Главная страница
qrcode

ПРИНЦЕССА КЛЕВСКАЯ. Принцесса клевская книгопечатник читателю


НазваниеПринцесса клевская книгопечатник читателю
АнкорПРИНЦЕССА КЛЕВСКАЯ.doc
Дата01.11.2017
Размер0.91 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаПРИНЦЕССА КЛЕВСКАЯ.doc
ТипДокументы
#45442
страница6 из 17
Каталогid26689050

С этим файлом связано 8 файл(ов). Среди них: ПРИНЦЕССА КЛЕВСКАЯ.doc, Рабочая программа курса.doc, 2012-2013 РАСПИСАНИЕ 1 семестра - осеннего - с...xls, Списоньки 2.1.xlsx, Результаты пересдачи 12.03.13.docx.
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17
Часть вторая

247

к ненависти, жалобам, упрекам и проклятиям. Видя, в какое он впал

неистовство, я понял, что мне понадобится помощь, чтобы его успокоить. Я послал за

его братом, с которым расстался у короля; я поговорил с ним за порогом

спальни, до того как он туда вошел, и рассказал, в каком состоянии Сансер. Мы

отдали распоряжения, чтобы уберечь его от встречи с Этутвилем, и употребили

часть ночи на то, чтобы постараться вернуть ему способность рассуждать

здраво. Сегодня утром я застал его в еще большем горе; брат его остался с ним, а

я вернулся к вам.

— Не могу и передать своего удивления, — промолвила принцесса Клев-

ская, — я полагала госпожу де Турнон неспособной на любовь и обман.

— Нельзя быть искуснее ее в ловкости и притворстве, — отвечал принц Клев-

ский. — Заметьте, что когда Сансеру показалось, будто она переменилась к

нему, это и вправду произошло — она увлеклась Этутвилем. Этутвилю она

говорила, что он утешает ее в потере мужа и что это из-за него она выходит из

затворничества; а Сансер думал, будто причиной тому наше решение, что ей

не стоит больше выказывать столь глубокую скорбь. Она уверяла Этутвиля,

что скрывает их связь и притворяется, будто выходит за него по воле отца,

потому что печется о своем добром имени; на самом же деле она так поступала,

чтобы бросить Сансера, не дав ему оснований для обиды. Я должен

вернуться, — продолжал принц Клевский, — чтобы навестить этого несчастного, и

думаю, что вам также следует возвращаться в Париж. Вам пора встречаться с

людьми и принимать множество визитов, избежать которых вам все равно не

удастся.

Принцесса Клевская с ним согласилась и на следующий день вернулась в

Париж. В отношении господина де Немура она ощущала себя спокойнее, чем

раньше; все, что сказала ей госпожа де Шартр на смертном одре, и боль от

ее утраты притупили в ней те чувства, которые казались ей исчезнувшими

навсегда.

В тот же вечер дофина приехала с ней повидаться и, засвидетельствовав

свое участие в ее горе, сказала, что хочет отвлечь ее от грустных мыслей и для

того расскажет все, что произошло при дворе в ее отсутствие; она поведала

принцессе Клевской множество удивительных вещей.

— Но что мне более всего хотелось вам рассказать, — продолжала она, — так

это доподлинную новость, что господин де Немур страстно влюблен, но даже

самые близкие его друзья не только не получают от него признаний, но даже

не догадываются, кто эта любимая им особа. А ведь любовь эта настолько

сильна, что ради нее он пренебрег надеждами на корону, вернее сказать,

отказался от них.

Затем дофина рассказала все о перипетиях в английских делах.

— Все, что я вам говорила, — продолжала она, — я узнала от господина д'Ан-

виля; он мне сказал утром, что король вчера вечером послал за господином де

Немуром, получив письмо от Линьроля, который просит разрешения вернуться

и пишет королю, что не может более находить для королевы Англии

убедительных объяснений задержки с приездом господина де Немура; что эта

задержка начинает ее оскорблять и что, хотя она и не дала еще решающего поло-

248

Принцесса Киевская

жительного ответа, но сказала достаточно, чтобы он поторопился с

путешествием. Король прочел это письмо господину де Немуру, а тот, вместо того

чтобы говорить серьезно, как он это делал вначале, стал смеяться, шутить и

издеваться над надеждами Линьроля. Он сказал, что вся Европа осудила бы его

безрассудство, если бы он отважился ехать в Англию с упованиями стать

мужем королевы, не будучи уверенным в успехе. «Кроме того, я полагаю, —

прибавил он, — что потрачу время напрасно, отправившись в путешествие как раз

тогда, когда король Испании прилагает такие усилия, чтобы жениться на

английской королеве. Возможно, он был бы не слишком опасным соперником в

любовном состязании, но что до брака, то тут, я думаю, Ваше Величество едва

ли посоветует мне что-либо у него оспаривать».

«В этом случае я дал бы вам такой совет, — отвечал король, — но вы

ничего у него не оспариваете; я знаю, что у него иные помыслы, и, даже если бы их

у него не было, королева Мария слишком плохо сносила испанское ярмо, чтобы

можно было поверить, что ее сестра пожелает его на себя надеть и что она даст

себя ослепить блеском такого количества корон, соединенных вместе».

«Если она не даст себя ослепить, — возразил господин де Немур, — то,

возможно, пожелает счастья в любви. Несколько лет назад она любила милорда

Кортни;55 его любила также и королева Мария, и она вышла бы за него замуж

с одобрения всей Англии, если бы не знала, что молодость и красота ее

сестры Елизаветы волнуют его больше, чем надежды на трон. Вашему Величеству

известно, что неистовая ревность заставила ее бросить их обоих в тюрьму,

затем изгнать милорда Кортни и, наконец, выйти замуж за испанского короля.

Я думаю, что Елизавета, оказавшись теперь на престоле, вскоре вспомнит о

милорде и что она скорее изберет этого человека, которого она любила и

который достоин любви и столько выстрадал ради нее, чем кого-то другого, кого

она и не видела никогда».

«Я согласился бы с вами, — отвечал король, — если бы Кортни был еще жив;

но несколько дней назад я узнал, что он умер в Падуе, куда был сослан. Мне

ясно видно, — прибавил он, прощаясь с господином де Немуром, — что вас

следовало бы женить так, как женили дофина, и заключить ваш брак с

королевой Англии через послов».

Господин д'Анвиль и господин видам, бывшие у короля вместе с господином

де Немуром, были убеждены, что именно поглощающая его страсть и

отвращает герцога от столь великого замысла. Видам, который виделся с ним чаще

всех, сказал госпоже де Мартиг56, что герцога нельзя узнать — так он

переменился; и еще более его удивляет то, что незаметно, чтобы герцог поддерживал

с кем-то сношения или скрывался в известные часы, так что можно

предположить, что он не пользуется взаимностью особы, которую любит, трудно узнать

господина де Немура в человеке, который любит женщину, а та не отвечает на

его чувство.

Каким ядом были для принцессы Клевской речи дофины! Как ей было не

узнать себя в этой особе, имени которой никто не знал? Как не

проникнуться благодарностью и нежностью, услышав от той, в ком она не могла

сомневаться, что герцог, задевший уже ее сердце, скрывал свою страсть ото всех

Часть вторая

249

и ради любви к ней пренебрег надеждами на трон? Нельзя и передать, что она

почувствовала и какое волнение поднялось в ее душе. Если бы дофина

взглянула на нее повнимательней, то без труда заметила бы, что ее слова не были

принцессе безразличны; но так как дофина не подозревала истины, то

продолжала говорить, вовсе не подумав о том.

— Господин д'Анвиль, — прибавила она, — который, как я вам уже сказала,

поведал мне все это подробно, полагает, что я осведомлена лучше, чем он; он

столь высоко ценит мои чары, что убежден, будто я — единственная, кто мог

бы произвести такие перемены в господине де Немуре.

Последние слова дофины повергли принцессу Клевскую в смятение иного

рода, чем то, которое она испытывала несколькими мгновениями ранее.

— Я присоединилась бы к мнению господина д'Анвиля, — отвечала она, —

весьма правдоподобно, Мадам, что пренебречь королевой Англии можно

только из-за венценосной особы, подобной вам.

— Я не утаила бы от вас, если бы это знала, — возразила дофина, — и я бы

это знала, если б это была правда. Такую страсть не скроешь от взгляда той,

кто ее вызывает; она замечает ее первой. Господин де Немур всегда выказывал

ко мне не более чем простую любезность; и все же между тем, как он держал

себя со мной раньше, и тем, как держится теперь, такая разница, что могу вас

уверить — не я причина его равнодушия к английской короне.

Я заговорилась с вами, — продолжала дофина, — и забыла, что должна ехать

к Мадам. Вы знаете, что мир почти уже заключен, но не знаете, что король

испанский условием каждой статьи ставил возможность самому жениться на

принцессе57 вместо дона Карлоса, своего сына. Королю было очень нелегко на

это решиться; наконец он дал свое согласие и собирается вскоре объявить эту

новость Мадам. Полагаю, она будет безутешна; едва ли может быть приятен

брак с человеком таких лет и такого нрава, как король Испании, в

особенности для той, кто наслаждается всеми дарами молодости и красоты и

готовится выйти замуж за юного принца, к которому чувствует склонность, еще не

видев его. Не знаю, найдет ли в ней король то послушание, на какое надеется;

он поручил мне переговорить с ней, поскольку ему известно, что она меня

любит, и он полагает, что у меня есть какая-то власть над ее душой. А затем

мне предстоит совсем иной визит: я зайду порадоваться с Мадам, сестрой

короля. Все готово для ее свадьбы с герцогом Савойским, и вскоре она состоится.

Ни одна особа в ее летах не радовалась так своему замужеству. Двор будет

блистательнее и многолюднее, чем когда-либо; и невзирая на ваше горе, вы

должны помочь нам показать иностранцам, что наши красавицы — не из

последних.

Вымолвив эти слова, дофина рассталась с принцессой Клевской; а

назавтра о браке Мадам стало известно всем. В последующие дни король и

королевы навестили принцессу Клевскую. Господин де Немур, который нетерпеливо

ждал ее возвращения и пылко желал поговорить с нею без свидетелей,

отложил свой визит до того часа, когда все от нее уедут и больше уже никто не

должен будет появиться. Замысел его удался, и он пришел тогда, когда

удалились последние посетители.

250

Принцесса Клевская

Принцесса лежала на постели, было жарко, и присутствие господина де

Немура еще добавило румянца на ее щеках, что вовсе не портило ее красоты. Он

поместился против нее с той опаской и робостью, какие рождает подлинная

страсть. Какое-то время он не мог вымолвить ни слова. Принцесса Клевская

была в не меньшем замешательстве, так что они хранили молчание

достаточно долго. Наконец господин де Немур заговорил и высказал свое сочувствие ее

горю. Принцессе Клевской нетрудно было продолжать беседу об этом

предмете; она долго говорила о своей утрате и наконец сказала, что, когда время

притупит боль, последствия все равно останутся столь велики, что самый нрав ее

изменится.

— Глубокое горе и сильные страсти, — отвечал господин де Немур, —

производят большие перемены в наших душах; и я не узнаю себя с тех пор, как

вернулся из Фландрии. Многие заметили эту перемену, и даже дофина говорила

мне о ней еще вчера.

— Она и вправду это заметила, — промолвила принцесса Клевская, — и я от

нее как будто что-то об этом слышала.

— Я не огорчен тем, сударыня, — возразил господин де Немур, — что она

это заметила, но я хотел бы, чтобы она была не единственной, кто это

заметил. Есть особы, которым мы не смеем давать свидетельства нашей страсти

к ним иначе, как через вещи, прямо до них не касающиеся; и, не решаясь

показать им, что мы их любим, мы хотели бы по крайности, чтобы они знали,

что нам не нужно ничьей иной любви. Мы хотели бы, чтобы они знали, что

нет такой красавицы, как высоко бы она ни была вознесена, к которой мы не

были бы равнодушны, и нет короны, которую мы готовы были бы купить

ценой вечной разлуки с ними. Женщины обыкновенно судят о страсти,

которую к ним питают, — продолжал он, — по стараниям им понравиться и по

тому, как их домогаются; но это нетрудно делать, если они хоть немного

привлекательны; трудно не позволять себе удовольствия за ними следовать,

избегать их из страха выдать людям, и даже им самим, те чувства, которые мы

к ним питаем. А еще более верный знак истинной привязанности — это

когда мы становимся совершенно непохожи на самих себя, какими были

прежде, и утрачиваем честолюбие и жажду наслаждений, хотя всю жизнь были

поглощены и тем, и другим.

Принцесса Клевская тотчас догадалась, какое отношение к ней имели эти

слова. Ей казалось, что она должна отвечать и прервать их. Ей казалось

также, что она не должна ни выслушивать их, ни показывать, что приняла их на

свой счет. Она видела свой долг в том, чтобы заговорить, и в том, чтобы

промолчать. Речи господина де Немура почти в равной мере доставляли ей

удовольствие и задевали ее; она видела в них подтверждение всего, о чем заставила

ее задуматься дофина; она находила их любезными и почтительными, но

одновременно дерзкими и слишком откровенными. Та склонность, что она

питала к герцогу, рождала в ее сердце волнение, с которым она не могла

совладать. Самые темные слова мужчины, который нам нравится, трогают нас

больше, чем прямые признания того, кто нам безразличен. Итак, она оставалась

безмолвна, и господин де Немур заметил ее молчание, которое, возможно, счел

Часть вторая

251

бы неплохим знаком, если бы появление принца Клевского не положило конец

их беседе и его визиту.

Принц стал рассказывать жене новости о Сансере; но ее не слишком

занимало то, чем закончилась эта история. Она была так поглощена происшедшим,

что едва сумела скрыть свою рассеянность. Когда она смогла предаться своим

мыслям, то поняла, что обманывалась, полагая, будто стала равнодушна к

господину де Немуру. Его слова произвели на нее то впечатление, какого он и

добивался, и совершенно убедили ее в его страсти. Поступки герцога слишком

сообразовывались с его речами, чтобы у принцессы осталось хоть малейшее

сомнение. Она не утешала себя надеждой, что не любит его, она думала лишь

о том, чтобы никак ему этого не показать. То был непростой замысел, и она

уже знала, как трудно будет его исполнить; она понимала, что достичь успеха

можно только одним способом — избегая встреч с герцогом, и поскольку

траур позволял ей вести жизнь более уединенную, чем обыкновенно, она

воспользовалась этим предлогом, чтобы не ездить больше туда, где могла его

встретить. Она была погружена в глубокую печаль, причиной тому, казалось, была

смерть ее матери, и другой никто не искал.

Господин де Немур был в отчаянии от того, что почти перестал с ней

видеться, и зная, что не найдет ее ни на одном приеме, ни на одном увеселении, где

бывал весь двор, он не мог себя заставить появляться там; он сделал вид, что

в нем вспыхнула страсть к охоте, и отправлялся охотиться как раз в те дни,

когда королевы принимали. Легкое недомогание долго служило ему предлогом

для того, чтобы оставаться дома и не ездить в те места, где, как он знал, не

будет принцессы Клевской.

Почти тогда же занемог принц Клевский. Во все время его болезни

принцесса Клевская не покидала его спальни, но когда ему стало лучше и он начал

принимать гостей (и среди прочих господина де Немура, который, ссылаясь на то,

что все еще слаб, проводил у принца большую часть дня), она сочла, что не

может больше там оставаться; однако при первых его посещениях у нее не

хватало сил выходить из комнаты. Она слишком долго его не видела, чтобы

решиться и далее его не видеть. Герцог нашел способ дать ей понять (в

выражениях как будто самых общих, но которые она разгадала, поскольку они были

связаны с тем, что он ей говорил), что он ездил на охоту, чтобы мечтать о ней,

и что он не бывал на вечерах при дворе, потому что она там не бывала.

Наконец она исполнила свое решение уходить из спальни мужа, когда

герцог был там; однако она могла это делать лишь ценой большого насилия над

собой. Герцог заметил, что она избегает его, и был до крайности этим огорчен.

Принц Клевский поначалу не обращал внимания на поведение жены, но

затем он заметил, что она не хотела оставаться в его спальне, когда там были

посторонние. Он заговорил с ней об этом, и она ответила, что не думает, будто

приличия требуют, чтобы она проводила каждый вечер в обществе самых

молодых мужчин при дворе; что она просит его разрешить ей вести жизнь

более уединенную, чем обыкновенно; что добродетели и постоянное

присутствие матери позволяли ей делать многое такое, что не пристало женщине ее

лет.

252

Принцесса Клевская

Принц Клевский в этом случае не выказал своей обычной доброты и

снисходительности к жене и сказал, что решительно не желает, чтобы она меняла

свое поведение. Она была готова возразить, что в свете поговаривают о том, что

господин де Немур в нее влюблен, но была не в силах вымолвить его имя. К

тому же она устыдилась своего желания назвать ложную причину и скрыть

истину от человека, столь высоко ее ценившего.

Несколько дней спустя король был у королевы в час, когда у нее

собирались гости; говорили о гороскопах и предсказаниях. Относительно того,

насколько следует им верить, мнения разошлись. Королева им весьма доверяла;

она утверждала, что после того, как столь многое из предсказанного

действительно произошло, нельзя сомневаться, что в этой науке заключена доля

истины. Другие возражали, что ничтожное число сбывающихся из бесчисленного

множества предсказаний доказывает, что это всего лишь дело случая.

— Когда-то я очень любопытствовал заглядывать в будущее, — сказал

король. — Но мне наговорили столько ложных и невероятных вещей, что я убедился

в невозможности узнать истину. Несколько лет назад здесь появился человек,

имевший славу великого астролога. Все бросились к нему; я также к нему поехал,

но не говоря, кто я такой, и взял с собой господ де Гиза и д'Эскара;58 я пропустил

их впереди себя. Однако астролог обратился сначала ко мне, словно счел меня

властелином над другими. Возможно, он знал меня; однако он сказал мне то, что

вовсе ко мне не подходило, если б он меня знал. Он предсказал, что я буду убит

на поединке. Господину де Гизу он сказал, что его убьют ударом сзади, а д'Эс-

кару — что ему размозжит голову конское копыто. Господин де Гиз был почти

оскорблен таким пророчеством, словно его обвинили в готовности бежать. Д'Эс-

кар также был огорчен, узнав, что кончит свои дни таким несчастливым образом.

Одним словом, мы все трое ушли очень недовольные астрологом. Не знаю, что

станется с господами де Гизом и с д'Эскаром, но вовсе невероятно, чтобы я был

убит на поединке. Мы с королем Испании только что заключили мир; и даже

если б мы этого не сделали, не думаю, чтобы мы с ним решили сразиться и

чтобы я вызвал его на поединок, как вызвал король, мой отец, Карла Пятого.

После того как король рассказал, какое ему предрекли несчастье, те, кто

защищал астрологию, отказались от своего мнения и согласились, что она вовсе

не заслуживает веры.

— А меньше всех на свете, — громко произнес господин де Немур, — должен

иметь такую веру я.

И, обратившись к принцессе Клевской, сидевшей рядом, тихонько добавил:

— Мне предсказали, что я буду счастлив милостями особы, к которой питаю

самую пылкую и самую почтительную страсть. Судите же, сударыня, могу ли

я верить предсказаниям.

Дофина, заключив из сказанных громко господином де Немуром слов, что

своей соседке он поведал какое-то ложное предсказание, спросила герцога, о

чем он говорил принцессе Клевской. Если бы он обладал меньшим

присутствием духа, то смутился бы от такого вопроса. Но он отвечал не замешкавшись:

— Я говорил ей, Мадам, что мне предсказывали, будто мне выпадет такое

счастье, о каком я не смел и мечтать.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

перейти в каталог файлов


связь с админом