Главная страница
qrcode

Кропоткин П.А. - Лекции по истории русской литературы. 2016. П. А. Кропоткин Москва 2016


НазваниеП. А. Кропоткин Москва 2016
АнкорКропоткин П.А. - Лекции по истории русской литературы. 2016. pdf
Дата25.01.2017
Размер1.25 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаKropotkin_P_A_-_Lektsii_po_istorii_russkoy_literatury_2016_pdf.p
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#37979
страница2 из 26
Каталогid332980378

С этим файлом связано 6 файл(ов). Среди них: Kheffe_O_-_Spravedlivost_Filosofskoe_vvedenie_djvu.djvu, Uots_A_-_Priroda_muzhchina_i_zhenschina_Put_osvobozhdenia_pdf.pd, Kant_I_-_Osnovy_metafiziki_nravstvennosti_pdf.pdf, Markuze_G_-_Eros_i_tsivilizatsia_Odnomerny_chelovek_djvu.djvu, Kropotkin_P_A_-_Vzaimopomosch_kak_faktor_evolyutsii_2007_pdf.pdf, Pozdnie_manuskripty_Bauer.pdf, Kropotkin_P_A_-_Lektsii_po_istorii_russkoy_literatury_2016_pdf.p.
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26
Древняя народная литература сказки – песни
былины
Ранняя народная русская литература, которая лишь отчасти хранится в памяти крестьянского населения, отличается поразительным богатством и полна глубокого интереса. Ни одна западноевропейская нация не обладает таким поразительным
Глава I. Введение богатством народного творчества, в форме преданий, сказок и лирических народных песен, — причем некоторые из них отличаются необыкновенной красотой, — и таким богатым циклом эпических песен, относящихся к седой древности. Конечно, все европейские нации когда-то обладали такими же богатствами народной литературы но значительная часть их богатства была утрачена раньше, чем научные исследователи поняли их ценность и начали собирать их. В России эта драгоценность осталась сохраненной в отдаленных, незатронутых еще цивилизацией, деревушках, особенно в области, расположенной вокруг Онежского озера и когда фольклористы в конце ив веке обратили на нее внимание, они застали еще в северной России ив Малороссии сказителей и певцов, ходивших по деревням со своими первобытными струнными инструментами, распевая былины, происхождение которых терялось в глубокой древности.
Кроме того, значительное количество очень старых песен поется до сих пор в русских деревнях. Каждый крупный годовой праздник — Рождество, Пасха, день на Ивана Купалу — имеет свой собственный круг песен, в которых слова и напевы относятся еще ко временам язычества. При свадьбах, сопровождаемых очень сложным обиходом, и при похоронах женщи- ны-крестьянки поют также весьма древние песни. Многие из этих песен, конечно, подверглись стечением веков значительным искажениям от некоторых уцелели лишь отрывки но, памятуя народную пословицу, что из песни слова не выкинешь, женщины в многих местностях России продолжают петь эти древние песни, хотя смысл многих слов уже недоступен их по- ниманию.
Помимо песен имеются также сказки. Многие из них обще- арийского происхождения параллельные сказки можно найти в собраниях сказок братьев Гримм; но некоторые имеют монгольское и тюркское происхождение некоторые же по основе своей — чисто русские. Вслед затем идут песни, распеваемые странствующими певцами, каликами перехожими; песни эти также очень древнего происхождения. Они почти целиком заимствованы с Востока, и героями и героинями их являются
представители других народностей, как, например, «Акиб, ассирийский царь, Прекрасная Елена, Александр Великий,
«Рустем Персидский и т.п. Понятно, какой интерес представляют эти русские версии восточных легенд для всякого исследователя в области фольклора и сравнительной мифологии.
Наконец, крупное место в русской народной словесности занимают эпические песни, былины, которые соответствуют исландским сагам. Даже ив настоящее время их можно иногда услышать в деревнях северной России, где их поют так называемые сказители, аккомпанируя себе на специальном инструменте, также имеющем очень древнее происхождение.
Старик-сказитель произносит речитативом одну или две фразы, аккомпанируя себе на инструменте вслед за этим следует мелодия, в которую каждый певец излагает собственные модуляции, и затем снова начинается спокойный речитатив эпического рассказа. К сожалению, эти старые барды быстро вымирают но около 35 лет тому назад некоторые из них были еще живы в Олонецкой губернии, и мне удалось услышать одного из них, привезенного в Петербург А. Гильфердингом; старый певец пел свои удивительные былины в Собрании Русского географического общества. Собирание эпических песен, к счастью, было начато заблаговременно — еще в XVIII веке этому делу посвятило себя несколько специалистов, — ив настоящее время Россия обладает едва лини самым богатым собранием подобного рода песен (около четырехсот, спасенных от заб- вения.
Героями русских эпических песен являются богатыри, которых народное предание объединяет вокруг стола киевского князя, Владимира Красное Солнышко. Одаренные сверхъестественной физической силой, эти богатыри — Илья Муромец, Добрыня Никитич, Микула Селянинович, Алеша Поповичи т.д., изображаются путешествующими по России, очищая страну от великанов или от монголов и турок. Или же они отправляются в отдаленные страны, для добывания невесты своему князю, Владимиру, или самим себе на пути они встречаются, конечно, со всякого рода приключениями, в которых волшебство играет немалую роль. Каждый из героев этих былин носит
Глава I. Введение индивидуальный характер. Так, например, Илья, крестьянский сын, не гонится за золотом и богатствами он сражается лишь с целью очистить родную землю от великанов и иноземцев.
Микула Селянинович является олицетворением силы, которой одарен крестьянин, обрабатывающий землю никто не может выдернуть из земли его тяжелого плуга, в то время как он сам поднимает его одной рукой и бросает за облака. Добрыня имеет те же черты борца с драконами, которые присущи святому Георгию. Садко олицетворяет богатого купца, а Чурило Плен- кович — изысканного красивого горожанина, в которого влюбляются женщины.
В тоже время в каждом из этих героев есть черты несомненно мифологического характера. Вследствие этого ранние русские исследователи былинного эпоса, находившиеся под влиянием Гримма, пытались рассматривать былины как отрывочные отражения старой славянской мифологии, в которой силы природы олицетворялись героями. В Илье они видели черты бога-громоносца. Добрыня олицетворял, по их мнению, солнце в его пассивном состоянии — активные боевые качества солнца оставлялись Илье. Садко был олицетворением мореходства, и морской бог, с которым он имеет дело, был своего рода Нептун. Чурило рассматривался как представитель демонического элемента и т.д. Так, по крайней мере, пытались объяснить былины ранние исследователи.
В.В. Стасов в своем труде о происхождении русских былин совершенно разрушил эту теорию. Путем очень богатой аргументации он доказал, что русские эпические песни вовсе небыли отражениями славянской мифологии, но представляют заимствования из восточных сказаний. Таким образом, оказывалось, что Илья был Рустемом из иранских легенд, помещенный в русскую обстановку Добрыня является Кришной из индийского фольклора Садко — купец из восточных и норманнских сказаний. Все русские эпические герои имели восточное происхождение. Другие исследователи пошли даже дальше Стасова. Они увидели в героях русской эпики малозначительных местных деятелей, живших в XIV и XV веках (Илья Муромец действительно упоминается как историческое лицо водной из скандинавских хроник, которым были приписаны
подвиги восточных героев, заимствованные из легенд Востока. Согласно этой теории, герои былин не имеют ничего общего с эпохой князя Владимира и еще менее с древней славянской мифологией.
Постепенная эволюция и переход мифов из одной страны в другую, причем эти мифы с успехом сливались, по мере того как они проникали в новые страны, с преданиями о местных героях, могут послужить некоторым объяснением этих противоречий. Нельзя отрицать мифологических черт в героях русской эпики но дело в том, что эта мифология носит не специаль- но-славянский, а общеарийский характер. Из этих мифологических олицетворений сил природы постепенно выросли на Востоке их человеческие олицетворения в форме героев.
В более позднюю эпоху, когда эти восточные легенды начали проникать в Россию, деяния их героев были приписаны русским богатырями восточным героям была дана русская обстановка. Русский фольклор ассимилировал их но, сохраняя их наиболее глубокие, полумифологические черты, основные особенности их характеров, русский народ в тоже самое время придал иранскому Рустему, индийскому победителю драконов, восточному купцу и т.д. новые, чисто русские черты. Он, так сказать, обнажил их от тех одеяний, которые были наброшены на Востоке на их мистическую сущность, когда они впервые были очеловечены иранцами и индийцами, и надел на них русскую одежду, — совершенно также, как в сказках об Александре Великом, которые мне пришлось слышать в Забайкалье, героическому герою были приписаны бурятские черты, а местом действия оказывалась такая-то сопка из забайкальских гор. Но все же русский фольклор не ограничился простым переодеванием персидского принца Рустема в русского крестьянина Илью. Русские былины, по их стилю, поэтическим образами отчасти по характеристике героев, являются самостоятельными созданиями народного творчества. Их герои носят отличительные черты русского характера. Так, например, они не прибегают к кровавой мести, как это бывает в скандинавских сагах их действия, особенно у старших богатырей, не являются результатом преследования личных целей, но проникнуты общинным духом, представляющим характерную особен-
Глава I. Введение ность русской народной жизни. Словом, они — настолько же русские, насколько Рустем был персом. Относительно времени возникновения этих былин предполагается, что они получили начало между десятыми двенадцатым веком и приняли ту форму, в которой они дошли до нас, в XIV столетии. С того времени они подверглись лишь незначительным изменениям.
В этих былинах Россия обладает драгоценным национальным наследием редкой поэтической красоты, которое нашло должную оценку в Англии со стороны Рольстона и во Франции со стороны известного историка Рамбо.
Слово о полку Игореве
Несмотря на богатство своего эпоса, Россияне имеет собственной «Илиады». Не нашлось в те времена поэта, который вдохновился бы героическими деяниями Ильи, Добрыни, Сад- кои т.д. и создал бы из них эпическую поэму, подобную поэме
Гомера или Калевале финнов. Это было сделано лишь по отношению к одному только циклу преданий — в поэме Слово о полку Игореве».
Создание поэмы относится к концу XII века или началу XIII рукопись ее, погибшая вовремя московского пожара в 1812 году, носила следы XIV или XV столетия. Поэма, несомненно, является единоличным трудом одного автора и, по красоте и поэтичности, может быть поставлена наряду с Песней о Ни- белунгах» или с Песней о Роланде». В ней излагается действительное событие, случившееся в 1185 году. Игорь, князь киевский, выступает со своей дружиной против половцев, которые занимали степи юго-западной России и постоянно нападали на русские поселения. На пути через степи князя встречают мрачные предвещания солнце омрачается и бросает тень на княжескую дружину звери предостерегают его, но Игорь не обращает на это внимания, — поход продолжается. Наконец его дружина встречает половцев, и начинается великая битва.
Описание битвы, в которой вся природа принимает участие, — орлы, и волки, и лисицы, которые лают на красные щиты русских воинов, — поистине замечательно. Войско Игоря разбито.
Сутра до вечера, с вечера до света летят стрелы каленые,
звучат сабли о шеломы, трещат копья булатные, в поле незна- емом, среди земли половецкой. Черная земля под копытами костьми была посеяна, а кровью полита возросла на ней беда для земли русской. Что мне шумит, что мне звенит рано перед зарею Игорь полки поворачивает жаль бо ему милого брата Всеволода. Билися день, билися другой на третий день к полудню пали знамена Игоревы. Тут разлучилися братья на берегу быстрой Каялы. Недостало тут вина кровавого тут и кончили пир храбрые русичи: сватов попоили, да и сами легли на землю русскую. Поникла трава от жалости, и дерево к земле преклонилось от печали. (Перевод Белинского. Сочинения. Изд. Вен- герова, т. Вслед затем идет один из лучших образчиков древней русской поэзии — плач Ярославны, жены Игоря, которая ожидает его возвращения в Путивле. (Передаю его в том же переводе
Белинского.)
«Ярославнин голос раздается рано поутру:
„Полечу я по Дунаю зегзицею, омочу бобровый рукав в Ка- яле-реке, отру князю кровавые раны на жестком теле его!“
Ярославна рано плачет в Путивле на городской стене О ветер, о ветер зачем, господине, так сильно веешь? Зачем на своих легких крыльях мчишь ханские стрелы на воинов моей лады Или мало для тебя гор, чтобы веять под облаками, лелеючи корабли на синем море Зачем, господине, развеял ты мое веселие по ковыль-траве?“
Ярославна рано плачет в Путивле на городской стене О Днепре пресловутый ты пробил каменные горы сквозь землю половецкую, ты лелеял на себе ладьи Святославы достану кобякова: взлелей же, господине, мою ладу ко мне, чтобы не слала як нему по утрам слез моих на море“.
Ярославна рано плачет в Путивле на городской стене Светлое и пресветлое солнце всеми красно и теплоты зачем, господине, простер горячий луч свой на воинов моей лады, в безводном поле жаждою луки им сопряг, печалию им колчаны затянул?“»
Этот небольшой отрывок может дать некоторое понятие об общем характере и поэтических красотах Слова о полку Иго- реве
Глава I. Введение
Несомненно, эта поэма не была единственной, и, помимо нее, в те времена, вероятно, составлялись и распевались многие подобные же поэмы героического характера. Во введении к поэме действительно упоминается о бардах, особенно об одном из них, Баяне, песни которого сравниваются с ветром, несущимся по вершинам деревьев. Много таких Баянов, вероятно, ходили по русской земле и пели подобные Слова вовремя пиров князей и их дружин. К несчастью, лишь одна из этих поэм дошла до нас. Русская церковь безжалостно запрещала — особенно в XV, XVI и XVII столетиях — пение эпических песен, имевших распространение в народных массах она считала их языческими и налагала суровые наказания на бардов и вообще всех, поющих старые песни. Вследствие этого до нас дошли лишь небольшие отрывки этой ранней народной поэзии.
Но даже эти немногие остатки прошлого оказали сильное влияние на русскую литературу, с тех пор, как она получила возможность заниматься другими сюжетами, кроме чисто религиозных. Если русская версификация приняла ритмическую форму, вместо силлабической, это объясняется тем, что на русских поэтов оказала влияние ритмическая форма народных песен. Кроме того, вплоть до недавнего времени народные песни являлись такой важной чертой русской деревенской жизни — как в домах помещиков, таки в избах крестьян, — что они неизбежно должны были оказать глубокое влияние на русских поэтов и первый великий поэт России, Пушкин, начал свою карьеру пересказом в стихах сказок своей няни, которые он любил слушать в долгие зимние вечера. Благодаря нашему почти невероятному богатству чрезвычайно музыкальных народных песен, возможно было также появление в России, уже в 1835 году, оперы «Аскольдова могила Верстовского, чисто русские мелодии которой запоминаются даже наименее музыкальными из русских слушателей благодаря тем же причинам, оперы
Даргомыжского и наших молодых композиторов имеют теперь такой успех в русской деревне, причем хоры в них исполняются местными певцами из крестьян.
Таким образом, народная поэзия и народные песни оказали России громадную услугу. Они сохранили известное единство между языком литературы и языком народных масс, между
музыкой Глинки, Чайковского, Римского-Корсакова, Бородина и т.д. и музыкой крестьянских хоров, — сделав таким образом поэта и композитора доступными крестьянину.
Летописи
Говоря о ранней русской литературе, необходимо упомянуть также, хотя бы вкратце, о летописях.
Ни одна страна не может похвалиться более богатым собранием летописей. В X–XII веках главными центрами развития были Киев, Новгород, Псков, земля Волынская, Суздальская Владимир, Москва, Рязанская и т.д., являвшиеся в то время своего рода независимыми республиками, объединенными между собою единством языка и религии, а также тем обстоятельством, что все они выбирали своих князей, выполнявших роль военных вождей и судей, из дома Рюрика. Каждый из этих центров имел собственные летописи, носившие отпечаток местной жизни и местных особенностей. Южнорусские и волынские летописи — из которых так называемая летопись Нестора отличается наибольшей полнотой и пользуется наибольшей известностью — небыли лишь сухим сводом фактических данных местами в них заметна работа воображения и поэтического вдохновения. Летописи новгородские носят отпечаток жизни города богатых купцов они имеют строго фактический характер, и летописец воодушевляется лишь при описании побед Новгородской республики над Суздальской землей. Летописи соседней Псковской республики, напротив, проникнуты демократическим духом и с демократической симпатией, в чрезвычайно живописной форме рассказывают о борьбе между бедняками и богачами Пскова. Вообще несомненно, что летописи небыли трудом монахов, как это предполагалось ранее они составлялись, для различных республик, людьми, вполне ознакомленными сих политической жизнью, договорами с другими республиками, внутренними и внешними столкновениями и т.д.
Более того, летописи, в особенности киевские, — а между ними Нестерова летопись, — были более чем простые отметки событий это были, как можно судить по самому названию
Глава I. Введение последней (Откуда и как пошла Русская земля, попытки написать историю страны, под влиянием греческих образцов подобного рода. Рукописи, дошедшие до нас — в особенности киевских летописей, — имеют сложное построение, и историки различают в них несколько наслоений, относящихся к различным периодам. Старые предания отрывки исторических сведений, вероятно заимствованных у византийских историков старые договоры поэмы, в которых рассказывается о различных эпизодах, подобных походу Игоря, и местные летописи различных периодов — являются составными частями. Исторические факты, относящиеся к очень раннему периоду и вполне подтверждаемые свидетельствами константинопольских летописцев и историков, смешиваются с чисто мифическими преданиями. Но именно эта особенность и придает особенно высокую литературную ценность русским летописям, особливо южными юго-западным, в которых чаще всего встречаются наиболее драгоценные отрывки ранней литературы.
Таковы в общем были литературные сокровища, которыми обладала Россия вначале века.
Средневековая литература
Монгольское нашествие, случившееся в 1223 г, разрушило всю эту молодую цивилизацию и повело Россию по совершенно иному пути. Главные города южной и средней России были разрушены. Киев, бывший многолюдным городом и центром тогдашней образованности, был низведен до степени незначительного поселения, с трудом борющегося за существование, ив течение следующих двух столетий он совершенно исчезает из истории. Целые населения больших городов уводились в плен монголами или беспощадно истреблялись в случае сопротивления. Как бы в довершение несчастий, постигнувших Россию, вслед за монголами последовали турки, напавшие на Балканский полуостров, и к концу XV века две страны, Сербия и Болгария, при посредстве которых проникла в Россию образованность, попали под иго османов. Вся жизнь России подверглась глубоким изменениям
До монгольского нашествия вся страна была покрыта независимыми республиками, подобными средневековым го- родам-республикам Западной Европы. Теперь, при сильной поддержке церкви, постепенно начало образовываться в Москве военное государство, которое, с помощью монгольских ханов, подчинило себе окружавшие его независимые области. Главные усилия государственных людей и наиболее активных представителей русской церкви были направлены теперь к созиданию могущественного княжества, которое обладало бы достаточными силами, чтобы сбросить монгольское иго. Прежние идеалы местной независимости и федерации заменились идеалами централизованного государства. Церковь, в ее усилиях создать христианскую национальность, свободную от всякого умственного или нравственного влияния ненавидимых язычников-монголов, превратилась в суровую централистиче- скую силу, безжалостно преследовавшую всякие остатки языческого прошлого. В тоже время церковь неутомимо работала над созданием, по византийскому образцу, неограниченной власти московских князей. С целью усиления военной мощи государства было введено крепостное состояние. Вся независимая местная жизнь была задавлена. Идея о том, что Москва является центром церковной и государственной жизни, усиленно поддерживалась церковью, которая проповедовала, что Москва представляет наследницу Константинополя — третий Рим, единственную местность, в которой сохранилось истинное христианство. В более позднюю эпоху, когда монгольское иго было уже свергнуто, работа по консолидации Московской монархии усердно продолжалась царями и церковью, боровшимися против проникновения западноевропейских влияний, с целью предохранить русскую церковь от происков «латын- ской» церкви.
Эти новые условия неизбежным образом оказали глубокое влияние на дальнейшее развитие литературы. Свежесть и энергическая юность ранней эпической поэзии исчезли навсегда. Меланхолическая грусть и дух покорности становятся с этого времени характерными чертами русской народной поэзии. Постоянные набеги татар, которые уводили целые деревни пленниками в южнорусские степи страдания этих пленников
Глава I. Введение в рабстве наезды баскаков, налагавших тяжелые дани и издевавшихся всяческим образом над покоренными тяжести, налагаемые на народ ростом военного государства, — все это отразилось в народных песнях, окрасив их глубокой печалью, от которой они не освободились и до сих пор. В тоже самое время веселые свадебные песни древности и эпические песни странствующих певцов подвергались запрещению, и люди, осмелившиеся распевать их, — жестоко преследовались церковью, которая видела в этих песнях не только пережиток языческого прошлого, но и нечто, могущее дать повод к сближению населения с язычниками-татарами.
Тогдашняя образованность мало-помалу сосредоточивалась в монастырях, из которых каждый являлся своего рода крепостью, в которой спасалось население при нашествии татар, и эта образованность, по вышеуказанным причинам, замыкалась в тесном круге христианской литературы. Изучение природы рассматривалось как ересь, близкая к волхвованию. Аскетизм превозносился как высшая христианская добродетель, и его восхваление является отличительной чертой тогдашней письменности. Наибольшим распространением пользовались всякого рода легенды о святых, заучивавшиеся наизусть, причем этого рода литература не уравновешивалась даже той наукой, которая развивалась в средневековых университетах Западной Европы. Стремление к познанию природы осуждалось церковью, как проявление горделивого ума. На поэзию смотрели как на грех. Летописи потеряли свой прежний воодушевленный характер и превратились в сухой перечень успехов возрастающего государства или же наполнялись мелочами, относящимися к деятельности местных епископов и архимандритов монастырей.
В течение XII века в северных республиках, Новгородской и Псковской, образовалось довольно сильное течение религиозной мысли, склонявшееся, с одной стороны, к протестантскому рационализму и, с другой, — к развитию христианства на основе ранних христианских братств. Апокрифические Евангелия, книги Старого Завета и всякие книги, в которых рассматривался вопрос об истинном христианстве, усердно переписывались и пользовались широким распространением. Но теперь главы
церкви в средней России усиленно боролись против всякого рода тенденций, принимавших характер реформированного христианства. От паствы требовалась строгая приверженность к букве учения византийской церкви. Попытки объяснения
Евангелий рассматривались как ересь. Всякое проявление умственной жизни в сфере религии, равно как и критическое отношение к духовным властям московской церкви, считалось чрезвычайно опасными люди, виновные в подобной дерзости, вынуждены бывали бежать из Москвы, ища убежища в глухих монастырях дальнего Севера. Великая эпоха Возрождения, влившая новую жизнь в Западную Европу, прошла бесследно для России церковь свирепо истребляла все, выходившее из рамок обрядности, и сжигала на кострах или замучивала под пыткой всех, проявлявших признаки независимой или критической мысли.
Я не буду останавливаться на этом периоде, охватывающем почти пять столетий, так как он представляет очень мало интереса для исследователя русской литературы, и ограничусь лишь упоминанием о двух или трех трудах, заслуживающих внимания.
Одним из таких литературных трудов является переписка между царем Иоанном Грозными одним из его вассалов, князем Курбским, бежавшим из Москвы в Литву. Из-за литовского рубежа Курбский писал своему жестокому, полубезумному бывшему властелину длинные письма, полные укоризн, на которые Иоанн отвечал, развивая в своих ответах теорию божественного происхождения царской власти. Эта переписка очень интересна как для характеристики политических идей того времени, таки для определения круга познаний той эпохи.
После смерти Иоанна Грозного (занимавшего в русской истории тоже место, какое занимал во Франции Людовик
XI, так как он уничтожил огнем и мечом — нос чисто татарской жестокостью — власть феодальных князей) в России наступают, как известно, времена великих смут. Появляется из Польши загадочный Дмитрий, объявивший себя сыном Иоанна, и овладевает московским престолом. В Россию вступают поляки, которые вскоре овладевают Москвой, Смоленском и всеми западными городами. Вслед за свержением Дмитрия,
Глава I. Введение последовавшим несколько месяцев спустя после его коронации, вспыхивает крестьянское восстание, и вся центральная Россия наводняется казацкими шайками, причем выступают несколько новых претендентов на престол. Эти годы — Лихолетье должны были оставить следы в народных песнях, но песни того времени были забыты потом, когда наступил мрачный период последовавшего затем крепостного права, и мы знаем некоторые из них, лишь благодаря англичанину Ричарду
Джемсу, который был в России в 1619 году и записал некоторые песни, относящиеся к этому периоду. Тоже должно сказать и о той народной литературе, которая, несомненно, должна была сложиться во второй половине XVII века. Она совершенно погибла. Окончательное введение крепостного права при первом Романове (Михаил, 1612–1640); следовавшие затем повсеместные крестьянские бунты, закончившиеся грозным восстанием Степана Разина, который сделался с тех пор любимым героем угнетенных крестьян и, наконец, суровое бесчеловечное преследование раскольников, их переселение на восток в дебри Урала, — все эти события, несомненно, нашли выражение в народных песнях но государство и церковь с такой жестокостью душили все, носившее малейшие следы мятежного духа, что до нас не дошло никаких памятников народного творчества этой эпохи. Лишь несколько сочинений полемического характера и замечательная автобиография ссыльного священника Аввакума сохранились в рукописной литературе раскольников.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26

перейти в каталог файлов


связь с админом