Главная страница
qrcode

Фуко М. - Правительственность. М и шельфу ко правительственность идея государственного интереса и ее генезис


НазваниеМ и шельфу ко правительственность идея государственного интереса и ее генезис
АнкорФуко М. - Правительственность.pdf
Дата06.02.2017
Формат файлаpdf
Имя файлаFuko_M_-_Pravitelstvennost.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипАнализ
#36109
страница1 из 3
Каталогvarvara_zabelina

С этим файлом связано 14 файл(ов). Среди них: Le_Rua_Ladyuri_E_Montayyu_oxitanskaya_derevnya_1294-1324__2001.d, Dyubi_Zh_-_Trekhchastnaya_model_ili_Predstavlenia_sr_-vek_ob-va_, Zapis_0051.wav, klass.gif, Dyubi_Zh_Vremya_soborov_Iskusstvo_i_obschestvo_2002.pdf, Le_Goff_Zh_Intellektualy_v_srednie_veka_-_2003.djvu, Le_Goff_Zh_-_Tsivilizatsia_srednevekovogo_Zapada_Velikie_tsivili и ещё 4 файл(а).
Показать все связанные файлы
  1   2   3
Мишель Фуко
М И ШЕЛЬФУ КО Правительственность идея государственного интереса и ее генезис)
1
Анализируя некоторые аппараты безопасности, я попытался рассмотреть,
как возникли специфические проблемы населения и, чуть пристальнее взглянув на одну из таких проблем, вскоре возвратился к проблеме правительства. В сущности, в первых лекциях речь шла обо всей серии безопасность население — правительство. Теперь же я хотел бы попытаться разобраться с проблемой правительства отдельно. Как в Средние века, таки в греко римскую античность неизменно существовали трактаты, имевшие вид Советов государю по поводу того, как себя вести, как исполнять властные полномочия, как добиваться расположения и уважения подданных советы относительно того, как любить Бога, повиноваться Богу и претворять в жизнь в Граде Земном Закон Божий. Однако поражает то, что начиная св, а именно с середины XVI до конца в. наблюдается развитие и расцвет весьма значительной серии трактатов, имевших форму непросто Советов государю или Науки политики»,
но чего то среднего между советами государю и трактатом по политической науке — искусства управления. В XVI в. проблема правления ставится по самым разным поводам одновременно в самых разных аспектах. Например,
в виде проблемы правления как властвования собою. В XVI в. возвращение к стоицизму фокусируется на вновь ставшей актуальной проблеме Как управлять самим собой. Или, допустим, в виде проблемы управления душами и поведением — в чем, безусловно, и состояла основная задача католического и протестантского духовенства. Или как управление детьми, ив этом заключались великие задачи педагогики, появившейся и развивавшейся в в. И, наконец, (может быть, наконец) как управление государством, осуществляемое государями. Как управлять собой, как быть управляемым, как управлять другими, с чьим управлением следует соглашаться, как действовать, чтобы стать по возможности наилучшим правителем. Мне представля
1
(Курс в Коллеж де Франс, 1977—1978: Безопасность, территория и население, 4 лекция,
1 февраля 1978 г) Впервые опубликовано в Aut Aut Или Или #167—168, сент.—дек. 1978 гс. 12—29. Перевод с франц. И. Окуневой под общей редакцией Б. М. Скуратова. Перевод подготовлен для публикации издательством «Праксис» в качестве второй части сборника:
Фуко, Мишель. Интеллектуалы и власть. Часть II. — М Праксис, 2004. (В печати.
ется, что все эти проблемы во всей своей напряженности и многообразии весьма характерны для XVI в. — и все это, весьма схематически говоря, в точке пересечения двух процессов. Процесса, конечно же, разрушавшего феодальные структуры ив тоже время учреждавшего и обустраивавшего крупные территориальные, административные и колониальные государства и затем — совсем несходного с ним движения, которое, впрочем, перекликалось с первыми с возникновением Реформации и Контрреформации подвергло сомнению способ, каким люди должны быть духовно ведомы к спасению на этой земле.
С одной стороны, речь идет о движении государственной централизации с другой стороны, о движении религиозной раздробленности и раскола именно здесь, на пересечении этих двух движений в XVI в. была, как я полагаю, с особенной напряженностью поставлена проблема как быть управляемым, кем именно, до какой степени, с какими целями, какими методами. Эта проблема затрагивала управление в целом. Во всех многочисленных и однообразных текстах об управлении, которые зарождаются или, по крайней мере, всплывают в XVI в. и, претерпев изменение, которое я попытаюсь вскорости обозначить, распространяются до начала XVIII в, я хотел бы всего лишь выделить ряд любопытных моментов. Я желал бы обозначить ряд вопросов, касающихся определения того,
чтo понимается под управлением государством того, что мы называем, если угодно, правительством в его политическом выражении. Для этого проще всего было бы сопоставить эту груду текстов об управлении с одним единственным текстом, каковой с XVI по XVIII в. непрестанно, прямо или косвенно, служил для этой литературы об управлении своего рода объектом отторжения, ив связи с которым, как противопоставление и как отрицание, формировались тексты оправлении эта книга жупел — безусловно, «Государь»
Макиавелли
2
. Интересно проследить взаимодействие этого текста со всеми текстами, которые ему следовали, или же критиковали и отвергали его. Для начала необходимо вспомнить, что поначалу к Государю Макиавел ли ненависти не испытывали, он даже восхвалялся современниками и их ближайшими потомками и стал вновь почитаемым как разв конце XVIII вили, вернее, в самом начале XIX в, а именно в ту пору, когда литература, посвященная искусству управления, постепенно исчезала. Государь Макиа велли вновь всплывает вначале в, правда, по преимуществу в Германии,
где его перевели, представили и откомментировали такие выдающиеся ученые, как А.В. Реберг
3
, Х. Лео
4
, Ранке, Келлерман. Подобное происходило ив Италии, в ситуации, которую стоило бы проанализировать в контексте, с одной стороны, наполеоновских войн, хотя этот же контекст вызвал Французскую революцию и проблему революции в Соединенных Штатах каким образом и при каких условиях возможно сохранять власть суверена над государством Сходным образом, благодаря Клаузевицу возникает проблема взаимосвязи между политикой и стратегией возрастает политическое значе
Л
О ГОС Fürsten, Hannover, 1910.
4
Leo (H.), Die Briefe des Florentinischen Kanzlers, Berlin, 1826.
5
Ranke (L. von), Historisch-politische Zeitschrift, Berlin, 1832—1833.
ние взаимодействия сил и расчета соотношения сил как принципа познаваемости и осмысления международных отношений, чему стал подтверждением Венский конгресс в 1815 г наконец, была поставлена проблема территориального единства Италии и Германии, а ведь, как вам известно, Макиавел ли был как раз одним из тех, кто пытался определить условия обретения
Италией территориальной целостности. Именно в этой атмосфере Макиавелли вновь встает на повестку дня вначале в. Однако в период между эпохой вначале в, когда Макиавел ли воздавали честь, и его новым открытием и переоценкой вначале в.
определенно присутствует длительная традиция антимакиавеллиевской литературы. Иногда в явной форме взять, допустим, целую серию книг, которые происходили, по преимуществу, из католической, а зачастую даже из иезуитской среды у насесть, например, текст Амброджо Полити, называющийся, Разговоры о книгах,
к которым христианин должен питать отвращение имела место также книга малоизвестного автора, имевшего несчастье носить фамилию Жантийе
(Gentillet)
7
и имя Инносан (Innocent)
8
: Инносан Жантийе написал одну из первых антимакиавеллиевских книг, которая называется Рассуждения о средствах верного управления против Никколо Макиавелли»
9
; кроме того,
впоследствии в откровенно антимакиавеллиевской литературе можно отметить книгу Фридриха II, датированную 1740 г.
10
Однако существуют также тексты, занимающие позицию скрытого дистанцирования и глухого противодействия в отношении Макиавелли. Таковы, например, опубликованная в г. книга англичанина Томаса Элиота под названием Правитель книга Паруты относительно Совершенствования политической жизни»
12
и,
может быть одна из первых, на которой я и остановлюсь, — книга Гийома дела Перьера Политическое зерцало, опубликованная в 1567 г.
13
Независимо оттого, явным или завуалированным был этот антимакиа веллизм, важно то, что у него былине только негативные функции воспрепятствования, осуждения и отторжения неприемлемого антимакиавеллиев ская литература является позитивным жанром со своим собственным объектом, своими понятиями, своей стратегией, и именно в этом качестве, в этой его позитивности я и хотел бы его рассмотреть. Что мы находим в подобной открытой или косвенной критике Макиавел ли Безусловно, мы видим крепко укоренившиеся негативные представления о мысли Макиавелли; критики создают или реконструируют Макиавел ли противником, который, впрочем, им необходим, чтобы сказать то, что
6
Мишель Фуко (L.), Disputationes de libris a christiano detestandis, 1542 (церковное имя отец Амвросий Ката рин Сиенский).
7
Глуповатый, простоватый франц. — Прим. перев.

8
Невинный франц. — Прим.перев.
9
Gentillet (I.), Discours sur les moyens de bien gouverner et maintenir en bonne paix un royaume ou autre prin-
cipauté, contre Nicolas Machiavel, 1576.
10
Frédéric II, Anti-Machiavel, ou Essai de critique sur «Le Prince» de Machiavel, La Haye, 1740.
11
Elyot (T.), The Boke Named the Gouvernor, London, 1531.
12
Paruta (P.), Della perfezione della vita politica, Venezia, 1579.
13
De La Perrière (G.), Le Miroir politique, contenant diverses matières de gouverner et policer les républiques,
Paris, 1555.
надо сказать. И как охарактеризовать этого, в той или иной степени воссозданного государя, с которым все сражаются Во первых, согласно нижеследующему принципу у Макиавелли государь занимает исключительное, внешнее и трансцендентное положение по отношению к своему государственному статусу. Государь (князь) Макиавелли получает княжество либо по наследству, либо приобретая, либо завоевывая его во всяком случае, государь не сливается с ним воедино и располагается вне княжества. Государя сопрягает со своим положением связь через насилие, через традицию, либо через заключение договоров, сообщничество и согласие с другими правителями — неважно, каким именно образом во всяком случае, это чисто синтетическая связь не существует основополагающей, сущностной, естественной и правовой принадлежности статуса князю.
Экстериорность и трансцендентность князя — вот принцип. Королларий этого принципа насколько такое отношение является внешним, настолько оно хрупко и непрестанно находится под угрозой. Под угрозой извне — в виде врагов государя, желающих захватить или вернуть себе княжество атак же под угрозой изнутри не существует априорной, не требующей доказательств причины, по которой подданные обязаны принимать авторитет государя. В третьих, из этого правила и его короллария выводится следующий императив целью осуществления власти должны быть, разумеется, поддержание, укрепление и защита княжества, понятого не как сочетание подданных с территорией их проживания, не как, если угодно, объективное княжество, но как отношение князя к тому, чем он обладает к унаследованной им территории и к повинующимся ему подданным. Речь идет о том, чтобы защищать княжество в этом смысле — как отношение князя к своим подданными к своей территории, ноне о том, чтобы защищать территорию и ее жителей напрямую и непосредственно и именно на сохранение подобной хрупкой связи государя со своим княжеством и направлено искусство быть государем в изложении Макиавелли.
К тому же, из вышеозначенного в книге Макиавелли делается вывод, что подобный анализ имеет два аспекта. С одной стороны, проблема состоит в том, чтобы зафиксировать опасности откуда они исходят, в чем состоят, какова их относительная интенсивность какая опасность значительнее других и какая наименее существенна А во вторых, речь идет о том, чтобы определить искусство манипулирования отношениями сил, позволяющих князю поступить так, чтобы его княжество как связь с собственными подданными и с территорией могло быть защищено. В общем, скажем, что «Государь»
Макиавелли, каким он предстает при чтении между строк разнообразных трактатов, прямо или косвенно направленных против Макиавелли, по существу, выглядит трактатом о сноровке князя, ориентированной на сохранение княжества. Я полагаю, что как раз этот трактат об умелости и сноровке князя антимакиавеллиевская литература желала заменить чем то другими по отношению к нему новым, а именно — искусством управлять уметь сохранить собственное княжество вовсе не означает уметь управлять.
В чем же заключается искусство управления Чтобы попытаться обозначить вещи в их пока еще неотчетливом состоянии, я собираюсь привести один из первых текстов объемистой антимакиавеллиевской литературы, а
Л
О ГОС именно — текст Гийома дела Перьера, датированный 1555 г. и озаглавленный Политическое зерцало, содержащее различные способы управления».
В этом сильно разочаровывающем по сравнению с самим Макиавелли тексте мы все таки видим набросок нескольких важных, как мне представляется, моментов. Во первых, что Ла Перьер понимает под словами управлять и правитель, какое определение он дает им Нас своего текста он говорит Правителем может называться любой монарх, император, король, князь, сеньор, магистрат, прелат, судья и им подобные. Подобно Ла
Перьеру, некоторые другие авторы, разбирающие искусство управления,
как правило, напоминают, что речь идет также об управлении домом, детьми, душами, провинцией, монастырем, религиозным орденом, семьей.
Эти замечания, выглядящие и являющиеся чисто словарными определениями, на самом деле имеют важные политические следствия. А именно:
государь в том виде, как он предстает у Макиавелли или в интерпретациях его толкователей (таков основополагающий принцип книги, как ее тогда прочитывали) по определению исключителен в своем суверенитете ив своем внешнем и трансцендентном положении относительно этого суверенитета. Тогда как у Ла Перьера мы видим, что правитель и практика управления являются, с одном стороны, практиками множественными, поскольку управлением занимаются многие люди отец семейства, настоятель монастыря, а также педагоги учитель в отношении к ребенку и ученику следовательно, имеет место множество правительств ив этом случае правительство князя, управляющего своим государством – лишь одна из его модальностей; с другой же стороны, все эти правительства находятся внутри общества и государства. Именно внутри государства отец семейства управляет своей семьей, а настоятель монастыря — монастырем. Таким образом, наличествуют сразу и множество форм правления, присущих государству, и имманентность практик управления по отношению к государству множество и имманентность соответствующих форм деятельности,
радикально противопоставленных трансцендентной единичности государя Макиавелли.
Безусловно, среди всех взаимопересекающихся и вложенных друг в друга внутри общества и государства форм правления есть совершенно особая форма правления, которую мы как рази постараемся отметить именно эта частная форма правления и будет применена ко всему государству в целом.
Таким образом, Франсуа дела Мот Ле Вейе в чуть более позднем по сравнению с книгой, на которую я ссылался ранее, в датированном следующим столетием тексте, пытаясь вывести типологию различных форм правления в серии книг, предназначенных для обучения дофина, покажет, что в реальности существуют три типа правления, каждый из которых соответствует определенной форме знания и особой форме мышления во первых, управление самим собою, относящееся к морали во вторых, умение должным образом управлять семьей, принадлежащее к экономике наконец, наука достойного управления государством, которая, в свою очередь, является час
8
Мишель Фуко La Perrière(G.), op.cit., édition de 1567.
15
De La Mothe Le Vayer (F.), L`Œconomique du Prince, Paris, Courbé, 1653.
тью политики. Совершенно очевидно, что, по сравнению с моралью и экономикой, политика занимает особенное положение, и дела Мот Ле
Вейе определенно указывает, что политика — это отнюдь не экономика и совсем даже не мораль. Я считаю важным то, что, несмотря на подобную типологию, всевозможные искусства управления непременно ссылаются на сущностную преемственность между первой и второй и между второй и третьей и постулируют эту преемственность. Несмотря на то, что учение о государе и правовая теория суверена непрестанно стараются подчеркивать разрыв между властью князя и любой другой властной структурой, — как только речь заходит об объяснении, об оценке, об обосновании подобного разрыва в различных искусствах управления, возникает необходимость выделять преемственность по нисходящей и по восходящей линии. Преемственность по восходящей означает, что желающий иметь возможность управлять государством для начала должен научиться управлять самим собой затем, уже на другом уровне, управлять своей семьей, своим имуществом, своим имением ив конце концов, он доберется до управления государством. Представление о восходящей линии присуще всем педагогикам для государей, которые имеют весьма большое значение в ту эпоху, и пример такой педагогики мы находим у Ла Мот Ле Вейе. Для дофина он пишет сначала книгу по морали, затем книгу по экономике и только впоследствии политический трактат. Таким образом, именно педагогика для государя утверждает преемственность различных форм правления по восходящей линии.
И обратное, мы видим преемственность по нисходящей, означающую,
что если государство управляется должным образом, а отцы семейств умеют достойно распоряжаться своей семьей, своими богатствами, имуществом,
собственностью, то и индивиды, в свою очередь, управляют собой должным образом. Подобную нисходящую линию, когда даже в поведении индивидов ив руководстве семьей слышатся отзвуки хорошего управления государством, в эту эпоху начинают называть «полицией».
Педагогика для государя обеспечивает преемственность различных структур правления по восходящей линии, а полиция — преемственность по нисходящей. Как бы там ни было, вы видите, что основной частью, центральным элементом для этой преемственности, как в педагогике государя,
так ив полиции, является управление семьей, справедливо называющееся
«экономией». Возникающий во всех этих книгах образ искусства управления должен дать ответ, главным образом, наследующий вопрос как задействовать экономию, те. должное управление индивидами, имуществом, богатствами,
сходное с руководством в семье хорошего отца семейства, умеющего направлять свою жену, детей и челядь умеющего приумножить семейное состояние и найти для семьи подходящих союзников так как же внедрить такую внимательность, педантичность, отцовское отношение к семейству в управление государством ЛОГОС Morale du Prince, Paris, Courbé, 1651; L`Œcono- mique du Prince, 1653; La Politique du Prince, Paris, Courbé, 1653.
Внедрение экономии в сферу политической практики — такой, намой взгляд, была основная цель правительства. Так происходило уже в XVI в, тоже будет даже в XVIII. В статье Политическая экономия Жан Жака Руссо отчетливо видно, что, в принципе, он ставит проблему в тех же самых понятиях схематически говоря, изначально слово экономика означает мудрое управление домом ради общего блага всей семьи. Согласно Руссо, проблема состоит в следующем каким образом мудрое управление семьей можно, несмотря на отмеченные ниже разрывы, ввести в рамки общего управления государством Управлять государством, следовательно, будет означать задействование экономии на уровне всего государства,
иными словами, обеспечение пристального надзора и контроля за жителями и богатствами, за поведением всех и каждого, подобного контролю отца семейства над домочадцами и имуществом. Одно важное для XVIII в. выражение прекрасно характеризует все. Кенэ говорило достойном правлении как об экономическом управлении у Ке нэ мы находим фрагмент, где возникает понятие экономического управления, являющегося по сути тавтологией, поскольку искусство управления и есть как раз искусство претворять власть в жизнь согласно соответствующей экономической структуре и модели. Однако если Кенэ говорит экономическое управление, то дело здесь в том, что слово экономика, по причинам,
которые я постараюсь прояснить, уже начинает обретать современный смысли как разв ту пору начинают считать, что самая сущность управления, те. сущность искусства исполнения власти как экономики, получает в качестве основного предмета то, что мы называем экономикой сегодня. В в. понятие экономия обозначало форму правления в XVIII в, претерпев ряд сложных и, по моему, основополагающих для нашей истории изменений, оно станет обозначать определенный уровень реальности, некую сферу вмешательства. Следовательно, это и значит управлять и быть управляемым Во вторых, все в той же книге Гийома дела Перьера мы встречаем следующую формулировку Управление заключается в умении верно расставлять вещи, каковые берутся под ответственность, чтобы направить их к соответствующей цели. Именно к этой фразе я и хотел бы приурочить новый ряд наблюдений, касающихся не только определения терминов править и
«правление».
В выражении Управление заключается в умении верно расставлять вещи, я хотел бы задержаться на слове вещи если мы посмотрим, чтo характеризует совокупность объектов, которые подпадают под действие власти, то заметим, что для Макиавелли объектом ив некотором смысле, целью власти являются две вещи с одной стороны, территория, ас другой стороны, люди,
10
Мишель Фуко
17
«Слово экономика или экономия происходит от греческого
  1   2   3

перейти в каталог файлов


связь с админом