдать левитские законы буквально; но если все Писание богодухновенно и полезно для научения (2 Тим. 3:16), в нем все имеет свое предназначение. Встает вопрос, в чем предназначение Писания? Что именно стремится Бог сообщить Своему народу? Изучение культурного фона помогает нам проникнуть в Его замысел.

 

Возражение против использования культурного фактора

Хотя все знают, что книги Библии писались в разное время и в разной культурной среде, и большинство людей принимают этот факт во внимание, когда читают конкретные библейские тексты, не все умеют должным образом использовать этот культурный фактор. Конечно, не все тексты Библии требуют подобного внимания к культурной обстановке; наша культура еще не утратила общности с культурой Библии. Но если мы ничего не знаем об исходной культуре, мы иногда можем не принимать во внимание культурный фактор, считая его маловажным для истолкования конкретного отрывка, однако он может коренным образом повлиять на то, как мы читаем этот текст. Большинство людей признают необходимость учитывать соответствующую культурную обстановку, но некоторых раздражает сама мысль, что они должны думать об этом.

 Некоторые христиане время от времени выступают против использования культурной и исторической обстановки, находя это опасным. «В конце концов, — говорят они, — вы можете использовать культуру, чтобы истолковать библейский текст как вам хочется». Люди, которые выдвигают такое возражение, могут процитировать один из аргументов защитников церкви геев, с которыми мне приходилось беседовать. Ряд богословских авторов, приверженцев гомосексуализма, заявляют, что Павел выступал против гомосексуализма только потому, что в то время гомосексуализм обычно ассоциировался с идолопоклонством; тем самым, они полагают, что в современных условиях Павел не выступал бы против него. Не стремясь огульно осудить позицию этих авторов, я хочу сказать, что проблема в данном случае в том, что они ошибаются в оценке культурной ситуации: практика гомосексуализма была широко распространена среди греков и в определенной мере среди римлян, и она не обязательно была особым образом связана с идолопоклонством. Хотя этот пример является хорошим доводом против вымышленной культурной обстановки, нет никаких оснований отвергать реальный культурный фон.

Необходимо иметь в виду, что люди в течение долгого времени довольно ловко искажали Библию из-за того, что не принимали во внимание культурный фактор. Игнорирование исходной культуры, а тем самым прочтение текстов в свете своей собственной культуры — весьма серьезная угроза для большинства из нас. (Так, напр., христиане, сторонники арианства, в условиях нацистской «демифологизации» библейской истории делали ее «нееврейской» и тем самым более приемлемой для нацистов. Это крайний пример. Отличие современных толкований такого рода от нацистских состоит только в том, что нацисты применяли их целенаправленно.)

 Возражение общего порядка, которое я сам выдвинул около полутора десятка лет назад, заключалось в том, что упор на культурный фактор может заставить неспециалистов вообще отказаться читать Библию. В то время я был твердым противником использования культурной информации и даже настаивал на том, что женщины должны находиться в церкви с покрытой головой, а также пытался навязать некоторым обычай «святого целования», о котором говорит Павел. К счастью, я отказался от этой идеи, когда смог иначе решить этот вопрос (я говорю «к счастью», потому что некоторые, вероятно, осуждали меня). Я действительно разрешил его, и чем больше я изучал Слово Божье, тем больше убеждался в особом способе передачи Богом Своего Слова. Он иллюстрирует нам на конкретных примерах, как Его намерения раскрываются в реальных жизненных ситуациях, а не через абстрактные принципы, которые мы могли бы запомнить, не задумываясь о том, как применять их на практике. Если мы хотим следовать примерам, которые нам показывает Бог и которые неизменно остаются актуальными для нас, то необходимо соотносить все с конкретными обстоятельствами, и, прежде чем применять эти учения на практике, нам нужно понять, что они означали в исходных обстоятельствах, применительно к той культуре.

 Культурная обстановка не вырывает Библию из рук человека; напротив, как раз тогда, когда мы игнорируемкультурный контекст, мы вырываем Библию из рук человека. Дать людям библейскую символику в Книге Откровение, не разъяснив, как такие символы обычно использовались в Древнем мире, аналогично тому, что дать в руки человеку, не владеющему греческим, Евангелие от Луки и сказать: «Поскольку это Слово Божье, вы должны понять и объяснить его». Только подготовленный исследователь или абсолютный глупец может иметь представление о том, как это сделать (и, конечно же, глупец не сможет никак с этим справиться).

 

Переводить одновременно и язык, и культуру

 Некоторые ученые, еще до Лютера, высказывали мысль о том, что церковные власти в их время ошибались, пользуясь латинским переводом Библии. Большинство людей не могли понять Библию без перевода ее на свой родной язык. Некоторые из этих ученых умерли мученической смертью за убеждение, что люди должны иметь Библию на доступном людям языке; Лютер, который перевел Библию на современный ему немецкий язык, случайно избежал этой участи. Самое лучшее, что могут сделать ученые-богословы для простых людей, — это перестать говорить, что «мы забираем Библию из рук простых людей, когда говорим, что они нуждаются в переводах». Самое лучшее, что могут сказать эти ученые: «Переводов для этих людей нет, поэтому мы совершим нелегкий труд и переведем ее, вложив тем самым Библию им в руки».

Переводить не так-то просто, и это может засвидетельствовать каждый, кто изучает иностранный язык. Некоторые понятия невозможно передать адекватным образом одним словом' иногда слово или фраза могут иметь несколько значений, и переводчик должен решить, какое из них более всего походит к конкретному контексту. Любую идею по-английски можно выразить по-разному, когда суть ее понятна. Те из нас, кто прочитал весь Новый Завет по-гречески, могут засвидетельс шовать, что сталкиваются с такими же проблемами и здесь, когда пытаются перевести какой-то текст. Выборочная проверка любого отрывка по двум или трем вариантам библейского перевода вскрывает эту трудность: нет двух совершенно одинаковых переводов (иначе, конечно, незачем было бы и давать новый вариант перевода).

 Когда переводчики Библии изучают другие культуры, они сталкиваются с семантическими проблемами. Например, как объяснить слова из Ин. 1:29 «Вот Агнец Божий» тем народам, в культуре которых овцы не встречаются вообще, а потому у них и слова «овца» отсутствует. У них на этом месте, скажем, свиньи. Но если переводчик передаст это словами: «Вот Свинья Божья» (что для американского уха звучит, мягко говоря, непривычно, и оскорбительно для чувств древних евреев), то как он должен будет переводить тексты ВетхогоЗавета о чистых и нечистых животных, среди которых свинья нечистое, а овца чистое животное? Эту проблему можно решить путем примечаний и сносок в тексте и путем комбинации слов и подбора выражений, которые могут более или менее адекватно передать конкретное понятие на их языке, например, «волосатая свинья». Английские переводчики Ветхого Завета вынуждены были проявлять особую изобретательность, когда переводили с еврейского слова, обозначающие названия разных видов саранчи или разных стадий ее развития (Иоил. 1:4; 2:25). В английском языке таких специальных терминов нет, поскольку эта проблема никогда так остро не стояла для нас, в отличие от израильтян.

Но перед нами встают еще большие трудности, чем перевод слова. Что происходит, когда Павел ссылается на концепцию, которая была важна для того времени? Как мы можем перевести ее? Или мы просто должны обойтись разъяснением в сноске? Ссылка, содержащаяся в тексте Павла, составляет неотъемлемую часть смыслового значения текста, вместе с тем, даже компетентный переводчик не всегда может понять, что имеет в виду Павел.

Некоторые христианские читатели во время и до эпохи Реформации пытались понять те ситуации, к которым были обращены библейские тексты. Хорошо, что многие богословы осознавали необходимость понимания Нового Завета с учетом времени и обстоятельств, отраженных в исходных текстах, и не пытались истолковывать их с позиций современности — как если бы они были написаны на немецком или английском языке в эпоху Возрождения или позднее. Но такие исследователи были все же в меньшинстве. Большинство читателей до сих пор рассматривают конкретный библейский текст с позиций своей собственной культуры,как это делаем и мы, когда нам не удается увидеть его в свете той древней культурной обстановки. То же самое можно сказать и об интеллектуалах Средневековья и эпохи Возрождения; большинство из них видят библейские сцены в театре библейской драмы, где герои облачены в европейские наряды и используются современные декорации. Характеры библейских героев часто переиначены на европейский лад, между тем известно, что среди них было очень мало европейцев, а, например, представителей Северной Европы не было вообще.

К счастью, в эпоху Реформации еще сохранились некоторые знания о Древнем мире. Многие ученые со времен Средневековья до XIX в. очень хорошо знали греческую классику, что помогало им без труда понимать разного рода ссылки на греческие обычаи и традиции в Новом Завете.

Другая опасность состоит в том, что весь культурный фон Нового Завета часто ограничивают контекстом греческой классики. Гностики часто читали Новый Завет больше с позиций Платона, чем иудаизма, который лежит в его основе, на этом базировались многие их доктрины, которые другие христиане отвергли как еретические. Платон действительно оказал определенное влияние на Новый Завет, но едва ли его значение следует переоценивать.

Ряд писателей, подобно Джону Лайтфуту в самом начале XVII в., отвергали классическую канву и утверждали, что в основе новозаветного контекста лежат еврейские тексты. Отбиваясь от нападок антисемитов, Лайтфут признавал, что эти еврейские тексты не являются богодухновенными, но настаивал на том, что их необходимо учитывать для правильного понимания новозаветных текстов.

В наше время, когда антисемитизм менее популярен, чем в эпоху Лайтфута, становится все более очевидным, что греческие тексты, которые использовали современники Лайтфута, носили гораздо более языческий характер, чем те, за которые он счел нужным извиняться перед своими читателями. Сегодня в целом не приходится сомневаться, что иудаизм лежит в основе исходного контекста Нового Завета. В широком масштабе — это греко-римское общество, но еврейский народ жил и воспринимал греко-римскую культуру, пробивая дорогу первым христианским свидетельствам в контексте языческой культуры. Далее, первыехристиане были евреями, а обращенные в христианство неевреи воспринимали его как форму иудаизма. Более того, самые первые христиане рассматривали свою веру в Иисуса как исполнение ветхозаветных пророчеств и, следовательно, считали себя верными иудеями. (Конечно, новозаветные писатели подтверждают, что только христиане были верны библейскому иудаизму; хотя некоторые другие иудейские группы тоже считали себя верным остатком Израиля. Эти группы и движения в последующие столетия, по всей видимости, прекратили свое существование.) И специфический еврейский, и более широкий греко-римский контекст Нового Завета принципиально важен для его истолкования так же, как и хороший перевод.
Работа, которая еще предстоит

Христиане, особенно те, кто непосредственно связан с миссионерской работой среди народов разных культур, всегда осознают важность прочтения Библии в свете ее культурного контекста. Но хотя библейские переводы доступны большинству христиан, этого нельзя сказать о «примечаниях», в которых приводится информация о культуре. Есть немало полезных комментариев, но ни один из них не дает доступ ко всей необходимой информации о культурном фоне в объеме одного или двух томов. Чем больше томов в издании, тем менее доступна она для большинства читателей. Сегодня лишь небольшой процент людей, читающих Библию, имеет возможность пользоваться полным комплектом комментариев, и еще меньшее число из них имеет доступ к адекватной культурной информации в каждом из этих комментариев, и совсем мало кто из них может регулярно тратить время на поиски и отбор нужной информации.

Немало более ранних библейских исследователей и переводчиков посвятили себя делу перевода Библии, сделав ее понятной для тех, кто хотел прочесть ее; но эта работа не будет закончена никогда. Многие читатели Библии все еще имеют весьма ограниченное представление о ее культурно-историческом фоне. Хотя многие задачи требуют внимания библейских богословов, эта — одна из наиболее важных.

Необходимость понять культурный контекст Библии сегодня столь же ясна для нас, как в эпоху Реформации была потребность в переводе Библии. В нашем промышленно-разви-том западном обществе научно-технический прогресс все более и более отдаляет нас от Древнего мира, и мы теряем всякие следы библейских корней; наша культура все более и более отчуждается от культур, в контексте которых была написана Библия, а наша молодежь все более и более удаляется от Бога. Бог призвал нас быть миссионерами в этом мире, поэтому мы должны донести Слово Бога и сделать его понятным для нашей культуры. Мы должны не просто читать его, мы должны понять и объяснить его другим. Мы должны объяснить, что имел в виду библейский писатель, когда обращался к людям, принадлежавшим к культурам, которые с тех пор претерпели значительные изменения или исчезли вообще, мы должны научить людей применить эту весть в нашем современном мире.

Большинство церквей в Северной Америке равнодушно относятся к данному им Богом поручению, и во многом это связано с тем, что мы не позволяем Слову Божьему говорить с нами в полную мощь. Мы рассматриваем Библию как книгу на иностранном языке и стараемся не впускать в свою жизнь людей, которым она адресована. Трагедия в том, что ставки никогда не были так высоки, как ныне, в нашем поколении: мир гордится тем, что население земного шара возросло в пять раз по сравнению с тем, каким оно было полтора столетия назад, когда в церкви началось великое духовное пробуждение миссионерской деятельности. Сегодня, когда миллионы студентов со всех концов света, гостей и иммигрантов приезжают на Запад и в другие регионы, где процент христианского населения достаточно велик, для христиан открываются новые возможности для работы с людьми. Мы не только можем послать работников «на жатву» в другие районы, но должны трудиться и на своих полях. Мы не можем себе позволить спать.

Бог выдвигает не только это требование к Своей Церкви, — самое важное — понимание Его Слова. В тех культурах, где люди имеют доступ к Библии, где распространяются библейские учения, людям, опирающимся на авторитет Библии, нужно стремиться к более глубокому знанию и пониманию Слова Божьего. Пасторы обычно настолько загружены работой, что редко имеют возможность исследовать все необходимые источники для ознакомления с культурно-исторической основой всех текстов, которые они разъясняют людям. Вместе с тем, необходимость понять обращенную к нам Божью весть и разбудить церковь,дабы она смогла исполнить миссию, порученную ей Господом в этом мире, — это неотложная задача.

Наряду с материалами и средствами, которые дает нам Бог для воплощения в жизнь данного нам поручения, есть особо одаренные люди, которые в Его Церкви, в едином организме тела Христова, несут служение учителей; они могут пролить свет на многие вещи, помогая нам понять и применять на практике Слово Божье. Точно так же, как миссионеры должны изучать язык и культуру другого народа, чтобы передать ему послание Бога, мы нуждаемся в слугах Божьих для изучения языка и культуры — того культурного и исторического контекста, в рамках которого создавалась Книга Бога. Такие учителя в прошлом трудилисьнад переводами Библии и работают сегодня, чтобы помочь другим овладеть всеми сокровищами Библии, сделав ее более доступной все большему количеству читателей.

В определенных кругах современного светского общества — особенно среди гуманитариев — нередко даже публично высмеиваются люди, которые посвятили себя исследованию Слова и прославлению Бога или хотят, чтобы их заключения принесли практическую пользу обществу; это затрудняет работу богословов и других ученых, которые должны тратить время на то, чтобы отвечать на такую критику. Тот факт, что некоторые христиане вообще связывают научные изыскания с неверием, дела не меняет. Но длинный список работхристианских ученых на протяжении всей истории показывает, что исследование может сделать библейскую весть более действенной. Богословы, начиная с Иустина, Иеронима, Августина и заканчивая монахами, которые трудились в средневековых университетах, заложили фундамент современных университетов, они были предшественниками Лютера, Кальвина, Уэсли и других. Чарлз Финни и Джонатан Эдварде, ведущие деятели американского Великого пробуждения, были выдающимися учеными, а также посвященными слугами Божьими. Аналогичным образом, многие ученые обратились сегодня на путь исследований, потому что таков был призыв Бога к ним. Многие из разработанных ими методов были использованы при подготовке настоящего комментария.

Но самую большую задачу нельзя возложить лишь на плечи одних ученых. Бог призывает всех верующих услышать Его голос в Писаниях, чтобы начать с того, что уже понятно, и идти далее. Не обязательно быть богословом, чтобы научиться читать Библию в ее контексте или читать соответствующие сноски, примечания и разъяснения библейских реалий, как это обычно делается в комментариях, наподобие того, какой мы хотим предложить вашему вниманию. Да благословит нас Господь и дарует нам Свою благодать при изучении Слова, сделает нас послушными Господу нашему Иисусу Христу и даст нам возможность открыть Его тем людям нашего поколения, которые нуждаются в Нем.

 
Крейг Кинер

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   117

перейти в каталог файлов


связь с админом