Главная страница
qrcode

артикулы. От 10 августа 1581 года


НазваниеОт 10 августа 1581 года
Анкорартикулы.doc
Дата15.11.2016
Размер54 Kb.
Формат файлаdoc
Имя файлаartikuly.doc
ТипДокументы
#1699
Каталогid3763627

С этим файлом связано 13 файл(ов). Среди них: Berezhkov.pdf, 1869_pam_psk.djvu, Leontin-A_Novikov.docx, Kutbert.rar, artikuly.doc, Utro_Solnyshko.jpg, Taynaya_istoria_Ukrainy-Rusi.docx, 144.docx и ещё 3 файл(а).
Показать все связанные файлы

От 10 августа 1581 года.

Артикулы, которые всему рыцарству, и всем кто бы ни поступил в войско, должны быть объявлены, как ротмистрам, так и товарищам и всем другим, которые явятся на службу его королевского величества и Речи Посполитой.

Прим. Товарищи – это не коммунисты, а кавалерийские офицеры из шляхтичей, служившие на свой счет. (С.Пиотровский).

Стефан, Божиею милостию, король польский, великий князь литовский, русский, прусский, мазовецкий, жмудский и проч. и трансильванский.

Возмущает не то, что трансильванский последним упомянуто, ибо мадьяр Иштван Баторий был родом из Трансильвании, но то, что не покорив Святую Русь, уже назначил себя королем ее. Ой, поспешил!!!

Все, которые будут состоять в нашем войске, как получающие жалованье, так и волонтеры, из какого бы ни были сословия, чем бы ни занимались и из какой бы нации ни происходили, должны подчиняться порядку и военным артикулам, изображенным ниже, ибо каждый приехал не для того, чтобы мешать военным действиям, а чтобы споспешествовать им. А так как мы от Бога получаем все блага и тем более успех в битвах, то да благословит нас Бог в настоящем деле и в наших предприятиях; каждый из начальников и панов должен стараться вести своих подчиненных к тому, чтобы все, особенно теперь, имели страх Божий, молились Господу и старались о чистоте совести.

от бога получаем все блага.. – вот-вот. Эти шли на штурм с криком Got mit uns! А потом и в 1941 году шли…Но на худое дело Бог НЕ БЛАГОСЛАВИТ! – надо бы это знать в 38 лет!!

Так как все войска будут разделены на отряды, которые пойдут по отдельным дорогам, то каждый должен следовать с своим отрядом; каждая часть должна идти таким образом, чтобы не смешиваться с другими, а также каждая рота следует одна за другою в таком порядке, в каком они будут расписаны, не мешая друг другу, и тяжести каждого отряда должны идти вместе со своею частью. Для этого все должны давать свои повозки, как крытые, так и казенные, рыдваны, телеги, коляски, также кибитки и другое, кто что имеет. А если захотят при которой- либо части идти торговцы с продовольствием, то они должны объявить об этом заранее, чтобы не мешать движению, и следовать на указанном им месте.

Всё расписано и утверждено: родись Баторий лет через 300, был бы из него неплохой начальник ж/д вокзала!

Для надзора за соблюдением порядка, который будет указан каждому начальнику отряда, назначаются по два ротмистра, а кто упорно будет мешать в походе, у того можно сломать воз и виновного может наказать не только главный начальник отряда, но и каждый из ротмистров, назначенных для надзора за порядком.

Сломать воз – и никаких гвоздей!

Тяжести его королевского величества, также и орудия никто не может трогать; виновных в этом подвергает наказание тот, кому поручена охрана обоза его величества.

Если, в котором отряде сломается повозка, то ее должны тотчас же убрать с дороги, а затем, когда починят, то на привале, который случится, ротмистры должны пустить ее на прежнее место. Если как-нибудь воз завязнет, то должны вытаскивать его те, которым прикажут ротмистры.

Не прикажут вытаскивать воз, засевший в болоте (их заносило и в район большого болота около Крыпецкого монастыря), не шестери!!

Когда отряд должен делать привал на месте, которое ему назначат, то никто из другого отряда не должен ни кормить лошадей на этом месте, ни брать продовольствия, а в особенности должны охранять те места, которые будут назначены для короля его величества.

Иначе не привалят, а задерутся!!

За продовольствием никто не может ездить за линию стражи, также и теперь во время похода; а кто поедет, того должны остановить те, которые будут на страже. Если же будет сопротивляться, то поступят с ним так, как изображено ниже.

А ниже поступят довольно сурово!

Назначается один генеральный профос; у него будет власть брать виновных, какой бы нации или отряда они не были, будет ли это в лагере, или в другом месте; а при профосе должны состоять четверо: один из поляков, другой из литовцев, третий из венгерцев, а четвертый из немцев, чтобы было порядочно и ни для кого не обидно. [71] Всякий, кто провинится, должен быть приведен к назначенным лицам, которые будут всегда заседать в нашем лагере, а будет их четверо, по одному из каждой названной нации; они, выслушавши дела, которые случатся между людьми разных наций, должны постановить решение; допускается, однако апелляция к гетману. О всяком случае нарушения военной дисциплины они должны доносить гетману.

Называется, сообразим на четверых. Такие нации как датчане, шведы, итальянцы и пр. без права голоса из-за малочисленности.

Все другие дела должны ведаться по обыкновению гетманскими чиновниками.

Кто поднимет руку на профоса или его людей, тот должен быть казнен неупустительно; а кто обругает его или его помощника, тот должен быть посажен на кол.

Чуть что – сразу на кол. Вот тебе и профос!!

Все казаки, которые добровольно идут в неприятельскую землю, не должны действовать в разброд, но все должны собираться под команду того, которому это поручено; кто же будет бродить без ведома начальника, тот будет казнен отсечением головы и всякий из нашего войска волен схватить такого и привести к гетману. Также казацкие ротмистры не должны принимать к себе людей из рот; если же кто примет чьего либо слугу или беглого пахолка, то тот, который убежал, должен быть казнен отсечением головы, а кто принял — должен быть наказан по усмотрению короля и членов совета.

Прим. Пахолок - оруженосец товарища: их нужно отличать от простых служителей. Каждый товарищ имел при себе двух или трех пахолков; они были вооружены копьями, но не имели лат, на плечах носили медвежий мех и крылья из орлиных перьев (просто чудо в перьях!).

Баторий и уважал казаков, бывших у него на службе, за смелость, и ненавидел.

Никто из войска не должен посылать за посылкою, ни за фуражировкою за линию передовой стражи без ведома гетмана, а кто проедет через линию, тот должен быть остановлен стражею и строго наказан. А кто будет сопротивляться, тот может быть безнаказанно убит часовыми; если убежит, то где бы он ни был пойман, должен быть наказан отсечением головы. Если ротмистр, который будет в то время на стороже, не заметит этого, тот подвергается строгому наказанию. Если нужно будет послать кого далеко от лагеря, то это должно быть сделано по возможности безопаснее.

Хочешь носить голову на плечах – не скачи вперед!

Никто не смеет портить продовольствия, пуская в хлеб лошадей и волов, но может его только жать или косить; также никто не должен зажигать деревень и церквей, убивать русских крестьян, попов, детей, женщин и девиц и причинять им какое либо насилие, а также брать в тюрьму или в неволю.

Наверное, Баторию стало стыдно за содеянное его войском в ранее захваченных городах и городках…

Кроме того, никто, ни из служащих ротмистров, ни из волонтеров или купцов не должен отсылать из войска никакой добычи, захваченной в неприятельской земле, но каждый должен держать добычу при себе в лагере или продавать для того, чтобы войско не голодало.

А ведь отсылали!! А наши награбленное отбивали!

Никто не должен распространять никаких слухов, под страхом сидеть на колу; если кто узнает о чем, тот должен сказать об этом секретно гетману, а гетман — королю; также обо всем, что заметят случайно, должны сказать ротмистру или начальнику, а тот — гетману, о делах же военных никто не должен судить, говоря напрасно на стороне, ибо такие разговоры часто бывают причиною беспорядков и неповиновения в войске.

Болтун – находка для шпиона!

Когда располагаются лагерем, то никто не должен заступать дорогу возам своею палаткою или лошадьми, а каждый должен остаться на месте около своего воза, когда ему велят идти в лагерь; также никто не должен, выдвигать своего воза из рядов под опасением строгого наказания.

На случай отступления – ясен корень!

Каждый ротмистр должен быть всегда при своей роте, как во время похода, так и тогда, когда затрубят тревогу.

А не искать приключений на свою задницу в других ротах.

Кто, находясь на службе, или в войске, произведет беспорядки и бунт, тот должен быть наказан отсечением головы. А для того, чтобы не было бунта, когда пошлют за кем привести к гетману или к тем, которым будет это поручено, виновный не должен идти в большой компании, но с двумя или тремя друзьями. Вообще во всяком деле каждый отвечает сам за себя.

Закон джунглей гласит – каждый сам за себя!

О нуждах же своих рыцарство должно через ротмистров докладывать гетману, а гетман — королю.

О нужде – докладывать по команде!

Кто будет сопротивляться чиновникам или гетманским слугам,, в случае если те велят ему явиться к гетману, а также если будет сопротивляться ночной страже, тот должен быть наказан отсечением головы.

И через слугу можно без башки остаться.

Ротмистры и товарищи во всех военных делах ничего не могут делать по своему усмотрению, но должны ждать приказа гетманского, под страхом лишения чести.

Субординация. Разумно.

Продовольствия никто не должен покупать от торгашей, ни посылать для них, но покупать только тогда, когда оно будет привезено на торг.

Пересчитывай денежки, в ожидании торгаша!

Кто заведет ссору, то наказание такого будет зависеть от усмотрения гетмана. Если кто кого ранит, тот будет наказан отсечением головы; если же не ранит, а выхватит оружие или схватится за него, тот должен быть наказан отсечением руки.

Dura lex sed lex!

Если произойдет ссора между спорящими, то никто не должен бежать на помощь, под страхом отсечения головы.

Вот так: пусть небо вас рассудит!

Кто вызовет кого на поединок, тот должен быть строго наказан.

Вызывал – ответишь!

Люди невооруженные, а также женщины дурного поведения не должны следовать за войском, кроме тех, которые имеют мужей, и везут за войском продовольствие и хорошо ведут себя. А кто будет уличен в безнравственном поступке, то оба должны быть наказаны отсечением головы.

И через женщин можно секир-башка.

Каждый должен доносить гетману о пленных в случае, если поймает их, и сдавать гетману на его усмотрение, так как многое зависит от того, когда гетман знает, какие это пленники. Также если кто, храни Бог, бежит из чьей либо роты или отряда, то об этом должно быть донесено гетману.

Гетман - что-то типа зам.командира по политчасти.

Незнакомого человека никто не смеет держать у себя из опасения шпионства, ни принимать его в роту, ни иметь слугою, не донеся о таком ранее гетману. А кто посмеет делать иначе, тот должен быть строго наказан.

См выше.

Никто не должен запрягать в возы строевых лошадей или давать их кому-либо, а также не должно никогда посылать их для своей надобности под страхом строгого наказания, разве сделает это с разрешения гетмана.

Лошади бывают разные: строевые и тяжеловозы.

Найденную вещь никто не должен удержать долее одной ночи, а обязан отнести ее к гетману, чтобы можно было повесить ее на столбе, или поставить ее при нем, дабы тем легче каждый мог найти потерянное. А если кто сделает иначе, тот будет наказан как за воровство.

Ночь полюбуйся, а потом верни!

Каждый должен знать свой лозунг.

То есть пароль.

А если кто будет пойман ночью, не знающий лозунга, тот будет на колу.

Забыл пароль – прошу на кол!

И так, когда будут трубить к лозунгу, то нужно, чтобы всякий шел к трубачу, узнать какой лозунг.

А кто еще тебе скажет кроме трубача?!

По объявлении лозунга никто не должен поднимать крика, стрелять из оружия, ни давать громких пиров под опасением строгого наказания.

Не метуситься как говорят на Псковщине.

Во время похода никто не должен кричать по какому - бы то ни было поводу или при виде какого- либо зверя под страхом строгого наказания.

Страшно – всё равно молчи.

Пока мы сами будем лично присутствовать на войне, никто не должен удаляться из войска; а если уедем за каким либо делом, и войско оставим на месте, то с ним должны также остаться и все служащие.

Мы сами – читай Баторий. Почти – Николай II.

А впрочем, если кто будет иметь действительно важную нужду, то будет обращено внимание на его просьбу, чтобы он мог удалиться на время, оставивши при своей роте хорошего и надежного поручика.

Бывает же такая нужда.

Как во время похода, так и в лагере никто не должен пускать на корм очередных лошадей; они должны быть всегда наготове, как только понадобятся.

Кони пьяны, хлопцы запряжены.

Во время похода и в лагере во время отдыха, ни у одного ротмистра не должны ни бить в барабан, ни трубить, кроме гетмана, а во время похода только в назначенном отряде по особому приказанию гетмана.

Где гетман – там ищи и трубу, и барабан.

Если у гетмана будут бить в один барабан, то все ротмистры тотчас сами должны сходиться, кроме больных; это для того, чтобы получить приказания и передать их своим товарищам. А в особенности если случится что-либо важное, то нужно сейчас посоветоваться.

Один барабан – сходняк у гетмана.

Никто под страхом наказания не должен жечь места, на которых стояли перед выступлением в поход.

Да ведь жгли же!!

Ротмистр должен представить верные сведения о том, какие недостатки терпит его рота.

Разумно.

Один от другого не может принимать товарища без ведома гетмана, а также никто не может переходить из одной роты в другую.

Это ведь не кружки по интересам ,а роты.

Шинкарям ничего не платится, и они должны довольствоваться тем, что заработают. Они должны останавливаться не в лагере, но перед лагерем, где им будет указано.

Заработанная плата – сдельщина.

Ни сбруи, ни оружия или военных принадлежностей, ни ливреи, никто никому не должен одолжать, ни принимать к себе такие вещи, равно как и воровских вещей никто, а в особенности корчмари, никому не должны давать под страхом виселицы.

Иначе наемные будут обобраны своими. Вот был бы такой пункт в нашем Уставе, было б больше порядка.

Также если бы кто проиграл с себя что-нибудь, напр. сбрую, меч, ружье, форменную одежду и пр., то тот, который проиграет и тот, который выиграет, будут наказаны как за воровство.

Правильно.

После объявления лозунга, маркитанты не должны ни торговать, ни впускать к себе на ночь кого-либо из лагеря, ни принимать у себя, а также должны гасить огни под страхом наказания.

Ибо время коммерции закончилось, а началось время действий.

А если кто насильно велит дать себе напитков, или будет чинить насилия, тот будет наказан отсечением головы, все равно как бы он сделал это в лагере.

Баторий – защитник маркитантов и маркитанток. Тема для реферата.

Эти корчмари не должны брать с собою чужого слугу, который убежит из войска, ни помогать ему в бегстве под страхом отсечения головы.

Еще чего: пусть сами торгуют свои вином!

Никаких нечистот и скотского навоза ни в лагере ни при лагере никто не должен держать в одном месте, но должен или далеко вывезти из лагеря или глубоко, по крайней мере на 1 1/2 локтя, закапывать в землю; также всякую падаль, если у кого падет какое животное, каждый должен вывезти на место, которое назначено будет от властей.

Гигиена – штука нужная на войне (хоть ее поляки и назвали скромно “кампанией”).

Если кто из рыцарских людей, и других, участвующих в этом походе, будет уличен в срамных делах, тот должен быть строго наказан по усмотрению гетмана.

Пан Безобразский – к гетману!

Также кто будет лежать постоянно пьяным, не заботясь о своей должности, тот будет наказан по гетманскому усмотрению.

Пей да дело разумей!

Все пешие должны соблюдать эти артикулы, которые главным образом составлены для них.

В кавалерии законы мягче, народа из бедных там куда меньше.

Кто в чем провинится, должен быть наказан сообразно с артикулами.

Ничего не забыл король, даже выговорил себе право удрать из лагеря. Потому что как не дрессируй армию, как не вооружай, как не плати – побеждает тот, кто сражается за Родину.


перейти в каталог файлов


связь с админом