Главная страница
qrcode

Прямо ангельский ум


Скачать 271.5 Kb.
НазваниеПрямо ангельский ум
АнкорА.И. Осипов. «Прямо ангельский ум».doc
Дата15.11.2016
Размер271.5 Kb.
Формат файлаdoc
Имя файлаA_I_Osipov__Pryamo_angelskiy_um.doc
ТипДокументы
#1845
страница1 из 5
Каталогid194130696

С этим файлом связано 63 файл(ов). Среди них: Dobrotolyubie_Izbrannoe_dlya_miryan.pdf, K_Sergienko_Do_svidania_ovrag_33.pdf, Nauchite_rebenka_razgovarivat_s_neznakomymi.doc, typical_errors.pdf, Podgotovka_voyskovogo_razvedchika_1991.djvu, Kharizmaticheskaya_eres.pdf, Nikakh_s_namereniem_razvestis.pdf, Ekologia_razuma.pdf и ещё 53 файл(а).
Показать все связанные файлы
  1   2   3   4   5

Предисловие к изданию полного собрания

творений святителя Игнатия (Брянчанинова). 2013 г. 

«Прямо ангельский ум»
В настоящее время в связи с оживлением интереса к наследию святых отцов возникает настоятельная необходимость иметь верные ориентиры в понимании их учения о вере и духовной жизни. Особенно насущным является, конечно, понимание духовной жизни, ибо для спасения познаний в области вероучения христианину требуется совсем немногих, духовная же жизнь изобилует такими законами, без знания которых она, в лучшем случае, окажется бесплодной, а может и привести его к гибели.

Но верное понимание духовной жизни в настоящее время очень затруднено. С одной стороны, появилось множество новых так называемых духовных путей«спасения», в которых разобраться неопытному человеку просто невозможно, с другой — становится всё сложнее найти опытного, непрелестного руководителя. И хотя о духовной жизни в Православии, на первый взгляд, достаточно говорит двухтысячелетний опыт Церкви в лице своих святых, однако его восприятие современным человеком, выросшим в условиях материалистической, бездуховной цивилизации, встречает немалые трудности. Существо их заключается в следующем.

Наставления о духовной жизни святыми отцами всегда давались в соответствии с уровнем тех, кому они предназначались. «Просто так», «для науки» отцы не писали. Поэтому многие их советы, часто обращенные к подвижникам высокой жизни, или даже к тем, которых в древности именовали новоначальными, оказываются полностью неприемлемыми для современного христианина — духовно нерожденного младенца — и потому крайне опасными. А разнообразие и неоднозначность этих советов, обращенных к людям разного духовного уровня, разных характеров и условий жизни, способны легко дезориентировать неопытного христианина.

Избежать этих опасностей при чтении святых отцов, полагаясь только на свой разум, практически невозможно. Но и без святоотеческого руководства правильная духовная жизнь немыслима. Перед лицом этого, казалось бы, неразрешимого тупика и выявляется вся значимость духовного наследия тех отцов, преимущественно ближайших к нам по времени, которые «переложили» предшествующий святоотеческий опыт духовной жизни на язык, доступный современному человеку, мало знакомому с этой жизнью и не имеющему, как правило, должного руководителя.
***

Святитель Игнатий — один из тех немногих подвижников-писателей, который особенно ясно и глубоко раскрывает самую сущность, самое сокровенное христианства: основные законы духовной жизни, опасности, встречающиеся на ее пути, условия богопознания. Всё это он дает применительно к психологии и духовным силам человека близкой к нам эпохи (XIX в.), мало чем отличавшейся по степени своей глубокой омирщенности от настоящей, что делает его творения исключительно ценными для современного христианина.

Сами эти творения явились плодом его истинно подвижнической жизни, его удивительной духовной цельности, полученной им от Бога, можно сказать, с рождения. Редкой отличительной чертой, характеризующей личность Святителя, является его особая ревность к духовной жизни, проявившаяся с самой ранней юности, которую не смогли угасить никакие внешние преграды. Напротив, они стали той укрепляющей силой, которая явилась залогом его усиленных подвигов и достижения многих духовных даров, проявивших себя в его замечательных аскетических творениях. Его образ просто покоряет своим поразительным стремлением к поиску истины и подвижническим служением ей до конца своей жизни. Он, имея самые блестящие возможности светской карьеры, всё бросает и избирает монашеский путь жизни, на котором пронес тяжелый крест оставленности всеми: гнев Императора, отречение родителей, изгнание вместе со своим старцем иеромонахом Леонидом (в схиме Львом) из нескольких монастырей, и что, наверное, самое тяжелое — вопреки своему стремлению к уединенной жизни стать по приказу Императора настоятелем Троице-Сергиевой пустыни близ Санкт-Петербурга и заниматься совершенно чуждой ему высокопредставительской и церковно-административной деятельностью. Вся его жизнь была под знаком непрерывных гонений, унижений, зависти и бесчестий. Несмотря на всё это он остался истинным подвижником, создавшим в назидание своим духовным потомкам бесценные творения, в которых раскрывает все основные вопросы духовной жизни применительно к условиям и силам своих современников. Эта особенность его «Аскетических опытов», написанных в XIX столетии, чрезвычайно важна теперь, когда и внешние условия жизни, и внутреннее состояние душ человеческих очень напоминают тот век.

Его творения явились для последующих поколений, по выражению преподобного Никона Оптинского, азбукой духовной жизни, своего рода православной аскетической энциклопедией. Особенно ценны они тем, что написаны на основе тщательного изучения им святых отцов и испытаны в горниле личного духовного опыта. Еговеликий ум, по высказыванию преподобного Макария Оптинского, а по словам преподобного Варсонофия Оптинского — прямо ангельский ум, его редкие природные дарования и литературный талант, разносторонние познания во всех сферах культурной жизни своей эпохи, исключительное знание святоотеческих писаний, как и литературы католической, протестантской, и, что самое главное, его неуклонное стремление к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе (Флп. 3. 14), сделали его письменное наследие истинным сокровищем нашей Церкви, ценнейшим руководством в духовной жизни по сей день для всех ее чад, искренне ищущих спасения.

***

Святые отцы предвидели в последние времена голод слова Божия и предуказали спасительное средство, которое может помочь каждому христианину. Это средство кратко и ясно выразил святитель Игнатий: «жительство под руководством отеческих писаний с советом преуспевших современных братий». Его творения, этого опытнейшего духовного наставника, и представляют собой одно из таких драгоценных звеньев в цепи святых Отеческих писаний. Они имеют особую ценность для современного христианина, когда очень трудно найти, по его словам - уже 150-летней давности - наставника непрелестного. Давая безукоризненно верный ключ к пониманию всего предшествующего святоотеческого наследия, они указывают истинный путь духовной жизни. Именно это делает его творения той путеводной звездой, которая способна вывести современного христианина их хаоса «духовностей» к истинному свету — Христу Спасителю нашему.

Из множества вопросов духовной жизни, рассматриваемых в творениях святителя Игнатия, здесь представим лишь некоторые, наиболее насущные в жизни современного христианина.
***

Вера во Христа.

Первое и наиболее важное, что находим у святителя Игнатия — это раскрытие сущности христианской веры и условий ее приобретения. При этом, что особенно полезно, он делает анализ причин ее фактического неприятия даже людьми, по-видимому, церковными.

Прежде всего, он обращает внимание на те духовные свойства, которые препятствуют вере и уничтожают ее даже в том человеке, в котором, кажется она есть. Он вопрошает: «Кто же не верует в Сына Божия? Не только тот, кто открыто, решительно отвергает Его, но и тот, кто, называясь христианином, проводит греховную жизнь, гоняется за плотс­кими наслаждениями, тот, у кого бог — чрево; тот у кого бог — золото; тот, у кого бог — земная слава; тот, кто почтил земную мудрость, враждебную Богу, как бы Бога». «Ненасытный искатель человеческой славы не способен к вере во Христа» (Ср.: Ин. 5. 44).

Искажает и легко уничтожает веру рассудочное ее восприятие (умовое, по выражению святителя Феофана Затворника) — вера, приобретаемая чисто теоретическим, школьным изучением христианского вероучения. Такую веру святитель Игнатий называет мертвой, поскольку она не исцеляет души человеческой, не обращает ее взор к Евангельским заповедям. Он пишет о ней очень определенно: «Вера мертвая, признание Христа одним невольным умст­венным убеждением, может быть и принадлежностью бесов!».

Потому так критически Святитель относится и к той системе обучения, которая присутствует в духовных школах. С горьким чувством восклицает он: «Сбывается слово Христово: в последние времена обрящет ли Сын Божий веру на земле! Науки есть. Академии есть, есть кандидаты, магистры, доктора богословия право — смех, да и только, эти степени даются людям... Случись с этим богословом какая напасть и оказывается, что у него даже веры нет, не только богословия. Я встречал таких: доктор богословия, а сомневается, был ли на земле Христос, не выдумка ли это, не быль ли, подобно мифологической! Какого света ожидать от этой тьмы?!».

Он делает чрезвычайно важный вывод, мало учитывающийся в духовно-школьном образовании: «Постоянство в православном исповедании догматов веры питается и хранится делами веры и непорочностью совести».

Святитель Игнатий подчеркивает ту существенную разницу, которая есть между изучающим христианство лишь умом, и тем, кто изучает его исполнением заповедей и молитвой. Он пишет: «Монахи достигают христианского совершенства, бесстрастия, ощутительного действия в себе Святого Духа, потому приобретают понятие о христианстве живое. И тени такого познания не может преподать никакая наука человеческая; все профессоры, магистры и доктора богословия, производимые университетами и академиями суть невежды в сравнении с монахом, обновленным благодатью Божией за последование Христу исполнением заповедей Его».

Причиной такого различия является тот факт, что умовое изучение не очищает человека от страстей. И они, свободно развиваясь, растят в нем самомнение, мертвят душу, делают его тем самым неспособным к восприятию и переживанию Духа Божия и убивают в нем веру. Напротив, борьба со своим ветхим человеком, приводя христианина к видению своей греховности, смиряя его, открывает для Христа дверь его души. По закону духовному «не сознающий своей греховности, своего падения, своей погибели не может принять Христа, не может уверовать во Христа, не может быть христианином. К чему Христос для того, кто сам и разумен, и добродетелен, кто удовлетворен собою, кто признает себя достойным всех наград земных и небесных?».

«Для уверования во Христа и для принятия христианства нуж­ны сознание своей греховности и покаяние; для пребывания в хрис­тианстве нужны зрение своих грехов, сознание, исповедание их и покаяние». Не потому ли свои проповеди Иоанн Креститель, Сам Христос и апостолы начинали с призыва: покайтесь и веруйте в Евангелие (Мк. 1. 15)?

Такое состояние сознания он рассматривает как необходимое условие для приобретения истинной веры, более того — самого ее начала в человеке: «Начало обращения ко Христу заключается в познании своей греховности, своего падения; от такого взгляда на себя человек признает нужду в Искупителе и приступает ко Христу посредством смирения, веры и покаяния».

В этих словах обращает на себя внимание глубоко духовная мысль о том, что не вера рассудка, а покаяние является первичным условием спасительной веры во Христа. Святитель подчеркивает: не в рассудочной вере в то, что Христос пришел, пострадал и воскрес «начало обращения ко Христу», а в познании «своей греховности, своего падения», из которого только рождается истинная вера в Него. Он утверждает нечто прямо отличное от общепринятого в богословии мнения, по которому началом приобретения человеком веры является его рассудочное убеждение. Нет, говорит он, «не сознающий своей греховности... не может уверовать во Христа». Более того, проповедь христианства, апологетика, оторванные от проповеди духовных и нравственных начал жизни, могут обернуться для уверовавшего самыми худшими последствиями, о которых сказал Господь: Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что обходите море и сушу, дабы обратить хотя одного; и когда это случится, делаете его сыном геенны, вдвое худшим вас (Мф. 23. 15). Ибо вера во Христа — это не простое Его признание, но вера всему тому, о чем Он говорит и к чему призывает.

В утверждении Святителя: «не сознающий своей греховности... не может уверовать во Христа», содержится основное и замечательно точное выражение православного понимания веры. Верующим, оказывается, становится и является лишь тот, кто видит свое духовное расстройство, страдает об этом, ищет очищения в покаянии. Только такой, смирившийся внутри себя человек, способен к истинной, то есть спасающей вере во Христа.

Видящий же себя духовно здоровым, добродетельным, разумным (да еще и знающим христианство), не может быть христианином и не является им, какое бы положение он ни занимал в Церкви. В качестве доказательства святитель Игнатий приводит красноречивый факт из истории земной жизни Спасителя, Который со слезами раскаяния был принят простыми, сознающими свои грехи евреями, но с ненавистью был отвергнут и осужден на жуткую казнь «умной», «добродетельной», всё знающей иудейской элитой: архиереями, фарисеями (ревностными исполнителями Закона Божия), книжниками (богословами).

Святитель постоянно возвращается к словам Спасителя: Не здоровые имеют нужду во враче, но больные. Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию (Мф. 9. 12, 13). И объясняет:«На познании и сознании немощи зиждется все здание спасения». Вне этого состояния, именуемого у Отцов познанием себя, невозможна вера во Христа, точнее, она оказывается самообманом, и потому не способной ни духовно, ни нравственно изменить человека.
  1   2   3   4   5

перейти в каталог файлов


связь с админом