Главная страница
qrcode

Сегодня мы с вами начали первый день парикрамы и на одном дыхании прошли Вриндаван-парикраму. Собственно говоря, с этой парикрамы начинается жизнь духовного путешественника, это одна из основных парикрам


Скачать 122.58 Kb.
НазваниеСегодня мы с вами начали первый день парикрамы и на одном дыхании прошли Вриндаван-парикраму. Собственно говоря, с этой парикрамы начинается жизнь духовного путешественника, это одна из основных парикрам
Дата15.10.2019
Размер122.58 Kb.
Формат файлаdocx
Имя файлаpalomnichestva-vrindavan_.docx
ТипДокументы
#157839
страница3 из 4
Каталог
1   2   3   4

С тех пор Ачьюта Прекша слушал, как Мадхвачарья объяснял «Шримад-Бхагаватам», и чем больше он слушал, тем радостней становилось у него на душе. Он забыл, что он гуру и, что он дал санньясу этому мальчику, и  просил его: «Ещё, ещё». И когда Пурнапрагья закончил чтение и объяснение «Шримад-Бхагаватам», то Ачьюта Прекша спросил: «Откуда ты всё это знаешь?» Тот ответил: «Ну как откуда? Из прошлой жизни». Собственно говоря, с этого момента и началась проповедь Мадхвачарьи, и всю свою долгую жизнь (он прожил около 90 лет) он не переставая проповедовал. Дважды он встречался со Шрилой Вьясадевой, он показал Вьясадеве комментарий на «Бхагавад-гиту», комментарий на «Махабхарату», и под руководством Шрилы Вьясадевы в Бадарик ашраме он написал свой комментарий на «Веданта-сутру». И когда он пришёл к Вьясадеве второй раз, Вьясадева был настолько доволен, что подарил ему восемь шалаграма-шил со своего алтаря. И этим шалаграма-шилам до сих пор поклоняются в Удупи, их можно увидеть.

На протяжении всей своей жизни, Мадхвачарья совершал множество подвигов и проявлял ненасытность, проповедуя о Кришне. А когда он переставал говорить, то сразу же принимался за еду и не прекращал есть до тех пор, пока снова не появлялся повод говорить. Так прошла вся его жизнь: он либо ел, либо говорил. И, так как это наша сампрадайя, Шрила Прабхупада любил говорить: «Наше движение основано на том, что мы постоянно повторяем мантру, поём Харе Кришна и едим прасад». Такая «кулинарная традиция», которая у нас существует, — это от Мадхвачарьи: либо ешь, либо говори о Кришне.

Однажды во время путешествия по Южной Индии один из преемников Шанкарачарьи вызвал Пурнапрагью на диспут, и когда он полностью разгромил его, тот крикнул: «Ну зато ты толстый!» А в другой раз двое великих пандитов, буддист Буддха-сагара и джайн Вади-симха, бросили ему вызов, и когда Мадхвачарья стал говорить, разбивая аргументы обоих, настало время заката, и оба мудреца решили перенести спор на утро, говоря, что время заката неблагоприятно для философских споров. Они сказали, что придут утром и «выложат свои мощные аргументы», но они просто сбежали, и никто их больше никогда не видел…

Говорится, что когда садху ест в чьём-либо доме, то он съедает карму хозяев этого дома. Поэтому самое большое удовольствие для хозяина, это кормить садху. И рассказывают, как однажды Мадхвачарья пришёл в дом к одному человеку, жившему в Вишнумангале, на радостях хозяин приготовил огромный пир, который Мадхвачарья поглотил до крошки. И тогда, узнав об этом, родственник хозяина принёс Мадхвачарье двести королевских бананов (они по сорок сантиметров в длину) и попросил его принять это подношение. Мадхвачарья без всяких трудностей съел все двести бананов, и все очень удивились, но Мадхвачарья объяснил, что у него в желудке находится Сам Кришна. На протяжении всей жизни Мадхвачарья отличался завидным здоровьем, а здоровье зависит от огня пищеварения, и, поскольку к нему пришёл огонь пищеварения, который горел у Бхимы, он мог съесть всё, что угодно.

Утвердив принципы чистого преданного служения, Мадхвачарья сделал всё от него зависящее, чтобы оградить свою сампрадайю от осквернения. Говорится, что великие ачарьи приходят, чтобы уничтожить накопившееся в традиции осквернение и вернуть людям вкус изначальной чистоты и преданного служения. И в какой-то момент появляется опасность для любой религиозной традиции подвергнуться осквернению. Как мы с вами уже говорили, в тот момент, когда официальная традиция становится таковой, то в этот момент возрастает тенденция «проникновения нежелательных элементов», которые связаны с мелкими человеческими страстями. Появляется стремление к положению, к власти и уважению. (У нас сейчас год плохого Юпитера, поэтому в этот год все хотят быть гуру, давать посвящения, принимать учеников.) И Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур сравнивает официальную религию с ведьмой Путаной, потому что она пытается уничтожить маленького Кришну, она пытается уничтожить эту искорку чистоты.

Организация — это всегда деньги, это всегда власть; организация может убить в чистом сознании души искреннее стремление обрести Бога. Мы можем увидеть, с какими трудностями сталкиваются религиозные организации, достигшие успеха. И Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур говорил, что все церкви, которые есть в этом мире, проповедуют одну религию — атеизм. Они все подверглись одной и той же проблеме, — стали официальными. Он говорил, что мы должны сохранять бдительность, чтобы не стать одной из таких церквей. И как можно оградить религиозные организации от осквернения? Нужно внимательно следить, чтобы у руководителя этой организации ничего не было. У руководителя религиозной организации должна быть только любовь к Богу и желание проповедовать  любвь к Богу. Проповедь и постоянное столкновение с оппозицией — это лучший способ сохранить традицию в чистоте. То есть, если лидеры организации постоянно проповедуют, от этого они становятся очень сильными в философии и сохраняется чистота организации. Они не должны заниматься своим обустройством и другими делами. Так же Бхактисиддханта Сарасвати говорил, что надо продать все храмы, сдать мрамор и всем срочно идти проповедовать.

В своё время Мадхвачарья прибег к одному удивительному средству. Он основал несколько монастырей в Удупи, — который сделал штаб-квартирой своего движения, — основал восемь матхов. И во главе каждого из этих матхов он поставил по одному из своих лучших учеников-санньяси. Затем он объединил эти восемь матхов по два и каждому из четырёх пар дал свою мантру, пуджу и свои ритуалы. И хотя он основал эти матхи единовременно, он везде дал разные мантры и разные способы поклонения божеству. Всем дал всё разное. И далее он наказал руководителям поочерёдно быть настоятелями главного храма в Удупи, где он установил Гопала Кришну. Он не хотел, чтобы в этом храме был какой-то один ачарья и сказал, что им нужно служить там по два года, заниматься пуджей, принимать пожертвования от многочисленных посетителей, но через два года они должны уступить место другим и всё остальное время проповедовать. И получилось, что в этом храме живут только одни проповедники, которые всё время проповедуют и лишь на какое-то время им даётся руководство храмом. Причём они все руководят своим способом, поэтому изначально им не к чему придираться, потому что у всех всё своё. Так они и сохраняют свою чистоту, и не образуют традиционной религии, так как традиционная религия — это когда всё одинаково, у них же изначально всё разное. А в самом храме Мадхвачарья установил очень высокий стандарт поклонения, он считается одним из самых высоких, который только есть в мире. На сам алтарь может входить только главный настоятель, и лишь в исключительных случаях — его главный помощник. Только самый главный свами может проводить пуджу Гопалу. И за два года служения сердце санньяси настолько очищается, что он ни о чём уже не может думать, кроме проповеди.

Мадхвачарья заботился о том, чтобы не превратить свою веру в традиционную религию с её очень сомнительными ценностями, когда всё одинаково, всё стабильно, когда все обустраиваются, когда у всех появляются свои комнаты в храме. Но в храме не должно быть ни чьих комнат! Кстати, когда Господь Чайтанья пятьсот лет тому назад пришёл в этот храм в Удупи и увидел Гопала Кришну, Он не смог сдержать радости, Он плакал, пел и танцевал, и монахи, жившие в этом храме, начали на него с опаской коситься, поскольку Чайтанья Махапрабху был в одежде санньяси-майявади. И как только Господь Чайтанья Махапрабху почувствовал холодок презрения, Он сразу понял, что сюда проникла гордыня. (Вообще, это критерии, по которым можно определить уровень храма. Умонастроение слуги позволяет сохранить традицию в чистоте. Когда все в храме считают себя слугами, то такая традиция считается чистой.) Но когда монахи увидели проявление чистых неподдельных признаков любви к Господу, они отбросили свою гордыню, прониклись к Шри Чайтанье Махапрабху уважением и проводили Его к главному настоятелю храма. Встретившись с санньяси, который восседал на троне, Махапрабху смиренно сложил руки и произнёс: «Свамиджи, я неграмотный странник, ищущий Бога, скажите мне, какая ваша садхья — цель, и с помощью какой садханы — средств, можно достичь этой цели? И Рагхуварья Тиртха очень обрадовался возможности поучить санньяси и сказал, что их цель — освобождение, а способ, с помощью которого можно получить освобождение от страданий материального мира, — это варнашрама. И Шри Чайтанья Махапрабху очень удивился, сказав, что в «Шримад-Бхагаватам» другое говорится, что цель всех наших усилий — это любовь к Богу и единственное средство, которое может нас приблизить к этой цели, это слушать о Кришне, повторять о Кришне, помнить о Кришне, служить Его лотосным стопам. Причём тут вообще варнашрама? И потом Он добавил, раскрыв Cебя: «Единственное, что осталось хорошего в вашем храме, это то, что вы до сих пор поклоняетесь божествам, следуя наставлениям Мадхвачарьи. Но вторичные цели заслонили вашу главную цель». С такими вторичными целями и задачами и сталкивается в этом мире религия. Наша главная цель — это любовь к Богу, а наша самая главная садхана — это повторение святых имён Бога.

И мы опять повторим уже рассказанную историю о том, как однажды утром Мадхвачарья проснулся и почувствовал, что в это утро к нему придёт Кришна, которому он поклонялся всю свою жизнь. Он целый день не находил себе места и, чтобы как-то отвлечься, решил написать стотру, прославляющую Кришну. Впоследствии эта стотра стала очень знаменитой. И чтобы уединиться, он отправился на берег океана. Был шторм, и это радовало Мадхвачарью, так как он был воплощением Ваю. Он стоял на берегу и ловил могучие волны. В какой-то момент налетел страшный ураган, которому он сильно обрадовался: «Наконец-то, настоящий ветер!» и подставил ему свою широкую грудь. Вдруг он увидел корабль, который сражался со штормом. Ему показалось, что через несколько секунд корабль разобьёт о рифы, и тогда он взял свой посох санньяси, привязал к нему чадар и стал размахивать, давая понять морякам, куда следует плыть. И когда он понял, что корабль все равно не справится, он втянул в себя воздух, подобно Ваю, перекрыл ураган и притянул к себе корабль. Моряки не понимали, что происходит, но они как-то чувствовали, что причина их спасения — это тот санньяси, который размахивал чадаром и занимался пранаямой. Когда корабль причалил к берегу, капитан подошёл к Мадхвачарье и сказал: «Мы купцы и на борту много сокровищ, проси, что хочешь». Он спросил их, откуда они плывут, и оказалось, что из Двараки. «Раз вы из Двараки, — сказал Мадхва, — значит, у вас должны быть глина, а глина из Двараки — это настоящая гопичандана. Давайте мне немного глины, нам, санньяси, она всегда нужна». Капитан приказал принести глину, но Мадхвачарья сказал, что спустится сам. В трюме он увидел огромную глыбу гопичанданы, взвалил её себе на плечи, подобно Хануману, который нёс на себе холм Говардхана, и понёс наверх. Все матросы были ошарашены: они её тащили все вместе, человек пятьдесят! Когда Мадхвачарья нёс глину, небольшой кусок отвалился, раскололся и взору предстал прекрасный Баларама. Мадхвачарья понял, что Баларама хочет остаться здесь, и он приказал построить на этом месте храм и установить это божество. А сам с оставшимся куском глины пошёл дальше. Перед резиденцией матха тогда находился большой пруд, который сейчас называется Мадхва-саровара… У этого пруда тоже есть особая история. По традиции, после принятия санньясы, человек должен совершить паломничество в одно из святых мест, и когда Мадхвачарья принял санньясу, он пришёл к своему учителю и сказал, что отправляется в паломничество к Ганге. Ачьюта Прекшу очень расстроила скорая разлука со своим самым лучшим учеником, и он сказал, что не хочет, чтобы тот уходил. Он стал молиться Господу, и в тот же миг с неба раздался голос: «Не волнуйся, завтра Ганга сама придёт к тебе в гости, она войдёт в твой пруд на один день, и так будет повторяться каждые двенадцать лет». (И до сих пор, один раз в двенадцать лет, со дна этого пруда начинает бить источник чистой воды Ганги, и все туда приходят, чтобы это увидеть.)

Мадхвачарья прошёл мимо матха и вошёл в пруд, неся огромную глыбу глины, и он шёл через этот пруд, а глина таяла. И когда он вышел из пруда, у него на плечах уже лежал Кришна! Полностью омытый Кришна, которому поклонялась Рукмини в Двараке. Мадхвачарья поставил Его на берегу озера и сказал своим ученикам, чтобы они отнесли божество в храм. Ученики подошли и попытались поднять Кришну, но Кришна был настолько тяжёлым, что Его было невозможно поднять! Кришна хотел, чтобы в храм Его отнёс сам Мадхвачарья, что тот и сделал.

В этом храме в Удупи происходит самое большое поклонение в мире: ежедневно в нём проводится 16 пудж, а входить в алтарь имеют право только санньяси, и санньяси эти необычные. Когда в Удупи, в семье преданных Мадхва-сампрадайи, рождается ребёнок, ему делают гороскоп шесть астрологов. И если все шесть говорят, что в его гороскопе нет даже намёка на семейную жизнь, то его начинают воспитывать как санньяси, и в восемь лет он принимает санньясу. Так же он получает специальное образование, обеспечивающее квалификацию настоятеля монастыря. Как правило, все божества Кришны — взрослые, а значит, есть промежутки времени днём, когда Они отдыхают, но так как Гопал Кришна — это маленький Кришна, Он днём не отдыхает, Он всё время играет и балуется, то Ему целый день и поклоняются. Вот почему в этом храме такие высокие стандарты поклонения. Там есть очень много интересных ритуалов. Утром для удовольствия Кришны в храм заводят несколько коров, чтобы они свободно погуляли по храму. Вечером Ему делают лакшми-абхишеку, обсыпая ведром золотых монет.

И хотя в Удупи Кришна является главным божеством в мадхва-сампрадайе, в других сампрадайях поклоняются Господу Рамачандре и Хануману (только один ачарья Вьяса Тиртха открыл 732 храма Хануману!).

Мадхвачарья написал комментарии на десять основных Упанишад, на «Махабхарату», на «Шримад-Бхагаватам», он полностью разгромил майяваду. А затем пришёл Джая Тиртха и прокомментировал написанное Мадхвачарьей, причём когда Джая Тиртха объяснял это, то сам Мадхвачарья удивлялся: «Неужели я такое написал, неужели такая глубина есть в моих стихах?»

В своё время Мадхвачарью вызвали на один диспут и на том диспуте он объяснял гимны из «Айтареи-упанишад», и когда он закончил, брахманы были удивлены, потому, что они никогда не слышали подобного объяснения. На что Мадхвачарья ответил, что каждое слово Упанишад имеет три смысла, и, соответственно, каждый смысл Упанишад можно объяснять бесконечно. А каждое слово «Махабхараты» имеет десять смыслов, соответственно, каждую шлоку «Махабхараты» можно объяснить ещё большим количеством способов. А каждое слово «Вишну-сахасранамы», гимна, прославляющего Вишну, имеет сто значений. И после этого он взял первое слово «Вишну-сахрасанамы» и объяснял его в течение двух часов, затем второе слово — два часа, затем третье… и брахманы, устав слушать, покинули диспут.

Кстати, если также говорить и про Джая Тиртху, то он тоже удивительный. В своё время его звали Дхонду, он родился в семье кшатриев. С раннего возраста Дхонду проявил большой интерес к изучению военного искусства. Однажды в очень жаркий день, будучи в полной аммуниции, шестнадцатилетний Дхонду забрался в реку и стал пить из неё воду. Он пил, не наклоняясь, просто зашёл по горло и пил. И Акшобья Тиртха, один из учеников Мадхвачарьи, сидевший на другом берегу, крикнул: «Что ты делаешь? Ты пьёшь воду как бык, так нельзя пить, надо наклоняться!» И эти слова поразили Дхонду, и он услышал у себя в голове голос Мадхвачарьи, объясняющего Веды и увидел себя быком, жующим траву и слушающим объяснения Вед. И он вспомнил, что в прошлой своей жизни был быком, который возил огромную библиотеку Мадхвачарьи. И этот бык очень любил кришна-катху, и когда Мадхвачарья начинал рассказывать о Кришне, бык замирал, и он был готов не переставая слушать Мадхвачарью. А для Мадхвачарьи было очень важно, чтобы его кто-то внимательно слушал, и он черпал вдохновение, глядя на своего любимого быка. И однажды он сказал своим ученикам, засыпавшим во время лекций: «Вот этот бык гораздо быстрее продвигается духовно, я еще не знаю, кто окажется скорее во Вриндаване он или вы». Ученики страшно оскорбились и втайне от Мадхвачарьи прокляли этого быка на смерть. Однако нашлись люди, которые сообщили Мадхвачарье об этом проклятье, но он только улыбнулся, сказав, что они его не прокляли, а благословили. А спустя какое-то время проклятье учеников Мадхвачарьи приняло форму змеи, змея подползла к быку, ужалила его и... тут же умерла! Бык, кстати, остался жив и через несколько лет умер своей смертью, а в следующей жизни родился этим мальчиком, Дхонду. И тогда, вспомнив обо всём этом, Дхонду тотчас же вылез из воды, поклонился аскету Акшобья Тиртхе и объявил его своим духовным учителем, потому что только один звук его голоса помог юноше вспомнить, кто он такой есть. (Если при звуке голоса учителя, мы вспоминаем, что мы душа, и что наше предназначение — служить Кришне, значит он наш гуру.) Дхонду сказал: «Я был быком, был кшатрием, а теперь хочу быть слугой слуги слуги… Пожалуйста, наставляй меня».

И он остался с Акшобья Тиртхой, и всё было бы хорошо, если бы отец Дхонду, узнавший, что его сын решил стать монахом, не пришёл в матх со своим войском и не увёл его домой. Акшобья Тиртха посоветовал Дхонду следовать за отцом и не возвращаться к нему без отцовского разрешения. Дхонду вернулся домой, но жизнь в родительских стенах ему уже была не мила, и он со скукой смотрел на своих двух жён. Отец видел всё это и не знал, что с этим делать. В конце концов он сказал одной из жён сына: «Предприми все, что возможно, но сделай его нормальным человеком!» И ночью эта девушка, надев самые лучшие украшения, подошла к его кровати, но тут же отшатнулась: на кровати сидела огромная змея и раскачивалась из стороны в сторону! И, поскольку змея — священное животное, девушка поклонилась ей и побежала к отцу, сказав, что там, на кровати мужа, сидит кобра и медитирует! Тогда отец Дхонду, не поверив, пошёл в его комнату и действительно увидел медитирующую кобру, которая на глазах стала превращаться в его сына, и он понял, что тут больше ничего не поделать и отпустил его к гуру. Вскоре гуру нарек его Джая Тиртхой.
1   2   3   4

перейти в каталог файлов


связь с админом